Дубль два: Новая жизнь.

Прошло полгода с момента окончания Игр. Полгода тишины, в которой остались отголоски боли, вспышки памяти и тени тех, кто не вернулся. Игроки, которым удалось выжить и проголосовать за окончание этого ада, медленно, по крупицам, возвращались к жизни — если это вообще можно было назвать жизнью. Бессонница, ПТСР, паранойя, страхи… Они стали постоянными спутниками. Шагами по лестнице. Голосами в голове. Дрожащими пальцами по ночам. Нам Гю начал с долгов — их он закрыл полностью. И, к его удивлению, денег осталось даже больше, чем он ожидал. Он вернулся в клуб, но уже не за барную стойку и не в кресло менеджера. Теперь он был владельцем. Как будто судьба нехотя вернула ему одну из масок из прошлой жизни. Он нанял новых людей — профессиональных, честных. Убрал всё лишнее: наркотики, сомнительные сделки, грязные связи. Клуб очищался — не только внешне, но и энергетически. Днём он штудировал экономику и управление, вечерами приводил в порядок себя. По врачам побегал от души — анализы, диагностика, терапия. Но это дало плоды: он стал выглядеть живым. Или, по крайней мере, ближе к этому. Клуб медленно, но верно начал подниматься. Публика возвращалась — уже другая: взрослая, искушённая, требовательная. И он справлялся. Примерно через месяц после того, как он официально стал владельцем, на пороге клуба появилась Сё Ми. Была дождливая ночь — капли стекали по стеклянной двери, отражая неон. Она стояла в чёрном пальто, с усталыми глазами и непокрытой головой. Молча. Он вышел сам. Просто смотрел пару секунд, прежде чем сказать: — Проходи. Что хотела? Позже он узнал: Она не могла больше сидеть дома. После игр всё казалось чужим — стены, мебель, даже собственное отражение. Долги были отданы, денег было с избытком. Но страх, тревога, бессонные ночи — остались. Она обратилась к психотерапевту. А недавно нашла Мин Су. Он изменился до неузнаваемости. Исхудавший, с бледной кожей и потухшим взглядом, он напоминал человека, пережившего войну. Сё Ми просто начала заботиться о нём. Без разрешения. Без пафоса. Готовила, навещала, говорила с ним — мягко, терпеливо. Как старшая сестра. Хотя… в её глазах порой читалось нечто большее. Почти семейное. Тем временем клуб Нам Гю продолжал расти. СМИ начали замечать его — в городских списках заведение поднималось всё выше. О Таносе не было ни слуху, ни духу… Пока спустя четыре месяца он не вернулся — громко, феерично, как буря. Он дал интервью, в котором сказал, что проходил курс реабилитации. Не уточнил — от чего, где, почему. Но выглядел он безупречно: идеально уложенные волосы, дорогой костюм, уверенная осанка. На публике он был снова король: дерзкий, яркий, опасный. СМИ его полоскали, обсуждали каждую фразу, но людям было всё равно. Он снова стал популярнее, чем когда-либо. Когда Нам Гю услышал о возвращении Таноса — его сердце замерло. А потом… забилось вдвое сильнее. Громко, как сирена. Ночью он сидел в кабинете с бокалом коньяка, не включая свет. В темноте экран телефона вспыхнул. Сообщение от Сё Ми: «Ты видел?» И смайлик — полусмешной, полузлой. Но настоящим шоком стало другое: На новом выступлении Таноса среди подтанцовки вышла она — девушка под номером 196. Та самая. Её движения, её глаза, её осанка — не перепутаешь. Теперь она тоже была популярна. Слухи, фан-аккаунты, клипы — интернет гудел. Писали, что они с Таносом якобы встречаются. Но никто это не подтверждал. И не опровергал. Сё Ми, увидев статью, лишь хмыкнула и выключила телефон. А Мин Су, заметив, как напрягся Нам Гю, вдруг предложил: — Пошли в клуб. – Тихим ,но уверенным голосом сказал Мин Су — Сегодня?.. — удивился тот. — Сегодня. Нам всем нужен воздух.– Добавила Сё Ми ,она сама безумно устала за это время,им нужен отдых Они пошли. Без шума. Как обычные люди ,которые не видели всего этого ада. Просто трое выживших, в ночной клуб. Не как работники, роботы , игроки ,а просто — как люди. Как тени. Нам Гю выглядел спокойно. Он улыбался, пил что-то лёгкое, даже шутил. Но внутри — бушевал вулкан. Гнев. Ревность. Страх. Боль. Желание. И он не знал, кого он больше боится встретить этой ночью:Таноса или самого себя.

***

Вечер проходил довольно спокойно. Внутри клуба царила привычная суета — приглушённый свет, мерцающие неоновые огни, гул голосов, музыка, пробирающая до костей. Нам Гю стоял у стойки с напитком в руке и лениво рассматривал толпу. Всё было как обычно… пока он не заметил фиолетовую голову, мелькнувшую среди людей. Его взгляд застыл, сердце пропустило удар. Он замер. — Показалось… Просто показалось, — твердил он себе, резко отворачиваясь, будто желая вытолкнуть эту мысль из головы. Но спокойствие не приходило. Неясная тревога жгла внутри, словно сигарета, догоревшая до фильтра. Он вышел на улицу, в прохладный воздух, чтобы прийти в себя. Ночь была свежей, пахло выхлопами и сигаретами, где-то на задворках кричала компания, но в остальном всё казалось странно тихим. Нам Гю прислонился к стене здания и закурил. Его пальцы дрожали чуть сильнее, чем обычно. Вдруг дверь клуба с шумом распахнулась, вылетела какая-то фигура — знакомая походка, слишком узнаваемая для иллюзии — и сразу за ней раздались фанатские вопли, гул, вспышки камер. Нам Гю даже не успел сообразить, как кто-то схватил его за руку — уверенно, крепко — и потащил вперёд. Он зацепился взглядом за профиль бегущего рядом человека, но не успел ничего сказать — всё слилось в суматоху. Через мгновение он уже оказался внутри машины, на пассажирском сидении, дверь с грохотом захлопнулась, двигатель взревел. Машина рванула с места. — Чего… — только и выдохнул он, оборачиваясь к водителю. Тот не смотрел на него, сосредоточенно вёл машину, но вот заговорил. Голос — низкий, бархатистый баритон — врезался в сознание, словно вспышка из прошлого. Смешанный с английским, всё ещё с тем же произношением: — Нам Су... I miss you.! Нам Гю в ярости выпрямился. — Сучара, ГЮ! НАМ ГЮ! — резко и зло бросил он, ус тавившись на водителя. Тот лишь усмехнулся . Но глаза его выдавали ,в них было всё. Ни зря говорят, "Глаза – зеркало души".