"Тройные Корни"

Артур, которого переполняют чувства, все никак не может уснуть и думает, как это выглядело со стороны, а Юни в свое время думала: Ну это вроде не свидание, Рома был рядом, но Артурик так пытался поднять настроение этой обстановке, я была такой смущеной, нет, это не было серьезное свидание, это была просто дружеская посиделка, да! Тишина ночи давила на уши после шумного дня. Артур ворочался в кровати, уставившись в потолок, подсвеченный городскими огнями за окном. Porsche был давно возвращен Роме, кофеин выветрился, но мысли крутились с бешеной скоростью, как колеса той машины. "Как это все выглядело со стороны?" – этот вопрос гвоздем засел в голове. Он перебирал моменты: *Сел в машину Ромы – как понтовщик?* Хотя старался вести себя максимально аккуратно, дрожь в руках на руле казалась ему таким кричащим признаком нервозности. *Разговор в кофейне...* Он пытался быть остроумным, галантным ("Мои сегодня!"). А не показалось ли это Юни напыщенным? Или, что еще хуже, жалким? Он же почти сгоряча предложил куда-то пойти, когда Рома застрял со своим приветствием. *Чизкейк...* Он предложил его как что-то особенное, а потом они его просто ели. Без романтических свечей и взглядов через стол. Обычно. *И этот идиотский румянец, когда Рома спросил "Поездка удалась?"!* Артур застонал, натянув одеяло на голову. *Юни наверняка заметила. Она же все замечает. Она подумала, что я полный ид... *А Рома...* Благодарность к другу смешивалась с легкой досадой. *Ну почему он не смог усидеть дома до конца?! Привез эту пиццу, начал кричать... Хотя...* Артур выдохнул. Без Ромы было бы... слишком. Напряженно. Не по-ихнему. Рома своим шумным появлением как будто снял напряжение, вернул все в привычное русло дружеских посиделок. *"Никогда не квиты"...* Артур снова почувствовал комок в горле. Рома реально лучший. Но теперь Юни точно думает, что это было просто дружеское тусовочка. Потому что так оно и было, как только появился Ло. В соседней квартире Юни, стоя у плиты и помешивая утреннюю овсянку (снова овсянка!), тоже прокручивала вчерашний день. В голове звучал ее собственный внутренний диалог, чуть насмешливый, чуть растерянный: *Ну это вроде не свидание,* – твердила она себе, будто заклинание. *Рома был рядом почти все время. Ну, почти. Только в машине и пока ждали заказ... Но это же не считается!* Капля молока упала на плиту, зашипев. Юни вздрогнула. *Артурик так старался...* Мысль прокралась теплой волной. *Весь такой... собранный? Нет. Наоборот, немного растерянный. Но мило старался. "Мои сегодня", "компенсируем"...* Уголки ее губ сами собой потянулись вверх. *Он такой неуклюжий иногда. И этот румянец, когда Рома ворвался! Боже, это было... мило.* Она налила себе кофе и села за стол. *Но я была такой смущенной! Особенно когда он смотрел...* Тая отхлебнула кофе, чувствуя, как тепло разливается не только от напитка. *Нет, нет, нет! Это не было серьезное свидание. Это была просто дружеская посиделка! Да! С кофе, чизкейком и... неожиданной пиццей от Ло.* Она мысленно поблагодарила Рому за его пиццедесант. Его появление было спасением от той странной, сладкой неловкости, что начала витать между ней и Артуром, пока они были вдвоем. Оно вернуло все на место. *Просто друзья. Трое друзей. Все как обычно.* Дверь в квартиру (где они часто собирались) с треском распахнулась ровно в 10:00. На пороге, сияя как новогодняя елка, стоял Рома. В руках он держал не пиццу, а огромный, кричаще-яркий букет... из воздушных шаров в виде смайликов и надписью "УРА!". – АЛЛОООО, СПЯЩИЕ КРАСАВИЦЫ И КРАСАВЧИКИ! – прогремел он, врываясь в пространство. – Подъем! Солнце встало, а мы – нет! Особенно ты, Фикс! – Он устремился к Артуру, который только что сполз с дивана, где в итоге уснул под утро, и тыкал ему шариком в лицо. – Ну что, должник? Выспался? Как ощущения после ВЧЕРАШНЕГО? А? А? – Рома подмигнул преувеличенно широко, переведя взгляд на Юни, которая только что вышла из мини-кухни с чашкой кофе. Артур, еще не до конца проснувшийся, покраснел как рак. Он пытался отбиться от шарика: "Ром, ты че, обнубился? Какое вчерашнее? Мы просто...". – Просто сходили в кафе! – весело подхватила Юни, стараясь говорить максимально естественно, но чувствуя, как легкий румянец заливает ее щеки. – Благодаря тебе и твоему Порше. Спасибо еще раз, кстати. И за пиццу. – О, не за что, не за что! – Рома отпустил Артура и грациозно (насколько это возможно для него) поклонился Юни. – Моя скромная лепта в ваше... эээ... "дружеское" времяпрепровождение! – Он сделал особый акцент на слове "дружеское" и снова подмигнул Артуру, который теперь смотрел в пол, интенсивно изучая узор на ковре. – А чизкейк-то как? Вкусный? Фикс не скупился? Не экономил на своей... "подруге"? "Подруге" прозвучало как-то многозначительно. – Рома! – Артур нашел в себе силы поднять взгляд, в котором смешались мольба, угроза и паника. – Чи-зкейк был норм! Все было норм! Обычно! – Обычно? – Рома приложил руку к сердцу, изображая раненое достоинство. – Я вам и Порше, и пиццу, а вы – "обычно"! Обидели, братцы! Обидели! – Он плюхнулся на диван рядом с Артуром и обнял его за плечи, понизив голос до шепота, который, однако, прекрасно слышала Юни: – Ну че, Фикс, признавайся, ты вчера как? Хоть что-то... *прогрессивное* произошло? Без меня? А? Хотя бы взгляд? Кивок? Намек? Артур замер. Весь его внутренний ночной самоанализ, все страхи и сомнения нахлынули с новой силой. Он посмотрел на Юни. Она стояла, прислонившись к дверному косяку, с чашкой в руках, и смотрела на них с выражением... смешанным. В ее глазах читалось и смущение от настойчивости Ромы, и какая-то настороженность, и... интерес? К его ответу? Он открыл рот, не зная, что сказать. Спастись шуткой? Согласиться с Ромой? Соврать? Признаться во всем, но не Роме, а ей? Горло пересохло. "Это была просто дружеская посиделка, да!" – эхом отозвалась в его голове ее гипотетическая мысль. – Ром... – начал он хрипло. – Мы просто... – АААА, ВСЕ ПОНЯТНО! – внезапно взревел Рома, хлопнув себя по лбу и вскакивая. – Ничего не произошло! Потому что Я ВСЕ ИСПОРТИЛ СВОЕЙ ПИЦЦЕЙ! Вот он, крах! Я – злейший враг любви! Катастрофа! – Он задраматизированно упал на диван, завалившись на Артура. – Прости, братан! Я не хотел! Я думал, пицца – это романтично! Все любят пиццу! Юни не выдержала и рассмеялась. Этот идиотский вопль, эта клоунада – это был чистый, неразбавленный Рома. И это было... нормально. Привычно. Так их троица и существовала – между его криками, ее спокойствием и вечной неловкостью Артура. – Рома, перестань дурака валять, – сказала она, подходя и легонько пиная его ногой. – Никто ничего не испортил. Все было хорошо. Правда, Фикс? – Она посмотрела на Артура, все еще придавленного театрально стонущим Лололошкой. В ее взгляде не было ни насмешки, ни разочарования. Была... теплая поддержка. И, возможно, тень того же вопроса, что мучил его ночью: *А как это все выглядело?* Артур, глядя в ее глаза, почувствовал, как часть напряжения уходит. Он улыбнулся – неуверенно, но искренне. – Да, Ром, – сказал он, выталкивая друга с дивана. – Все было хорошо. И пицца была вовремя. Как всегда. Теперь иди уже, гений, придумывай, что будем снимать сегодня. А то "обычно" – это не про нас. Рома подскочил, мгновенно переключившись: – О, точно! У меня есть ИДЕЯ! Она гениальная! Вам понравится! Нужны только... – Он начал лихорадочно оглядывать комнату в поисках реквизита, уже забыв про вчерашнее "не-свидание". Артур и Юни переглянулись. В этом взгляде было облегчение от отвлечения внимания Ромы, тень вчерашней неловкости, но и что-то новое – шаткое, нежное понимание, что оба они провели ночь, думая об одном и том же. И что "просто дружеская посиделка" оставила после себя нечто большее, чем просто воспоминание о чизкейке и пицце. Что-то, что еще предстояло понять. Пока же они были просто трое друзей, и Лололошка орал о своей новой гениальной идее, и день только начинался.