SACRED: Сердце Анкарии

Песок арены впитывал кровь так же жадно, как толпа — зрелище смерти. Тарек стоял в центре круга, залитого багровым светом заходящего солнца, и чувствовал, как жаркое летнее солнце, словно губы страстной любовницы, обжигает его лицо. В воздухе витал запах железа, пота и страха — знакомый, почти родной. Он сжал рукоять меча, ощущая шершавость кожи на ладонях. Сколько их уже было? Сколько жизней оборвалось под его клинком? «Нет в мире оружия, неизвестного мне. Нет боевого стиля, которого бы я не знал. Выживать и побеждать — этому меня научили долгие годы, проведенные на арене. Смерть была так близко, что я разучился её бояться» Но сегодня всё должно было измениться... Его разбудил собственный крик. Тарек резко сел на жесткой соломенной подстилке, сердце колотилось, как загнанный зверь. Ладонь непроизвольно потянулась к кинжалу под подушкой — привычка, от которой не избавиться даже во сне. Опять этот сон. Тьма. Алтарная плита, испещренная рунами, что светились багровым, как открытая рана. Тёмный маг в столь же темных одеждах, чьи пальцы корчились в заклинании, а голос бубнил слова, от которых стыла кровь. И "оно" — чудовище, рвущеесь из бездны, когти, крылья, пасть, полная пламени… *Шаддар.* Имя вспыхнуло в сознании, будто его выжгли раскаленным железом. Откуда он его знал? Тарек провел рукой по лицу, смахивая липкий пот. За стенами казармы уже слышались крики надсмотрщиков, лязг оружия, смех гладиаторов — обычные утренние будни бойцовской арены Белльвью. Но сегодня не обычный день, сегодня всё будет иначе, ведь сегодня — его последний бой. *** Юлиус ждал его в тени колоннады, держа в руках тяжелую трость с набалдашником в виде змеи. Его лицо, изборожденное шрамами и хитростью, кривилось в усмешке. — Проснулся, чемпион? — голос хозяина арены скрипел, как несмазанные колеса телеги. — Или кошмары снова гложут твою душу? Тарек не ответил. Он давно научился не показывать слабости. — Сегодня твой великий день, мальчик мой. — Юлиус широко раскинул руки, будто собирался обнять его. — Убьешь Куру — и ты свободен. Золото, документы, даже меч твой вернётся к тебе. Всё, как договаривались. Глаза Тарека сузились. Он знал цену словам Юлиуса. — А если проиграю? — Тогда умрешь как раб. — Хозяин арены рассмеялся, обнажив желтые зубы. — Но ты же не проиграешь, правда? *** Толпа ревела, когда Тарек шагнул на арену. Тысячи глаз, тысячи ртов, жаждущих крови. Он привык к этому гулу, как к шуму прибоя. Кура, Анкарийский лев, уже ждал его. Гигант в доспехах из чешуи дракона, с двуручным мечом, который мог разрубить коня пополам. Его лицо скрывал шлем с гребнем из черных перьев. — Тыыы… последний, кого я убью сегодня, щенок! — проревел Кура, и толпа взорвалась смехом. Тарек молча взял в руки два клинка — короткий и длинный. Он не верил в боевые кличи. Первый удар Куры расколол бы скалу. Тарек едва увернулся, песок взметнулся под ногами. Второй удар — он блокировал перекрестьем мечей, но сила удара отбросила его на несколько шагов назад. Слишком силен. Но сила — не всегда победа. Кура рванулся вперед, меч сверкнул в воздухе. Тарек прыгнул навстречу удару, проскользнул под клинком, короткий кинжал вонзился в щель между латами. Кура захрипел. Толпа взревела. Тарек вырвал клинок, и гигант рухнул на песок, как срубленное дерево. Тишина. А потом — гром. Вторым противником вышел орк. Два метра мышц, шрамов и ненависти. Арука Душитель. Орк был сильнее. Быстрее. Безжалостнее. Но Тарек знал, что такое настоящая ярость. Точными ударами он отправил чудовище к праотцам. И толпа взликовала. Это была заветная победа. — Отличный бой, мальчик! — Юлиус хлопал в ладоши, но глаза его были холодны, как лезвие. — Но, знаешь ли… я передумал. Тарек нахмурил брови. — Ты что, думал, я просто отпущу тебя? — прошипел Юлиус. — После всего, что я в тебя вложил? Тарек почувствовал, как ярость поднимается из глубин его существа. Но он сжал зубы. - Я не намерен терпеть предательство, Юлиус! — Тогда умри как раб. Я собственноручно научу тебя знать свое место. И старый мастер арены бросился в атаку. Его охрана — четверо головорезов — ринулась следом. Но прежде чем Тарек успел сделать хоть что-то, случилось неожиданное. Один из них — высокий мужчина в маске — внезапно развернулся и ударил своего же товарища кинжалом в спину. — Беги! — крикнул он Тареку. Они сражались спиной к спине. Трое против двух. Когда последний охранник упал, незнакомец снял маску. ‐ Кто вы? - спросил Тарек, все еще не осознавая происходящее. — Называйте меня Рошфор. Я служу Короне. Но это долгая история... Если кратко, то Юлиус торговал не только гладиаторами, — сказал Рошфор, вытирая клинок. — Он поставлял людей пиратам. Королю это не понравилось. Тарек смотрел на тело Юлиуса. Старик лежал с широко открытыми глазами, в которых застыло недоумение. *Ты научил меня убивать. Но не научил — проигрывать.* — Теперь ты свободен и волен идти куда угодно, но если что... Короне нужны такие, как ты, — продолжил Рошфор. — Сильные. Умеющие выживать. Тарек медленно кивнул. — Допустим я соглашусь на службу. Что нужно делать? — Предлагаю отправиться в гарнизон Бельвью. А потом… — Рошфор ухмыльнулся. — Кто знает? Может, твои кошмары — не просто сны. Ветер с востока снова донес запах крови. Но теперь он пах свободой.