"Тройные Корни"

Солнечный луч играл на огненно-красном боку BMW M4. Артур стоял рядом, нервно поглаживая крышу ладонью. Он ловил каждое движение двери студии. Вот она – Юни вышла, зажмурившись от яркого света, с сумкой через плечо. Увидев его у машины, она улыбнулась – широко, без тени вчерашних переживаний или стыда. Прошлые дни стерли напряжение, оставив лишь легкое, сладкое ожидание. – Привет, Зайка! – крикнул Артур, его лицо озарилось радостью. – Идешь домой? Подвезу? – Привет! – Тая подошла ближе, любуясь машиной. Цвет "огонь", действительно пылал под ярким солнцем. – Конечно подвезешь! Ты же уже, наверное, всю округу объездил на этой красотке? – спросила она, садясь на пассажирское сиденье и удобно устраиваясь в кожаном кресле. Артур сел за руль, но не заводил мотор сразу. Он повернулся к ней, и в его глазах светилось что-то смущенное и волнительное. – Эм... Вообще-то... – он потер затылок, – ...я еще не катался. Юни замерла, удивленно подняв брови. – Серьезно? Пять дней – и ни разу? Но... как? Ты же мечтал! – Она не могла понять. Машина его мечты стоит тут, готовая рвануть с места, а он... Артур посмотрел на нее с такой теплотой, что у Юни перехватило дыхание. – Потому что я хотел первый раз... с тобой, – признался он просто. Его рука легла поверх ее руки на центральном подлокотнике. – Хотел, чтобы ты почувствовала это вместе со мной. Первый рев мотора, первый рывок... Все первое – с тобой. Юни почувствовала, как по щекам разливается тепло. Его слова, его искренний взгляд... Она сжала его пальцы в ответ. – Тогда чего мы ждем, гонщик? – прошептала она, глаза сияя азартом и нежностью. – Покажи мне, на что способна твоя мечта. **Поездка.** Артур улыбнулся, завел двигатель. Глубокий, басовитый рык турбированного V6 под капотом сотряс салон, заставив вибрировать сиденья и наполнив воздух **живой, мощной энергией**. Юни ахнула, инстинктивно вжавшись в кресло, но не от страха – от восторга. – Держись, – предупредил Артур, и его голос звучал возбужденно и уверенно. Он плавно тронулся, выехал со стоянки на пустующую в этот час загородную трассу. Покатились поля, редкие деревья... А потом он плавно, но уверенно нажал на газ. Мир за окном превратился в размытое полотно красок. Ощущение скорости обрушилось на них, как физическая волна – вдавливало в кресла, заставляло сердце бешено колотиться. Реактивный рев мотора набирал обороты, превращаясь в победный, ликующий рев, который заполнял все пространство, вытесняя все мысли, оставляя только чистый, животный восторг и чувство полета. – ААААХ! – вырвалось у Юни. Это был не крик страха, а крик освобождения, восторга, чистой, детской радости! Она засмеялась – громко, звонко, беззаботно, как никогда раньше. Его руки вцепились в подрулевые лепестки на руле, но не чтобы удержаться, а чтобы чувствовать машину, быть частью этого безумия. Ветер рвал ее волосы через приоткрытое окно, солнце слепило, а скорость... Скорость была наркотиком. – Нравится?! – закричал Артур через рев мотора, его глаза сияли, как у мальчишки, получившего лучшую игрушку. Он смотрел не на дорогу (хотя вел машину уверенно и аккуратно), а на нее – на ее сияющее, счастливое лицо, на смех, который рвался из ее груди. – ЭТО... ЭТО КОСМОС! – закричала она в ответ, не в силах подобрать других слов. Она чувствовала, как адреналин и радость смешиваются в ее крови, как каждая клеточка тела поет от восторга. Это было сильнее любого аттракциона, любого переживания. Это была свобода, подаренная мощью машины и доверием к человеку за рулем. Артур сбавил газ, переводя машину на крейсерскую скорость. Рев мотора сменился мощным, но уже более спокойным урчанием. Юни откинулась на спинку кресла, все еще смеясь, пытаясь отдышаться. Щеки горели, глаза блестели влагой восторга. – Боже, Артур... – она выдохнула, сжимая его руку. – Это было... невероятно! Я никогда... никогда так себя не чувствовала! Он улыбнулся, снимая ногу с газа окончательно, давая ей прийти в себя. Его собственное сердце все еще бешено стучало, но не только от скорости – от ее смеха, от ее абсолютного, безудержного счастья рядом с ним. – Я знал, – проговорил он тише, гладя ее пальцы. – Я знал, что тебе понравится. Что только с тобой это будет по-настоящему. Первый раз... он должен был быть таким. Запоминающимся. Они ехали уже медленнее, наслаждаясь покоем после бури эмоций. Запах кожи салона, теплый ветерок, тихий гул мотора – все казалось наполненным особым смыслом. Юни смотрела на профиль Артура, на его сосредоточенное, но счастливое лицо, и понимала: этот рев мотора, эта скорость, этот восторг – они навсегда будут связаны в ее памяти с ним. С его терпением, с его желанием разделить с ней самое важное. С их первым, по-настоящему общим, полетом. – Спасибо, – прошептала она, прижимаясь щекой к прохладному стеклу и глядя на мелькающие поля. – За мечту... и за то, что подождал меня. Артур только улыбнулся в ответ, крепче сжимая ее руку. Дорога была впереди, длинная и свободная, как их новое чувство, набравшее наконец скорость. И это было только начало.