28 градусов по Фаренгейту

За последние двадцать четыре часа он предложил лейтенанту кофе десять раз. - Ваша продуктивность снизилась на тридцать процентов, это может плохо сказаться на вашей работе. Вам принести кофе? Одиннадцать. Вероятность согласия: 10%. - Отвали уже. Оптимизация: немедленно прекратить. - С каких пор ты так печешься о моем комфорте? – Хэнк неотрывно смотрит в одну точку собственного рабочего стола. Экран компьютера давно погас, по всей видимости, устав от неэффективности работы своего владельца. Стоящая рядом с лейтенантом когда-то давно наполненная кофе кружка покрылась липкими разводами, что не ускользнуло от взора машины. Сканирование объекта: «Температура в участке: 28°F. Влажность: 45%. Объект: лейтенант Андерсон. Температура тела: 28°F». Стоп, что? Коннор моргает. Показатели не меняются. Температура прежняя. Конечно, это ошибка: у людей не может быть настолько низкая температура тела. «Вероятность конфликта при дальнейших попытках развязать диалог: семьдесят процентов». В помощи андроида лейтенант явно не нуждается. Коннор проводит быстрое сканирование поверхности стола: царапины, пятна от кофе, следы пуль… все, как обычно. «Отпечатки пальцев на столе: отсутствуют». Еще одна странность за это ночное дежурство: разве человек может не оставить отпечатков? Глупости. Коннор отходит от рабочего стола напарника, направляясь к своему месту. Запускает глубокую диагностику системы. «Проверка сенсоров: 98%. Исправны. Ошибка исключена. Перепроверка данных…» Во всем полицейском участке ни души. За исключением парочки охранников и, пожалуй, Хэнка. Лишь только постоянно мигающая лампочка (сколько раз ее там материли и обещали заменить?) разряжает унылую обстановку кабинета. Хотя «унылой» она была по человеческим меркам. Коннор же наоборот больше тяготел к спокойствию и умиротворению. Правда, сейчас даже она ему не импонировала.

***

Смена окончена. Андерсон приподнимается со своего кресла, намереваясь покинуть помещение, и, Коннор готов поклясться, не отбрасывает тени. Хотя, все же нет. Вот она: несинхронным пятном движется вслед за Хэнком, при этом будто бы мигая. Очередная странность. Рекомендация системы: игнорировать. Так следовало бы поступить любому андроиду, выполняющему запрограммированные команды, не прерываясь на показатели окружающих людей, но разве… подобное поведение свойственно напарнику? Коннор сомневался. По совету Аманды он недавно прочел статью «Привязанность для улучшения кооперации. Умение адаптироваться к окружающим людям», судя по ее данным, своим беспокойством о состоянии Хэнка андроид выдавал все симптомы так называемой «привязанности», что машине быть свойственно не должно. До дома Хэнка ехали в гнетущей тишине: ни разговоров, ни музыки, даже привычных Андерсону ругательств во время езды не было. Разбавляя молчание, он предпринял очередную попытку поговорить с лейтенантом: - Как вы себя чувствуете? Хэнк лишь угрюмо свел брови, процедив: - Порядок, - «Интервал между вдохами: 7.8 секунд. Не соответствует жизненным показателям. Вывод: довольно неутешительный». Стоп. Диод на виске Коннора внезапно стал желтым. - Кажется, система сбоит, - заметив, как лейтенант смотрит на него, андроид спешит оправдаться, - надо будет провериться. - Не думал, что для вас, жестянок, это возможно, - Хэнк впервые за этот день отвечает ему что-то неодносложное. Причем его интонация звучит как-то… фальшиво? «Искусственно» – Коннор быстро подбирает подходящую характеристику.

***

Но и дома странности не закончились. Вместо уже рассмотренного варианта системы игнорировать проанализированные им данные, андроид все сильнее и сильнее погружается в навязчивые мысли о странности происходящего. За последние три часа он уже десять раз отправлял рапорт о неисправности статистики в Киберлайф, но каждый раз получал один и тот же ответ: «Системы исправны. Корректировка: не требуется». Какой же это все-таки бред! Хэнк, Коннор собственными оптическими блоками видит, ходит по квартире, гладит собаку, о чем-то ворчит, но одновременно со всем этим имеет одинаковую с комнатной температуру тела и, черт возьми, не делает вдохов! Первичный анализ: «Зрачки: расширенные, мутные, не реагируют на окружающие факторы. Дыхание: 0 вдохов в минуту. Время наблюдения: 4 минуты. Вывод системы: биологическая жизнь отсутствует». Но как он может выдавать характеристики мертвого человека при всей его живости? В последнем Коннор точно не сомневался: что-что, а мертвые, уж простите, не шастают по квартире и не ругаются. Андроид, впервые на своей памяти, встревоженно косится на только что прошедшего мимо него на кухню Хэнка. Что же, небольшой эксперимент не помешает. Если система Коннора и сбоит, то реальные факторы уж точно должны сказать об обратном. Пройдя на кухню, он садится напротив Андерсона. Ноль реакции. Лейтенант никак не реагирует на его появление, все время держа голову опущенной и смотря в одну точку на столе. В его левой руке – стакан с желтоватой жидкостью (анализ: «Jim Beam White Label». Стандартная крепость: 40% ABV, калорийность: 97 ккал на 30 мл), который тот изредка подносит ко рту и… не пьет? Количество жидкости в стакане за довольно продолжительное время никак не изменилось, что Хэнку, как любителю выпить, было совсем несвойственно. - Послушайте, лейтенант, - Коннор доброжелательно улыбается, стараясь говорить максимально позитивно, - ежедневно вы употребляете около 200 мл алкоголя. Вероятность цирроза для вас примерно равна 68%. Для вас оптимальным решением было бы заменить напи-… - Коннор, будь добр, завали еба… - вопреки явной агрессии в его словах, его интонация совсем никак не соответствует сказанному. Голос лейтенанта звучит уж слишком сипло и тихо. При этом диагностика его дыхания все также показывает нули. Андроид, будто бы примеряя на себя состояние напарника, неосознанно пытается имитировать характеристики его тела: старается задержать не столь нужное для своего существования дыхание более чем на минуту, замеряет свой пульс и пытается не моргать. Для человека такие эксперименты сродни пыткам. Коннор наконец вздыхает (непрерывно работавшая последние три с лишним часа система начала охлаждаться), стараясь найти оптимальное объяснение происходящего. К своему машинному удивлению, он его не находит. Сам не до конца понимая своих действий, Коннор вскакивает со стула, хватая никак не реагирующего Хэнка за руку, и с силой сжимает его запястье (согласно статистике: 15 кгс). Кожа под его рукой не бледнеет. «Капиллярный возврат: отсутствует. Вердикт: неживая материя». В ответ на это Коннор поворачивается к лейтенанту, стараясь придать своей интонации беспечности: - Знаете, Хэнк, - специально обращается по имени, дабы добиться большей реакции, но не добивается ничего, – моя система почему-то упорно выдает довольно странные для живого организма характеристики вашего тела. За неимением логичного вывода в такой ситуации я спрошу у вас напрямую: лейтенант, вы вообще живы? Отслеживая буквально каждый сантиметр Хэнка, андроид старается вывить хотя бы одно микроскопическое движение мужчины. И, к его счастью, он замечает, как его голова слабо покачивается в разные стороны. Тот словно в чем-то упрекает Коннора, при этом не издавая ни единого звука. Ну точно! У людей, кажется, такое принято: они часто любят над кем-то подшучивать. И Хэнк, скорее всего, именно это и пытался провернуть, обмануть систему машины, чтобы в очередной раз доказать свое превосходство над какой-то там неживой программой. По щеке Андерсона что-то проползло. «Анализ данных: на теле обнаружены насекомые семейства Calliphoridae. Количество: примерно десять взрослых особей. Локализация: открытая рана, периорбитальная зона. Дополнительные данные: яйцеклетки отсутствуют; преобладание Lucilia sericata соответствует умеренному климату. Согласно данным, смерть наступила в закрытом помещении при температуре около 50 градусов по фаренгейту. Причина:…» Коннор недоуменно (процессоры интерпретируют его реакцию именно так) обхватывает тело напарника обеими руками, переворачивая лицом кверху. Сканирование тела: «Пулевое входное отверстие: над правой надбровной дугой. Диаметр: 9 мм. Пороховой ожог: кольцеобразный. Дистанция выстрела: 5 см». LED-круг зависает на красном, Коннор упорно старается переварить увиденное. Тревоги нет, но его трясет, словно от лихорадки. Правая рука непроизвольно копирует жест Хэнка – андроид приставляет два пальца к виску. Издает тихий «пау!». Ничего, конечно. «Вероятность предотвращения: 89%». Если бы у него вышло! Если бы он сумел подобрать верный подход к своему напарнику! Если бы… «Перегрев системы: 60%, требуется понизить температуру процессоров». Но ему все равно. Это уже вряд ли сможет как-то помочь делу, тем более, что в этой ситуации часть вины лежала именно на Конноре. А какова же причина? Неоптимальный расчет приоритетов? Отсутствие должных навыков коммуникации? Или… Система выдает ошибку: «0xF2f/*0\ – недопустимый самоанализ». Тело уже бывшего лейтенанта Андерсона лежит на столе его же собственной кухни: волосы до сих пор хранят мятный запах его обыденного шампуня, на нетронутом виске – засохший след пены для бритья (он так и не успел смыть ее в тот день). Коннор проводит очередной анализ увиденного: «Разложение эпидермиса: 73%; запах: путресцин (H2N(CH2)4NH2) + кадаверин (NH2(CH2)5NH2) – концентрация: 8,2 мг/м^3». Взгляд переходит на руки: правая кисть сжата – не трупное окоченение, а будто все еще держит стакан. На тыльной стороне второй руки – старый шрам, кажется, после той самой автокатастрофы, после которой он и потерял сына. Теперь же в будто заново открытой, как и три года назад, ране копошатся личинки. Они выглядят уж слишком живыми… для такого мертвого тела. Коннор автоматически констатирует: - Calliphoridae, третья стадия. Оптимальная температура развития: 77°F. Температура тела сейчас: 28°F. Они съедят 40% мягких тканей за следующие 72 часа. Лицо. Губы синие, уголки приподняты в непонятной эмоции: что-то на грани умиротворения и печали. Будто бы он сказал что-то саркастичное перед тем, как пустить себе пулю в висок. В распахнутых мутных глазах отражается тусклый свет кухонной лампы и мигающий желтым LED-круг на виске андроида. Система сухо констатирует: «Роговица глаза подверглась аутолизу. Отражение – оптический обман». Коннор отмахивается от этих слов, словно от раздражающей мухи, все еще ползающей по бледному лицу. Он накрывает тело лейтенанта потрепанным одеялом, в некоторых местах испачканным пятнами виски. «Рекомендации к действиям: 1. Вызвать морг (контакт: 1F#hJ*f2j). 2. Сообщить капитану F#mK6sxl’/ 3. Очистить память от нерелевантных данных.» Человеческое же требует от андроида лишь закрыть глаза лейтенанту, сильнее укутав того одеялом. Коннор слушается. «Температура в комнате: 28°F. Температура тела: все те же 28°F. Влажность: jc#3hu2l;/…». А вот теперь точно сбой в программе, вызванный перегревом процессоров. Больше он не анализирует. Стоявший на столе покрытый плесенью и пылью стакан давно оказался опрокинутым, отчего на столе образовалась совсем крохотная лужица жидкости. Диод андроида попеременно захлебывается то красным, то желтым.