Начало Другой Истории

      Новый день в Большом зале мало чем отличался от предыдущих. Разве что стоило взглянуть на край Гриффиндорского стола, где сидели бледные Драко и Невилл, с темными мешками под глазами. Со стороны можно было подумать, что они просто не выспались из-за учебы. Отчасти это было правдой — Драко изо всех сил старался не отставать от программы, несмотря на… Свои новые приключения. Но главная причина их изможденного вида крылась в другом: всю прошлую ночь они бродили по замку, пытаясь не быть пойманными за нарушение комендантского часа, а заодно… не стать завтраком для огромной трехглавой собаки.       Примерно то же самое можно было сказать и о «звездах» первого курса — Гарри Поттере и его друге Роне Уизли, сидевших за столом Слизерина. К удивлению Драко, парочка сегодня утром даже не прошла мимо них, чтобы с гордостью поведать о своих ночных подвигах.       — Боятся, может быть? — пробормотал Драко, с трудом управляясь с ложкой.       — М-м-м? — промычал Невилл, не отрываясь от столешницы. — Это ты мне?       — Может, и тебе, — тихо отозвался Драко, поворачиваясь к соседу. — Отошел?       — Если это так можно назвать, — все еще мычал Невилл, даже не притронувшись к завтраку. — Хочу проспать все выходные и чудесным образом забыть про тот Запретный Коридор.       — Тс-с-с! — Драко резко приложил палец к губам, кивнув в сторону преподавателей. — Услышат — нам конец.       Они сидели вдвоем. Чуть не проспав завтрак, они ухватили места с самого края, прямо рядом с преподавательским столом. Гермиона же пусть и была с ними ночью за компанию, но успела к самому началу и уселась рядом с Патил, общаясь с ней натянуто и демонстративно игнорируя Драко и Невилла после их вчерашней «прогулки».       — Мгм, можно сразу идти в пасть к тому чудищу, — Невилл, не поднимая головы, лишь поднял вверх палец, точь-в-точь как это делала Гермиона. — Сидящему на люке! У вас вообще глаза есть?!       Драко едва сдержал усмешку. Хорошо было видеть, как Невилл понемногу веселеет.       — И что-то явно охраняющее, — пробормотал Драко в ответ, задумчиво ковыряя ложкой в овсянке. — Интересно, что именно…       — Лучше не знать, — буркнул Невилл, наконец приподнявшись. — Меньше знаешь — крепче спишь.       Драко в душе с этим не согласился. Он терпеть не мог, когда от него что-то утаивают. Сразу вспоминалась тетя Андромеда, упорно молчавшая о погибших родителях Драко и вообще о своей стороне семьи. Эти недоговорки вызывали внутри бурю, которую он изо всех сил старался подавить. А теперь вот и в Хогвартсе творится что-то тайное.       «Хотя при чем тут я?» — с грустной усмешкой подумал он, глядя на тарелку. «В конце концов, я просто обычный ученик школы волшебства…»       Обычный ученик в школе, где в запретном коридоре живет трехголовый пес ростом с потолок. Да, и еще он сын Пожирателей смерти. Вряд ли его можно назвать обычным.       В этот момент в зал ворвался рой сов с письмами и посылками. Что ни говори, а эту утреннюю традицию Драко любил до безумия.       Все сидевшие в зале сразу заметили шестерых сов, несущих по воздуху длинный, узкий сверток. Драко было интересно, что внутри, не меньше, чем всем остальным. И он был жутко удивлен, когда совы спикировали над их столом и уронили сверток прямо в его тарелку с овсянкой. Тарелка со звоном разбилась. Не успели шесть сов набрать высоту, как появилась седьмая, бросившая на сверток письмо.       Фу! Теперь все вокруг было в сладкой, липкой каше. И стол, и Драко, и даже Невилл.       — Вот блин! — растерянно воскликнул Невилл. Драко был с ним полностью солидарен.       Драко, все еще перемазанный в каше, первым делом вскрыл конверт.       «НЕ ОТКРЫВАЙТЕ СВЕРТОК ЗА СТОЛОМ, — гласило письмо. — В нем ваша новая метла, «Нимбус-2000», но я не хочу, чтобы все знали об этом. Иначе каждый первокурсник начнет просить разрешения на личную метлу. В семь часов вечера Оливер Вуд ждет вас на площадке для квиддича на первую тренировку.       Профессор М. МакГонагалл»       — Вот тебе и доброе утро, — пробормотал Драко, глядя на липкий сверток. — А ведь говорил, что с выходных…       — Что там? — спросил Невилл, вытирая рукавом кашу с лица.       Драко молча протянул ему письмо. Ему хотелось упасть лицом в липкую кашу на столе, но он лишь вздохнул и шепотом произнес «Тергео» — очищающее заклинание, которому научила его тетя Андромеда еще в Лондоне. Каша исчезла со стола и их одежды.       — Вау! «Нимбус-2000»! — прошептал Невилл, прочитав письмо. Его сонливость как рукой сняло. — Я такую даже в руках не держал!       — Да… Очень круто, — отозвался Драко без особого энтузиазма.       — Что? Опять накручиваешь себя? — спросил Невилл, заметив его выражение лица.       — Да как-то…       Не успел он договорить, как сверху спикировала сова-сипуха друга, сбросив аккуратно свернутый новый выпуск «Ежедневного пророка» прямо перед Невиллом.       — И когда это бабушка оформила подписку… — задумчиво пробормотал Невилл, разворачивая газету.       Драко не любил читать «Пророка». Дядя Тед всегда это делал, потом раздраженно ворчал на выдуманные новости и переключался на маггловскую газету. Невилл сейчас очень напомнил Драко его дядю, когда тот делал вид, что подписку они оформили все же не зря и новости действительно интересные.       Взгляд Драко невольно зацепился за крупный заголовок на первой полосе:       «ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ ГРИНГОТТС»       Прямо в «Гринготтсе»?       Драко знал, что в этом банке охранная система считалась несокрушимой. Какое-то происшествие там казалось немыслимым.       — Невилл, можно? — спросил Драко, протягивая руку к газете. Казалось, Невиллу было не особо интересно ее читать, поэтому он так просто и сразу ее передал. Или он просто делал вид?       Драко быстро пробежал глазами заметку:       «Продолжается расследование обстоятельств проникновения неизвестных грабителей в банк «Гринготтс», имевшего место 31 июля. Согласно распространенному мнению, это дело рук темных волшебников, чьи имена пока неизвестны.       Гоблины из «Гринготтса» заявили, что из банка ничего не было похищено. Выяснилось, что сейф, в который проникли грабители, был пуст — по странному стечению обстоятельств, хранившийся там предмет был изъят владельцем утром того же дня.       — Мы не скажем вам, что лежало в сейфе, поэтому не лезьте в наши дела, если вам не нужны проблемы, — заявил этим утром пресс-секретарь банка «Гринготтс».»       — Что там такое, что ты так заинтересовался? — спросил Невилл, когда Драко опустил газету и забарабанил пальцами по очищенному столу.       И почему-то все мысли про квиддич, уроки и даже Поттера внезапно отступили на задний план. Страх сменился острым, щекочущим нервы любопытством. Кажется, он понял: то, что пытались украсть из банка — или, вернее, то, что успели вынести перед ограблением — скорее всего, и охранял тот самый пес. И эта догадка громко, настойчиво зазвенела у него в голове.

***

      До семи вечера оставалось время, и Драко решил выйти пораньше — погулять. Под предлогом вечерней прогулки, конечно, хоть чуть-чуть, но он надеялся успокоить нервы… Хотя их было и не особо то много… Ладно, он все еще трясся как осиновый лист. Ради него пошли на невероятные уступки: первокурсника взяли в квиддичную команду! Купили новейшую модель метлы! И теперь еще личные тренировки! (Драко с трудом верил, что у капитана Оливера Вуда не нашлось дел поважнее, чем учить летать зеленого новичка).       Все эти страхи перед ожиданиями окружающих немного померкли после встречи с трехглавым псом и утренней догадки о банке «Гринготтс», но после в Большом Зале они вернулись с удвоенной силой. Естественно, все заметили этот огромный сверток. Сначала любопытство проявили гриффиндорцы с курса — до них еще не дошла новость о квиддичной команде (Драко удивлялся такой секретности и даже уважал ее). Потом интерес перекинулся на другие столы. И тогда Драко встретился взглядом с парой зеленых глаз за слизеринским столом. Их обладатель прищурился, изучая сверток.       «Черт, а ведь он может догадаться, что это метла… Он же играет в квиддич с пеленок!» — мелькнуло у Драко. Он схватил сверток и второпях понесся к гриффиндорской башне, бросая на ходу любопытным: «Лопата! Для Хагрида! Подарок!»       — Просто накручиваюсь… — пробормотал Драко себе под нос, выходя из замка со свертком в руках.       Он направился к квиддичному полю. Он буквально замер. Перед ним был настоящий стадион! Ничего подобного Драко не видел. Отдаленно это напоминало скачки, на которые он ездил с Дорой, но квиддичный стадион был… величественнее? Ряды сидений вздымались высоко вверх, чтобы зрители могли следить за игрой в небе. На противоположных концах поля стояли по три золотых шеста с кольцами наверху. Эти шесты напомнили Драко пластмассовые палочки для мыльных пузырей, которыми играли маггловские дети на площадке у дома тети Андромеды. Только здесь они были высотой метров двадцать.       Вид захватывал дух. Легкий вечерний ветерок лишь усиливал ощущение простора и свободы. Драко огляделся. Ни души. Отлично. Кому он помешает, если немного опробует новенькую метлу? Да и храбрости перед первой тренировкой не помешает набраться. Вспомнить то окрыляющее чувство полета, когда он пытался отобрать у Поттера напоминалку Невилла…       Драко распаковал метлу. И снова замер. Боже… Она действительно была невероятно красивой! Гладкое темное дерево, идеальная балансировка, аккуратная золотая надпись «Нимбус-2000». Рядом с ней школьные метлы выглядели обычными вениками. Драко оседлал метлу, оттолкнулся от земли — и взмыл в небо. Это было ни с чем не сравнимое чувство! Получалось! Его полет на уроке — не случайность! Драко сделал круг, привыкая к легкой, послушной метле. Боже, никакого сравнения с неуклюжими школьными! Набравшись смелости, он спикировал в одно из колец, взмыл вверх через другое, затем стал носиться над полем зигзагами. «Нимбус-2000» молниеносно реагировал на малейшее движение, на легкий наклон, словно читая его мысли.       — Эй, Малфой! Спускайся!       Ох, уже?       На поле появился Оливер Вуд с большим деревянным ящиком под мышкой. Драко плавно приземлился рядом.       — Прекрасно, — закивал Вуд. Глаза его горели азартом. — Теперь я понимаю, что имела в виду профессор МакГонагалл… Ты и правда летаешь как самый настоящий игрок. Не скажешь, что первокурсник, — подмигнул он. — Сегодня я объясню правила и покажу, что такое квиддич. Потом будешь тренироваться со сборной. Собираемся по выходным и раз в будни — в среду, когда у всех меньше уроков.       Он поставил ящик на траву и открыл крышку. Внутри лежали четыре мяча разного размера.       — Отлично, — подытожил Вуд. — Итак, правила в общих чертах знаешь? — Он посмотрел на Драко. Тот неуверенно покачал ладонью. — Ладно, запомнить правила несложно, играть — вот где самое настоящее веселье. В каждой команде — семь игроков. Трое — Охотники.       — Охотников трое, — повторил Драко, следя, как Вуд достает ярко-красный мяч размером с футбольный.       — Это Квоффл, — пояснил Вуд. — Охотники передают его друг другу и пытаются забить в одно из колец противника. Каждое попадание — десять очков. Ясно?       — Охотники пасуют Квоффл и забивают в кольца, — повторил Драко. — Значит… если подумать, квиддич — это типа баскетбола на метлах с шестью кольцами?       — А что такое баскетбол? — удивился Вуд.       — Да так, маггловская игра, ничего особенного, — быстро отмахнулся Драко.       Он играл в нее с соседскими мальчишками на площадке. Не по-крупному, но красиво — Драко был одним из самых высоких ребят в их компании и ловко управлялся с мячом.       — Далее, — продолжил Вуд, — у каждой команды есть Вратарь. Я — Вратарь Гриффиндора. Моя задача — парить у наших колец и не дать сопернику забить Квоффл.       — Три Охотника, один Вратарь, — четко перечислил Драко, стараясь не упустить ни слова. — Играют Квоффлом. Понял. А эти зачем? — Он кивнул на оставшиеся в ящике три мяча.       — Как по учебнику отвечаешь… Учишься на «Превосходно»? — усмехнулся Вуд. — Ладно, сейчас увидишь. Возьми-ка вот это.       Он протянул Драко небольшую, увесистую биту, похожую на крикетную.       — Сейчас поймешь, чем занимаются Загонщики, — сказал Вуд. — А эти два мяча — Бладжеры.       Вуд говорил о двух мячах иссиня-черного цвета — по размерам они чуть уступали квоффлу.       Мячи лежали в футляре в специальных углублениях и были прихвачены эластичными лентами — наверное, чтобы не выпали из своих гнезд при транспортировке. Драко показалось, что сейчас мячи пытаются подпрыгивать, растягивая держащие их ленты.       — Отойди, — предупредил Вуд. Он встал на колени сбоку от ящика и сдвинул резинку с одного из мячей.       В ту же секунду черный мяч рванул вверх, а затем камнем понесся вниз, целясь прямиком в голову Драко. Он инстинктивно взмахнул битой — страшновато было получить мячом в лицо — и с глухим стуком отбил его вверх. Бладжер со свистом взмыл к облакам, а затем ринулся обратно, на этот раз прямо на Вуда. Тот, дождавшись, когда мяч окажется в сантиметре от плеча, в последний момент ловко кувыркнулся в воздухе и накрыл мяч сверху, пригвоздив его к земле.       «Вау, вот это реакция!» — пронеслось в голове у Драко.       — Видишь? — выдохнул Вуд, с трудом запихивая вырывающийся мяч обратно в ящик и закрепляя его ремнями. — Бладжеры носятся по полю как угорелые, пытаясь сбить игроков с метел. Поэтому в каждой команде есть два Загонщика. У нас это близнецы Уизли. Их задача — отбивать Бладжеры от своих игроков и направлять их в сторону соперника. Так что… Все понял?       — Трое Охотников забивают Квоффл в кольца, Вратарь их защищает, Загонщики отбивают Бладжеры, — выпалил Драко без запинки.       — На экзамене это был бы «Превосходно», — одобрительно кивнул Вуд.       — Э-э-э… — Драко постарался, чтобы вопрос прозвучал как можно небрежнее. — А Бладжерами… ну, вообще-то никого не убивали? Просто… если я случайно, ну совсем случайно, окажусь у него на пути… У меня есть шанс выжить?       — В Хогвартсе пока никого не хоронили, — ответил Вуд не слишком утешительно. — Пару раз ломали челюсти, ключицы, ребра… Но не более. Ладно, двигаемся. Последний игрок — Ловец. Это ты. И тебе не нужно думать ни о Квоффле, ни о Бладжерах…       — Пока один из них не проломит мне череп, — буркнул Драко.       — Не паникуй, Уизли справляются на ура — они сами как живые Бладжеры, только умнее. И слава Мерлину, что они наши.       Вуд запустил руку в ящик и извлек последний мяч. Крошечный, размером с грецкий орех, он был ярко-золотым, а по бокам у него трепетали миниатюрные серебристые крылышки.       — А это, — торжественно произнес Вуд, — Золотой Снитч. Самая важная штука в игре. Поймать его чертовски сложно — он быстрый, юркий и почти невидим. Знакомо, да? Твоя задача — поймать его раньше ловца соперников. Тебе придется носиться по всему полю, выслеживая эту штуку. Команда, поймавшая Снитч, получает сразу сто пятьдесят очков — это почти гарантированная победа. Поэтому на Ловцов часто идут подлые приемы.       Драко вспомнил, как сам применил грязный трюк против Поттера, отбирая напоминалку Невилла. И слова Вуда в кабинете МакГонагалл: «Слизеринцы этим славились».       «Как и я», — с горечью подумал он. Почему-то слова Вуда вызвали в нем жгучий стыд. Но он то в Гриффиндоре! Он не должен так поступать! И в тот же миг Драко поклялся себе: он выиграет честно. Ловкостью, а не подлостью.       — Игра длится до тех пор, пока Снитч не пойман, — продолжал Вуд. — Самая долгая тянулась три месяца! Игроков подменяли прямо на лету, чтобы те хоть немного поспали. Вопросы?       Драко отрицательно мотнул головой. Рассказ Вуда, полный огня и веры в игру, заразил его. Страх неудачи отступил, сменившись жадным азартом. Он станет лучшим Ловцом Гриффиндора! Или хотя бы не опозорит команду. Теперь главное — понять, как поймать этот золотой комочек.       — Со Снитчем сегодня не будем, — Вуд бережно уложил золотой мячик обратно в ящик. — Уже темно, потеряем. Попробуем вот с этими.       Он достал из кармана горсть обычных маггловских мячиков для гольфа. Через пару минут они снова были в воздухе. Вуд начал швырять мячики — резко, далеко, в самые неожиданные стороны, заставляя Драко бросаться за ними.       Получалось не сразу. Первые десять бросков Драко поймал шесть мячиков. Следующие десять — уже восемь. И лишь после восьми десятков он ловил каждый без промаха.       Драко тяжело дышал, приземлившись. Ладно, не катастрофа. Не ноль из десяти.       — Ты в порядке? — спросил Вуд, прекратив бросать.       — Д-да! — выдохнул Драко, выпрямляясь и смахивая рукавом пот со лба.       — Малфой, ты выжат. Результат отличный, ты молодец, но надо чувствовать меру.       — Пока я не стану лучшим Ловцом, я не остановлюсь! — упрямо заявил Драко.       Вуд удивленно поднял бровь, потом хмыкнул и потрепал мальчика по взъерошенным светлым волосам.       — В этом году имя нашей команды будет выгравировано на кубке, — сказал он с теплой улыбкой. — Наш прежний Ловец, Чарли Уизли, мог бы играть за сборную, если бы не его драконы. Но знаешь что? Упорством ты его уже превзошел.

***

      — Нет, Драко, я правда выжат как лимон, — простонал Невилл, выбираясь из сырости подземелий наверх. — Не знаю, как ты еще на ногах, но после зельеварения Снейпа я мечтаю только об одном: добраться до кровати и провалиться в сон часов на пять.       Драко шагал рядом, возбужденно размахивая руками.       — Но… Невилл! Три тренировки в неделю — это же капля в море! Я даже близко не дотягиваю до их уровня! — Он резко шагнул вперед, преградив другу путь. — Только ты, мой самый-самый лучший друг, можешь мне помочь!       Последние два месяца жизнь Драко превратилась в бесконечную череду дел. Семь утра — подъем. Завтрак до девяти. Потом уроки до обеда. После обеда — снова уроки. А потом… в зависимости от дня — либо командная тренировка, либо изматывающая отработка ловли мячей с Невиллом.       — По ощущениям, меня тоже записали в команду, — пробурчал Невилл, уткнувшись лицом в ладони. — Хоть один выходной? Ты сам ходишь как зомби, но почему-то сил хватает, чтобы носиться вокруг меня и летать… опять же, вокруг меня.       Замечание было справедливым, но Драко не хотел это признавать. Ну и что, что спит по четыре часа? Зато все домашние задания сделаны, все конспекты переписаны, да еще и прогресс в полетах есть — разве не здорово? Мешки под глазами? Пустяки!       — Ну Не-е-е-е-вилл! — взмолился он.       — Умоляю, давай завтра, — выдавил Невилл, обходя Драко.       Тот грустно вздохнул и посторонился, пропуская друга к винтовой лестнице, ведущей в гриффиндорскую башню.       — Ох, Драко! А пароль-то…       — Апельсиновые божьи коровки…       — Спасибо! — крикнул Невилл, уже исчезая на поднимающейся лестнице.       Драко смотрел ему вслед. В чем-то Невилл был прав. Не в переработках Драко, конечно! А в том, что он действительно замучил беднягу своими тренировками. Но кого еще просить?       Почему не Гермиону? — мелькнула мысль. Но между ними все еще висела ледяная стена после той ночи. Да и сомневался Драко, что умница Грейнджер захочет тратить драгоценное время на подкидывание мячей однокурснику, когда можно штудировать. Дин? Симус? Ребята отличные, но не настолько близкие, чтобы посвящать их в секрет квиддичной команды… Вот после первого матча — другое дело. А пока… Нимфадора? У кузины и так экзамены на носу. Конечно, побыть рядом с сестрой — это здорово, ее энергия заряжала. Но воровать время у семикурсницы, превращая ее в свою персональную няньку с мячиками? Драко слишком ее любил, чтобы позволить себе такую эгоистичную наглость.       Он и сам может покидать мячи себе. Делов-то.       — Что, Малфой? Даже Лонгботтом не выдержал твоего зомби-смрада? — раздался насмешливый голос сзади. — Не подскажешь адресок некроманта, что тебя поднимал из мертвых? А то и правда, ходячий труп.       Вот так всегда. Только подумал, что Поттер куда-то запропастился — и пожалуйста! Как по заказу.       Он обернулся. Гарри Поттер стоял один (что удивительно — без рыжего друга), руки небрежно засунуты в карманы мантии.       — А от тебя, видимо, сбежал даже Уизли, — парировал Драко, стараясь звучать так же легко. — Сколько раз на дню ты ему впариваешь байку, как прикончил Сам-Знаешь-Кого в пеленках? Надоело бедняге?       Поттер лишь прищурил свои зеленые глаза, но усмешка не сходила с его лица.       — Мои истории куда увлекательнее нудятины из учебников которые обеспечили твои мешки.       — От учебников хоть польза есть, — нервно поправил Драко сумку на плече. — Чего тебе надо? Заскучал без верного пса?       — Ужасно, — вздохнул Поттер с преувеличенной тоской. — Только ты со своей «лопатой для Хагрида», на которой так лихо выделываешь пируэты после уроков, способен меня развлечь.       Он запомнил… Запомнил тот дурацкий день с посылкой и неуклюжие оправдания… А главное… до Драко вдруг дошло: Поттер видел, как он летает. Видел его тренировки — самые что ни на есть неидеальные. Жар стыда разлился по щекам.       — Разочарую, — отрезал Драко, — но летаю я один. На своей «лопате».       — Или с Лонгботтомом? — поддразнил Поттер.       — Или с ним. Но не с тобой.       Поттер театрально схватился за сердце.       — Ох, ранил!       — Убил, — парировал Драко и резко развернулся к выходу на поле.       За спиной он услышал фырканье и шаги, удаляющиеся в сторону подземелий. Но через мгновение голос Поттера донесся эхом по коридору:       — Если слишком много шевелить извилинами в полете, можно и черепную коробку перегреть! — Пауза. — Из-за этого то у тебя хватка дубовая.       Драко резко обернулся. Коридор был пуст. Макушка Поттера исчезла в подземельях.       Так. Значит, Поттер видел. Не раз и не два. Возможно, все его одинокие тренировки. И не просто видел — анализировал. И этот… совет… от него… Стыд снова накатил волной, жгучей и нелепой. Но Драко тут же взял себя в руки.       «Не думать? Извини, Поттер, но я не умею по-другому», — подумал он с горечью, направляясь к полю.       Врожденного дара, блеска, как у Поттера, у него не было. Только упрямство. Только голова на плечах, которая должна все просчитать. Это было его оружие. И отказываться от него он не собирался.

***

      — Вчера ты выглядел как зомби, но сегодня ты прозрачнее профессора Бинса, — прошептал Невилл, усаживаясь рядом на уроке Заклинаний.       Драко устало кивнул, а Профессор Флитвик объявил, что, по его мнению, они наконец готовы к тому, о чем мечтал каждый первокурсник — чарам Левитации. Когда Тревор — жаба Невилла, ничуть не хуже ловца в квиддиче, облетел весь класс благодаря этому заклинанию, предвкушение витало в воздухе. Однако энтузиазм Драко утонул в свинцовой усталости. После почти бессонной ночи (по глупости он забыл подготовить развернутый ответ на тему «Значение и применение левитационных чар. Правила обращения» перед вчерашней тренировкой и корпел над пергаментом до четырех утра) и Истории Магии он был выжат досуха. Желание проспать хотя бы пять минут (а лучше — все миллиард) перевешивало радость от нового заклинания.       После инструктажа профессор Флитвик разбил класс на пары. Драко обрадовался, увидев рядом Симуса Финнигана, и мысленно дал себе подзатыльник. Часто именно его ставили с Невиллом — часто страдали и оценки с нервами. Но он друг! Думать так явно нехорошо! Позже он себя отругает. После сна. Или нескольких. Невиллу же повезло — его партнером стал Дин. А Дин в заклинаниях разбирался очень даже хорошо. Возможно, на этот раз ничего не полетит и не взорвется.       Драко скользнул взглядом к слизеринцам. Поттера поставили с Панси Паркинсон — той самой, которую он клялся проклясть, но которая все еще строила ему глазки. Уизли же явно не повезло: его напарницей стала Гермиона. Судя по их лицам, оба были в равной степени раздосадованы. Хотя Гермиона хоть пару слов с Уизли перекинула за все время, Поттера (как и Драко с Невиллом) она упорно игнорировала.       — Не забывайте движение кистью, дети! — пищал профессор Флитвик, балансируя на стопке книг. — Легко, резко, и со свистом! Легко, резко, и со свистом! И произношение — святое! Помните волшебника Баруффио? Он сказал «эс» вместо «эф» и оказался на полу с буйволом на груди!       Добиться результата оказалось не так сложно, как Драко боялся, но и не так легко, как хотелось. Он старательно повторял движения, которым учила еще тетя Андромеда, и которые демонстрировал Флитвик. Но перо на парте между ним и Симусом упорно не желало отрываться от стола. Лишь через несколько минут оно дрогнуло и зависло в воздухе. Когда очередь дошла до Симуса, тот быстро вышел из терпения. Он начал тыкать в перо палочкой, из которой сыпались искры, и в итоге умудрился его поджечь. Драко пришлось сбивать пламя рукавом. Почему рядом с ним все либо взрывается, либо загорается?       Невилл и Дин подняли перо одними из первых. Поттер лениво постукивал пальцами по столу, ожидая, пока Паркинсон закончит свою часть работы.       У Уизли с Гермионой явно не клеилось.       — Вингардиум Левиоса! — орал он, размахивая руками. Перо лежало неподвижно.       — Ты неправильно произносишь! — донесся до Драко резкий голос Гермионы. — Винг-гар-диум Леви-о-са! Слог «гар» с долгим «а»!       — Ну раз ты такая умница, сама и делай! — рявкнул Уизли.       Гермиона решительно закатала рукава, взмахнула палочкой и четко произнесла:       — Вингардиум Левиоса!       Перо взмыло в воздух и зависло над ее головой на высоте полутора метров.       — Браво! — запищал профессор Флитвик, захлопав в ладоши. — Видели, класс? Мисс Грейнджер справилась! Десять очков Гриффиндору!       Драко был рад успехам Гермионы, жаль только, что эта ледяная стена между ними все еще не дрогнула.       К концу урока Драко и Невилл выбрались из кабинета, стараясь избежать толпы. Но коридор уже кишел студентами.       «Еще один урок, хеллоуинский ужин, и наконец-то пятничный сон», — мысленно перечислял Драко, с трудом сдерживая зевок. В этот момент кто-то грубо толкнул его сбоку. Оборачиваясь, Драко успел разглядеть мелькающую в толпе спину Гермионы. И ее лицо — заплаканное. Это его встревожило.       — Что с ней? — спросил он Невилла.       Тот лишь пожал плечами.       Да, Гермиона их игнорировала. Причины казались Драко надуманными, но это был ее выбор. Однако сейчас… С ней явно случилось что-то плохое.       Сзади, пробираясь сквозь толпу, слышались знакомые голоса.       — …по-моему, она услышала, — прозвучал озабоченный голос Поттера.       — Ну и что? — отмахнулся Уизли. — Пора бы понять, что дружить с ней никто не хочет.       Драко резко остановился посреди прохода. Кто-то врезался в него сзади — Поттер и Уизли. Драко развернулся, его бледное лицо вспыхнуло.       — Надеюсь, ты гордишься собой, — бросил он ледяным тоном, глядя прямо на рыжего, и тут же нырнул в толпу, устремляясь туда, где скрылась Гермиона, оставив ошарашенных слизеринцев и Невилла позади.       Пробираться сквозь толпу учеников, не теряя из виду макушку Гермионы, было непросто, особенно в сонном состоянии Драко. В какой-то момент копна ее густых волос все же исчезла из виду. Он подавленно вздохнул и, двигаясь в примерном направлении, замер на развилке коридоров. Огляделся — нигде. Никаких признаков Гермионы.       Зато он заметил Парвати Патил, ту самую, что заступалась за него на уроках полетов. Она стояла у лестницы со своей подругой Лавандой Браун — тоже однокурсница Драко из Гриффиндора.       — Эй, девочки! — окликнул он.       Они обернулись. Парвати лишь вопросительно приподняла бровь, Лаванда же загадочно прищурилась.       — Что такое, Драко? — спросила Парвати.       — Вы Гермиону не видели? Она тут… где-то… должна была пройти.       Лаванда фыркнула. Парвати бросила на нее быстрый, осаживающий взгляд и что-то тихо прошипела вроде «перестань!».       — Довел бедную отличницу до слез, а теперь извиняться пришел, Малфой? — прозвучало из уст Лаванды. Голос ее звучал не как вопрос, а как обвинение. — Не удивлюсь, особенно от сына Пож…       Парвати резко толкнула подругу локтем в бок. Было видно, что не сильно, но Лаванда все равно вскрикнула: «Ай!».       Вот оно, очередное подтверждение, подумал Драко с горечью. Даже слухи о его возможном месте в квиддичной команде (а они так и оставались лишь слухами, официального объявления не было!) не могли перекрыть главное — шепотки о его погибших родителях. На обиду не было сил.       — Ее слизеринцы задели, — тихо пояснил он. — Я хотел… узнать, как она.       Парвати на мгновение торжествующе хмыкнула и метнула победный взгляд на Лаванду. Та внезапно увлеклась созерцанием узоров на витражном окне.       — Она плакала и побежала туда, — Парвати показала пальцем в сторону дальнего коридора. — Наверное, в туалет.       — Хотя вряд ли ей нужна твоя компания, — не удержалась Лаванда, не отрывая взгляда от стекла.       — Лаванда! — взглядом пригвоздила подругу Парвати.       Драко пробормотал «спасибо» и зашагал в указанном направлении. Краем глаза он уловил, как к девчонкам подошел Невилл, и мельком заметил проходящих мимо слизеринцев. Взгляд Гарри Поттера, шедшего среди них, на секунду задержался на группе гриффиндорцев, но они все тут же растворились в толпе.       С каждым шагом коридор становился все безлюднее — все спешили на уроки. Драко опаздывал. Как, впрочем, и сама Гермиона.       «Если опаздывает она, то уж мне-то точно можно», — смутно подумал он.       Вскоре люди исчезли совсем, и он остался один в тишине пустого коридора. Первый кабинет, второй… Ничего похожего на туалет. И вдруг… Драко услышал сдавленные всхлипы. Что-то резко сжалось у него в груди.       Он замер у приоткрытой двери женского туалета. Внутри, у холодной каменной стены, сидела, сжавшись в комок, Гермиона. Ее плечи тряслись от рыданий, лицо было уткнуто в колени, обхваченные руками. Мальчик нерешительно переминался с ноги на ногу. Наконец, робко постучал костяшками пальцев по дверному косяку. Гермиона резко подняла голову. Красные, заплаканные глаза широко раскрылись, увидев его в проеме.       — Привет, — начал он смущенно. — Можно войти?       — Уходи! — выдохнула она сквозь слезы. — Это же женский туалет!       Отговорка прозвучала вяло, без привычного для Гермионы огонька. Драко все же шагнул внутрь. Он подошел ближе и, неловко ерзая, опустился на пол у той же стены, оставив между ними приличное расстояние. Гермиона отвернулась, уставившись взглядом в противоположную стену.       — Классная стена, — неуверенно пробормотал Драко, пытаясь разрядить обстановку. — Да и… туалет ничего.       Ответа не последовало. Она лишь сильнее сжала колени. Драко осторожно подвинулся чуть ближе.       — У нас сейчас… должны быть полеты, — неожиданно проговорила она глухо, не поворачиваясь. — Ты прогуливаешь.       — Как и ты, — мягко парировал он.       — Но я-то не первый первокурсник в истории Хогвартса, который попал в квиддичную команду за… — она запнулась.       — За сто лет, — подсказал Драко. — Странно, что ты такое не запомнила.       Гермиона тихо, грустно фыркнула — почти усмехнулась.       — Ну да, — прошептала она, и голос ее задрожал. — Как я могу что-то забыть? У меня же та-а-акие хорошие оценки… — Она чуть ослабила хватку на коленях. — Кто захочет дружить с такой… заучкой?       — Я вообще-то имел в виду, что у тебя просто потрясающая память, — тихо вставил Драко. — По-настоящему крутая.       Тишина снова повисла между ними. Драко вздохнул, решив попытаться снова.       — Я вот… с тобой дружу, — произнес он чуть громче, глядя на ее затылок. — И это… просто так. Не из-за учебы или чего-то.       Гермиона фыркнула, но наконец повернула голову. Глаза были красными и опухшими.       — Зачем тебе дружить со мной из-за учебы, если ты на всех уроках справляешься? Вот помогаешь Невиллу или Симусу… — спросила она, и в голосе все еще звучала обида. — Даже с ними ты умудряешься баллы для факультета зарабатывать!       Драко смутился от ее прямоты. Он постарался ответить честно и мягко.       — Не знаю… Я думал, ты так решила? С самого начала. Или… вот там, в Запретном коридоре. Могло показаться, что я лезу к тебе только за подсказками.       Гермиона громко хлюпнула носом, вытирая щеку рукавом. Она смотрела на него уже не в упор, а чуть в сторону.       — Ты сказал, что дружишь… — голос ее дрогнул. — Ты ведь не врешь?       На лице Драко расплылась искренняя, чуть растерянная улыбка.       — Не вру. Я же не со Слизерина, в конце концов.       Гермиона отвела взгляд, сжимая и разжимая кулачки.       — Ну вот Уизли… он же со Слизерина, — грустно произнесла она. — Мы… мы даже немного общались с Роном после… ну… той ночи. — Она замолчала, потом добавила почти шепотом: — Он даже извинился.       — И как? — осторожно спросил Драко.       — Не то чтобы «Грейнджер, ты была права! Давай учиться и никогда не нарушать правила!» — передразнила она с горечью. — Скорее, «Хорошо, что нас не сожрало то чуудовище!»… Я подумала… ну, это хоть что-то. После всего… — она не закончила.       — Если после такого он так разговаривает, — Драко поморщился, — то он, по-моему, не очень хороший человек.       Гермиона неожиданно прыснула в кулак, пытаясь скрыть смешок.       — Как и Поттер?       — Поттер — тем более! — Драко чуть не фыркнул сам.       На лице Гермионы мелькнула слабая улыбка. Она посмотрела на него задумчиво.       — А Поттер… Почему ты говорил, что должен был с ним подружиться? — спросила она, и в глазах читалось искреннее любопытство. — Я… я слышала, как ты говорил об этом с Невиллом, — добавила она быстро, покраснев. — Ох, прости, я не хотела подслушивать! Просто… вы были в коридоре…       — Да ничего! — поспешно перебил Драко. — Это… из-за моих родителей.       Гермиона слегка наклонила голову набок, ее взгляд стал сосредоточенным, как перед сложной задачкой.       — Я перед поступлением читала про твой род, как и про другие чистокровные семьи, — задумчиво начала она. — Но почему фамилию Малфой все так… выделяют? Большинство старых семей… ну, были связаны с… — она запнулась, подбирая слово.       — С Тем-Кого-Нельзя-Называть? — тихо договорил Драко и Гермиона легонько кивнула.       Он почувствовал знакомый холодок под ложечкой. Рассказывать самому было странно… но с Гермионой почему-то было спокойно.       — Говорят, — начал он тихо, глядя на свои колени, — что именно мои родители… привели Его к Поттерам. В ту ночь.       Гермиона широко раскрыла глаза.       — И что? — спросила она с искренним недоумением.       Драко невольно фыркнул — ее реакция была такой неожиданно простой.       — Ты говоришь, будто не видела самого Поттера, — он чуть улыбнулся. — Живого. Убил вот самого страшного и злого волшебника… чем-то. А мои родители погибли. В бою, наверное. Ну… кроме меня. И теперь… — он замолчал, подбирая слова. — Теперь я мечтаю, чтобы меня хоть раз назвали просто «Драко», а не «Эй, ты! Сын тех самых Пожирателей смерти?!». Это… не очень помогает заводить друзей.       Гермиона понимающе хмыкнула.       — У меня их тоже немного, — призналась она, переводя взгляд на пустую кабинку. — Ни здесь… ни дома.       Драко искренне удивился.       — У тебя дома мало друзей? — переспросил он.       Драко всегда мог найти в классе или во дворе ребят, с кем мог провести время. Не то чтобы они были близки, но всегда могли провести весело время.       — М-м… Даже странно об этом говорить, — смущенно пробормотала она, покрутив прядь своих пушистых волос. — Я всегда хорошо училась, а это многим ребятам не нравилось… и… — она неуверенно ткнула пальцем в свои передние зубы, — …зубы… волосы эти вечно растрёпанные, хотя я пытаюсь их уложить…       — Эй! — запротестовал Драко, все еще улыбаясь. — Я тоже хорошо учусь! И тоже растрепанный!       — Пф-ф, — слабо улыбнулась Гермиона. — Ну, ты-то с идеально растрепанными волосами, за которыми, между прочим, даже не ухаживаешь! — буркнула она, но уже без злости. — Да и без вот такой вот, — она снова показала на зубы. — Особенности…       — Не такие уж они идеальные! — Драко смущенно почесал затылок. — И у меня есть своя… особенность. Смотри.       Он неловко подвинулся к ней ближе. Гермиона замерла, любопытство победило остатки грусти. Драко загадочно улыбнулся и засучил рукав своей школьной рубашки. Он в школе пытался не светить этим, но если это успокоит Гермиону, то почему бы и нет? На его бледном левом запястье, четко выделяясь, тянулся длинный, причудливый шрам. Он напоминал молнию, от которой во все стороны расходились тонкие, как паутинки, лучики-ответвления.       — Ого… — прошептала Гермиона, наклоняясь ближе, ее взгляд стал аналитическим. — Это откуда? Как это случилось?       — Не знаю, — честно ответил Драко, глядя на шрам. — Он у меня с самого раннего детства. Даже тетя Андромеда не знает, от чего именно. Говорит, просто уже был с ним.       — А ты живешь с тетей? И сестрой? — осторожно спросила Гермиона, вспоминая обрывки услышанного из коридора. — Извини, опять…       — Все нормально! — Драко успокоил ее. — Да, с тетей Андромедой, дядей Тедом и моей двоюродной сестрой, Нимфодорой. Они… они классные. — На его лице появилась теплая улыбка. — Например, дядя Тед — магглорожденный. Такой же, как ты.       Гермиона буквально засияла, ее щеки порозовели от неожиданной радости.       — А мои родители — дантисты! — с гордостью выпалила она, словно делясь самым большим секретом.       Драко рассмеялся.       — Я бы к ним сходил. Волшебные зелья для зубов на вкус как… ну, как поношенные носки, честно.       Гермиона смотрела на него с неподдельным изумлением.       — Вау! Ты первый чистокровный волшебник, которого я встречаю, и который знает, кто такие дантисты!       Драко улыбнулся, чувствуя себя немного неловко, но и польщенным.       — Я же живу на окраине Лондона, — объяснил он. — И ходил в обычную магловскую начальную школу. До… поступления. — Он махнул рукой, указывая на замок вокруг. — Так что кое-что про маглов я знаю.       Гермиона искренне рассмеялась, и звук этот был неожиданно легким в пустом туалете.       — Да ладно? — удивленно протянула она. — Я и подумать не могла, что ты мог… ну, жить среди магглов.       — Мы переехали туда, когда я был маленьким, — пояснил Драко. — В Лондоне… спокойнее. Никто не знает фамилии, не тыкает пальцем. — Он фыркнул. — И не было там никакого знаменитого Поттера, конечно. Хотя… — он поморщился, — …в любой школе хватает своих Поттеров и Уизли, поверь.       — Ох, в этом ты прав, — вздохнула Гермиона, подтянув колени к груди. — Ты из-за него решил в квиддич идти? Чтобы… доказать что-то?       Драко нахмурился, вспоминая разговор в кабинете МакГонагалл.       — Не совсем… Выбора особо не было, — признался он честно. — Профессор увидела… ну, как я летаю. — Он неуверенно пожал плечами. — И поставила перед фактом: играть за Гриффиндор или отбывать наказание за… тот полет. А она так горела идеей найти нового ловца…       — И ты согласился, хотя у тебя не было никакой подготовки, — протянула строгим голосом Гермиона.       — Ага, — Драко кивнул, чувствуя, как на щеках выступает румянец. — А потом… потом жутко боялся, что опозорюсь на первой же тренировке. Или на матче. Представлял, как все будут смеяться.       — Но на уроках полетов ты летаешь здорово! — искренне воскликнула Гермиона. — Жаль только, что сегодняшний урок мы, наверное, прогуляли. Сидим тут уж очень долго.       Драко зевнул, не успев прикрыть рот рукой.       — Ага… — пробормотал он смущенно. — Совмещать тренировки каждый день и зубрежку оказалось… сложнее, чем я думал.       Гермиона понимающе кивнула, и в ее глазах мелькнуло что-то вроде легкой победы.       — Я же говори…       — Да, говорила, — Драко улыбнулся. — И ты права. Но… как же приятно летать! Это… невероятное чувство. Но… — его улыбка потускнела, — …чувствую себя иногда, как самый настоящий идиот. Пропасть между тем, что я могу, и…       — …Поттером? — тихо закончила за него Гермиона.       — Угу, — Драко кивнул, сжимая кулаки на коленях. — Он же вырос на метле, наверное.       — Но я видела, как ты упорно тренируешься! — энергично возразила Гермиона. — Каждый день! Я верю, что упорством можно добиться очень многого. Даже… — она выдержала паузу, глядя ему прямо в глаза, — …даже если кажется, что кто-то изначально превосходит.       Драко невольно усмехнулся.       — Даже магглорожденному — против чистокровного волшебника? — спросил он, но в его тоне не было насмешки, а скорее искреннее любопытство.       — Особенно магглорожденному! — Гермиона подняла подбородок с характерной для нее решимостью. — Но еще и… спасибо. Мне… мне стало как-то намного легче. Честно. Я… я в первый раз так вот… по-настоящему, с кем-то поговорила. Кроме родителей, конечно.       — У меня тоже, — тихо признался он. Он помедлил секунду, словно собираясь с духом, затем неловко протянул к Гермионе мизинец. — Мир?       Гермиона удивленно моргнула, глядя на его протянутый палец, а потом ее лицо озарила теплая, почти счастливая улыбка. Она осторожно протянула свой мизинец и обвила его вокруг пальца Драко.       — Мир, — прошептала она.       Драко радостно улыбнулся.       Однако радостные мысли у мальчика прервал тихий глухой звук, похожий на рев, который шел откуда-то издалека.

***

      Гарри скучающе возил вилкой по тарелке. М-да уж, Хеллоуин дома был куда веселее. Даже тыквы у мамы выглядели пугающе натурально, а не как эти жалкие бумажные рожи на потолке.       «Хотя бы призраки постарались», — мелькнуло в голове, когда мимо проплыл Почти Безголовый Ник. Но даже это не спасало.       — …и потом этот идиот с Когтеврана, не представляю как он вообще сел на метлу, взял и врезался в меня на полном ходу! — выдохнула сидевшая рядом Паркинсон, отчаянно жестикулируя. — Гарри, ты вообще меня слушаешь?       — Угу, — буркнул Гарри, тыкая вилкой в картофелину. Слушать эту Паркинсон не было ни малейшего желания. Она так и норовила прилипнуть к Мальчику-Который-Выжил, словно слизняк к капусте. Надоело. Поэтому Гарри последнее время держался от нее подальше — вставал в пары с Роном или Блейзом, болтал в коридорах с Ноттом, а в гостиной мог запросто пристроиться к молчаливой Гринграсс, лишь бы не слушать этот бесконечный писк. Ловить частички славы лучше с расстояния.       Конечно, все без ума от него, и Гарри знал, что так будет. Хотя его немного удивил Слизерин — ожидал большего… сарказма, что ли? Как у этого Малфоя, который чуть что строит из себя не пойми кого. Хах! Но это лишь доказывало, что Гарри на голову выше. Да даже взять их встречу в магазине мантий (он великодушно не сказал свою фамилию, чтобы белобрысый мальчик не упал в обморок от счастья знакомства с Поттером!), а потом уже и в экспрессе. Он ведь предложил дружбу тому, чьи родители — позор волшебного мира! А тот? Оскалился (Гарри отчетливо помнил этот презрительный оскал!), что-то пробубнил и смылся. Настоящий выпендрежник!       И Гарри совершенно не бесило, что выскочка хорошо учится, летает на суперметле (хотя первокурсникам запрещено!) и сидит за гриффиндорским столом (хотя это место явно должно было быть его!). Ну подумаешь, бывает.       Обычно в такие моменты Гарри искал знакомую белую макушку, чтобы мысленно послать пару колкостей. Но сегодня за гриффиндорским столом ее не было. Странно. Он же вроде за той отличнице пошел, да?       — Рон, ты Грейнджер не видел перед пиром? — ткнул он друга локтем в ребра.       — М-м? Ту зануду? — Рон как-то кисло поморщился. — Нет. И слава Салазару, наверное.       — Ну, ты на самом деле перегнул, — влез Блейз, сидевший напротив. — Даже Поттер не стал бы трогать тему родителей Малфоя. А ты возьми да ляпни про отсутствие друзей у девчонки.       Гарри фыркнул, но мысленно отметил: ребята тут следят за каждым его шагом. Что ж, Слизерин, чего ожидать.       — Да такое уж «отсутствие», что и Малфоя до сих пор нет, — парировал Рон. Гарри уловил в его голосе… зависть? — Сидят, наверное, где-нибудь вместе, обсуждают учебники.       — Ну что поделать, — Гарри язвительно усмехнулся, — у людей без нормальных друзей находятся те, у кого тоже нормальных друзей нет. — Идеально подходило под бледнолицего гриффиндорца. Как ни пыжься, Поттера тебе не переплюнуть.       Паркинсон рядом захихикала. Это почему-то резко взбесило Гарри, и он с силой воткнул вилку в картошку.       Гарри как раз накладывал себе эти самые запеченные в мундире картофелины (черт с ней, с Паркинсон, есть же надо!), когда в зал ворвался Квиррелл. Его тюрбан сбился набок, а на лице читался страх. Зал замер, наблюдая, как профессор Защиты (ха-ха!) доплелся до Дамблдора, вцепился в стол и выдавил:       — Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить…       И бухнулся как подкошенный. Прямо на пол.       Стоп, что?       В зале поднялась суматоха. Понадобилось несколько громко взорвавшихся фиолетовых фейерверков, вылетевших из волшебной палочки профессора Дамблдора, чтобы снова воцарилась тишина.       — Старосты! — прогрохотал Дамблдор. — Немедленно уводите свои факультеты в спальни!       Маркус Флинт, капитан квиддичной команды и слизеринский староста, вскочил как ошпаренный.       — Слизеринцы! За мной! Тихо и быстро! — рявкнул он так, что задрожали ближайшие стаканы. — Паники — ноль! Отстающих — ноль! Первокурсники — в серединку! Шагом марш!       Гарри и Рон двинулись в потоке слизеринцев, спускаясь по лестницам. Суматоха просто огромная. Флинт орал, подгоняя отстающих, как пастух овец. Гарри подумал, что их ведут прямиком к троллю на ужин, но маршрут оказался до безобразия запутанным. Видимо, петляли, чтобы не нарваться на монстра, пока учителя с ним «разбираются».       «Разбираются», — мысленно усмехнулся Гарри, глядя на спину Флинта. — «Если сам Квиррелл от одного слова «тролль» падает в обморок, то чего ждать от остальных?»       Гарри заметил, что Рон идет как в воду опущенный, бледный и все время оглядывающийся. Он дернул его за рукав.       — Чего ты, как привидение?       — А вдруг она… ? — прошептал Рон, глотая воздух. — Из-за… из-за меня? Она же не знает про тролля…       Гарри устало выдохнул. Вот блин. А ведь правда… И мысль о том, что там может быть и Малфой, тупо сраженный дубиной, почему-то скребла на душе. Не то чтобы он переживал за него! Просто… смерти — это перебор. Вот и все!       — Ладно… Что ты предлагаешь?       Рон глянул вперед, где Флинт, занятый орать на второкурсников, не смотрел назад.       — Если от трехглавого пса не умерли, то и от предупреждения для Грейнджер не загнемся. Помнишь, где ты в последний раз Малфоя видел?       — У лестниц на третьем этаже, но Рон, ты серьезно… — Гарри не договорил. Рон уже отчаянно протискивался против потока, вверх по лестнице. Черт возьми!       «Прекрасно, — мысленно простонал Гарри, продираясь следом за рыжим. — Просто замечательный план. Гениально!»       Но он идет исключительно из-за Рона. А не ради каких-то там тупых гриффиндорцев. Точно.

***

      Глухой рев перешел в оглушительный грохот, сотрясающий стены. Зловонный запах болота и немытой шкуры заполнил помещение.       — Ч-что это? — прошептала Гермиона, широко раскрыв глаза.       — Не знаю, — тихо ответил Драко, вскакивая. Сердце колотилось в горле. — Но пахнет… ужасно. И звучит… это что-то огромное.       — Это может быть тем псом? — тоже перешла на шепот Гермиона.       Драко помотал головой. Не похоже. Это звучало тяжелее, примитивнее.       Грохот нарастал. Казалось, что-то невероятно тяжелое и неуклюжее пробирается сквозь замок. Тяжелые шаги загрохотали прямо за дверью туалета. Дверь с грохотом распахнулась, сорвавшись с верхней петли и повиснув криво. В проеме, заполняя его собой, стоял горный тролль. Огромный, серо-зеленый, с дубиной размером со ствол молодого дуба. Зловоние ударило волной. Его маленькие, тупые глазки под нависающими бровями метнулись по комнате и… замерли на них.       Гермиона вскрикнула и вжалась в стену. Драко инстинктивно шагнул вперед, прикрывая ее. Рука дрожала, нащупывая палочку в кармане. Что делать? Люмос — бесполезно. Инсендио — огонь, может напугать? Тролль уже занес дубину. Черт, некогда думать!       — Инсендио! — выкрикнул Драко, отчаянно тыча палочкой в сторону громадины.       Из кончика вырвался слабый сноп искр и крошечное пламя, лизнувшее тролля по голени. Монстр лишь фыркнул, словно от комара, и дубина с воем понеслась вниз. Драко резко толкнул Гермиону в сторону кабинок, сам кувыркнулся в противоположном направлении. Деревянная громадина с оглушительным грохотом врезалась в пол, рассыпав плитки в пыль и щебень и задев раковины.       — Беги! — заорал Драко Гермионе, отползая к раковинам.       Но Гермиона застыла, парализованная ужасом, ее глаза были огромными и пустыми. Тролль, глянув на разбитый пол, повернулся к ней. Он сделал тяжелый шаг в ее сторону.       Нет! Драко вскинул палочку снова. Он должен отвлечь его!       — Агуаменти! — выдохнул он, целясь в лицо чудовища.       Струя воды брызнула из палочки, ударив троллю прямо в глаз. Монстр взвыл от неожиданности и боли, замотал огромной головой. Он шарахнулся назад, поскользнувшись на мокром полу от разбитой им же раковины, и тяжело рухнул на колено. Драко едва увернулся от его машущей в бешенстве руки.       Гермиона от грохота падения и рева вздрогнула, словно очнувшись, и попятилась к дальним кабинкам, спотыкаясь.       Тролль, хрипя и вытирая глаз грязной лапищей, поднимался, его взгляд, полный ярости, был прикован к Драко. Он явно решил разделаться с назойливой мошкарой в первую очередь. Рывком он протянул руку, могучие пальцы сомкнулись вокруг лодыжки Драко.       — Ай! — Драко вскрикнул от неожиданности, когда тролль рывком поднял его вверх, встряхнул как тряпичную куклу.       — Драко! — закричала Гермиона.       У Драко в глазах все поплыло. Тролль затряс им словно игрушкой.       В этот момент в исковерканный дверной проем ворвались Поттер и Уизли. Оба запыхавшиеся и бледные. Они остановились как вкопанные, ошеломленные картиной разрушения и яростно ревущим троллем, трясущим Драко.       — Живы! — выдохнул Уизли, лицо мелово-белое. — Ох, как же он огромен…       — Я все еще не понимаю, почему он из подземелий дошел до третьего этажа… — пробормотал Поттер, его глаза быстро оценивали ситуацию: Драко в руках тролля, Гермиона у кабинок, монстр в ярости. Картина маслом.       — Вы будете просто так стоять?! — простонал он, пытаясь вырваться.       — Эй, тупорылый! — резко и громко закричал Поттер, шагнув вперед и хлопнув руками. — Я здесь! Посмотри на меня!       Тролль медленно, с недовольным рыком, повернул голову к новому шуму. Его взгляд скользнул с болтающегося Драко на дерзкого мальчишку в зеленой мантии. Драко, вися вниз головой, увидел валяющуюся рядом дубину. Идея мелькнула как искра!       — Дубина! — выдохнул он, еле слышно. — Поттер, дубина! Ее нужно под…       Драко снова не успел договорить, тролль снова махнул им в сторону.       — Точно! Рон, поднимем дубину! — Он схватил с пола крупный осколок плитки и швырнул в тролля.       Драко недоумевающе болтался в руке тролля. Он имел ввиду поджечь! Они ведь не смогут поднять дубину после одного только занятия с лимитирующем заклинанием!       — Что… Что?! Гарри, я… — растерялся Рон.       Осколок оставил троллю царапину на ноге. Это не причинило серьезного вреда, но подействовало на тупого монстра. Тролль взревел, тряхнул головой, и Драко, чья лодыжка была уже почти вырвана из ослабевшей хватки, выскользнул из его пальцев, с глухим стуком упав на уцелевшую плитку.       — Ох! — Больно, но свободен!       В ярости тролль забыл про Драко и рванулся к Поттеру, поднимая над головой свою же дубину.       — Рон, сейчас! — заорал Гарри, отпрыгивая в коридор, заманивая тролля подальше от Гермионы и Драко.       Рон, трясясь, но подстегнутый криком, вскинул палочку на огромную дубину. Его голос дрожал:       — В-вингардиум… Л-левио… — Он сглотнул, увидев, как тролль настигает друга у двери. — ВИНГАРДИУМ ЛЕВИОСА!       И заклинание сработало! Дубина подскочила из руки тролля метра на полтора в воздух, качнулась, словно пьяная, и… обрушилась вниз всей своей чудовищной тяжестью прямо на затылок наклонившегося за Гарри тролля! Раздался ужасающий глухой стук, словно били по тыкве. Тролль замер и рухнул лицом вниз, сотрясая пол. Дубина с грохотом скатилась с него.       Тишину нарушали только тяжелое дыхание и журчание воды из труб.       — Он… он мертв? — едва слышно спросила Гермиона, выбираясь из-за кабинки.       — Вряд ли, — хрипло ответил Поттер, вытирая забрызганную грязью щеку. — Но вырублен капитально.       — Что… Что вообще только что произошло?! — пришла в себя девочка, ее голос дрожал. — Т-тролль! Прямо здесь!       — Не благодари, — язвительно бросил Поттер, оглядывая разрушения. — В следующий раз приходи на ужин вовремя, где рассказали, что тролль был в подземельях.       — И пришел из подземелий на третий этаж? — прокряхтел Драко, с трудом поднимаясь. — Фу, я весь в его вонючей слюне.       — Не подходи, — брезгливо буркнул Поттер, отступая на шаг.       Драко злорадно ухмыльнулся и демонстративно поднес слюнявую руку к отскочившему Поттеру, но потом все равно вытер ее о край штанины лежащего тролля.       — А вы… вообще-то… что тут делали? — снова спросила Гермиона, оглядывая слизеринцев. — Вы же должны быть в спальне!       — Мы? — с холодной усмешкой отозвался Поттер. — А ты? Мы шли по коридору и пели веселые песенки, услышали рев и грохот. Решили проверить. Оказалось, тут гриффиндорцы с троллем чай пьют.       — Поттер, — строго начала Гермиона, но тут же смягчилась. Ее взгляд упал на бледного Рона.       — Ну… мы… — робко ответил Уизли, переводя взгляд с Гермионы на Драко и обратно. Драко многозначительно поднял бровь, а Поттер пожал плечами. — Гермиона… я… насчет сегодня… — Он покраснел. — Я хотел извини…       Громкий топот и хлопанье дверей прервали его. По коридору неслись профессора. Первой ворвалась профессор МакГонагалл, за ней профессор Снейп, а за ними — бледный как полотно и шатающийся профессор Квиррелл. Квиррелл взглянул на тролля, издал слабый писк и рухнул в обморок.       Снейп молниеносно наклонился над троллем, щупая пульс на толстой шее. Профессор МакГонагалл стояла как изваяние, ее взгляд, полный ледяного гнева, переходил с Поттера на Драко, на Гермиону и на Уизли. У нее даже губы побелели.       — Объясните немедленно, — ее голос звучал как удар хлыста, — что здесь произошло? Почему вы не в спальнях?       Снейп поднялся, его черные глаза, холодные и пронзительные, уставились на Поттера. Он опустил взгляд, стиснув зубы.       И вдруг раздался слабый, но четкий голос Гермионы:       — Профессор МакГонагалл, они пришли сюда, потому что… потому что искали меня.       — Мисс Грейнджер! — профессор резко повернулась к ней.       — Я… я узнала про тролля… и пошла его искать, — Гермиона говорила быстро, глотая слова, но стараясь звучать убедительно. — Я думала… я прочитала о них все и смогу… справиться… — Она потупила взгляд. — Это была глупость. Если бы они не нашли меня… тролль бы меня убил.       Мальчики смотрели на нее с разинутыми ртами. Даже Драко был поражен. Поттер быстро спрятал удивление за маской равнодушия. Рон покраснел еще сильнее и кивнул, словно подтверждая каждое слово.       — Драко и Гарри отвлекали его, — продолжала Гермиона, — а Рон… Рон заколдовал его дубину и ударил его же оружием по голове. У них не было времени звать кого-то. Когда они пришли, тролль… он уже почти схватил меня.       Поттер и Уизли старательно изображали, что все именно так и было. Драко, поймав взгляд Поттера, поспешно закрыл рот и кивнул, стараясь выглядеть серьезным.       — Хм, — произнесла профессор МакГонагалл, окинув их всех проницательным взглядом. — Мисс Грейнджер, ваша глупость граничит с безрассудством! — Ее голос дрогнул от гнева. — Пять штрафных очков с Гриффиндора! Я ожидала от вас благоразумия! Если с вами и мистером Малфоем все в порядке — немедленно в башню! А вы двое — в подземелья! Сию же минуту!       Гермиона, не поднимая глаз, быстро вышла из разрушенного туалета. Профессор МакГонагалл повернулась к мальчикам и остановила их своим взглядом.       — Что ж, — сказала она чуть тише, но все еще строго, — даже учитывая рассказ мисс Грейнджер… вам невероятно повезло. Но факт остается фактом: немногие первокурсники смогли бы обезвредить горного тролля. Каждый из вас, — ее взгляд скользнул по Драко, Поттеру и Уизли, — получает по пять призовых очков своему факультету. Профессор Дамблдор будет извещен. Можете идти.       Драко вышел вслед за слизеринцами. Он остановился, глядя им вслед. Когда Уизли скрылся за поворотом, Поттер обернулся. Их взгляд встретились на мгновение.       Драко неуверенно поднял руку, не столько махнув, сколько просто показав открытую ладонь, но он надеялся, что Поттер понял, что это своеобразное «до завтра».       Поттер замер на секунду. Потом, едва заметно, кивнул. Не улыбнулся, не помахал в ответ. Просто короткий, почти невесомый кивок. И скрылся за углом.       — Драко, ты чего там? — донесся голос Гермионы из дальнего конца коридора.       — Иду! — крикнул он в ответ, поспешно догоняя ее.       Сегодняшний вечер был полон безумия, ужаса и… чего-то еще совершенно необъяснимого.