луна не может светить без солнца

Пальцы зарываются в черные, словно уголь волосы, взъерошивая их. Шею окольцовывал ошейник, который Джи посчитал довольно таки симпатичным чокером. Что бы не говорил ему Ли, тому было просто кристаллически насрать. Его было попросту не переубедить. Раз он решил, что тот можно носить в качестве украшения, значит так оно и будет. Черный карандаш скользит по слизистой, особенно хорошо подкрашивая уголки глаз. В дверь раздается стук, из-за чего плохо приклеенный постер повисает на одном куске скотча. – Заходи – произнес Хан, не отрывая взгляда от зеркала Дверь со скрипом открылась. По комнате разнёсся звук шаркающих по полу ног, после чего на талии очутились крепкие руки. Подбородок уместился на плече Джисона, разглядывая отражение двух парней. – Детка, ты готов? – спрашивает Ли, прикрывая глаза – Ты сам то оделся бы дня начала, – фыркает тот в ответ, – или ты на улице своими наколками светить будешь? В ответ Хо лишь утыкается носом ему в шею, но после все же произносит: – Мне то майку натянуть всего осталось – шепчет тот, не желая отрываться от своего партнёра. Хан кладет карандаш на тумбу, расслабляясь в объятиях Минхо. Пальцы аккуратно проходятся по татуировке на его руке, которая гласит: «he taught me how to shine» Ли набил ее после того, как их отношениям с Джи стукнуло два года. Такая простая фраза, но в ней был вложен особый смысл для каждого из них. Минхо в начале их знакомства был тихим и замкнутым. предпочитал не выделяться ни своим поведением, ни стилем в одежде. его никогда не замечали, даже в компании своих друзей тот мог остаться без внимания. Их знакомство с Джисоном произошло неожиданно. Хан шел в накладных наушниках, напевая себе под нос мотив песни, строки которой уже были выжжены на его сердце. Они не заметили друг друга, в последствии чего айс латте Джи оказался на сером худи незнакомца. тот, в качестве извинения, предложил его угостить за свой счёт в какой нибудь кофейне. Ли долго отказывался и всячески старался найти любую отговорку. в ход уже пошли самые глупые, что приходили первыми на ум. В следующие пятнадцать минут они уже сидели в теплом помещении, наблюдая за мимо проходящими прохожими. Хан был полной противоположностью парня: почти всегда был в центре внимания, одевался так, словно жаждал обсуждений за спиной от постарелых. Впринципе, так зачастую и происходило. даже его мать отказалась куда либо выходить с ним в таком виде на люди. Было ли ему обидно? Пф, он давно уже забил огромный болт на чье либо мнение. Конечно же, если оно не касалось чувств Ли, что выяснилось чуть позднее. Они просидели в кофейне около сорока минут. приятным удивлением стало то, что Хо не пытался уйти под каким либо предлогом, а наоборот, внимал каждому слову Джисона. даже если тот нес какую-то чушь. Все началось с обмена номерами. После редкими встречами, что стали чуть ли не ежедневными. Так и началась новая глава их взаимоотношений - с признания на крыше многоэтажки. Минхо зачастую называл Джисона солнцем, а тот отвечал, что парень сияет не менее ярко. это не было ложью. Каждый день проведенный с Ханом будто заставлял Ли раскрываться. Заново выращивать крылья, что жестоко обрезало общество, которое осуждало за каждый неверный вздох. Так в один из дней он произнес: «я твоя луна. я отражаю твой свет. ты научил меня сиять» С того дня эта фраза засела в голове и он решил, что рано или поздно он сделает так, чтобы она осталась с ним навсегда. Джи развернулся к парню лицом, быстро чмокнув того в нос. – Давай бегом, нам ещё в овощной заезжать, – протараторил Хан – а он, между прочим, сегодня в семь закрывается! Хо убрал правую руку с талии любимого, взглянул на часы на запястье: – Сейчас всего лишь... – тот остановился на половине предложения. стрелка показывала без двадцати семь – сегодня я ослепляю весь город своими наколками Ли схватил Джисона за руку, переплетая их пальцы и помчался вниз. Слышны недовольные высказывания Хана и смех Минхо, что прикрывался от слабых ударов парня. Луна не сможет светить без солнца. так же и Джи не сможет прожить без мягкого голоса, что будит его по утрам. Без влюбленных глаз, что тот всегда сравнивал с кошачьими. Он не сможет прожить без него.