«Гетерохромика.Неуверенность глаз»

«Гетерохромика 8» ФЭС нашли своих сотрудников Алису Жаровскую и Артема Тукаева.Правда есть но,Тукаев впал в кому ,а Щеглов рассказывает что Амелина его накручивает После этого сотрудница ФЭС Алиса Жаровская узнает что к ней ходят домой не мало раз » Начальство:Рогозина Опера:Власова,Субботин Эксперты:Тихонов,Холодов,Амелина Мед .эксперт:нет Эксклюзив:Жаровская,Щеглов,Алёна Из жизни экспертов: Алиса ищет все об отце и об смерти матери _________________________________________________________________ Утро в ФЭС началось с привычной суеты. Галина Николаевна, как всегда, была погружена в работу, ее кабинет был завален бумагами и фотографиями с места преступления. В голове роились мысли о деле, о запутанных нитях, которые нужно было распутать. В кабинет вошел Субботин. – Галина Николаевна, – произнес он. Галина Николаевна оторвалась от бумаг и повернулась к нему. – Что, Леонид Ильич? – Можно я проведу сейчас допрос у Щеглова? Он обещал мне кое-что сказать и другому не расскажет. Рогозина нахмурилась. "Опять эти секреты, – подумала она. – Но если это поможет делу…" – У меня дела, иди допрашивай. Леонид поклонился головой и вышел из кабинета, направившись прямиком в допросную. "Надеюсь, он что-то знает, – думал он. – Этот Щеглов – скользкий тип, но сейчас каждая зацепка важна." В допросной уже сидел Щеглов, нервно теребя пальцы. Вид у него был помятый и испуганный. Субботин сел напротив него. – Егор Александрович, что вы можете еще сказать? Поймите, ваша деталь поможет нам узнать, кто это все сделал. Щеглов замялся. – Мне вчера заходила Амелина. Субботин выдохнул. "Амелина… Вот чертовка! Что ей нужно от Щеглова?" – И что? Щеглов ответил: – Она пришла ко мне, села на стол и улыбалась. Она говорила: «Доволен? Мы страдали, теперь ты страдай». Я ничего не отвечал. Она потом посмеялась и ушла. Субботин нахмурился. "Звучит как угроза… Или как признание?" – Одна? – спросил он. – Да, одна была. Субботин замолчал, обдумывая услышанное. "Амелина… Она всегда была себе на уме. Но чтобы так открыто угрожать…" – Хорошо, спасибо, что сказали. Если что, зовите. Субботин встал и вышел из допросной. Вдруг он заметил Амелину, стоящую в коридоре и, казалось, поджидающую его. – Слышала, значит, – сказал Субботин, глядя на нее с подозрением. Оксана подошла к нему и начала флиртовать. – А как же Лёня? Ты что, ему веришь больше, чем мне? Леонид оттолкнул ее. "Не время сейчас для этих игр, – подумал он. – Слишком много всего на кону." – Как понимаю, я не услышу от тебя ничего хорошего. Леонид ушел, оставив Амелину в замешательстве. "Что она задумала? – гадал он. – И почему она так настойчиво пытается отвлечь меня?" Белая сидела в буфете и пила чай, смотря в одну точку. В голове крутились мысли об Алисе, о том, как все исправить. Пришел Субботин. – Я Щеглова допросил, к нему Амелина заходила, плюс еще и флиртовала, вот сучка! У тебя есть что-нибудь? Как Алиса вообще? Или вы не поговорили? Белая не услышала сразу Лёню, потому что была погружена в свои мысли. – А? Что? Прости, в мыслях запуталась… – ответила она. Леонид переспросил: – Ты поговорила с Алисой? Белая с грустью ответила: – Неа… Белая вздохнула. Леонид спросил: – Почему же, Танюша? Белая сказала: – Да чёрт, не очень хочется подходить к ней, страшно как-то. Я не знаю, простит она или нет… Леонид ответил: – Понятно. Леонид посмотрел на Таню и потом добавил: – И Щеглов сказал, что к нему приходила Амелина и начала смеяться и флиртовать. Белая сказала: – Вот тварь. Леонид ответил: – И не говори. Лёня наливал себе чай. – Слушай, может, поговоришь с Амелиной? Хоть правду скажем или что-нибудь придумать. Белая сказала: – Лёня, угрозы не лучшее. Она в любом случае пожалуется. Леонид сказал: – Вот, Тань, не надо! Нужно продержаться. Артема и Алису мы нашли, и слава богу. Осталось выяснить, кто мог все это навернуть. Понятно же, что это не Щеглов сделал, не его метод. Нужно найти еще что-нибудь, чтобы Галине Николаевне доказать, что он не причастен, а кто-то другой. Слушай, нужно Ваню и Андрея спросить по этому поводу. Леонид выпил чай. – Надеюсь, они что-то нашли. Вдруг пришел Холодов. – Вот вы где. Я проверил еще раз: у Щеглова на одежде ничего такого нет, ни пороха, ни крови, ничего личного. Леонид сказал: – Он мог быть в другой одежде. Холодов сказал: – Да, только эти улики подставные. Я проверил, Щеглова действительно подставляют. Это услышала Рогозина. – Что?! Подставляют? Холодов кивнул головой. Рогозина ответила: – Всех в конференц-зал! Все сотрудники собрались. Рогозина сказала: – Щеглова подставляют, Холодов проверил. Нужно теперь понять, кто это сделал. А Щеглов заходил в морг к Артему? Леонид ответил: – Чай попить. Рогозина сказала: – А стакан там остался? Проверь, пожалуйста. Леонид пошел в морг, надел перчатки. Он внимательно осмотрел стол, где стоял стакан. Леонид зашёл в комнату отдыха рядом с моргом. В углу на столе стоял одинокий стакан. Он подошёл ближе, взял его в руки и проверил содержимое. Его глаза расширились от ужаса. — Боже... — выдохнул он, не веря своим глазам. С тяжёлым сердцем Леонид направился в конференц-зал. Войдя, он сразу обратился к Галине Николаевне: — Галина Николаевна, я нашёл стакан. Она, не скрывая нетерпения, спросила: — Ну что там? Не томи! — Там... наркотики, — выдавил из себя Леонид. В этот момент Рогозина резко встала: — Что?! Вся комната погрузилась в гробовую тишину. — Это те наркотики, которые мы нашли у Артёма и у Алисы, — продолжил Леонид. Рогозина опустилась на стул, потрясённая: — Боже, наркотики всё время были здесь... Она посмотрела на Таню Белую и строго сказала: — Таня, Оксана, мне нужно с вами поговорить. Белая кивнула: — Хорошо. Все сотрудники вышли, остались только Белая и Амелина. Галина Николаевна обратилась к Тане: — Таня, можешь ещё сказать свои мысли по поводу всего этого, подробно. Она внимательно посмотрела на Оксану, которая молчала, глядя на Таню. — По поводу того, что в морге нашли стакан с наркотиками? — спросила Белая. — Всё: ваше похищение, подстава Артёма, Щеглов и стакан с наркотиками, и то, что нашли у Артёма и Алисы, — ответила Рогозина. — Мои мысли складываются в том, что всё это устроила Оксана и подставила Щеглова, — заявила Таня. — С чего бы?! — возмутилась Оксана. — Оксана, помолчи, — строго сказала Рогозина. — Замолчать? — фыркнула Оксана. — А может, это она всё устроила и теперь валит на меня? — МОЛЧАТЬ! — крикнула Рогозина. Оксана вздрогнула, опустив глаза. — Таня, продолжай, — сказала Рогозина. — Потому что Власова мне рассказала, что эти три мужика, когда похитили Артёма и Алису, должны были их отдать женщине. Очень интересно, кто эта женщина, — объяснила Белая. Оксана нахмурилась, не скрывая раздражения: — А почему я должна быть именно я? Таня посмотрела на неё спокойно, но твёрдо: — Потому что у меня на тебя очень большие подозрения. Оксана усмехнулась, но улыбка была злобной и холодной: — Какие же? Давай рассказывай, мы послушаем. Таня не отводила взгляда: — А чего тут рассказывать? Ты угрожаешь Щеглову, обижаешь Алису, с Артёмом ведёшь себя как шалава. Оксана ахнула, словно её ударили по лицу: — Как шалава? А кто первый с ним подружился? Кто всё время был рядом? Да я с Ванькой его спасли, когда его подставили! А ты что сделала? Только слушала указания Рогозиной и всё! Ты кроме этого ничего не делаешь! Галина Николаевна строго перебила: — Оксана. Но та не унималась: — Галина Николаевна, вы же мне верите, почему сразу заступаетесь? Будто я только делала гадости, а Белая — нет? Рогозина замолчала на мгновение, потом холодно сказала: — Амелина, если ты ещё раз будешь такое вытворять, пойми меня правильно — вылетишь отсюда. Оксана фыркнула, но кивнула: — Ладно, извините. Она присела, опустив голову. — Продолжай, Таня, — сказала Рогозина, возвращая разговор к Белой. Таня вздохнула, сжав губы от боли, которую причиняли царапины на лице. — Ну да, я ничего для этого не сделала, я же такая плохая, никого не спасала... Она замолчала на секунду, собираясь с мыслями. — Щеглов сказал, что к нему приходила Амелина и, улыбаясь, начала говорить: «Доволен? Мы страдали, теперь ты страдай», — и смеясь ушла. А ещё она угрожала Алисе. В этот момент Оксана не выдержала и поцарапала Тане лицо ногтями. — Прекратите! — крикнула Рогозина, вставая. — Как дети малые! Девочки успокоились, напряжение в комнате немного спало. — Значит так, — продолжила Галина Николаевна, — Таня, ты едешь с Ритой к Алисе. Рита в буфете сидит, а ты, Амелина, ищи. Амелина кивнула, соглашаясь. Белая вышла из конференц-зала, сжимая губы от боли — царапины на лице жгли, словно напоминание о том, что доверие здесь — редкость. Она старалась не показывать слабость, но внутри всё бурлило. Почему всё так запутано? Почему именно она оказалась в центре этой грязной игры? Рогозина, оставшись одна, тяжело вздохнула. «Неужели Оксана действительно врёт? Или же Щеглов — настоящий виновник? Но почему тогда Таня так настаивает на её вине?» — думала она, глядя в пустоту. Тем временем Белая направилась к Власовой. Войдя в комнату, она услышала резкий вздох: — Танечка?! — ахнула Власова, заметив царапины на лице подруги. — Кто с тобой так? — Да... Оксана... — тихо ответила Таня, стараясь не показывать, как больно ей было. — Понятно, с этим позже разберёмся, — сказала Власова, мягко улыбаясь. — Давай я тебя к Вале отведу, она тебя обработает, а потом поедем, хорошо, моя хорошая? — Хорошо, — кивнула Белая, чувствуя облегчение от поддержки. Они вместе пошли к Вале Антоновой. Та, увидев раны, сразу же нахмурилась: — Вот она тварь... — пробормотала она, начиная обрабатывать раны. — Ай... — вздохнула Таня, терпя боль. — Терпи, моя хорошая, — ласково сказала Валя, продолжая работу. Когда всё было сделано, они отправились к Алисе. Власова постучалась в дверь, и та открылась почти сразу. — Рита! Слава богу, ты здесь, — вздохнула Алиса, обнимая подругу. — Я как раз хотела тебе позвонить. — Ой, моя хорошая, — ответила Власова, крепко обнимая Алису. Белая стояла в стороне, словно вкопанная, наблюдая за этой сценой. — Рит... — начала Алиса, — я только что узнала, что ко мне кто-то ходил. — И кто же? Ты его знаешь? — спросила Власова, нахмурившись. — Нет! Просто когда я уснула на балконе, а потом пришла к компьютеру, у меня пропала флешка и журналы по поводу моих родителей! Они исчезли, — с тревогой в голосе ответила Алиса. — Твою мать... Надо её искать, — пробормотала Власова, сжимая кулаки. Она оглянулась на Таню, словно ища поддержки. — Мы обязательно найдём всё, что пропало, — тихо сказала она, стараясь успокоить Алису. Алиса кивнула, но в её глазах читалась тревога и растерянность. — Я продолжала работать над делом пропажи моего отца и смерти матери, — начала она, — все считают, что это случайность, но я в это не верю. В флешке были документы, фотографии, отчёты — всё, что я накопила за это время. А теперь этого нет. И я заметила, что кто-то пытался взломать мою дверь. Я хотела тебе позвонить, но тут ты появилась. Белая, всё ещё стоя в углу комнаты, спросила: — А дверь была закрыта на замок? — Да! — ответила Алиса с раздражением. — Я что, должна оставлять дверь открытой? Таня кивнула, пытаясь понять ситуацию. — Понятно, — сказала она, замолчав на мгновение. Алиса продолжила: — Последний раз ко мне заходил Артём, но это было очень давно. Я не знаю, кто мог прийти. Власова повернулась к Тане: — Танюш, можешь проверить дверь? Если она действительно взломана, там должны быть отпечатки. — Хорошо, — ответила Белая и подошла к двери. Она внимательно осмотрела замок и ручку, затем достала перчатки из кармана и аккуратно проверила поверхность. — Дверь взломана, — сказала она, — но отпечатков нет. Значит, вскрывали в перчатках. Алиса нахмурилась: — Зачем кому-то приходить ко мне домой? Будто там есть что-то важное. Власова задумалась: — Значит, кому-то это действительно нужно... Но кому? Алиса покачала головой: — Не знаю. Мне нужен отдых. Надо потом навестить Артёма. Валь, пойдёшь со мной? — У меня дела, и у Вали тоже, — ответила Власова. — Мы не сможем. Давай с Таней съездишь? Алиса посмотрела на Таню и улыбнулась: — Хорошо, я не против. Вдвоём веселее. — Я тоже не против, — добавила Таня. — Вот и славно, — улыбнулась Власова. После этого Власова и Антонова уехали, а Белая и Жаровская сели в другую машину и направились в больницу, где лежал Артём. Белая ехала, смотря в окно, и молчала. В голове крутились мысли, но она не могла их сформулировать вслух. Тишина в машине была тяжелой, словно каждый звук мог нарушить хрупкое равновесие. Алиса смотрела на нее и тоже молчала. Она понимала, что сейчас слова не нужны, что лучше просто быть рядом, даже если молчание кажется громче любых разговоров. Вскоре их признали в больницу. Врач, молодой и серьезный, подошел к ним с усталым видом. — Артем Вадимович пока не приходил в сознание, но с ним все в порядке, — сказал он. — Правда, большой синяк на животе. Чем его так ударили? Алиса глубоко вздохнула и ответила: — Нас с Артёмом похитили и избивали, возможно, его избили битой. Врач нахмурился, словно пытаясь представить себе произошедшее. — Мне вас жаль, — сказал он. — Давайте, когда вы будете навещать Артема, я вас осмотрю ещё раз. Я, конечно, доверяю вашему судебному эксперту, но всё же проверю для вас — бесплатно. — Хорошо, — кивнула Алиса. Она вошла в палату. Артем лежал неподвижно, бледный и уязвимый. Алиса тихонько подошла к нему и села рядом. — Привет, Тём... — прошептала она. — Я знаю, ты меня совсем не слышишь, но я хотела навестить тебя и сказать спасибо, что... спас меня. Ты пожертвовал собой, чтобы спасти меня. Огромное спасибо, я буду у тебя в долгу. Она сидела рядом, глядя на его лицо, пытаясь найти в нем хоть какой-то знак жизни. Потом тихо сказала: — Ладно, я пойду. Собираясь уходить, Алиса вдруг заметила, что Артем пошевелил рукой. Сердце ёкнуло. — Тём? — спросила она, голос дрожал. Артем начал открывать глаза. Алиса вскочила и открыла дверь палаты: — Артем проснулся! Врач подбежал, за ним — Таня. — Артем Вадимович? Вы слышите меня? Сколько пальцев я показываю? — спросил врач. Артем немного повернул голову и сказал: — Четыре... Где я? — Тёма... — прошептала Алиса, не веря своим ушам. Артем увидел ее и тихо сказал: — Алиса?... Врач нахмурился и сказал: — Выйдите, пожалуйста, — мягко попросил врач, — ему нужно немного покоя. Алиса и Таня вышли из палаты, и как только дверь закрылась, Алиса села на корточки у стены, не сдержав слез. Почему я так боялась потерять его? — думала она, пряча лицо в ладони. Таня стояла рядом, но не могла подойти ближе — ей срочно позвонили, и она ушла в другой конец коридора, чтобы поговорить. Через несколько минут врач вернулся, улыбаясь. — Как он? — спросила Алиса, вставая. — С вашим Артёмом всё хорошо, — ответил он. — Кстати, он хочет вас увидеть. Алиса без промедления вошла обратно в палату. Артем лежал, но уже выглядел гораздо лучше, на лице играла легкая улыбка. — Привет, — сказал он тихо. Алиса подошла и осторожно обняла его, слезы катились по щекам. — Я так переживала, — прошептала она. Артем тоже обнял её, крепко, словно боясь отпустить. — Я за тебя переживал, — ответил он. — Ты как? — Плечо болит, — сказала Алиса, — но сейчас его осмотрят. Артем нахмурился. — Понятно. А вы раскрыли, что случилось с нами? — Нет ещё, — ответила Алиса, — но все подозревают Щеглова. — Понятно, — кивнул Артем. — Врач сказал, что я полежу ещё, а послезавтра выпишут. — Супер, — улыбнулась Алиса. — А ничего больше не случилось? — спросил он. — Да, ко мне домой кто-то ходит, — сказала Алиса, — потому что замок взломан, и флешка с журналами пропала. — Чёрт... — пробормотал Артем. — Ты не переживай. — Я, та не переживаю, — ответила Алиса с легкой улыбкой. В этот момент в палату вошёл врач. — Алиса Владимировна, пойдёмте, я вас осмотрю. Тукаеву нужен покой. Алиса попрощалась с Артёмом и вышла с врачом. Тем временем Белая договорила по телефону, тяжело вздохнула и сказала: — Мда, что же делать... Через полчаса пришла Алиса. — Мне сказали пока в ФЭС не ходить, — сказала она, — у тебя что? — Да так... ничего, — ответила Белая — Тань, — сказала Алиса, садясь рядом, — я, конечно, понимаю, ты работаешь, но ты мне что-то недоговариваешь. Белая посмотрела на нее усталыми глазами, словно взвешивая, стоит ли открываться. — Чего именно я тебе не договариваю? Ты сейчас про звонок? — спросила она тихо. Алиса кивнула, не отводя взгляда. — Что случилось? — повторила она, уже мягче. Белая глубоко вздохнула, сжав в руках телефон. — Какой-то мужской голос сказал, что либо я ему приношу два миллиона, либо он убьет мою сестру, — выдавила она, голос дрожал. Алиса нахмурилась. — У тебя есть сестра? — спросила она осторожно. — Да... — кивнула Белая. — Голос я, к сожалению, не узнаю. — Ладно, я поеду? — спросила она, словно ища поддержки. — Может, тебе в ФЭС поехать и все рассказать? — предложила Алиса. Белая покачала головой. — А ты думаешь, мне там помогут? У нас и так с делом проблемы. — Я сомневаюсь, что ты справишься одна, — сказала Алиса твердо. — Тебе помощь будет нужна. Позвони Власовой или Субботину. — Не надо... — тихо ответила Белая. — Надо будет — позвоню. Алиса замолчала, потом с легкой грустью сказала: — Как хочешь. Она встала и направилась к выходу, оставляя Белую одну с тяжелыми мыслями. Белая поехала домой. Уже в квартире она села на диван и не смогла сдержать слез. В голове крутились страшные мысли, и сердце сжималось от беспомощности. Тем временем Алиса сидела на кровати, когда раздался звонок. Она взяла трубку. — У тебя точно всё хорошо? — услышала она голос Артема. — Да, всё нормально, Тём, не переживай, — ответила она, стараясь звучать уверенно. — Хорошо, — сказал он и отключился. Алиса легла на кровать, закрывая глаза, но мысли не давали ей покоя. В ФЭС Власова подошла к Лёне, который спокойно пил чай за столом. — Лёнь, ты не знаешь, где Белая? — спросила она, слегка тревожно. — Она должна была приехать. Леонид отложил чашку и пожал плечами. — Нет, не знаю. Ты же говорила, что она с Алисой в больницу ездила, и всё. Может, к ней съездить? Власова кивнула. — Поехали к Белой. Они допили чай, быстро собрали вещи и отправились к дому Татьяны Михайловны. По дороге в машине стояла напряжённая тишина, каждый погружён в свои мысли. Подойдя к двери, Субботин начал стучать: — Таня! Танюша! Открой, пожалуйста! Власова и Леонид стояли рядом, обменялись взглядами. Вскоре дверь приоткрылась, и Белая быстро вытерла слёзы. — Тань, что случилось? Почему ты не пришла в ФЭС? — спросил Леонид, пытаясь скрыть беспокойство. — Да так, плохо было... А вы чего хотели? — ответила она, стараясь выглядеть спокойно. Леонид нахмурился. — Ты почему не пришла? Почему красная? Татьяна Михайловна, лучше рассказывайте. Он злобно посмотрел на Таню, потом на Риту. — Я говорю, мне плохо было, — тихо сказала Белая. Власова не отступала. — Так почему у тебя глаза красные? Ты плакала что ли? — Да и что? Вам какое дело? — резко ответила Таня и закрыла дверь. — Тань! Таня! — позвал Леонид, но дверь уже была закрыта на замок. — Твою мать... — выругалась Власова. — Таня! Ну скажи, что случилось? Или это опять из-за Алисы? Ответь! — продолжал стучать Леонид. — Лёнь, отвянь! — крикнула Белая изнутри и отошла от двери. Леонид тяжело вздохнул. — Чёрт, что делать будем?.. Слушай, давай к Алисе поедем, она должна знать. — Так поехали, быстрее, — подтвердила Власова. Они сели в машину и поехали к Алисе. Когда дверь открылась, Алиса сразу заметила их обеспокоенные лица. — Субботин? Власова? Что-то произошло? Таня? Что-то с ФЭС? — спросила она. Рита быстро объяснила: — Ты не знаешь, что с Таней случилось? Она какая-то не своя, совсем другая. Алиса нахмурилась, словно пытаясь вспомнить что-то важное. — Она вам ничего не сказала? — спросила она. — Нет, — ответила Рита, — даже видеть нас не хочет. Алиса опустила глаза, потом тихо произнесла: — Ей звонил какой-то мужик. Сказал: либо два миллиона, либо её сестра умрёт. Но какая сестра? Вы её знаете? Власова сжала кулаки. — Знаю. Вика Белая, так её зовут. Сука... Что делать? Алиса задумалась на мгновение, потом сказала: — Нам нужен телефон Тани. Нужно узнать, кто ей звонил. Если номер не левый, надо её отвлечь чем-то. Рита покачала головой. — Мы даже в квартиру не можем попасть. Или можно ночью, пока она спит, тихонько взломать замок... — Конечно, — согласилась Алиса, — это нарушение личного пространства, но надеюсь, мы её не разбудим. Давайте ночью как-то проберёмся к ней домой, быстро возьмём телефон, отсканируем его и передадим Галине Николаевне. Надо обязательно всё доложить. Власова посмотрела на Леонида. — Хорошо, Лёнь, чур, взламываешь. Леонид усмехнулся. — Естественно. Ночью они пробрались в дом Тани. Леонид тихо сказал: — Давайте отмычку, чтобы взломать дверь. Рита протянула ему отмычку, и он аккуратно начал работать с замком. Через несколько минут дверь с тихим щелчком открылась. Леонид ответил: — Давайте быстро телефон Тани посмотрим и уйдем. Рита кивнула: — Окей, пошли уже. Они осторожно прошли в комнату. Таня спала, не подозревая о гостях. На столе лежал телефон. Алиса прошептала: — Вот он. Она аккуратно взяла телефон и начала просматривать. Рита нетерпеливо сказала: — Давайте быстрее. Алиса посмотрела на экран и произнесла: — Вот номер, который звонил ей из больницы. Она открыла чемодан ФЭС, взяла зарядник, подсоединила телефон и продолжила: — Номер не левый. Звонил Виктор Кузьмин, судимый за похищение, вышел три года назад. Рита Власова нахмурилась: — Надо его найти. Алиса положила телефон на стол: — Хорошо. Нужно Галине Николаевне доложить это. Власова кивнула: — Доложим, поехали. Они вышли из дома и направились в ФЭС. Галина Николаевна встретила их у входа: — Власова? Субботин? Жаровская? Что вы тут делаете? Как Тукаев? Алиса ответила: — Пришел в себя, его скоро выпишут. Рогозина спросила: — А что случилось там? Власова объяснила: — У Белой похитили её сестру Вику. Мы решили разобраться, кто ей звонил. Звонил Виктор Кузьмин, судимый за похищение, вышел три года назад. Рогозина строго сказала: — Завтра Белую надо позвать ко мне в кабинет, поговорить с ней! Сотрудники кивнули и разошлись по домам. Власова прошептала себе под нос: — Блять, что же у неё случилось... На следующее утро в кабинете Галина Николаевна сказала: — Позовите Белую. Рита вышла и вскоре вернулась с Таней. Татьяна Белая спросила: — Галина Николаевна, вы что-то хотели? Рогозина сказала строго: — Тань, я знаю, что твою сестру похитили. Белая вздохнула, тяжело опуская взгляд. — И? — тихо спросила она. — Как и? — не отступала Рогозина. — Скажи, кто такой Кузьмин? Таня покачала головой: — Да я откуда знаю, я его абсолютно не знаю... — Мы засекли его телефон, — продолжала Галина Николаевна, — это старый сарай за городом. Едь с Власовой и Субботиным, разберётесь. — Окей, — коротко ответила Белая и вышла из кабинета. В коридоре её встретила Алиса. — Тань, ты почему не стучала нам? — спросила она с ноткой обиды. — А зачем мне это надо? — холодно ответила Таня. — Мы хотим тебе помочь, — настаивала Алиса, — я хотела помочь, искупить вину! А оказывается, всё напрасно... Я знала, что ты перейдёшь на её сторону. — На чью сторону? Амелиной что ли? — спросила Таня, сжав губы. — Тогда зачем ты заступалась за меня? По приколу? Дурой меня выставить хотела? Понятно, — Алиса отвернулась и ушла. Таня тихо прошептала себе: — Конечно, я же такая плохая... Она загонялась, но вскоре тоже ушла, оставив коридор пустым. Алиса шла по коридору, когда вдруг встретила Амелину с улыбкой, полной скрытого смысла. — Ссора? — с ехидцей спросила Оксана. — Оксан, чё тебе надо? — Алиса посмотрела на неё с раздражением. — Ты не общайся с Белой, — сказала Амелина, — выглядит как пушинка, а оказывается такая... — Хватит всех перегонять против меня! — резко ответила Алиса. Оксана остановила её, положив руку на плечо: — Глупенькая, я же хочу помочь тебе. Просто доверься мне, и всё. Я тебе вреда не причиню. Алиса оттолкнула её: — Ещё чего! — Ты пожалеешь, поверь мне, милая моя, — прошептала Оксана и улыбнулась, уходя. — Ну посмотрим, посмотрим... — тихо сказала она себе. В буфете Таня уже собиралась домой, когда к ней подошёл Леонид. — Тань, поехали. — Я сама поеду, — ответила Таня, не поднимая глаз с чашки. Леонид нахмурился: — Сама? А если с тобой что-то случится? Она резко взглянула на него: — Вас волновать не должно, что со мной что-то случится. Он удивлённо переспросил: — В смысле «не должно»? Мы же твои коллеги, волнуемся за тебя! Или... дай угадаю, Алиса? Таня сжала кулаки: — В ссоре. И что? Что теперь? Леонид тяжело вздохнул: — А ты не думала, что Оксана переключит её на свою сторону? Я видел, как она разговаривала с ней... Я боюсь, что она сделает что-то с Алисой. А если подставит? Таня отвернулась, пытаясь скрыть тревогу: — Не знаю, что ты хочешь этим сказать. — Значит так, — продолжил Леонид, — завтра Рита выходит на работу с Олегом, меня не будет. Пожалуйста, поговори с ней. Таня кивнула, но голос её был тих: — С кем поговорить? С Алисой? — Сначала нужно твою сестру спасти, — сказал он серьёзно. — Так что поехали, Рита ждёт. Она глубоко вздохнула, внутренне борясь с собой: — Ладно, поехали. В машине царила тишина, каждый погружён в свои мысли. Таня смотрела в окно, сердце сжималось от страха за Вику. «Что же с ней? Кто этот Кузьмин? Почему он звонит именно ей?» — мысли путались, не давая покоя. Они сели в машину и поехали к старому сараю. Алиса смотрела в окно, пытаясь понять, что же там их ждет. Вдруг она заметила, как кто-то уезжает на другой машине. Сердце сжалось — это была Оксана. Вдруг снова появилась она, словно из ниоткуда. — Ну что? — спросила Оксана, улыбаясь. — Подумала над моим предложением? Алиса замолчала, не зная, что ответить. — Я не буду тебе доверяться, — наконец сказала она тихо. — Поверь, — настаивала Оксана. — Я тебе покажу настоящую дружбу. Честное слово. — Что тебе надо? — спросила Алиса, пытаясь скрыть сомнение. — Пойдем, — сказала Оксана и потянула её за собой. Они направились в лабораторию. Алиса огляделась, чувствуя себя неуютно. — Мне нужно тут разобраться, — сказала Оксана, уже погружаясь в документы. Алиса подошла ближе и заметила что-то на столе. — А что это? — спросила она, глядя на странный прибор. — Оксан? Но Оксаны уже не было. В этот момент в лабораторию вошёл Холодов. — Алиса? — спросил он, заметив её. — А где Оксана? — ответила она, оглядываясь. — Не видал. А почему ты трогаешь улики? — спросил Андрей с подозрением. Алиса замолчала, не зная, что сказать. Тем временем… Рита Власова сказала: — Ну вот и приехали. Они вышли из машины и направились к старому сараю. Власова открыла дверь и огляделась. — Темно… Но вроде никого, — ответила она. Леонид прислушался. — Я слышу мычание, вон там, — сказал он, показывая на левую сторону. Они побежали в ту сторону, где слышались звуки. — Таня! — крикнул Леонид. — Она вроде там! Белая побежала вслед за ним, а Власова последовала за ней. — Вика! Вставай, давай! — кричала Белая, развязывая сестру. Они помогли ей подняться и пошли к выходу. В этот момент Леонид заметил мужчину и набросился на него. — Лёня, ты там как? Помочь? — спросила Власова. — Да, нормально, — ответил он, отвлекая мужчину к машине. — Окей — Пошлите, — сказала Власова, садясь в машину. Машина тронулась с места, оставляя позади старый сарай и тёмные тайны, которые он хранил. В салоне царила напряжённая тишина, каждый погружён в свои мысли. Тем временем в ФЭС Леонид услышал шум из коридора. — Охранник, уведи мужчину в камеру, — приказал он. Охранник кивнул и повёл задержанного прочь. — Там что за крики? — спросил Леонид, обращаясь к Власовой. — Не могу понять, — ответила она, нахмурившись. Рита и Леонид направились в конференц-зал, где уже собрались остальные. — Власова, Субботин, а где Белая? — спросила Рогозина, глядя на них. — С сестрой, — ответил Леонид. — А что за крики? В этот момент в зал вошла Оксана, её взгляд был холоден. — Галина Николаевна, я Алису о помощи не просила вообще, — заявила она резко. Алиса, стоявшая неподалёку, не выдержала: — Да что ты врёшь! Ты звала меня! Холодов, наблюдавший за сценой, вмешался: — Зачем ты трогала эти вещи? Алиса замолчала, не найдя слов. — Алиса! — строго сказала Рогозина. — Тебе что, не говорили? — Да я откуда знала! Меня Оксана позвала! — попыталась оправдаться Алиса. — Во-первых, нет, — холодно ответила Оксана. — Во-вторых, Галина Николаевна, до того как Алиса потрогала там всё, уже были её отпечатки. — Что?! — Алиса не скрывала возмущения. — Ты чего, курица, мелишь?! — Жаровская! — крикнула Рогозина, пытаясь восстановить порядок. — Почему вы ей верите?! — Алиса не могла сдержать слёз. — Из-за того, что она с вами работает?! — Я, в отличие от тебя, не травлю и не похищаю, — холодно сказала Оксана. — Кого я похитила?! — Алиса кричала, не веря своим ушам. — Мы будем разбираться! — заявила Рогозина. — Значит так, Алиса Владимировна... — Объясните, почему мне никто не верит? Никто! — Алиса смотрела на всех, в её глазах была боль и отчаяние Все замолчали. Даже Рита и Леонид, которые обычно старались поддерживать порядок, не знали, что сказать. В комнате повисла тяжёлая тишина, словно воздух сам сжался от напряжения. Галина Николаевна наконец прервала молчание, голос её прозвучал холодно и решительно: — Алиса, ты уволена. Слова прозвучали как приговор. Алиса замерла, словно ударенная молнией. В голове всё смешалось — обида, боль, непонимание. Она не могла поверить, что всё так быстро закончилось. — Мы будем разбираться с тобой потом, — добавила Рогозина, не отводя взгляда. — Уйди из моих глаз. Алиса ахнула, словно не в силах поверить услышанному, и медленно повернулась, чтобы уйти. Её ноги казались ватными, сердце колотилось так громко, что казалось, его слышат все вокруг. — Алиса! — крикнул Леонид, пытаясь остановить её. Но Галина Николаевна резко подняла руку: — Лёня, не трогай её. Леонид замолчал, опустил глаза и посмотрел на Риту. В её взгляде читалась такая же бессилие и разочарование. — Галина Николаевна! — вдруг громко воскликнула Власова, не сдерживая эмоций. — Почему вы так несправедливы? Оксана явно её подставила! В комнате повисла новая волна напряжения. Все взгляды устремились на Риту, которая, казалось, готова была взорваться от накопившейся обиды. Тем временем, в морге, где Антонова сидела одна, раздумывая над происходящим, раздался стук в дверь. Леонид вошёл, его лицо было серьёзным. — Валь... — начал он тихо. — Успокойся, Рита, — ответила она, пытаясь взять себя в руки. — Тут такое дело... — Леонид сел рядом. — Оксана подставила Алису, и теперь её уволили. Валь, поговори с Галиной Николаевной. Вы же лучшие подруги. Антонова вздохнула, тяжело опуская голову. — Пожалуйста, — попросил Леонид. Рогозина, тем временем, подписывала рапорт, не поднимая глаз. — Ты всё равно отстранена, — сказала она, — как и Субботин с Белой. Передай им это обязательно. Антонова посмотрела на Леонида с тревогой в глазах: — О господи... Попробую... — тихо сказала она, вставая. Рита тяжело вздохнула и, не сдерживая эмоций, произнесла: — Я была о вас лучшего мнения. В этот момент дверь закрылась за ней, и в коридоре осталась тишина, наполненная горечью и разочарованием. Антонова направилась к кабинету Рогозиной, где собиралась попытаться изменить ситуацию. В голове крутились мысли: «Как так можно было поверить Оксане? Она же явно что-то замышляет… Но доказать это будет сложно. Нужно найти хоть что-то, что выведет правду на свет». В кабинете Галина Николаевна сидела за столом, листая бумаги. Услышав шаги, она подняла взгляд. — Валь, ты чего творишь? — спросила она с холодом. — Галь, — начала Антонова, стараясь сохранять спокойствие, — у меня есть записи с камер. Там всё видно, и звук есть. Алиса не звала сама, это Оксана её приглашала. — Ой, Валь, хватит защищать её, — усмехнулась Рогозина. — Лучше бы ты так с Оксаной относилась, между прочим. — Лучше с Оксаной?! — возмутилась Антонова. — Ты просто не видишь, что она вытворяет! Присмотрись к ней, Галь, она не такая пушинка, как тебе кажется. — Валь, прекрати, — оборвала её Рогозина. — Нужно ещё с Артёмом поговорить. Антонова выдохнула, чувствуя, как напряжение нарастает. — Эх, Галя, Галя... Я тоже увольняюсь. Не хочу работать с такой крысой, как Оксана. Она повернулась и вышла из кабинета, оставив Рогозину в раздумьях. — Валь! — позвала её Галина Николаевна, но было уже поздно. В этот момент в другой части города Оксана тихо выдохнула, словно сбросив с себя тяжесть. — Прости меня, Алиса... — прошептала она, — мне пришлось это сделать... В доме Алисы раздался звонок в дверь. Артём, обеспокоенный, вошёл, не дождавшись ответа. — Алиса! Алис! — позвал он, оглядывая пустую комнату. Дверь была приоткрыта, и он осторожно поднялся на второй этаж. — Алиса? — голос его дрожал. — Что случилось? В комнате на кровати сидела Алиса, её глаза были красными от слёз. Она пыталась что-то сказать, но слова застревали в горле. — Т... Тёма? — наконец прошептала она, увидев Артёма. Он сел рядом, осторожно взял её за руку. — Алиса, что случилось? Почему ты плачешь? — спросил он, голос полный заботы. Она пыталась объяснить, но слова путались. — А... а... — начала она, но снова замолчала. Артём крепче обнял её. — Всё хорошо, не спеши. Я рядом, рассказывай, когда будешь готова. Постепенно Алиса начала успокаиваться, вдохи становились ровнее. — Теперь расскажешь? — тихо спросил Артём.