Кровь Петровых

День самого утра не задала . В голове все гудело как будто я вчера весь вечер была на какой-то тусовке и пыла или целую ночь не спала.С самого утра было чувство, будто мир вокруг меня — не мой. Как будто я шагнула в чужой день, где всё слегка сдвинуто: звуки тише, свет ярче, а воздух плотнее. В голове стучало, как после бессонной ночи. Я не могла вспомнить, во сколько легла. Сны снова были... странные. Но не страшные — скорее, непонятные. Слишком живые. Слишком настоящие. Я стояла у кухонного окна, медленно помешивая чай. Утро было серым, как и моё настроение — тяжёлое, смазанное, будто что-то внутри меня не срасталось. «Нашла среди маминых вещей», — сказала я Елене накануне. Это была ложь. Но правду ей нельзя. Ещё нет. Мне всё утро казалось, что он пульсирует — не в прямом смысле, конечно. Просто... я ощущала его, как будто он смотрел на мир вместе со мной. И когда Дженна ушла на роботу а Джереми закрылся у себя в комнате Елена начала свой допрос — Ты с самого утра какая-то... не такая, — сказала она вместо приветствия. — Всё нормально? — Просто голова гудит, — ответила я. — Бывает. — Странно, — тихо пробормотала она и села за стол. Молчание. Я чувствовала, как она смотрит на меня. Молча. Давяще. — Стефан сказал мне, кто он, — наконец произнесла Елена. Спокойно. Но с нажимом. Я поставила кружку на стол, не глядя на неё. — Я знаю. — Значит, ты знала и раньше. Я кивнула. Медленно. Словно это признание весило тонну. — Почему ты мне ничего не сказала? Я глубоко вдохнула, наконец взглянула ей в глаза. — Потому что ты бы не поверила. И потому что это не моя тайна. — Но ты — моя сестра. — В её голосе прорезалась обида. — Я узнала об этом вчера. Вчера, Софи. А ты — когда? Я опустила глаза. — Несколько дней назад. Она тихо выдохнула и встала. Сделала пару шагов по кухне, потом вдруг остановилась. — И этот кулон... — Елена обернулась ко мне. — Я видела его во сне. На тебе. Он точно такой же. Я на секунду застыла. Пальцы сами коснулись кулона на шее. Его холод казался почти живым. — Я нашла его, — сказала я, — в коробке с вещами родителей. Недавно. — Правда? — Голос её стал мягче, но глаза всё ещё были напряжёнными. — Он будто... не отсюда. Я не ответила. Потому что она была права. Кулон действительно не отсюда. Но это была моя тайна.

***

Весь оставшийся день я провела у себя в комнате и рисовала . Мне постоянно хотелось рисовать лес , волка и какие-то лица. Они в голову ко мне приходили но я не могла их нарисовать . Вот никак и решила нарисовать Хенрика его лицо я запомнила Я начала с глаз. Светлые, немного печальные, слишком мудрые для ребёнка. Потом — скулы, прямой нос, чуть взъерошенные волосы. В какой-то момент он будто начал оживать на бумаге. Как будто наблюдал за мной. Я долго смотрела на его портрет, и внутри появилось странное чувство — будто я забыла что-то очень важное. И это важное связано с ним. Мой взгляд скользнул к кулону, что лежал на столе. Холодное серебро поблёскивало в полумраке. Я тихо прошептала: — Почему ты у меня? Ответа не последовало. Только тишина. Я повесила кулон себе на шею. Почти сразу в груди кольнуло что-то знакомое. Как будто он знал меня. Как будто он меня ждал. И мне вдруг захотелось очень сильно спать . Я не поняла от куда у меня такая сильная слабость в теле и я сразу положила блокнот на стол . Лягнув по удобней я укуталась в пледе и сразу погрузилась в сон

***

Я снова была не собой. Точнее — не внутри себя. Словно наблюдатель. Словно зритель чужой сцены. В комнате царил полумрак, стены были покрыты старинными обоями, на подоконнике горели свечи, а за окнами лениво шёл дождь. Всё казалось не реальным, а скорее — театром теней, почти как сцена из фильма. Но всё же слишком живым. В кресле у камина сидела я. Или та, что выглядела как я. На ней была длинная тёмная рубашка, босые ноги подогнуты под себя, волосы распущены. Она смотрела на пламя в камине, молчала. Взгляд — усталый, но уверенный. Как будто она прошла слишком много. В комнату вошёл он. Высокий, с темными кудрявыми волосами и пронзительным взглядом. Он шёл неуверенно, почти осторожно. Как будто боялся нарушить что-то хрупкое. Но при этом — в нём была сила. Что-то древнее и дикое чувствовалось в каждом его движении. Он подошёл ближе, и девушка — я — повернула к нему голову. Она не испугалась. Наоборот. В её глазах было странное тепло. Как будто они… были близки. — Ты опять не спишь, — сказал он. Его голос был низким и чуть хриплым. Знакомым. Хотя я была уверена, что никогда раньше его не слышала. — Думаю, — ответила она. — О прошлом. О нас. Он опустился рядом. Касание его руки — и я (не-я) позволила ему взять её пальцы. Их жесты были спокойны, привычны… как у людей, которые прошли через многое вместе. — Ты всё ещё не веришь, что мы можем быть счастливы, — сказал он, пристально глядя на неё. Она улыбнулась слабо. — А ты всё ещё пытаешься меня в этом убедить. Они молчали. Просто сидели вместе. И я, словно невидимая тень, чувствовала... что это не просто сон. Это что-то важное. Что-то, что ждёт впереди. Или уже было? Но кто он? Почему он так смотрит на меня? Почему я чувствую… тепло? И в этот момент я проснулась. Сердце стучало. Комната была тёмной и тихой. А ощущение его взгляда — не исчезало

***

Я резко села на кровати. Сердце колотилось, как будто я пробежала марафон. Воздуха не хватало, и мне понадобилось несколько долгих вдохов, чтобы прийти в себя. Комната была тёмной, только полоска утреннего света пробивалась сквозь щель между занавесками. Всё выглядело по-настоящему. Слишком по-настоящему. Я провела рукой по лицу, пытаясь отогнать остатки сна, но он… не исчезал. Как будто запечатался внутри меня. Его лицо. Моё лицо. Этот взгляд — не страсть, не страх, а… знание. Как будто мы прожили целую жизнь. Вместе. Но я не знала его. Никогда раньше не видела. Ни в школе, ни на улицах Мистик-Фоллс, ни в новостях, ни в книгах. А ощущение — такое, будто я потеряла что-то важное. Или кого-то. Я встала, подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Та ли я, что была в этом сне? Почему она казалась сильнее меня? Почему… выглядела так, будто уже знает, кто она? Я прикоснулась к кулону на шее. Тот самый, из другого сна. Он холодил кожу, но в этот момент казался тяжелее, чем обычно. Словно напоминание, связующее звено между сновидениями. — Что происходит со мной?.. — прошептала я почти неслышно. Но ответа, конечно, не было. Только отражение, в глазах которого — тысячи вопросов.

***

Да этот день у меня пройдет также уныло как и вчера. Но вот сон я точно не забуду. Я решила спустится на кухню. Зайдя туда, я удивилась — все были дома, ни кто не ушёл, ни кто не спал. Все на кухне. Даже Елена. — Доброе утро, соня. Сегодня ничего не болит? — сразу же спросила Дженна, взглянув на меня поверх чашки кофе. — Неа, всё хорошо, — коротко ответила я и тут же направилась к шкафчику, где обычно стоял мой любимый чай. Но… его не оказалось. — Погодите… а где чай? Он чё, закончился? — нахмурившись, я покопалась на полках. — Можешь взять зелёный, он в правом ящике, — откликнулась Елена. — Бр-р… ненавижу зелёный, — пробормотала я себе под нос. Не успела я налить себе воды в чайник, как телефон завибрировал. На экране — Кэролайн. Я вздохнула и ответила: — Привет, Кер. — Хей! Я тут подумала — а не сходить ли нам по магазинам? День солнечный, у меня скидочные купоны, ну и вообще... давно не виделись! — Сегодня не могу, — ответила я не слишком уверенно. — Хочу просто… дома посидеть. Порисовать. — Софи, ты опять вся в себе! Ладно, не буду тебя уговаривать. Но хоть выберись куда-то, а? — — Обещаю, — кивнула я, хотя она всё равно не видела. Я только убрала телефон, как тот зазвонил снова. На этот раз — Стефан. Мое сердце на миг ёкнуло. Я ответила. — Да? — Привет. Я подумал… Может, ты и Елена присоединитесь ко мне сегодня в «Мистик Гриль»? Ближе к вечеру. Нужно поговорить — Смотря во сколько. — В семь. — Ладно. Передам Елене, если она ещё не знает, — ответила я, краем глаза бросив взгляд на сестру, которая будто не слушала, но точно подслушивала. — До встречи тогда, — сказал Стефан и повесил трубку. Я стояла, глядя в окно. Унылый день, говоришь? Не факт.Я посмотрела на Елену и сказала... — Ты слышала про что мы говорили...так что пойдешь? — Ничего я не слышала — начала она опровдыватса Я только кивнула и отвернулась, делая глоток остывшего чая. Почему-то настроение всё равно оставалось каким-то... смазанным. Мысли возвращались к сну. К его глазам. К тому, как он смотрел на меня — не как чужак, а будто знал всё. До мельчайших деталей. — Эй, — тихо позвала меня Елена, — ты точно в порядке? — Да, — выдохнула я. — Просто ночь была странная. — Опять сны? Я удивлённо посмотрела на неё. Она не должна была этого знать. — Откуда ты… — Ты просто как-то... часто смотришь в одну точку последнее время, — она пожала плечами. — Я просто переживаю. Если что — ты знаешь, что можешь поговорить со мной, да? Я кивнула. На самом деле — не знала. Или не была уверена, что хочу. Я сама не понимала, что со мной происходит. Мобильный завибрировал на столе. Сообщение от Стефана: "Я уже в Гриле. Ждём тебя с Еленой." Я мельком взглянула на экран, затем на Елену. — Стефан уже там, — сказала я вслух. — Тогда пошли? — она встала, отставляя чашку в раковину. Я на мгновение замерла, затем кивнула и, поднимаясь, пробормотала: — Может, хоть что-то прояснится... — Ага так что ? — Да пойду Я только кивнула и отвернулась, делая глоток остывшего чая. Почему-то настроение всё равно оставалось каким-то... смазанным. Мысли возвращались к сну. К его глазам. К тому, как он смотрел на меня — не как чужак, а будто знал всё. До мельчайших деталей. — Эй, — тихо позвала меня Елена, — ты точно в порядке? — Да, — выдохнула я. — Просто ночь была странная. — Опять сны? Я удивлённо посмотрела на неё. Она не должна была этого знать. — Откуда ты… — Ты просто как-то... часто смотришь в одну точку последнее время, — она пожала плечами. — Я просто переживаю. Если что — ты знаешь, что можешь поговорить со мной, да? Я кивнула. На самом деле — не знала. Или не была уверена, что хочу. Я сама не понимала, что со мной происходит. Мобильный завибрировал на столе. Сообщение от Стефана: "Я уже в Гриле. Ждём тебя с Еленой." Я мельком взглянула на экран, затем на Елену. — Стефан уже там, — сказала я вслух. — Тогда пошли? — она встала, отставляя чашку в раковину. Я на мгновение замерла, затем кивнула и, поднимаясь, пробормотала: — Может, хоть что-то прояснится...

***Мистик Гриль***

Яркий неон вывески разливается по стеклам, как будто подсвечивая занавес очередного акта. Мы сидим в углу, в самой темной части зала. Софи молчалива, словно от чего-то устала. Елена время от времени бросает на нее обеспокоенные взгляды. — Кто вообще придумал, что двойники — это норма для этого города? — с сарказмом тянет Деймон, ставя на стол два стакана бурбона. Один — себе, второй — Стефану. — Кэтрин, Елена, теперь ещё и… — он бросает взгляд на Софи, — ты. Софи не отвечает, только скрещивает руки на груди. — Мы уже видели это фото, — тихо говорит Стефан, опираясь локтями о стол. — Софи Пирс. Оно было в архивах, под стеклом, среди старых газет. Она как две капли воды похожа на тебя, Софи. Я чувствую, как у меня по коже пробегает холодок. Фото... Я видела его тоже. Девушка в викторианском платье с темными глазами и тем же взглядом, что я вижу каждое утро в зеркале. Словно чужое отражение говорит: «Ты меня знаешь». — Софи Пирс была до Кэтрин, — добавляет Стефан. — Она жила в Мистик Фоллс задолго до того, как сюда приехала семья Пирс. До того, как всё началось. — Первородные, — небрежно бросает Деймон, делая глоток. — Вот кто начал. И, кажется, они всё ещё не закончили. Я замираю. Это слово, «Первородные», словно пробуждает во мне что-то, что давно хотело проснуться. Воспоминание? Предчувствие? — Первородные? — переспросила Елена. — Кто они? — Первые вампиры, — отвечает Стефан, глядя на сестру. — Самое начало. Их семья... их проклятие. Они опасны. Деймон опускает стакан и смотрит прямо на меня: — И говорят, им снова нужна кровь Пирс. Но не просто Пирс... а близнецов. Молчание опускается на наш стол, как пепел. Елена переводит взгляд на меня, глаза её полны страха. — Ты думаешь… — она шепчет, не в силах договорить. Я киваю, чувствуя, как будто все кусочки головоломки наконец встают на место. Но вместо ответов приходит тревога. — Я думаю, мы уже втянуты, — тихо произношу я. — И давно.

***

После разговора в Мистик Гриль я сразу же пошла в свою комнату. Когда я зашла в ее я легла на кровать лицом в подушку. Меня начали мучать вопросы. Для чего мы этим первородным . Я вертелась в кровати до того момента пока не уснула...

***Сон***

Сон начинался с запаха… Влажная земля после дождя, тонкий аромат сирени и старинного дерева. Воздух был тёплым, как в начале лета, и казался слишком реальным, чтобы быть просто сном. Я стояла на лестнице перед большим викторианским особняком. У дверей уже ждали двое — юноши, одетые в костюмы прошлого века. Один — тёмноволосый, серьёзный, с настороженным взглядом. Второй — улыбчивый, с яркими глазами и дерзкой ухмылкой. — Она приедет сегодня, — сказал тот, что по младше. Его голос был юным, но в нём уже звучала усталость. — Говорят, она невероятно красива. — Все так говорят, Стефан, — рассмеялся второй. — Но я поверю, когда увижу. Стефан. Деймон. Они выглядели иначе… Моложе. Почти наивными. Это был не наш век — я чувствовала это кожей. Всё было слишком чисто, нетронуто, будто картина из чужой памяти. Я медленно обернулась — и увидела, как подъезжает карета. Тени сгущались вокруг, воздух дрожал. Лошади фыркали, не в силах стоять спокойно. Карета остановилась. Кучер открыл дверь. И я вышла. Точнее — не я. Но лицо было моё. Волосы уложены в кольца, платье — глубокого бордового оттенка, губы — словно нарисованы. Я стояла и смотрела на себя со стороны. — София Пирс, — представилась девушка моим голосом. — Приятно познакомиться. — И мне . Ты наверное Деймон Сальваторе старший наследник Джожепе , я ты Стефан. Младший Сальваторе Глаза Стефана расширились. Деймон застыл, будто заворожённый. — Да мисс все верно— ответил Деймон — Не надо меня так называть, не настолько я старше вас . Можно просто София Девушка, похожая на меня, повернулась ко мне. — Ты же знаешь, кто ты, — сказала она, глядя прямо в глаза. — Пришло время вспомнить. Фон расплывался. Братья исчезали в дымке. Лестница растворялась, как акварель под дождём. Я осталась одна. — Софи, — раздалось уже совсем рядом. Чей-то детский шёпот. Мальчишеский. — Ты не такая, как они. Я хотела спросить "кто ты?", но но начала падать. Как будто в какую-то пропасть . И я оказалась на какой-то поляне . Ветер шумел в кронах деревьев, раздувая тени на траве, как живые существа. Я стояла на краю поляны — неощутимая, как дух, как тень самой себя. В груди гулко стучало чувство: я здесь была... когда-то? Но сейчас ч просто смотрит. На поляне плясал огонь костра. Его отблески высвечивали лица — я их будто помнила но...но не могу вспомнить. И там был он . Тот самый мужчина что и в прошлом сне Он был ближе всех ко мне или это была не я . У той девушки было мое лицо .Именно он вышел из круга света, держа в руке цепочку. Кулон. Тот самый, что мне дал Хенрик в прошлом сне — с багровым камнем, как кровь, и витой оправой, словно сплетённой заклятьями. — Это для защиты, — проговорил он, подходя к девушке, чьё лицо было почти таким же, как у меня но она — другая. Из прошлого. — Ты ведь всегда притягиваешь беду, ведьма. Я затаила дыхание. — Ведьма?.. — переспросила та, её голос прозвучал с оттенком вызова. — Но всё равно ты влюблён в эту ведьму. Она усмехнулась, беря кулон. — А за кулон спасибо, Никлаус. Я наблюдала, как пальцы незнакомой мне версии себя сжимают цепочку. Тень пробежала по земле. Ветер усилился. Огонь вспыхнул выше, будто ожив, и в треске пламени донёсся шёпот, не принадлежащий никому из присутствующих: "Ты начинаешь вспоминать." Я сделала шаг назад. Мир закружился, лица начали растворяться, деревья оборачивались фигурами. Трава стала кровью, а кулон… кулон в руке той девушки вдруг вспыхнул тьмой.