Тридцать первая и другие

«Если ты долго смотришь в окно… будь уверен, что кто-то уже смотрит в ответ»

— Из детской считалки, записанной в посёлке Листэр, 1973 г.

      Когда Кэтрин въехала в старую коммунальную квартиру на окраине Листэр, она просто хотела покоя. После развода, утомительной работы в поликлинике и бессонных ночей в шумном мегаполисе этот глухой городок казался странно привлекательным. Тишина, дожди, старые дома — будто время здесь застыло, и она могла тоже остановиться. Хоть на время.              Квартира была пыльной, но недорогой. Хозяин уехал в спешке. Соседи — вежливо молчаливы. И только странная надпись на зеркале в ванной смутила её в первый день: «Занавешивай окна. Всегда. Особенно после полуночи». Написано было губной помадой, блекло, будто со злостью.              Кэтрин засмеялась, стирая слова. Она была врачом. Скептиком. Рациональной. Но в первую же ночь, проснувшись без причины, она заметила движение у окна.              Тень. Как будто кто-то проходил вдоль окон пятого этажа. Это было невозможно. Но тень возвращалась каждую ночь. Точно в 2:57.              На четвёртую ночь она больше не выдержала. Отдёрнула занавеску. Во дворе стояло нечто. Похожее на человека, но лицо... словно за мутным стеклом. Оно не двигалось. Просто стояло и смотрело. А потом — подняло руку. И постучало.              Тук.       Тук.       Тук.              На пятый день она нашла на подоконнике след — отпечаток ладони, будто изнутри.              Её зеркала запотевали без причины. Холод просачивался даже при закрытых окнах. Электроника стала барахлить. На экране телефона — чёрные пятна, которые двигались.              Соседи избегали её. Только старая женщина с первого этажа, с глазом, плотно затянутым бельмом, прошептала через щель в двери:              — Ты уже смотрела, да?.. Теперь не спрячешься. Они помнят лица. Они приходят к тем, кто видел их…              Кэтрин пыталась уехать. Но автобус ломался, такси не приезжали. Она просыпалась на вокзале — каждый раз, будто бы не помня, как туда добралась, и с телефоном, выключенным на весь день.              Через две недели она исчезла. Просто перестала открывать дверь. Местные молчали. Полиция развела руками. Окна квартиры — занавешены. Плотно. Навсегда.              Новый жилец, переехавший месяц спустя, нашёл всё на месте. Чисто, спокойно. Только в ванной, на зеркале, не отмываемая надпись:              «Не смотри в окна. Они тоже хотят жить»              

«Стекло — не граница. Это просто мембрана. А по ту сторону — такие же, как ты. Просто чуть-чуть дольше ждали»

— Анонимный комментарий на закрытом форуме для выживших, 2009 г.