Друзья геи

Макар ощутил, как Матвей медленно опускает руку вниз, его пальцы скользнули по ключице, едва касаясь кожи, но этого было достаточно, чтобы Макар ощутил мурашки по всему телу. Его дыхание сбилось, сердце стучало так громко, что, казалось, эхо разносилось по всему помещению. Матвей, как будто читая его мысли, прижался ещё ближе, его горячее дыхание коснулось шеи Макара, заставляя его содрогнуться. — Ты дрожишь, — прошептал Матвей, его голос был низким, почти грубым, но в нём слышалась нежность, которая заставляла Макара терять последние остатки контроля. — Ты всегда был таким… недоступным. Но сейчас ты весь мой. Макар закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями, но это было невозможно. Его тело реагировало на каждое движение Матвея, на каждое прикосновение, будто оно ждало этого всю жизнь. Руки Матвея опустились ниже, скользя по его бокам, и Макар почувствовал, как его кожа горит под этими касаниями. — Мы не можем… — начал Макар, но его голос оборвался, когда Матвей прижал его сильнее к стене, его губы снова нашли его, и поцелуй стал ещё глубже, ещё интенсивнее. Макар не мог сопротивляться, его руки сами собой обвились вокруг шеи Матвея, притягивая его ближе. — Ты хочешь это остановить? — прошептал Матвей, его губы коснулись уха Макара, и он почувствовал, как тот вздрогнул. — Скажи мне, и я остановлюсь. Но Макар не сказал ни слова. Его тело уже ответило за него, и Матвей это понял. Его руки снова начали двигаться, исследуя каждую кривую, каждую линию, будто он хотел запомнить его навсегда. Макар почувствовал, как его разум начинает плыть, оставляя только чувства, только Матвея. Макар почувствовал, как Матвей медленно опускает руку ниже, его пальцы скользили по его животу, оставляя за собой след из мурашек. Каждое прикосновение было как огонь, разжигающий в нём что-то давно забытое. Его дыхание стало прерывистым, грудь поднималась и опускалась в такт с пульсацией в висках. Матвей, не отрываясь, прижал его ещё сильнее к стене, их тела слились в едином ритме. — Ты всегда был так далёк, — прошептал Матвей, его губы коснулись шеи Макара, оставляя горячий след. — Но сейчас ты здесь. Со мной. Макар хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Его руки, будто сами собой, опустились на пояс Матвея, цепляясь за ткань его рубашки. Он чувствовал, как Матвей улыбается, его дыхание согревает кожу. — Ты хочешь этого, — не вопрос, а утверждение, низкий голос Матвея пронзил его, как стрела. Макар не ответил, но его тело говорило за него. Руки Матвея двинулись дальше, исследуя, словно он хотел запечатлеть каждый сантиметр его тела в своей памяти. Его пальцы скользнули под пояс брюк, и Макар не смог сдержать тихий стон. — Я не хочу останавливаться, — прошептал Матвей, его губы снова нашли губы Макара, поцелуй стал глубже, ненасытнее. Макар почувствовал, как его разум тает, оставляя только ощущения. Матвей был везде: его руки, его дыхание, его тело. Он не мог думать, не мог сопротивляться. Он только чувствовал, как мир сузился до них двоих, до этого момента, до этого огня, который они разожгли вместе. — Макар, — прошептал Матвей, его голос был как искушение, как обещание. И Макар сдался. Он отпустил контроль, позволил себе утонуть в этом, в нём. Матвей отстранился на мгновение, его глаза, тёмные, как бездонная ночь, пожирали Макара, изучая каждую его черту. Его пальцы всё ещё дрожали на коже Макара, будто пытаясь удержать его в реальности. — Ты мне не принадлежал никогда, — прошептал он, голос срывался, но в нём звучала решимость. — Но сейчас ты мой. Макар почувствовал, как его сердце бьётся в унисон с Матвеем, их ритмы сливались в единый пульс. Его руки всё ещё цеплялись за пояс Матвея, но теперь он уже не держался, а тянул его ближе, острее, сильнее. — Не говори, — глухо выдохнул Макар, его голос был хриплым, как будто он уже час кричал. — Просто не останавливайся. Матвей ухмыльнулся, его губы снова нашли шею Макара, он прикусил кожу, оставляя след, который Макар почувствовал всем телом. Его руки двигались вниз, срывая пуговицы рубашки, обнажая кожу, которая горела под его прикосновениями. — Ты всегда был таким собранным, таким холодным, — прошептал Матвей между поцелуями, его голос был как яд, проникающий в разум. — Но сейчас ты раскрываешься передо мной. Макар не мог ответить, его мысли были разорваны на части, каждая из них была связана с Матвеем, с его руками, с его губами. Он чувствовал, как его тело отвечает, как каждый нерв кричит от желания. — Я хочу тебя, — просто сказал Макар, его голос был тихим, но в нём звучала сила, которая заставила Матвея остановиться. Матвей замер, его глаза снова нашли глаза Макара. В них было что-то дикое, что-то первобытное, что-то, что Макар никогда раньше не видел. — Тогда возьми меня, — прошептал Матвей, его голос был низким, как гром. И Макар сделал шаг вперёд, его руки схватили Матвея, их тела снова слились в единый танец. Он больше не думал, он чувствовал, он жил. Этот момент, этот огонь, это желание — всё было реальностью. — Я твой, — прошептал Макар, его губы снова нашли губы Матвея, их поцелуй был как обещание, как конец и начало одновременно. И в этот момент мир перестал существовать. Остались только они. Матвей расстегнул рубашку Макара и ремень на штанах. Макар полностью разделся и сел на колени как безобидный маленький омежка. Матвей нежно похлопал рукой по щекам Макара, после чего достал свой член и аккуратно провёл им по губам Макара. Макара это возбуждало и он взял в рот. Было слышно как Матвей тихо постанывал, а Макар нежно сосал и причмокивал. Матвей нагнул Макара и медленно вставил хуй в его очко. Макар очень громко стонал и повизгивал. Пока Матвей ебал сраку, Макар одновременно надрачивал свой хуй. Через 20 минут они оба обкончались. Матвей потянулся к Макару и страстно поцеловал его, после чего Макар ответил на поцелуй с такой же страстью. Матвей отстранился и сказал "Я так давно этого хотел и наконец мы сделали это" Макар кивнул в ответ, после чего они оба оделись и пошли за пивом как и планировали.