Асарат

Разговор за столом состоял из шуток. Братья откалывали номера, сами не успевая есть. На них поглядывали со стороны и другие. Иногда участвуя комментариями. Было похоже не на трапезную, а на общее застолье хороших друзей. Присутствие среди них незнакомого асарата никому не мешало. Он с Варнами значит свой. - Куда дальше?- спросила Эцио, осторожно распуская крайний ремешок на корсете. - Можно полетать. - в шутку предложил Квинт. - Камнем в море. - подхватил Джакс. Эцио всхлипнула, смеяться она больше не могла. Капюшон давно сполз, но ее это не волновало. Между своими "касадами" она в безопасности. - Библиотека?- искал варианты Квинт. - Поспать там можно. Тихо и мухи не жужат. - Джакс не отставал. - Все, не могу уже. - Эцио легла на стол лицом, прижав красную щеку к холодной поверхности. - Джакс ты "смито" ел? - Немного, пробовал, а что? - Это она его весь съела? - Похоже - удивился Джакс. - И как мы объясним Долану, что напоили Эцио? - Да брось! Одна тарелочка. Я в три раз больше могу употребить пока подействует. - Это ты! Она в три раза легче тебя.... У нас проблема. - Вижу... Эцио мило посапывала на столе. При свете дня тащить тело через все переходы объясняя каждому встречному, что виноват "смито" это совсем не весело. Братья переглянулись. - Пойду поговорю с Шефом. Он тоже виноват. Мы такое не заказывали.

***

Шеф согласился. Его вина. Он рад был видеть братьев и от себя добавил деликатес: паштет из морского угря приправленный чистым спиртом для резкости. Он предложил оставить до вечера их друга проспаться у него в комнате для отдыха. Так и сделали. Кинув монетку кто понесет девушку до кровати они оставили ее, сняв только сапоги, в маленькой комнатке с узкой кроватью и окошком, для верности заперев дверь.

***

Эцио. Как болит голова! Я не помню такого состояния с той ночи когда прощалась с свободной жизнью в кабинете мужа. Что произошло? Меня выдали замуж и я напилась с горя? Трапезную и братьев я помнила. Дальше провал. Нащупав обувь, натягиваю ее сдерживая стоны. Тьма! Нет не тьма. Вечер. За окошком сумерки. Подергав запертые двери, понимаю, бред спросоня вполне может быть реален. И меня заперли, чтобы не сбежала. Ну бегать то я умею. Водички бы. За окном шумел прибой. Ветер трепал кустики на подоконнике. Пролезть целиком в него я бы не смогла, а бить в двери не стану. На больную голову пришла мысль призвать свою птицу. Забываю боль. Отключаю ее. Вдох... Выдох. Не выходит. Ну что за мир такой! Я начинаю злится. В памяти пустота. Ни подсказки ни намека. Из огня да в пламя! Не хочу опять голову в ошейник. У меня есть сын. И я должна к нему вернуться. Неужели им удастся посадить меня снова в клетку условностей? Не бывать этому! Я резко вдыхаю. Окно близко, в каком то метре. Нацеливаюсь в него. Взмах руками. Толчок, как в прыжке в воду. Выпущенной стрелой я вылетаю в узкое оконце, сбивая с веток листья. Свобода!

***

Ипостась стерха не признает сомнений и никогда не подводит. Я выучила этот урок. Впервые отправившись в полет сама! Скалы и прибой быстро пронеслись мимо. Это было похоже на свободный бег, только по воздуху. Серая, живая масса воды словно дышала. Горизонт слился с небом. Выполнив разворот, я возвращалась к суше. Не может быть, что меня так далеко занесло от земли! Свой норов показал ветер. Заставляя торчком подниматься легкие перья он сносил меня в сторону. Высота была приличной. Легкий бриз у острова превратился в порывистый шквал и я не могла с ним бороться, только держаться на воздухе, постоянно выравниваясь, сопротивляясь его попыткам меня перевернуть. Я поняла. Полет в один конец. Завывание ветра и шум прибоя у далеких скал. Упрямство не позволяло мне сдаться, сложить крылья и упасть в воду. Вдруг, сверху на меня падает темная тень, пронзая когтями основание крыльев. Я кричу, выдавая яростный писк. Мы летим в низ, в воду. Почти у гребня высокой волны сокола, словно добычу тащит в когтях повелитель бурь - черный ястреб. Как мы приземлялись - я не помнила. С каждым взмахом мощного крыла чужие когти причиняли резкую боль моей птице и я ее ощущала, словно свою.

***

Очнулась Эцио на холодном камне, по прежнему в теле раненой птицы. Кто бы вы думали находился в этот момент рядом? Можно догадаться: асарат. В темноте все кошки серы, а асараты в исключительно темной одежде. Про цвет ткани в зрении птицы она ничего не могла бы сказать. Молодой мужчина тяжело дышал, откинувшись на скалу, словно бежал с тяжестью на руках в гору. Крылья сокола онемели и мокрыми тряпками лежали, раскинутые в стороны. Ее соколиный облик не мог пошевелиться. Накрапывал ленивый дождик, море штормило, вбиваясь пенными гребнями в бесчувственный монолит одинокой скалы. Ночь вступала в свои права, погасив закатное пламя грозовыми тучами. - Ну, обращайся - сказал незнакомый асарат с нескрываемым раздражением, - хочу взглянуть в лицо самоубийце. "Еще чего! А слезать отсюда как?" - забеспокоилась Эцио, осознавая соколиным чутьем, что высота здесь приличная и кроме небольшого уступа вокруг ни тропинки, ни лестницы. Ее специально сюда притащили, чтоб сбежать не могла? - Стыдно?- продолжил тем временем Ястреб и легонько тронул крыло - Давай, парень, более отчаянного сокола я в жизни не видел и теперь знаю твой запах. "Сокол?- это он мне, значит, пока я не обращаюсь, он не узнает, кто я на самом деле. Отлично!" Сокол сгреб лапки под себя, сложив крылья, которые дико болели и плохо слушались. - По хорошему не хочешь? Тогда будет по другому. "А что, это было по хорошему?" - мысленно возмутилась асаратка, а птица при это нахохлилась, растопырив перышки на груди. Асарат тихо хмыкнул, осторожно поднял пискнувшую птичку на руки. Та начала вырываться, бить крыльями и голосить, словно дикая птица, возмущенная недостойным обращением с ней. Сокол пытался вырваться, расцарапав человеку щеку длинными изогнутыми когтями. - Да успокойся ты, идиот! А то выброшу в море. - выругался асарат, распахивая ворот палиссы и заталкивая мокрую раненную птицу запазуху. Эцио возражала бы, но ее соколу пришлось по душе тепло человеческого тела. Он перестал трепыхаться, затих и даже когти сжал поплотнее, чтоб не поранить уютное гнездышко. Ишь какой! Теперь Эцио четко отделяла свои намерения от соколиных. Несмотря на термин "слияние", выходило, что ее птица присутствует в ее теле, как дух, пока она человек и способен взаиможействовать с ней только на уровне интуиции, а при обращении они словно местами меняются. теперь Эцио гость в теле свей птицы. Причем ее Сокол не просто стерх с прописанными природой инстинктами, а нечто большее. Симбиоз навыков, опыта настоящего стерха с разумом человека. Под плотной тканью палиссы было действительно очень уютно, снаружи шумел дождь, раскалывали небо вспышки молний, а наглый спаситель куда то шел. По длинным, несвойственным для обычной ходьбы рывкам было понятно, что он движется по каменистому склону. В темноте! По мокрым камням! Продолжалось это около полу часа, пока шум дождя и грозы постепенно стих, а Эцио укачало, почти убаюкало.

***

"Она исчезла!" На тихие слова брата Квинт отреагировал мгновенно. Перескочив через высокую стойку он исчез в внутренних помещениях трапезной. Джакс пошел за ним следом, не торопясь. Факты - вещь непреложная. Комната, где они оставили спать Эцио, оказалась пуста. Квинт выглянул из дверей, затянув брата внутрь. - Шефа спросил? - Да. Он ничего не слышал и никого не выпускал. Скомканное одеяло. Стул. Спрятаться тут негде. Джакс сам проверил. Окно слишком узкое, чтоб вылезать, а кровать низкая, чтобы скрыться под ней. - Двери были заперты? - Снаружи. - Проклятье! Она же улетела!- Квинт с силой ударил ни в чем не повинную дверь. Та резко захлопнулась, отскочила и повисла на одной петле. - Сама? Ночью? В грозу? - недоверчиво уточнил Джакс и озадаченно присел на край кровати. - У тебя есть другое объяснение? Давай наверх к стражам! И ты - пешком, - указательный палец Квинта уперся старшему брату в грудь. А потом, в ту же секунду, сорвавшись, едва заметной дымкой, ястреб вылетел в окно, доказывая, что его версия имела смысл. Перескакивая через ступени Джаркис несся наверх. Случись что с Эцио, он себе не простит. Никогда. Ночью стерхи не любят летать, это опасно даже для опытной птицы, что говорить о новике, которым была Эцио. В такую погоду сильный ветер и восходящие потоки у скал не позволят нормально приземлиться. Площадка стражей продувалась шквальным ветром. На ней под хлесткими струями дождя стоял промокший до нитки Квинт, сдерживаемый двумя асаратами в попытке достать третьего. Не обращая внимания на напряженность обстановки, Джакс подошел в плотную к нему. - Что? - кротко спросил он, хотя из груди рвался вопль отчаянья. Всегда серьезный рассудительный Квинт держал себя в руках, а тут четыре руки не хватало, а он еще даже не начинал сопротивлятся. - Видели сокола. Эдвард за ним полетел. Джакс выругался, делая резкий разворот и прыжок в пропасть. За ним сорвался свободный страж. А двое других выполнили свой долг, взяв на лезвия прыткого братца. Квинт понимал, шевельнись он, ничего страшного не случится. Только подрежут ему крылья, поранив плечи. А терять возможности ястреба он не хотел. У него и так вышел конфликт со стражами. Ночью в шторм летать запрещено. И они пресекали всякие попытки делать это, вплоть до кровопускания. - Все. Ваша взяла. - сказал Квинт расслабляясь. За шиворот стекали холодные струи дождя и такой же холод сжимал страхом внутренности. Сверху под ноги рухнул ястреб и уже припечатавшись в хлюпающую жижу вернул себе вид человека. - Пошли,- процедил Джакс, отплевываясь от грязи. - Джакс? - произнес младший. Тот понял его не высказаный вопрос. - Южная ветвь. Гостевые. Дом Касаш. Плохо. - Касаш! Твари поднебесные! Почему гостевые? - Сын.... - Хорошо. Старший? - Да! - Плохо...

***

Эдвард. - Вылезай. Он вытряхнул, раненого сокола на кровать. Тот, кучкой мокрых, потемневших перьев остался лежать неподвижно, грозно поблескивая бусинками глаз. " Может дикий?" - подумалось Эдварду. Другого объяснения поведению не идущей на контакт птицы не было. Вот курьез. Он разговаривает с дикой птицей. Надо все же осмотреть его. Вид соколов наиболее распространен в глухой местности, на просторах империи. Очень далеко отсюда. Может его принесло штормовым ветром. Птица некрупная. Если это детеныш, тогда понятно, отчего он такой несговорчивый. Эдвард осторожно попытался осмотреть раны, нанесенные собственными когтями. Аккуратно подув на перышки. Сокол позволил расправить крыло, нервно курлыкнув. Наверное еще в шоке, бедняга. Эдвард заметил небольшие ранки и одну, прерывистую царапину. - Выглядит обнадеживающе, - выдал вердикт асарат, убирая руки. Раны чистые и не кровоточат. Отлично! Сосуды не задеты, просто поранена кожа. К утру будет как огурчик. Правда немного поколотый вилкой. Эдвард немного успокоился, прикрыл птицу краешком одеяла. Ему самому нужно сменить одежду. Промок и устал. На сегодня с дежурством все. Ребята подменят.

***

Эцио. Странный какой асарат. Неужели среди стерхов нет женщин? "Как же нет? А ты?" - напоминает внутренний голос. Я не очень всматривалась в лицо человека. Птицы видят совсем по другому и перевести это в человеческое описание сложно. Понимаю, что он не причинит мне вреда. Позволяю поднять крыло. Делает это он осторожно, а я терплю. Заботливый какой. Укрыл одеялом. Весело. Первый день дома. Побила двоих, другие двое заперли меня, с этим еще разобраться. И как результат моего буйного характера - лежу в постели незнакомого мужчины. Да хоть и знакомого. Ничего не меняет. Оклемаюсь немного и нужно уходить. На удачу хозяин комнаты вышел. Как же возвращаются в тело человека? Где инструкция? Придется доходить своим умом. Шевелится не так уж и больно. Стараясь не шуметь, выползаю из под покрывала. Край кровати. Ну, на удачу! Делаю мысленно шаг-прыжок. Получилось. Стою своими ногами! Плечи правда болят. Сколько времени? Как отсюда выйти? Комната явно жилая. Письменный стол, стойка с оружием. Книги на полке и какие то статуэтки. Поправляю капюшон, поднимаю влажный воротник. Выход из комнаты один. За дверью тихо. Темный короткий коридор и дверь в освещенный зал. Замираю у порога. Двери выходят на галерею, как у меня дома. Второй ярус - жилые комнаты. В низу в центре длинный стол несколько канделябров по углам. За столом сидят асараты. Тихо разговаривают. Кто из них мой спаситель? Он же может переодеться. Я не смогу его узнать. Пока высматривала присутствующих, заметила путь к спасению. Галерея шла по всему залу, спускаясь ступенями с обеих сторон. Пройти бы пришлось мимо сидящих. Не вариант. А вот широкая арка с торца зала по которому шла галерея и есть выход. Дойти поверху до нее спустится через перила в низ. Три метра - не высота. Пройти по деревянному настилу удалось незаметно. Свечи не давали много света. Да и не ожидает никто таких трюков с прыжками с балкона. А вот с перилами я прогадала. Спрыгнуть? Сейчас не берусь обещать, что получится тихо. Мне повезло, что в этом доме уважают лепку. Ниже уровня деревянного ограждения начинался лепной орнамент арки. По нему, как по жутко неудобной леснице я с трудом смогла спустится незамеченной. По руке побежала горячая струйка. Я потревожила подсыхающие раны. Ничего. На темной ткани не видно. Благополучно исчезнув. Через центральный зал, пустыми проходами добираюсь домой. Кажется я пропустила ужин и все спят. *** Эдвард. Стою у незнакомой арки. Чужой ареал. Откуда мне знать все семьи магистрата! Видно и правда малец недоучка попался. Их нужно инициировать лет в 20 когда мозги появляются. Не заметь я его в начинающийся шторм, утром прибило бы мертвое тело к берегу. Какой прохвост! Дожался когда я вышел и сбежал! Я только заметил тень скользящую у входа. Кинувшись на глазах у друзей за ним, вовремя спохватился. Провел до дома. Нужно было убедится, что дойдет, а не сползет по стеночке по пути. *** Перекидываясь словами, братья передвигались на грани приличий и безопасности для встречных. К вечеру, когда зажигали под отражателями огни, народу в общих помещениях становилось меньше. Всеравно у них ушло около получаса, чтобы добраться до южной ветви гостевых комнат. Искали они Эдварда Касаш, старшего сына магистра Коры Касаш, единственной женщины магистрате, в которой мало осталось женственности. Оставшись вдовой после гибели императорских касадов, вырвавшись из лап тайной канцелярии, она отдала все свои силы на борьбу с гончими псами, после рождения сына. Более жестокого врага империи в магистрате не было. Упомянутого стражами асарата на месте не оказалось. Им пришлось ждать. *** Эдвард Явились, не запылились. Касады неблагоданого новичка. Тут я не прав. Запылились. На светлой одежде бурые разводы грязи. Заставил побегать ученик. Заверив их, что с подопечным все впорядке, отправляюсь спать. Покоя не дает нестыковка, но оставляю это на утро. Ползать ночью по скалам не то удовольствие, на которое я расчитывал. *** Эцио. В кресле меня ждал Долан. Может спал, но проснулся. Тихо идти я не могла. Пока бежала сюда, на нервах, на адреналине, а добралась и кончилась. Тело ломило, плечи жгло огнем, ноги подкашивались. - Эцио, нам нужно поговорить. - Не сейчас Долан. - ответила я, хватаясь за перила, как утопающий. - Что случилось? - Завтра ...- ползу по ступеням еле переставляя ноги. Разум отказывает в логике. Она что то вопит, но я глохну. - Ты в порядке? - Убейте меня, но сделайте это завтра. Хорошо?... спокойной ночи. Я закрываю дверь. А еще стирать одежду! Ранки подсохли. Всего четыре. Выше лопаток на спине и под ключицей. Жаль поблагодарить некого. Искать спасителя я не буду. С утра ко мне уже ломилась мама. Думаю мне устроят разбор полетов. Злить Долана больше, чем вчера не хотелось. Не глядя достаю какое то купленное мамой платье. Лишь бы воротник скрыл припухшие проколы. *** -Как спалось дорогая? Вспоминаю, что на ужин у меня ничего не было. Хватаю булку с блюда набивая полный рот, пока дохожу до своего места. Заботливая рука мамы подвигает чашку. Я киваю. - Доброе утро мама. - игнорирую ее вопрос. Словно голос у меня волшебный, появляется Долан. Он спокоен и сосредоточен. Вижу как переглянулись они с матерью. У Лисенты опухшие глаза. Плакала. Что там вчера мне логика шептала? Подозреваю они не в курсе, почему я поздно пришла. Воображаю, что они могли подумать! - Доброе утро Эцио. - приветствовал меня глава семьи. - Мама, Долан... давайте позавтракаем и после поговорим. - Хорошо,- улыбнулась мать грусно. -Тебя ожидают вчерашние гости. Сказала и наблюдает за реакцией. - Подождут. .. Реакции ноль, а вот интонация подвела. Вышло мрачненько. Скомкав завтрак, видно у всех пропал аппетит, мы разместились в кабинете отца. Моего отца. Я и не ожидала, что его превратят в музей, но была приятно удивлена. На стене рядом с полотнищем Долана : темно синий фон, стилизованная белая А; и темно бордовое полотно Эстрадинаре с той же буквой. Стерхов на знаменах перестали изображать давно. - Я тебе не отец, Эцио, и воспитывать не собираюсь. Но позорить семью, мать, не позволю! Начал он сильно. Встав как докладчик. А еще вернее обвинитель. У меня бы тряслись поджилки от звука его сочного строгого голоса. Думаю он подготовил речь на час минимум. А меня ждали разборки с темными личностями, явно осаждающими наши ворота. У меня к ним куча вопросов образовалась и это лишило меня всякого терпения. Я поднимаюсь, этим прервав его. Спина прямая, плечи, несмотря на дискомфорт от ран, расправленны. Внутри дрожу от собственной смелости. - Достаточно, магистр Долан. - в голосе лед и спокойствие. Несмотря на лепет Лисенты, продолжаю: - Вы правы, я вам не дочь. И воспитывать меня несколько поздно. До заседания совета я буду гостьей в вашем доме. А после - покину вас. Пришло время мне принять свой ареал и наследство отца. И ответственность за себя нести буду только я. И последнее...- я выдыхалась. Стоять прямо было очень сложно. - Уверяю вас, вчерашние события не затронули мою честь и честь семьи. И печально, если у вас сложилось такое впечатление. Дела вынуждают меня покинуть вас. Мне можно идти? Последний вопрос был формальностью с моей стороны. Отчитываться перед Доланом больше я не собиралась, как и позволять гнуть меня под планку условностей. Коротко кивнув магистру, чуть ниже - матери, я покинула кабинет. *** - Лисента...- Долан вздохнул,- как же не просто разговаривать с твоей дочерью. - Прости... Лисента огорченно опустила голову. Долан присел рядом с женой, ласково прижал к себе. - Нет, любимая, ты должна гордится Эцио. Она истинная дочь и наследница Эстрадинаре. На совете я поддержу ее. *** Эцио появилась рано. Хотя братья околачивались у порога с рассвета, не расчитывали увидеть ее так скоро. Оба чувствовали себя виноватыми. За то, что накормили смито и за то, что упустили в ночь. Со слов шалопая Эдварда, ей пришлось страдать от ранок его когтей. Джакс еле сдержался, слушая ухмыляющегося стража. Плевать, что тот решил на их счет. Хотелось размазать хитрую улыбочку по его лицу. И только Квинт, вернувшийся в прежнее состояние здравой оценки, остановил его. Она вышла ледяной королевой, прожигая взгядом унылых братьев. В ее руках был длинный сверток. Махнув головой в сторону, дала понять, что ожидает их сопровождения. Жок был рад ее видеть и по настоящему поднял ей настроение, узнав и оценив легендарные латиры дома Эстрадинаре. - Я поражен, леди. Вы, скрываете под скромной вуалью асаратки, дивные таланты. - Благодарю, Жок. Мастер, спохватившись исчез за шторкой. Вскоре вернулся с тяжелым толстым фолиантом. Оказалось, это была не книга, а образцы тканей. Сотни похожих по цвету, но неуловимо разных лоскутов. - Давайте посмотрим ... выберем подходящий оттенок. Эцио только смотрела, а Жок, расположив на столе фолиант с кусочками тканей рядом с саблями, выбирал. Черный матовый, черный с синим отливом. Она и понятия не имела что один цвет мог быть настолько разнообразным. - Таак, ну с этим все. - он снял очки в узкой оправе, потер переносицу. - Не сочтите за дерзость леди, могу я видеть вашего стерха? Стерх, общее понятие для всех видов хищных птиц находящих отображение среди асаратов. Эцио напряглась, сомневаясь. Судя по ощущениям, сокол был не против. Направив взгляд на спинку стула, она вдохнула и мягко качнулась, словно, собираясь на него упасть. В тот же момент за дерево спинки схватились, оставляя отметины, загнутые когти хищной птицы. Больше не было проблем с обращением. Она доверяла стерху, доверяла себе. Жок внимательно смотрел на крылатого воина. Острый клюв с приподнятым надвершием, концы маховых и хвостовых самых длинных перьев были черные. В основном все оперение серое, с двух-трех линейными крапинками. На свое отражение в высоком зеркале смотрела и Эцио, знакомясь с соколом. "Ну привет, отражение" Птица дерганным движением головы сменила обзор. "Глупая у тебя хозяйка, чуть не погибла в шторме" Сокол взъерошив перья встряхнулся. Шутливое: "забудь"- послышалось ей в этом движении. В сложенных крыльях пульсировали отголоски боли. Летать можно было в таком состоянии с натяжкой. Эцио не собиралась требовать от стерха больше, чем надо. Поэтому, посмотрев на пол, спрыгнула-ступила вниз, вернув прежний облик. - Потрясающе, леди. - Жок смотел на нее совсем по другому. Латиры отца, стерх, разбили последние сомнения мастера. Перед ним действительно воин из дома Эстрадинаре, а что воин- женщина, не важно. Он увидел достаточно, чтобы отличить подделку он истинной ценности. - Мастер, - обратилась Эцио, - не могли бы вы не распространятся о моей личности некоторое время? - Могли бы не спрашивать, уважаемая. Моя мастерская не место для сплетен. - улыбнулся он.

***

Одно дело сделано. Теперь второе. Братья привычно расположились в комнате для посетителей. Когда к ним вышла Эцио в непривычном для них платье, они поднялись словно приготовившись к поединку. Джакс хотел что то сказать, но она остановила его жестом. - Я хочу извинится,- начала она без тени улыбки. - Вчера, я не помню, чем закончился наш ужин. Все утро она не позволяла себе расслабится, опустить ноющие плечи, показать как ей сложно держать прямо спину и скрывать эмоции. Ведь ее бредовые догадки могли быть ошибкой. А с нее хватит ошибок. В серьезных делах был сильнее Квинт, он и начал. - Ты нас прости, виноваты мы, не придавали значения одному блюду с большим количеством алкоголя. - он улыбнулся, высматиривая тень улыбки на ее лице, но горькая складочка на лбу не пропадала. - Ты уснула и мы оставили тебя отдыхать у Шефа. Весь вечер ждали, когда ты придешь в себя... Он сделал несколько шагов к ней, не зная как передать слова сочувствия. Понимал, такого она не примет. С ее плеч свалилась гора. Они болели по прежнему, но ей стало намного легче. Замечая, как братья беспокоятся о ней и за нее, Эцио затопила теплая волна благодарности. Всетаки им можно доверять. - Проехали- улыбнулась она. - Я вчера задавала коекому из встречных вопрос, есть ли у вас место для тренировок. Жаль отвечать не захотели. - О чем речь!- Джакс не собирался стоять в стороне и был рад смене темы. - Верхняя и нижняя площадка. Только на этот раз никаких встреч в центре. Мы подождем. Эцио кивнула, направляясь на выход. А Квинт задержал брата, зашептав ему на ухо: - Какая тренировка! Она ранена! - Ты умный, но дурак! - прошипел в ответ старший, и не став ничего больше добавлять, пошел догонять девушку.