— не твоё дело, — после короткого, но увлекательного разговора котов о котах, было негласно принято решение разбежаться по койкам. так думал юра, который не очень понял почему вроде лёгкий и незатейливый диалог закончился столь токсичной фразой, но всё же встал, что бы последовать указаниям хозяина дома.
— сегодня ты спишь на диване в гостиной. а то.. — бла бла бла, всё и так было понятно. но ради приличия, и утверждения своего непреклонного характера юра вступил в небольшую тираду о месте его сегодняшнего сна, которую даже не надеялся выиграть.
***
— эй! а как его.. это самое, — слово вылетело из головы, но даже если бы русый вспомнил нужный глагол, всё равно остался бы без ответа, поскольку входная дверь уже резво захлопнулась, разделяя собой и последующими унылыми метрами ночного питера двух парней, что планировали провести ближайшую ночь в одной квартире. юрино выражение лица кратко выразило грусть, но быстро вернулось обратно к безразличию, и голубые глаза перекинулись обратно с двери на раскладной диван.
провозившись ещё минут двадцать с этой уже яро ненавистной вещью юра всё таки стукнул его об пол последний раз, и довольный своим успехом плюхнулся на давольно мягкую лежанку. всё таки вопрос о том, куда ушёл илья в такой поздний час терзали и без того заёбанную голову, но она сама давала кажись правильный ответ – на очередную внеплановую тренировку. и зачем он вообще это делает? ну, имеется ввиду, у них же и так тренировки шесть раз в неделю, так какой смысл перетруждать себя дополнительно? юра не понимал илью. если так подумать, илью вообще мало в чём можно понять, он всегда делает что то такое, что в юриной голове не укладывается и даже смысл не приобретает. русый ещё давно понял что они с блондином очень разные. тому виной наверняка было разное детство, воспитание,
жизнь после четырнадцати. сейчас не хотелось об этом вспоминать, поэтому юра попытался отвлечься от капающих воспоминаний заправлением своего спального места. но всё таки, если бы тог
да он нв ест
ретил д
аВи()а м
жоет се
чтяс вs
ё был
о хл..
п0 d₽угом хло..А е
s^i $уд
Ъб& х..
taK хл..реwИ0
хлоп../\а47."Х6Л?/@ОfG&П- *шОРК):9..... вывел юру из темноты своего прошлого. это вернулась с работы мама ильи – ольга.
— юрочка привет, — снимая обувь и вешая пальто на крючок в прихожей слегка удивлённо поздоровалась женщина, после чего прошла в гостиную, где затупивший юра просто стоял с пододеяльником в руках, — ты чего тут?
— а.. да я.. — что бы такое сказать, что бы не показаться обнаглевшим дружком её сына, что приходит к ним с ночевой как к себе домой, — илья.. разрешил остаться на ночь.. если вы не против, — конкретно сейчас было очень стыдно присутствовать в этом мире, но юра держался на ногах почти уверенно.
— аа, ну понятно, — с лёгкой улыбкой заботливая блондинка подошла к юре и забрала у него кусок ткани из рук, жестом показывая что поможет ему с этим нелёгким делом. русый сделал пару шагов назад и, остановившись, стал прокручивать в голове примерную вариацию развития дальнейших событий: сейчас мама ильи заправит за него спальное место, потом, и без того уставшая, с теперь ужасным настроением пойдёт на кухню, скажем, заваривать кофе, после этого прийдёт её чудо-сынок, на которого она сорвётся, по юриной вине конечно же, и уже сынок в испорченном настроение пойдёт давать пиздов русому. но план оборвался на самом начале, ведь, во-первых – ольга хорошая женщина, которая всегда рада друзьям сына, а во-вторых – звук проворачивания ключей в замочной скважине а после и открывание с закрыванием двери раздался не в назначенное юрой время, что предотвращало семейную ссору.
— я вернулся, — послышался знакомый голос. через некоторое время его обладатель вошёл в комнату и ознакомительным взглядом оглядел людей находящихся в ней.
— илюш привет, меня представляешь пораньше отпустили сегодня, — не отрываясь от своих хлопот проговорила ольга, — прихожу домой, а тут опять юрочка, — женщина мельком кинула радостный взгляд на названного парня, что сразу же замялся, — и настроение ещё лучше стало! он снова у нас на ночь? — в завершение речи уточнила она у сына, стоявшего в дверном проёме.
— да, — после установления зрительного контакта с причиной вопроса ответил илья, чуть улыбаясь, рассматривая заметную растерянность в голубых глазах. парню было до чёртиков неудобно перед мамой ильи, но когда та, закончив возиться с простынями, добро пожелала ребятам спокойной ночи и ушла в дальнюю комнату квартиры, спать, очевидно, юра наконец то облегчённо выдохнул, пытаясь промыть мозги уверениями самого себя что всё хорошо, и ему тут
рады.
илья смотрел на него с усмешкой. сейчас некогда спокойные, ничего невыражающие глаза метались по разным углам комнаты.
—
«юр, всё в порядке?» — искренне хотелось поинтересоваться состоянием друга, но вместо этого он сказал — я спать, ты тоже давай ложись.
—
«останься со мной» — мелькнуло в русой голове, но юра сразу же попытался подавить эту, и миллион подобных мыслей, вместо искренних желаний выдавая короткое — ага, до завтра.
юра ждал что вот сейчас он останется один на один со своими тревожными убеждениями, но илья почему то не сдвинулся с места, оставаясь сверлить его взглядом в том же дверном проёме. повисла неловкая.. хотя на самом деле вполне приятная тишина, позволяющая парням углубиться в свои мысли и разобраться в них получше.
юре хотелось говорить.
рассказать илье всё что он думает о нём, о жизни, о его прошлом, настоящем, будущем, о
вадиме и о многих других вещах, которых в мире было беспокойное множество. ему скорее всего просто хотелось выговориться. хотелось, что бы слова лились сами собой, заставляя задыхаться и переодически ненадолго замолкать для передышки. хотелось, что бы впервые за давольно большое количество времени его кто нибудь выслушал, поддержал по возможности. пускай даже этим кем нибудь будет илья.
— юр, ты так смотришь на меня, — илья видел его пронзающий взгляд как надежду на спасение, что ли. в любом случае он уже понял, что, —
ты, наверное, не хочешь чтоб я уходил?
определённо
да. юре не хотелось оставаться одному, пускай и даже в одной квартире с его
другом, намекавшим сейчас на роль
спасателя. но уставшее от жизни лицо даже не дрогнуло в попытке дать ответ. юра слишком погряз в своих мыслях, хороших и не очень, но всё же кое что выражало согласие на слова веснушчатого – тот самый взгляд, который юра дарил илье на протяжении уже десяти минут,
дольше чем кому либо. но блондин тоже не промах – не дождавшись внятного ответа, просто ушёл.
—
«ушёл?» — задумался юра, что кажется только что так глупо упустил свой сменный, спасательный болон с воздухом. он снова ошибся, вовремя не схватившись за протянутую руку помощи. такое уже бывало раньше, но после обещанной эйфории хороших воспоминаний с кем бы то не было, он обязательно обжигался, делая себе всё хуже и хуже. но, может, он поступил правильно? они с ильёй знакомы не так уж и давно, вдруг он окажется таким же как
давид? да, раз уж илья ушёл, значит так оно и должно быть. это было заложено самой судьбой, в которую юра выборочно верил. но всё же, если бы блондин остался рядом, если бы сам на секунду схватил его руку, то юра бы сразу схватился крепче, отдавая всего себя новой жизни. вглубь помутневшего сознания забралось осозна..
ние? касание? что то только что явно коснулось его руки, ещё не протянутой, но готовой ко всему. подняв глаза, безнадёжно опустившиеся в пол, он увидел знакомое лицо, смотрящие в его душу сквозь все непробиваемые преграды.
— илья? — мысль недоверчиво вырвалась из головы и упав на язык вылетела в свет.
— а что, не ожидал увидеть меня в своей же квартире? — хихикнул названный, а юриному взору открылась щёлка меж его зубами, что всегда появлялась при искренней улыбки капитана, — я сходил за одеялом и подушкой, не будем же мы на одной спать, — юра перевёл взгляд на расстеленное ему ранее спальное место, на котором теперь рассчитывало спать
два человека. в русой голове всё не укладывалось, почему капитан, с которым они раньше цапались, сейчас сам захотел спать
вместе? может ему на жалость капал внешний вид юры после перепалки с вадимом? юра не знал причины, но он всё же надеялся, что все потаённые мысли и скрытые надежды прояснятся после длинного и несомненно душевного разговора, в существовании которого юра не был уверен, но всё же предвкушал мягкое одеяло, удобную сидячую позу и прояснение всех недосказанностей.