Конец веселья

Жара. Не та привычная летняя духота, от которой можно спастись в тени, а настоящая аномальная пекло, будто само небо решило испытать город на прочность. Столбики термометров, словно соревнуясь в безумии, дрожали на отметке +39°С, а местные синоптики, потные и взволнованные, твердили в телеэфирах одно и то же: «Дерри, держись — эти выходные будут адскими». Билл Денброу и Ричи Тозиер закаленные ребята. Они не из тех, кто пасует перед погодой, даже если та раскаляет тротуары до хруста. Их планы созревали давно — хоррор-квест, новинка для захолустного Дерри, где главным развлечением обычно были драки за мороженое у лавки мистера Кеога. Но раньше руки не доходили: поиски Джорджи, младшего брата Билла, висели над ними, как проклятие. Теперь, когда жизнь наконец-то начала напоминать что-то отдаленно стабильное, ничто — даже испепеляющее солнце — не могло их остановить. Билл выехал на рассвете, когда воздух еще не успел превратиться в раскаленную пыль. Его «Серебряный» — велосипед, верный как собака — мягко покачивался на неровностях дороги. Путь к дому Ричи был неблизким, особенно если ехать через то самое поле. Поле. Огромное, золотое, опасное. Майк Хэнлон когда-то рассказывал, как здесь, среди колосьев, клоун в обличье птицы чуть не вырвал ему сердце. С тех пор «Неудачники» обходили это место стороной, даже не бросая взглядов в его сторону. Но сегодня Билл специально свернул сюда. Пшеница шепталась под ветром, подсолнухи у дальнего края тянулись к солнцу, словно молящие о пощаде. Когда-то он и Джорджи обожали это место. Их отец, Зак Денбро, привозил их сюда к своему другу-комбайнеру. Для мальчишек это был праздник: грохот тракторов, запах солярки, пыльные облака за колесами. Джорджи смеялся, тыча пальцем в очередного железного великана… Теперь поле было просто полем. После исчезновения Джорджи половина мира потеряла цвета. Места, где они бывали вместе, больше не смешили, а лишь напоминали. Крыльцо дома Ричи поскрипывало под ногами, как будто предупреждая: «Тише, тут спят». Дверь из темного дуба глядела на Билла с неодобрением. Он постучал. — *Тук-тук-тук*. Шаги. Быстрые, легкие. Дверь открыла миссис Тозиер — женщина в фартуке, с кудрями, уложенными в беспорядке, будто она только что вылезла из битвы с тестом. — З-здравствуйте, м-мисс Тозиер. Ричи уже п-проснулся? — О, Билл! — улыбнулась она. — Он в своей берлоге. Проходи. Комната Ричи походила на послевоенный штаб: разбросанные журналы, фантики от конфет, карандаши с отметинами зубов. Сам хозяин валялся на полу, утонув в свежем выпуске «Creepy Comics». — О, Большой Билл! — вскинулся он, увидев друга. — Ты как призрак — тихий и бледный. — Д-да, выехал, п-пока солнце не сожгло м-меня дотла. — Ага, эта жара — настоящий садист, — фыркнул Ричи, вскакивая и хватаясь за измятую бумагу со стола. — Но наш квест важнее! Слушай план… Он торжественно развернул листок, испещренный каракулями: — Ты — к Беверли и Стэну. Я — к Эдди и Майку. Встречаемся у Бена, потому что его дом — центр. Вперед, пока солнце не превратило нас в угольки! Билл кивнул. Ричи надел кепку с таким видом, будто это шлем крестоносца, и швырнул рюкзак на плечо. — П-поехали, — ухмыльнулся Билл. Их ждал квест. Жара — тоже. Но «Неудачники» не отступают.