Улыбайся

      Если бы его спросили о любви, он бы не задумываясь назвал конкретное имя. Описал бы конкретного человека. Ханна. Она была его воздухом, целью и мечтой несколько долгих мучительных лет.       Его преследовало его же прошлое, которое он никак не мог отпустить. Джон Хен ждал и надеялся, строил планы, которым не суждено было сбыться, чтобы в итоге пришёл какой-то мелкий заносчивый ублюдок и отобрал у него даже надежду.       Наверное, расскажи он об этом всем Ханне, она бы долго и заливисто смеялась. И, возможно, раньше этот смех тронул бы его до глубины души. Но не теперь, потому что тот, кто способен так легко отнять у тебя все, оказывается, так же легко может предложить тебе целый новый мир.

***

      Судебные тяжбы, очередные расследования, связанные с криминальной деятельностью Мин Джу Ёна и его приспешников ожидаемо затянулись на месяцы. Их отдел снова вернули, и теперь все пятеро работали в поте лица над тем, чтобы довести дело до конца. Помимо дела Мин Джу Ёна появились новые, и пятеро человек физически не справлялись с нагрузкой.       Капитан говорил о том, чтобы набрать новых людей. Пока были только разговоры о новом наборе спортсменов, но Ко Ман Сик уже ходил по отделу, хвастаясь перед коллегами. Джон Хен мог на это только закатывать глаза.       — Эй, да перестань ты, — Дон Джу толкнул его плечом достаточно сильно, чтобы его очки сползли почти на кончик носа. — Разве новые люди это так плохо? Наконец будет больше времени, и не придётся столько сидеть над бумажками.       Джон Хен снова закатил глаза, поправляя очки. Дон Джу привычно бесил своей жизнерадостностью и упорством. Сколько недель они безвылазно сидели в этом сраном кабинете, перечитывая документы, а он ни разу даже не пожаловался, засиживаясь допоздна и толкая мотивирующие речи. А после изнуряющего рабочего дня шёл не домой, а в зал, где, как Джон Хен подозревал, боксировал до изнеможения.       Бесит.       — Ничего плохого в этом нет, — согласилась входящая в кабинет Ханна, которая вернулась с задания, которое ещё рано утром ей поручил капитан. — Но это еще даже не подтверждённая информация. Не факт, что комиссар одобрит. Конечно, он стал немного лучше реагировать на подобного рода вещи, но это все тот же продажный человек, который во всем ищет выгоду. У капитана дурная привычка радоваться преждевременно, из-за чего он так часто действует необдуманно.       Улыбка на лице Дон Джу слегка поблекла, но до конца не исчезла. Увидев Ханну, он подорвался на ноги, отодвигая для нее стул. Теперь они не особо скрывали отношения, но Ханна все еще была против слишком открытой демонстрации чувств. По крайней мере, так казалось со стороны. Для собственного спокойствия Джон Хен старался не лезть в это. Он смирился с тем, что Ханна его не любит, но было все еще больно. Какой-то странный комок формировался каждый раз стоило посмотреть на то, как Дон Джу улыбается при виде Ханны.       Джон Хен фыркнул, отворачиваясь. Вот же ж… мелкий ублюдок.       — Кстати, Джон Хен, — внезапно обратился к нему Дон Джу, — ты же помнишь, что сегодня мы идём в тот ресторанчик, о котором я тебе говорил? Там отменное чапчхе и куксу.       Ханна странно посмотрела на Джон Хена, но ничего не сказала, уставившись в бумажки, которые принесла с собой. Джон Хен лишь вздохнул с раздражением.       — Я ничего не обещал, — словно маленькому ребёнку пояснил он, понимая, что говорить что–то о праве выбора Дон Джу — бессмысленно. — И я не люблю чапчхе.       Дон Джу подошёл к его столу и наклонился, заглядывая ему в глаза. Почему–то дыхание перехватило. Наверное из-за едва заметного терпкого запаха одеколона, который отчего-то казался неприятным.       — Ну пожалуйста, — Дон Джу закусил губу, словно собака выпрашивая лакомство.       Джон Хен в очередной раз вздохнул. Когда речь шла о Дон Джу, ни о каком выборе речи не шло. Каким-то образом он находил способы заставлять людей делать то, что он хочет.

***

      Ресторанчик, о котором говорил Дон Джу сложно было назвать милым или уютным. В старом помещении было темно и пусто. За одним из столиков сидели только они вдвоём.       Джон Хен брезгливо поморщился, но послушно сел напротив коллеги, понимая, что сопротивление только затянет эту пытку.       — Атмосферка тут… — Дон Джу как-то неловко улыбнулся, возвращаясь за стол после того как сделал заказ, — не очень. Но их куксу… пальчики оближешь. Я нашёл это место в то время, когда нашу команду расформировали. Ещё нужно будет тебя сводить в ресторанчик, где очень вкусные острые ттокпокки. Ты же любишь острое?       Дон Джу как всегда слишком много говорил, что вызывало у Джон Хена только головную боль и странное сосущее чувство где-то под ложечкой.       — Эй, Дон Джу, — прервал он его нескончаемую болтовню. — Зачем это все? Ханна твоя, может хватит уже?       Последняя фраза осталась горечью на языке, и Джон Хен опустил на секунду взгляд, чтобы не выдать себя. Кажется, этот вопрос ошеломил и самого Дон Джу, потому что тот замолчал на долгую минуту. Когда Джон Хен поднял взгляд, тот как-то странно смотрел на него.       — Мы… не встречаемся, — выпалил он и залпом выпил соджу, которую ещё в начале принёс хозяин заведения. — Мы решили, что не подходим друг другу.       Джон Хен удивлённо выпучил глаза. Такое он услышать был не готов.       — Не подходите друг другу? — переспросил он, едва слыша свой голос. Казалось, после такой новости этот шум, преследовавший все его мысли, должен успокоиться, а тянущее чувство — уйти, но шум только возрастал. — Что это значит вообще? Хочешь сказать, я зря сдался?       Звук, похожий на смешок, застрял в горле. Ответ пришлось ждать дольше, потому что им наконец принесли их блюда. Пока хозяин расставлял тарелки на столе, Джон Хен внимательно наблюдал за Дон Джу, который вёл себя довольно необычно даже с учётом того, что Дон Джу в принципе считался странным по меркам нормальных людей.       — Не зря, — как-то грустно улыбнулся Дон Джу, пододвигая к нему тарелку с чапчхе. — Прошлое надо отпускать. Это то, что я понял.       Больше они о Ханне не говорили. А чапчхе действительно оказался вкусным.

***

      Джон Хен чертыхался сквозь зубы, пытаясь открыть дверь, не уронив при этом Дон Джу, который умудрился напиться и в очередной раз доставить ему проблемы. Не умеешь пить — не берись, всегда говорил ему отец. Хорошо, что хоть в этом он решил послушать старика, и практически не пил.       Он едва смог открыть дверь и буквально ввалился внутрь квартиры, таща на себе неудавшегося пьянчугу. Зацепившись за пару обуви, которую он забыл убрать в шкаф, опаздывая утром на работу, Джон Хен начал заваливаться вперед, понимая что падения вряд ли удастся избежать, а принимая во внимание Дон Джу, который явно упадет на него… Хоть бы ничего не сломать.       Но внезапно рука с плеча перекочевала на талию, его резко перевернули и он действительно упал. Вот только не на пол, а на Дон Джу, который быстрее него среагировал и, сгруппировавшись, прижал к себе.       — Ты в порядке? — дыша ему на ухо, спросил Дон Джу. — Нигде не ушибся?       Джон Хен медленно поднял голову, фокусируя взгляд на встревоженных и широко открытых глазах Дон Джу, который теперь в тусклом свете прихожей казался совсем не пьяным.       — Ты что… притворился, что напился? — возмущенно спросил он, и Дон Джу тут же виновато улыбнулся, подтверждая его догадки. — Но зачем это нужно? Ты хоть знаешь какой ты тяжёлый? Вот же придурок!       Джон Хен от злости ударил его кулаком в плечо, замечая, что все ещё буквально лежит на Дон Джу. Поднимаясь, он словно случайно задел бывшего боксёра локтем в бок.       — Ну… — Дон Джу почесал затылок, тоже поднимаясь. — Так ты бы не разрешил переночевать у тебя.       Это было правдой. Джон Хен хмыкнул, потирая уставшие глаза.       — Зачем тебе ночевать у меня? Насколько мне известно, после повышения, ты начал снимать квартиру.       Джон Хен разулся и прошёл в гостиную, слыша как Дон Джу тенью следует за ним. Отчего–то сердце зашлось в незнакомом для него ритме. И почему этот придурок вечно все портит?       — Можешь спать в той же комнате, что и в прошлый раз, — сказал он, не поворачиваясь. — Я там убрался, так что теперь будет больше места.       Он собирался уйти в свою комнату, когда внезапно Дон Джу схватил его за руку, разворачивая к себе.       — Джон Хен, — тихо и по-странному нежно позвал он его.       Ему не оставалось ничего, кроме как поднять на Дон Джу взгляд. — Джон Хен…       Снова повторил Дон Джу и шагнул к нему ближе.       — Что ты… — Джон Хен не успел закончить фразу, потому что Дон Джу сократил между ними расстояние и накрыл его губы своими.       Долгую минуту Джон Хен стоял, замерев и не зная, что ему делать. Дон Джу прижался к нему, положив руки ему на плечи, и тоже особо не двигался, ожидая хоть какой–то реакции.       Реакция пусть и с опозданием, но последовала, заставляя Джон Хена удивляться, почему же он так медлил. Дон Джу совсем не сопротивлялся, когда он рывком оттолкнул его и шагнул назад.       — Ты! Что ты делаешь? — слишком тихо для подобной ситуации спросил Джон Хен. Он сжал кулак, но так и не поднял руку, чтобы нанести удар, что тоже было странным. Дон Джу явно заслужил.       Дон Джу как-то виновато, но все еще слишком нежно, посмотрел на него. Он ничего не говорил. Да ему и не надо было. Взгляд говорил за него.       — А как же Ханна? — спросил Джон Хен, взьерошивая волосы на затылке. — Что это вообще значит?       — Я же говорил тебе, Джон Хен, — хрипло начал Дон Джу. — Прошлое надо отпускать. Я долгое время, как и ты, цеплялся за Ханну. Точнее за образ, который выстроил у себя в голове, потому что так было проще справляться с тем дерьмом, которое происходило в моей жизни. Но Ханна заслуживает большего, чем просто моя любовь к несуществующему призраку. Понимаешь?       Джон Хен вздрогнул, понимая насколько слова Дон Джу были похожи на то, что он сам испытывал. Вот только он понял это недавно, а сам Дон Джу, кажется, жил с этим осознанием уже некоторое время.       — И поэтому ты решил… — Джон Хен все никак не мог найти слов, чтобы описать то, что только что случилось. — Решил, что следует переключиться на меня? Вот спасибо! Надеюсь, это тебе помогает справляться со своим прошлым и дурацкими психотравмами.       Джон Хен внезапно перешел на крик, и сам не понимая почему же так сильно злится. Будучи популярным фехтовальщиком, ему часто приходилось отказывать влюблённым в него фанаткам. Иногда даже фанатам. Так чем же Дон Джу отличался от них? Почему ему он не может сказать те самые три фразы, которые он всегда говорил в подобных случаях? Дело в Ханне? Или в чем-то еще?       — Да нет же, Джон Хен, — Дон Джу снова схватил его за руку, на это раз крепче. — Я… Ты мне нравишься.       Что-то в нем словно надломилось. Треснуло с хрустом, от которого заложило уши. Захотелось смеяться, и он не стал себя сдерживать.       — По твоему это так просто? Вот так вот просто: ты мне нравишься? — задыхаясь от смеха, спросил Джон Хен.       Дон Джу на это лишь пожал плечами и улыбнулся той своей фирменной дурацкой улыбкой, которая его всегда так бесила. Шум в голове, который преследовал его уже столько лет, резко прекратился. И на смену хаосу вдруг пришла душащая тишина. У Дон Джу все всегда слишком просто. И это тоже ужасно раздражало.       — Бесишь, — процедил Джон Хен, хватая Дон Джу за ворот, и притягивая его к себе. И если Дон Джу не умеет принимать отказы и умеет убеждать, тогда пусть хотя бы этот выбор будет его. Пусть хоть что-то в своей жизни он сделает уверенно, не оглядываясь назад, не ожидая одобрения отца или кого-то еще.       Возможно это сломает его до конца, доламывая то, что он так усердно пытался сохранить столько лет. Но иногда для того, чтобы построить что-то новое, нужно снести старое до основания.       Их губы встретились резко и грубо. Зубы ударились друг о друга с неприятным клацаньем, но никто даже не подумал отстраняться. Джон Хен словно задыхался, а Дон Джу был единственным глотком воздуха, который у него остался.       Напирая, Джон Хен толкал Дон Джу все ближе к стене, чтобы в итоге невероятным образом самому быть к ней прижатым. М-да, пытаться победить чемпиона Азии по боксу такая себе идея. Но он все равно попробует.       Отстранившись от Джон Хена лишь для того, чтобы перевести дыхание, Дон Джу прижался к нему с новым поцелуем, но теперь уже к шее. Джон Хен, который хотел возмутиться сначала тем, что его прижали к стене, а потом и откровенным поцелуем в шею, смог лишь бесстыдно откинуть голову назад и как-то слишком уж жалко даже для себя заскулить.       — Дон Джу, — выдохнул Джон Хен, цепляясь за его плечи. — Не надо…

      Дон Джу едва оторвался от него, заглядывая ему в глаза, и Джон Хен понял, что он найдёт как его убедить и в этот раз.       — Не переживай, — косая ухмылка появившаяся на его лице вызвала уже знакомое тянущее чувство в районе рёбер и живота, и только теперь Джон Хен понял, что же оно на самом деле означало. — Я страшный только на ринге.       И он снова припал губами к его шее, опускаясь на этот раз чуть ниже, ближе к ключицам. Ловкие руки быстро справились с пуговицами на его рубашке. Джон Хен задержал взгляд на сбитых костяшках, едва подавляя желание их поцеловать, перед тем как Дон Джу окончательно стянул с него рубашку.       Восхищенный взгляд прошёлся от красных от поцелуев ключиц к груди, животу, теряясь где-то возле пояса штанов. От этого взгляда захотелось убежать, и он инстинктивно закусил губу, прикрывая глаза. Но внезапно на щеку легла рука, заставляя открыть их.       — Эй, Джон Хен, улыбайся. Я же говорил, улыбайся широко, — попросил Дон Джу, становясь на колени. — Ведь тебе так идёт улыбка.       Рука Дон Джу скользнула от груди к поясу штанов, ловко расстегнула ремень и опустила молнию вниз прежде, чем Джон Хен успел что-то понять.       — Дон Джу, не надо, — снова попросил Джон Хен, перехватывая чужую руку. — Ты совсем не обязан этого делать.       В ответ на это Дон Джу высвободил свою руку, едва ощутимо целуя тыльную сторону руки Джон Хена.       — Но я хочу, — объяснил Дон Джу и слегка приспустил его штаны вместе с бельем, обдавая уже налившийся кровью член горячим дыханием.       Он не успел как либо возразить или что-то сказать, потому что губы Дон Джу прижались к его головке. Стон застрял где-то в горле, и Джон Хену пришлось сжать руки в кулаки, чтобы не схватить его за волосы.       Некоторое время орудуя только губами, Дон Джу внезапно решил пустить в ход и язык, который действительно оказался таким длинным, как Джон Хен и предполагал. Проведя языком от кончика до основания, он легко взял в рот половину его длины.       От быстрых, пусть и не очень умелых движений языком, Джон Хен мог только постанывать, закусывая губы, чтобы не быть слишком громким.       — Если ты так продолжишь, я… — Дон Джу не дал ему закончить, двигая головой быстрее, насаживаясь глубже.       Разрядка была не похожа ни на что, что он когда либо испытывал в жизни. Не сумев сдержать стон, он все же сжал волосы Дон Джу в руках и излился прямиком ему в рот. От такого мощного оргазма потемнело в глазах, а ноги стали словно ватными. Он едва не упал, но был вовремя подхвачен внимательным Дон Джу.       — Аккуратно, — шепнул он, вытирая рот тыльной стороной ладони.       У Джон Хена даже не было сил чувствовать себя виноватым. Прикрыв глаза и прижавшись к обнявшему его Дон Джу, он пытался выровнять дыхание.       — Думаю, нам пора спать, — протянул Дон Джу и поцеловал его в макушку. — Завтра снова на работу.       Джон Хен слегка отстранился, заглядывая ему в глаза.       — А как же… ты? — голос охрип, и ему пришлось откашляться. Дон Джу улыбнулся, как–то слишком уж ярко.       — Сержант Ким хочет позаботиться о своем коллеге, — засмеялся он. — Как мило. Но ты слишком устал. Думаю, будет лучше…       Джон Хен мотнул головой и толкнул Дон Джу в сторону дивана, вспоминая, что он все еще стоит прижатый к стене. Дон Джу, не особо сопротивляясь, пошел за ним.       Джон Хен толкнул его на диван, расстёгивая ширинку его джинс и стягивая с него белье, не переставая удивляться, как этому поганцу удаётся так легко получать все, чего он хочет. Дело ли в упорстве? Джон Хен хмыкнул, смотря на внушительных размеров член и не зная, что дальше с ним делать. Конечно, он не был совсем уж идиотом, но раньше у него было только с девушками. Как доставлять удовольствие парням он не знал. Наверное по тому же принципу, по какому он удовлетворял себя?       Пока тот не заметил сомнения в его глазах, Джон Хен оседлал колени Дон Джу, и обхватил его член рукой, слегка надавливая. Дон Джу, ощутив касание, застонал и откинулся на спинку дивана.       — Сильнее, — с придыханием попросил Дон Джу, и Джон Хен от звука его голоса чуть снова не кончил.       Он послушно сжал руку сильнее, проводя вниз и медленно вверх. Член Дон Джу был немного больше его собственного и ощущался в руке слегка по другому, но это не пугало, скорее наоборот — заставляло ускориться и двигать кистью быстрее.       — Подожди, — Дон Джу внезапно перехватил его руку останавливая. — Хочу кое-что попробовать.       У Джон Хена перехватило дыхание, когда Дон Джу сильнее прижал его к себе, снова запуская руки в его штаны и высвобождая его член наружу. Не успел он удивиться или спросить что парень делает, как Дон Джу обхватил его член рукой и прижал к своему.       От этого чувства, возникшего при контакте, у Джон Хена закружилась голова. Вид их плотно прижатых друг к другу членов вызывал смешанные чувства. С одной стороны это было так неправильно и грязно, а с другой… хотелось больше. Джон Хен подумал, что уже поздно метаться или притворяться правильным, поэтому обхватил два члена и своей рукой, смыкая кольцо, и задвигал ею в такт чужой.       Кончая во второй раз, Джон Хен улыбался. Впервые он был готов поверить кому-то без доказательств. Впервые он действительно верил, что ему очень идёт улыбка.       — Кажется, ты мне тоже нравишься, — выдохнул Джон Хен в губы Дон Джуну. — Придурок.       Дон Джу улыбнулся, целуя его в ответ.