Офисный начальник

--- Часть 3 — Точка кипения Синцю с каждым днём всё труднее было сохранять холодность. Он пытался быть строгим, отстранённым — но Чунь Юнь будто раз за разом пробивал его броню. Он раздражался от его взгляда, от доброты, от искренности. От желания, которое становилось невыносимым. В тот вечер, после презентации, Синцю неожиданно сорвался. — Вы опять не прочитали слайды заранее? — жёстко бросил он в коридоре. — Если бы это была встреча с реальными клиентами, я бы вас уволил. — Я… я старался, — растерянно ответил Чунь Юнь. — Но вы же сами вчера всё поменяли. Я не знал— — Отговорки. Я не терплю их. Вы здесь — не для того, чтобы быть милым. Вы здесь, чтобы работать. Это было слишком. Чунь Юнь сглотнул, сдержал обиду, но ничего не сказал. Он просто кивнул и пошёл прочь, быстро, не оглядываясь. ..... Он не знал, как оказался на улице, не помнил, как оказался под дождём. Просто хотел идти. Прочь от офиса. Прочь от Синцю. От этого чувства, которое душило. Машина вывернула из-за угла слишком резко. Удар был мгновенным. Чунь Юнь даже не успел закричать. ..... Больница. Белый свет. Мягкий голос врача: — Господин Фэй, у вас сотрясение и временная амнезия. Частичная. Это бывает. Некоторые воспоминания могут вернуться через дни или недели. — Я... — голос Чунь Юня был хриплым. — Я не помню, где я живу… Но… Он сжал простыню. — Я помню только... одного человека. ..... Синцю вошёл в палату, когда тот был один. Он стоял в дверях, не в силах двигаться. Чунь Юнь поднял глаза — и в первый раз за всё время его лицо светилось. — Ты… Синцю едва слышно выдохнул: — Я… — Я помню тебя, — прошептал Чунь Юнь. — Только тебя. Тишина. Их разделяло всего несколько шагов, но они были как пропасть. Синцю сделал шаг вперёд. Глаза, обычно сдержанные, были полны тревоги. — Почему? — Не знаю, — слабо улыбнулся Чунь Юнь. — Но… если ты рядом, я чувствую, что всё будет хорошо. ..... Синцю остался. Он не мог уйти. Ухаживал, приносил еду, держал за руку, когда Чунь Юнь вздрагивал во сне. И каждый раз, когда их пальцы касались — в воздухе что-то менялось. Это было уже не просто забота. Это было слишком личное