Доверие

— Кузя верит мне. И поэтому присушивается ко мне и помогает. Так же как я помогаю и доверяю ему. А вы во время боя только мешали друг другу. И вот над этим, в первую очередь, над доверием вам и надо работать. Слова графа Аверина не выходили из головы Сергея Мончинского весь остаток дня. Доверие. Но как доверять тому, кого боишься? После тренировки див Владимир даже не удостоил его взглядом. Сначала это возмутило Сергея. Хотелось окликнуть его, заставить… что? Общаться? Но это же смешно. Сергей не первый и не последний временный хозяин Владимира. Для него колдуны — не более, чем ряд сменяющих друг друга лиц. А что он вообще знает о Владимире? Может быть, стоит начать с этого? Закончив с отчетом и взглянув на часы, Сергей перевел взгляд на дива. Тот читал какие-то документы и ждал, когда его колдун закончит. Их рабочее время подошло к концу. — Владимир? — негромко окликнул его Мончинский. Див поднял голову, взгляд ледяных глаз равнодушно скользнул по колдуну. — Ты можешь идти. Я доберусь домой сам. Владимир поднялся, слегка наклонил голову и исчез. Что ж, надо работать с тем, что есть. Сергей убрал документы в ящик стола и поднялся. Наверняка архив еще не заперт. Если поспешить, он успеет добраться до личного дела Владимира.

***

Солнечные лучи скользнули по лицу Мончинского. Он плотнее сжал веки и поморщился. Библиотечная пыль мягко кружилась в воздухе и оседала на столе и полках. Сергей смешно сморщил нос, чихнул и проснулся. Ну и ну! Он что, уснул в архиве? Время показывало около половины седьмого утра. Домой съездить переодеться и принять душ он не успеет. Сергей потянулся и ойкнул. Сон в неудобной позе привел к тому, что спину он теперь не разогнет дня два. За ночь он едва осилил первый том личного дела Владимира, а всего их насчитывалось около одиннадцати книг. Выяснилось, что Владимир служил еще царю Петру в качестве коня, потом недолгое время был фамильяром, но не успел спасти своего хозяина — мальчика-сироту, в ярости отомстил убийце, разнес дом и убил много людей, после чего его схватили колдуны Управления. Так он оказался на службе. Следующий том был посвящен первым колдунам, к которым был привязан Владимир. Особенное внимание было уделено работе с Афанасием Репиным, но до него Мончинский дочитать не успел. Ладно, нужно по возможности привести себя в порядок, пока есть время. Сергей забежал в уборную, ополоснул лицо холодной водой, наспех пригладил волосы. Из зеркала на него смотрело худое бледное лицо с синяками под покрасневшими глазами. Ну и видок… Ладно, это еще можно поправить завтраком. Недалеко от Управления была булочная… Разом повеселев, Сергей едва ли не бегом выскочил на улицу и зашел в теплое, пахнувшее ароматной выпечкой помещение. Рассматривая выставленную на прилавке снедь, Мончинский вдруг подумал — может, взять и Владимиру что-нибудь? Дивов в общежитии, конечно, кормят, но чем? Надо бы поинтересоваться… Взяв пару пирожков и булочку, Сергей расплатился и вернулся в Управление, куда уже потянулись первые колдуны. Общежитие дивов находилось совсем рядом. Едва Сергей сел за рабочий стол, как дверь отворилась, и в кабинет вошел Владимир. На лице никаких эмоций. — Доброе утро, хозяин, — сказал див, слегка кланяясь. — Здравствуй, Владимир. Слегка улыбнувшись, Сергей протянул ему небольшой сверток с купленной выпечкой. — Это тебе. Помедлив, Владимир взял сверток и развернул его. Сергей с некоторым волнением ждал его реакции. — Если тебе не нравится, в следующий раз я куплю другое… — Мне нравится. Спасибо, — ровно отозвался див, — извините, Сергей Дмитриевич, но зачем вы это сделали? Сергей с удивлением взглянул на него. — Что? Купил тебе поесть? А этого нельзя делать? Это не взятка, ты не думай! Просто хотел… — Сергей запнулся. Действительно, что он хотел? — Хотел сделать тебе приятное… Ты помнишь, что сказал Гермес Аркадиевич? Про доверие? — Значит, вы этого хотите? Установить доверие? Мончинский кивнул. — А ты нет? Владимир ответил не сразу, словно обдумывал. — Но вы же понимаете, что это может не получится? Сердце колдуна неприятно ёкнуло в груди. — Ты не… не хочешь? — облизнув пересохшие губы, с напряжением спросил он. — Это важно для совместной работы. Но порой случается так, что этого не происходит, несмотря на все попытки. Сергей сглотнул, чувствуя неприятную горечь во рту. Казалось, Владимир саботировал любые попытки наладить с ним отношения. — И всё же… Я сделаю всё, что в моих силах, — пообещал Мончинский. Див скользнул по нему взглядом и подошел к своему столу.

***

В этот раз решили потренироваться вдвоем. — Даже самые слабые дивы могут передвигаться со скоростью, недоступной человеческому глазу, и соответственно, напасть на вас. Поэтому сейчас ваша задача — полагаться не на зрение, — сказал Владимир, — я останусь человеком. Сергей кивнул. Он нервничал, и никак не мог это скрыть. Хотелось показать Владимиру, что он небезнадежен, что старается и учится. Хотелось… заслужить одобрение. Владимир исчез. Мончинский обернулся по сторонам, но никого не видел. Он знал — Владимир здесь, но не видел его. В этот момент тяжелая ладонь опустилась ему на плечо. — Не смотрите, — терпеливо сказал див и убрал руку, — вы все равно меня не заметите. Прислушайтесь к связи. Легко сказать! Для формирования крепкой связи нужно, чтобы колдун и див доверяли друг другу. Граф Аверин был прав, именно этого у них и не было. Сергей был неопытен и еще слаб, а Владимир слишком привык полагаться только на себя. — Давай попробуем еще раз, — сказал Мончинский. Див исчез. На этот раз Сергей не стал вертеть головой во все стороны, а замер на месте, ожидая нападения. В воздухе, казалось, искрило от напряжения. Что-то мелькнуло слева, и Сергей едва успел выставить щит. Волна сбила его с ног. А ведь это его див! Чужой церемониться не будет и сразу сожрет. — Будете так стоять, ненадолго здесь задержитесь, — холодно сказал Владимир, вновь появляясь рядом. Щеки Сергея вспыхнули румянцем стыда. — В Управлении? — На этом свете, — Владимир усмехнулся, демонстративно показывая нечеловечески длинные клыки. — Я не… не могу, — голос против воли дрогнул. Сергей опустил взгляд, — прости. — Не можете чего? Защититься? — див склонил голову набок. — Не могу тебя… почувствовать. Слишком тихо… здесь, — и Мончинский поднес руку к своему виску, — и здесь, — он указал на область сердца. Владимир прищурил льдисто-голубые глаза. — Вы закрываетесь, — сказал он, — поэтому не чувствуете. — Я не специально! Просто я не знаю, как это улучшить, — Сергей качнул головой и отошел в сторону. Ему было мучительно стыдно. — Сергей Дмитриевич. Мончинский не повернулся. Он кусал губы и чувствовал себя донельзя глупо. Как будто был ребенком, пытающимся управлять отцовским автомобилем. Владимир приблизился к нему. — Вот об этом я и говорил — вы хотите доверять, но не можете. Посмотрите на меня. Сергей с трудом заставил себя поднять голову, чувствуя себя первокурсником на экзамене, который он почти завалил. — Чего вы так боитесь? — Владимир смотрел не в глаза, а куда-то в районе солнечного сплетения колдуна. Несмотря на две неудачные попытки, он не казался рассерженным или недовольным, только самую малость уставшим. — Я боюсь… боюсь не справиться, — с трудом выговорил Сергей, — боюсь тебя подставить и… Он не смог договорить и снова потупился. В горле стоял комок. Хотелось убежать с арены и спрятаться в туалете. Но это поведение мальчишки. Сергей себя мальчишкой не считал. Да, он молод, но молодость, как говорится, это недостаток, который быстро проходит. И если не научишься держать удар сейчас, не научишься уже никогда. — И разочаровать тебя, — еле слышно выговорил он, заливаясь румянцем стыда. — Меня? — тон Владимира стал немножко мягче, — потому что боитесь, что я напишу вам плохую характеристику? — Да черт с ней, с характеристикой! — выдохнул Мончинский, — ты — один из самых сильных и опытных дивов! Я знаю, я начал читать твое личное дело. Тебе очень много лет. У тебя было много колдунов. А тут к тебе приставили меня, неопытного новичка, который пытается прыгнуть выше головы! Владимир чуть поднял брови, но ничего не сказал. А Сергея как прорвало. — Я видел графа Аверина и Кузю. Видел, как они работают вдвоем. Как доверяют друг другу и действуют вместе. А с тобой я чувствую себя балластом. Тебе нужен сильный колдун, тот, которого не нужно учить. — Все сильные колдуны были когда-то такими же новичками, — спокойно заметил Владимир, — это во-первых. Во-вторых, разве я когда-нибудь говорил вам, что вы балласт? Ну и в-третьих, Сергей Дмитриевич, если бы работать с вами мне было бы так невыносимо, как вы тут рассказываете, я бы нашел способ от вас избавиться, не сомневайтесь. На последних словах Сергей вздрогнул и поднял взгляд на дива. Тот покачал головой. — Вы учитесь. У всех случаются ошибки, но не каждый имеет в себе силу их признать. Вы — признаете. Это важное качество сильного колдуна. Да, я опытен. Но я был таким не всегда. Меня тоже… учили. — Кто? — голос внезапно охрип, Сергей прокашлялся, — кто тебя учил, Владимир? — Тоже колдун. Хозяин…. — взгляд Владимира внезапно помутнел, словно он ушел в себя, в воспоминания. И Мончинский не решился мешать ему. Однако див тут же встряхнул головой, словно сбрасывая оцепенение. — Закройте глаза. Слушайте мой голос, — Владимир встал за его спиной, — почувствуйте. Не спешите. Вы волнуетесь, но это лишнее. Вы должны хотеть почувствовать связь. Нашу связь. Сергей почувствовал, как по позвоночнику пробежал озноб, но это был не страх. Голос Владимира стал ниже и тише. — Я чувствую ваше смятение, ваше расстройство и вашу… симпатию. Мончинский вздрогнул и распахнул глаза. — Что? К кому? Теплые ладони закрыли ему глаза, над ухом раздался вкрадчивый шепот. — Слушайте нашу связь. Сергей вздохнул. Ладони Владимира мягко скользнули по вискам и исчезли. Что-то аккуратно коснулось его сознания. Мягко и осторожно. Связь. Сергей замер, словно боясь вспугнуть. Он чувствовал спокойную уверенность, и это было не его — Владимира. Заинтересованность. И что-то, похожее на удовольствие. — Почувствуйте меня, — раздался шепот над ухом. Владимир исчез. Сергей так и остался стоять с закрытыми глазами, прислушиваясь. А потом сделал несколько шагов вперед наощупь, вытянул руку и коснулся чужого рукава пиджака. — Здесь, — сказал Сергей и улыбнулся, распахивая глаза. Владимир стоял рядом, краешки губ у него слегка приподнялись в намеке на улыбку. — Это легко. Усложним задание. Вам нужно будет в меня попасть своим оружием. Настройтесь на меня, сфокусируйтесь. Если попадете хотя бы один раз, можете что-нибудь попросить у меня. Сергей удивленно распахнул глаза. — Попросить?! Владимир кивнул. — Что-то вне службы. Мончинский хмыкнул. А что, интересная идея. Но как попасть в дива, перед этим рассчитав время и траекторию для своих огненных колец? — Готовы? Владимир снова исчез. Сергей глубоко вздохнул и сжал пальцы в кулаки. С рук посыпались искры, формирующие огненные кольца. Краем глаза он уловил движение и метнул одно кольцо. Оно врезалось в стену и исчезло. Промазал. Див словно нарочно дразнил его, появлялся все ближе, но Мончинский никак не мог не то что попасть, даже слегка задеть его. Запыхавшись, словно бегом поднимался на десятый этаж, он вытер лоб и поднял пустую ладонь. — Перерыв? Владимир появился рядом. — Пару минут, — попросил колдун и виновато посмотрел на дива, — не получается. — Вы снова пытаетесь меня увидеть. А вам надо почувствовать. Это другое. — Я чувствую! Но ты же все время перемещаешься! Как я тебя достану? Владимир поднял голову, по губам скользнула улыбка. Он поднял руки и коснулся одной виска Сергея, второй — в районе сердца. От прикосновения в груди разлилось приятное тепло. Смущение охватило Мончинского. — Связь, — повторил Владимир, — доверяйте ей. Сергей кивнул. Он справится. Должен. Владимир исчез. Сергей поднял руки с огненными кольцами и замер, прислушиваясь. Он чувствовал чужие азарт и веселье. Владимир искренне наслаждался этой старой как мир игрой в кошки-мышки. Где же ты? Близко. Чуть правее… Сергей сжал пальцы в кулак, огненное кольцо уже было готово сорваться с его руки, но он сдержался. Рано… Еще немного… Он развернулся и метнул кольцо. Яркие искры сыпались в разные стороны и вдруг вспыхнули на ткани. Материализовавшийся Владимир повернул голову и подул на задымившееся плечо. Ледяная корка быстро потушила огонек. — Браво, Сергей Дмитриевич, — негромко сказал див. Сергей шагнул к нему. — Я тебя не ранил? — спросил он и сам удивился, как дрожал его голос. — Нет, — Владимир покачал головой, — вы молодец. Мончинский опустил голову, пряча радостную улыбку. Получилось! Он, черт возьми, справился! — Что вы хотите? — негромко спросил див. — Покатаешь меня? — вырвалось у колдуна внезапно, — ой… — Покатать? — Владимир поднял брови. — Ну да… На спине… Над городом… Если тебе не трудно, конечно! Я знаю, что демоническая форма съедает много энергии, но я тебя накормлю ужином, — выпалил Мончинский. — Желание хозяина — закон, — Владимир сверкнул голубыми глазами, — пойдемте. Они вышли из тренировочного зала и отправились наверх, на крышу. Тут Сергей еще не был ни разу и теперь с искренним восхищением взирал на панораму города. Владимир принялся методично расстегивать пуговицы пиджака, а потом и рубашки. Засмотревшись на город, Сергей повернулся и покраснел. Див аккуратно сложил одежду и через мгновение перекинулся в огромного крылатого волка с птичьим клювом. Эх, Сережа, а ты еще жалел, что тебе достался такой див! Мончинский подошел ближе и протянул руку, касаясь гладкой шерсти на шее химеры. — Мягкая, — улыбнулся он. Химера скосила на него глаз, но не возражала. Сергей посмотрел на спину дива и понял, что без седла и стремян не залезет. Но Владимир лег перед колдуном и отвел крылья, позволяя беспрепятственно забраться на него. Сергей, на сколько мог аккуратно перекинул ногу через волчью спину и покачнулся, когда Владимир поднялся. — За что держаться? — спросил он. Химера издала клокочущий звук, Сережа мог покляться, что это был смех. Искреннее веселье передалось по связи, словно полетать хотел не только Сережа. С шорохом распахнулись крылья, и Владимир, оттолкнувшись лапами, взлетел. В ушах тут же засвистел ветер. Сергей обхватил руками шею дива, от шока он забыл как дышать. Владимир летел ровно, но риск свалиться с него был серьезный. Но через несколько секунд Мончинский напрочь забыл про страх, его охватила совершенно детская радость. Он засмеялся. Ветер трепал его каштановые волосы, хлопал полами пиджака. Владимир поднялся выше и пронесся прямо над Дворцовой площадью, едва не задев лапами крест Александровской колонны. Сергей бережно провел ладонью по шее дива и наклонился поближе. — Это замечательно! — крикнул он. Его переполняла эйфория. Сделав еще несколько кругов, Владимир полетел обратно. Мягкие лапы ступили на крышу, крылья сложились за спиной. Тяжело дыша, Сергей позволил себе посидеть несколько мгновений на спине дива, прижавшись грудью к его шее и запустив пальцы в мягкую шерсть. Сердце колотилось в груди. Связь звенела, как натянутая струна — по ней, словно по проводам, текла такая смесь эмоций, что хотелось продлить это мгновение насколько возможно. Мончинский выпрямился, перекинул ногу через волчью спину и мягко спрыгнул вниз, потом подошел к голове дива и осторожно погладил его по клюву. — Спасибо тебе, Владимир! — тихо прошептал он, — это было невероятно! Див мягко боднул его головой в руку, призывая гладить еще. Опасные хищники дивы, помимо крови своих колдунов, обожали сладкое. И были до ужаса тактильными. Сергей гладил Владимира по голове, чесал за ушами, словно огромную собаку, и чувствовал, насколько диву сейчас хорошо. Видимо, в демоническом облике, в облике химеры, было легче расслабиться. — Ты такой… удивительный, — сказал Сережа, — я так не радовался с тех пор, как был маленьким. Он обнял дива за шею, чувствуя, что не может заставить себя оторваться от него. Владимир переступал лапами, позволяя своему колдуну гладить и чесать его. Забавно, что хозяин тоже был тактильным и сам был не прочь запустить пальцы в чужие шерсть или перья. С огромным трудом Мончинский оторвался от дива и отошел, позволяя Владимиру принять человеческий облик. Быстро одевшись, див приблизился к колдуну и встал за его левым плечом. Сергей повернулся, с тревогой заглянул в лицо Владимира — не перегнул ли он палку с «почесушками»? Все-таки Владимир — полицейский див седьмого уровня, а не домашняя собачка. — Мне очень понравилось, — сказал Мончинский, — спасибо, Владимир. Див слегка наклонил голову. На его спокойном лице на мгновение появилось странное выражение, словно он хотел что-то спросить. Сергей это почувствовал. — Владимир? Див ответил не сразу, словно внутри него шла внутренняя борьба. — Хозяин… — медленно проговорил он, явно через силу выдавливая из себя слова, — если вы хотите… Мы можем летать почаще. — Да! Конечно, Владимир, если ты не против! — обрадовался Сережа. — И еще… — тут на Владимира стало больно смотреть — он был явно смущен. Мончинский сделал шаг вперед и коснулся его руки — впервые за их совместную работу. — Да? — Вы еще погладите меня? Если вас не пугает демонический облик… Или я могу перекинуться в собаку… Сережа засмеялся. Боже, какая битва прошла внутри этого дива, что он решился попросить о таком? — Ну о чём ты говоришь, Владимир! Когда тебе хочется. И нет, меня не пугает твой облик. Ты очень… — тут Мончинский прикусил язык и покраснел, — очень пушистый. И приятный на ощупь. Теперь обоим было неловко, но оба почувствовали облегчение. Сергей подхватил дива под руку. — А теперь — ужинать!