Выжить

***

      Старый заброшенный дом, который, кажется, что вот-вот сложится напополам, некоторые окна выбиты, полы местами треснули, всё поросло высокой стеной из травы. Страх пробирает до самых рёбер и глубже, будущего у посетивших это место уже нет, но если его не было изначально?       Забитый черной вязью татуировок отправился с лучшим другом прогуляться, славная картина, привычная всем. Казалось, что может пойти не так? А вот всё...       — Олег, это пиздец, — не скрывая волнения в этой ситуации, выругался Дима. — Где мы вообще?       — Та хер его знает, — пробираясь сквозь заросли, ответил высокий парень, разгребая ветки кустарников. — Ну вон дом виднеется, пошли в него.       — Ага, очень безопасно идти в гниющий дом, — нервно отчеканил брюнет.       — Больше нет выбора, — Шепс почему-то был безумно спокойным, хотя обычно наоборот. Матвеев несет спокойствие, а шатен его рушит. — Может, охотники ночуют и прекрати нагонять мрак!       Цокнув языком, парень аккуратно шагнул по лестнице, поднимаясь на крыльцо, его не покидало чувство поджидающей опасности. Телефоны давно сели, и толку от них ноль. Запасов еды тоже нет, потому что не предполагался вынужденный поход ни пойми куда. Украдкой осмотревшись, Олег рыскал на кухне в поисках минимальной еды или воды. Татуированный наводил лёгкий порядок, может, так сможет отвлечься. Напевая незамысловатый мотивчик, он не заметил, как младший скрылся из виду. Выбегая на улицу, перед ним развернулась картина, где сероглазый тащит за уши зайца. Измазанный кровью, непонятно своей или нет, но такой довольный. В глазах горела злобная искра, губы искривились в зверином оскале. Нет, это не тот Олег, что был пару минут назад. Матвеева начал пугать собственный приятель, если он так легко смог прибить эту зверушку, то, возможно, сможет и его самого. От этой идеи остановиться не по себе, мурашки забегали, сердце неприятно сжалось.        — Ммм, почти готов, — улыбаясь, заключил шатен, переворачивая добычу.

***

      Поужинав на природе, ребята снова зашли в дом, раскладываясь на диване, который не очень внушал доверие, но выбирать не приходится. Первая ночь была похожа на пытку. Что-то скрежетало рядом, не давая покоя. Птицы зловеще кричали, с кухни капала вода.       — Блять, — возмущается теперь Олег, ему тяжело спать в подобной обстановке, слыша шаги на улице. — Я пойду проверю, что там.        — Олежа, скажи честно, ты идиот? — Диме казалось, друг совсем обезумел. Потому что нормальный человек явно среди ночи не пойдёт проверять мистические шаги под покровом ночи.       — Дим... С кем ты разговариваешь? — теперь вопрос задал Шепс, выходя с другой комнаты. Забитый вязью резко обернулся, глядя в дымчатые глаза. Он ведь не спятил, общаясь с вполне реальным человеком, намеревавшим пойти в лес?       — Нам нужно выбираться отсюда... — с ужасом пробормотал парень, пугаясь, что их разговор могут услышать извне.       — Согласен, — одобрил такое решение кудрявый. — А сейчас давай спать.       В ту ночь так и не удалось нормально выспаться, мысли шли одна страшней другой. Грудная клетка просто разрывается, дрожь бежит по всему телу. Наконец-то ночной кошмар окончен. Теплое солнце ласкает пейзаж вокруг, на мгновение кажется, что всё хорошо и можно спастись, пора снять розовые очки. Да, приятно видеть мир через призму любви и нежности, но как же больно кровоточат глаза от сырости бренного мира.

***

      Матвеев бежит изо всех сил, стараясь не смотреть назад, кровь бьёт в виски. Лёгкие по ощущениям скоро порвутся, и он умрет тут. Совсем один, без шанса на Хэппи энд. Близкого друга забрала сущность, правящая этим лесом. Перед глазами до сих пор картина, на которой Олега пронзает стволик дерева, расположенного вблизи гниющего дома. Черная дымка стояла рядом, хищно улыбаясь и хихикая, смотря на панику кареглазого. Он не смог защитить любимого, спасти из лап смерти. Пелена слёз застилает обзор, забег от погибели казался вечным. Одинаковые леса и хруст веток под ногами. Споткнувшись, Дима кубарем полетел вниз с обрыва, выжить невозможно, может быть, это просто адовый сон и на самом деле всё иначе? После падений обычно просыпаются, а он до сих пор лежит среди листвы и грязи.       Дымка приняла облик покойного Олега, убегать от него неправильно, но тот хочет разорвать. Склонившись над обездвиженным телом, из пасти «Олега» несло тухлятиной, глаза приняли животную страсть. Татуированный понял, что вот и конец, не таким он, конечно, себе представлял. Не резким и до боли жёстким, а в глубокой старости. Жизнь распорядилась по-другому. Отчасти смирение накрыло его, сил бороться больше нет, по лицу стекает кровь вперемешку со слезами. Одежда висела клочьями, запачканная землёй. Слова застряли комом в горле, ребра трещат, а лучший друг тянет когтистую руку к забитой шее. Терпеливо ожидая вечного покоя, брюнет прикрыл опустевшие глаза, мысленно прося прощения у всех, кому он когда-то причинил страдания. Раскаяние сменилось мольбой.       — Я не хочу, чтобы так было... — разлепив сухие кровоточащие губы, вымолвил напоследок — прости меня, Олежа, прости...       Раздался оглушающий выстрел, птицы вспорхнули со своих насиженных местечек, заполняя небо быстрым полётом. Тяжелое тело упало вниз, придавливая Матвеева к холодной почве. Повернув голову в сторону стрельбы, в глазах засияла надежда. Это был Олег, живой и невредимый. Он бежал к нему, якорь спасения близок.        — Дим, ты как? — сваливая гниющее существо, спросил шатен. — Аккуратно, аккуратно, не спеши. Успокаивающе поглаживая по грязной спине, говорит Шепс.        — Я рад, что с тобой всё хорошо, — плача, тихо прижимаясь крепче к спасителю, мямлит парень.        — Тише, тише, я рядом, — целует в макушку, рассеивая волнение, твердит Олежа. — Мы обязательно выберемся.       Дима обхватывает ладонями лицо, утягивая в невинный поцелуй, боясь, что и сейчас стоящий перед ним всего лишь плод больного воображения. Ребята целуются бережно, опасаясь сломать друг друга. Счастье длилось недолго, очередная погоня, только теперь вместе. Периодически спотыкаясь и выплевывая лёгкие наружу, они бросились в лодку, что до этого не видели. Хорошо, пусть что будет. Игры с судьбой опасны, никто не знает исход. Обнимаясь, парочка плыла в неизвестность, которая либо спасет их, либо добьёт окончательно. Сколько проплыли, черт его знает. Тёмные воды утягивают по течению, лес один и тот же. Сон накрыл окончательно, сейчас они существуют любя, и большего не надо. Умирать так рука об руку...

***

      Приоткрывая глаза, резко ударил белый больничный свет и писк аппарата. Каждая косточка ныла и напоминала о том дне. Диму не волнует собственное состояние, его беспокоит Олег.       — Где Олег? — хрипло спрашивает парень у медсестры. — С ним всё хорошо?       — Он в коридоре ожидает, — ставя капельницу, отозвалась женщина. — Сейчас позову. Дверь легко распахнулась, впуская шатена. Лицо немного опухло от слез, а волосы свернулись гнездом.       — Вот видишь, все закончилось хорошо, — гладя по руке, шепчет Шепс. — Ты как?       — Как заново родился, — смеясь, говорит Матвеев. Он рад видеть любимого в добром здравии. — А ты?       — Отлично, я переживал за тебя, — печально глядя в темные глаза, откликнулся мужчина. — Ты не приходил в сознание трое суток...       — Теперь со мной-то хорошо, — поглаживая щеку сероглазого, ласково улыбаясь ему, возразил татуированный. — Люблю тебя...       — И я тебя, — целуя в уголок губ, сказал младший. Так ли сладко закончилось для них это приключение или же есть подводные камни в этой игре...?