Кровавый цветок

Бессмертие.. Проклятье, которое забирает жизнь сильнее, чем сама смерть. Да, оно даёт много плюсов.. Например, больше времени, вечная молодость, шанс изучить всё, что интересно, побывать, где хотел бы и не очень, увидеть будущее, узнать новые технологии и попробовать себя во всём! Но забирает слишком много. Понятие времени, страх, со временем переживание и чувство адреналина. Начинаешь отставать от моды, новых технологий, новых понятий.. Крайне неприятная вещь, ваше бессмертие. Но кто знал, что оно реально? Кто знал, что нечисть, как её любят называть люди, существует? Тёплая летняя ночь, мокрые листья деревьев шуршали на ветру, заставляя доказательство прошедшего дождя капать на белобрысого мужчину. Он, стоял на берегу, наслаждаясь шумом волн, находящихся в метрах 10 от него, а так же прекрасным, освежающим запахом моря. Ночь была тёмная, так как белые ночи давно прошли. Начало августа же. Небо было практически ясным, только рвано-ватные облака, похожие на те, которые рисуют в китайских и японских картинах, плыли медленно в дали, на горизонте. Несмотря на то, что несколько часов назад был дождь, доказательств на это не было, кроме лёгкого запаха петрикора, появившемся благодаря небольшого участка леса рядом, а так же сырой травы. Балтийское море.. Северное море, так и веющее холодом, если не побывать у него. Оно, как и финский залив, достаточно быстро нагреваются, начиная с мая, если конечно же, нет снега, да так нагревается, что можно спокойно и с удовольствием купаться, не только моржам, а ещё и людям, не переживая практически за судороги от холода. Да, Балтийское море не глубокое у берега, и надо достаточно пройти и проплыть, чтобы с удовольствием понырять и почувствовать наличие глубины, но это не мешает ему быть настолько прекрасным, а так же родным для жителей Ленинградской области и Санкт-Петербурга. Многие на этот, достаточно далёкий от города, пляж, находящийся у Соснового Бора, приезжают, чтобы отдохнуть с семьёй, ну или в одиночестве. Не важно, на несколько часов, ну или на несколько дней с палатками, с животными или без, с едой или нет, но людям, которые знают это место, каждый раз, очень не хочется уезжать отсюда. Почему же? Да всё очень просто: чистый, красивый пляж, с приятным дном и песком на суши, красивый и фотогеничный вид, достаточно одиночества, если отойти чуток подальше, открытая местность, где можно позагорать и поиграть во что-нибудь, если нет сильного ветра. Можно выгулять животных, так как не редко сюда привозят собак, ну или приезжая на лошадях, главное, что такие люди не подпускают животных близко туда, где находятся люди, а впуская их в воду подальше, чтобы никого не тревожить, и не делать там воду грязноватой, ведь не всем приятно купаться с животными. Несмотря на нежный, приятный на ощупь песок, на пляже так же есть много камней, больших камней, которые в разброс лежат на песке и в воде, добавляя неповторимый узор картине, которую можно наблюдать там. Каждый камень, любого размера, формы и вида лежит так, будто создан для этого места, будто веснушки на земле, так же прекрасно и необычно выглядит. Так же, вокруг, в основном сосновый, лес, который окружает берег, будто охраняя его от людей. Он, как и вода, создаёт ощущение закрытой территории, где хозяин только природа, куда не должна попасть нога человека, чтобы не испортить ничего, ни мусором, ни постройками. Но к сожалению, люди добрались и туда, при чём достаточно давно, что одновременно печально, но при этом и радует, так как можно узнать и самому увидеть эту красоту! Ещё давненько, люди протоптали тропинки туда, а потом переросло это в полноценные дороги, хоть и не везде, но с асфальтом. Идя по ним, где-то во время обеда, можно увидеть, как солнечные лучи падают на землю сквозь листву, создавая волшебный вид, будто в рай попал, где тишина, спокойствие, и слишком красивые виды.. А закаты.. Какие там закаты и рассветы! Сидя на стыке леса и песка, можно наблюдать то, как медленно, но уверенно, солнце опускается и заходит за горизонт, позволяя небу играть и светится яркими красками, будто какой-то художник сидел и рисовал, долго-долго, любимую ему картину, будто он увидел это во сне, который он никак не может забыть, с надеждой, что увидит ещё раз это. Небо окрашивается то нежно-желтыми, то розовыми, то персиковыми, то более оранжевыми красками, которые отражаются в блестящей воде, после переходя в более тёмный, голубой, а позже в сине-черный цвет, в котором можно разглядеть маленькие, беленькие точки, а то есть яркие звёзды. Как хорошо ты, о море ночное, — Здесь лучезарно, там сизо-темно… В лунном сиянии, словно живое, Ходит, и дышит, и блещет оно… Ф. Тютчев. Мужчина стоял, оперевшись на ствол сосны. Его густые, немного вьющиеся волосы игрались на ветру, регулярно закрывая его лицо, но он не обращал на это внимание, не убирая их. Цзин Юань смотрел куда-то вдаль, думая о своём. Он много раз, когда тепло, приходил сюда, чтобы подумать и разобраться со своими мыслями. Он был подальше от открытого пляжа, чтобы не отвлекаться на шум из палаток, да и чтобы не провоцировали его голод, бедные, невинные души. Светловолосый мужчина был одет по деловому стилю, в рубашке с красным галстуком, в белом комплекте костюма, а так же аккуратной белой шляпой. Ближе к вечеру Цзин Юань был вместе со своим близким другом в театре. Мариинский театр, самый лучший тетар в Санкт-Петербурге, со своей долгой и интересной историей, начиная с 1783. При правлении Екатерина Великой, то есть Екатерине 2, когда Российская империя процветала только так. Цзин Юань застал это время, и само строительство Мариинского театра, и первые выступления, наблюдая за пиком славы этого места, который не проходит до сих пор. Он всегда был красив, и внешне и залами, а так же очень подходил под эстетику Петербурга! Бирюзово-белое здание, с достаточно сложной архитектурой, которая идеально подчеркивала своё величие, как и величие города. Не зря же строило в столице в то время! Но по сравнению с залом внутри, наружность здания выглядит очень просто.. Огромный зал с большой сценой, четыре этажа с сидениям для просмотра, оформленные в пастельных тонах. Расписанный голубой потолок, с фигурами ангелов и дев, красивые, белые шторы, которые ажурно висят. На балконах вылеплен интересный и сложный узор, в котором сразу привлекает внимание фигура ангела по середине каждого отдела. А люстры! С первого взгляда простые и лаконичные, золотые, но если приглядеться, то можно увидеть сложный узор. На них стоят по 6 длинных свечей. Перед сценой специально отведено место для оркестра, ведь как быть без живой музыки? На самой сцене всегда висит занавес, с аккуратным узором, специально подготовленный под спектакль. Всё это создавало величественную атмосферу, подчеркивая статус заведения. Пара друзей же пришла на «Каменный цветок». Представление длилось долго, но то, как актёры передали суть, картину и ощущение сказки, стоило всего времени и своих денег. Да, это не самое интересное представление, на которое можно было прийти, но так получилось, что друг Цзин Юаня, то есть Инсин, слишком дотошный и ищет смысл и пользу во всём, и раз они наконец-то вырвались куда-то вместе, так ещё и в культурное заведение, то почему бы не начать с самого лёгкого по смыслу? Так ещё и главная мысль должна быть очень ценной среди человечества, так как она напоминает, что мечты могут мечтами, за ними нужно стремиться, но и об окружающем мире забывать не надо! Всё очень легко потерять, и такое напоминание, по мнению Инсина, нужно всем. Каждый должен помнить и понимать то, что чего он добился, должен пытаться сохранить, если у него нет уверенной перспективы чего-то больше, а не просто от резкого и спонтанного решения, которого человек не обдумал и не осмотрел со всех сторон, дабы убедиться в правильности своих действиях. Да и близких и семью не стоит бросать из-за чего, если конечно же, с ними не плохо. Инсин сам прекрасно понимает, что практически нереально кого-то в чем-то убедить, да и сам он иногда не всегда следовал этому, когда в молодости касалось каких-то дурных идей, он, чаще всего, и предлагал это, но по его мнению, он давно перерос это, и вообще, это не тупость, как у других, а небольшие ошибки молодости. С Цзин Юанем Инсин знаком лет с 17, а сейчас ему 57. Он давно поседел, да и морщины у него появились, хотя и он выглядит достаточно моложе, чем должен был быть, благодаря относительному здоровому образу жизни и спорту, но по сравнению с видом его бессмертного друга, это его не спасало. У них часто спрашивают в последнее время, не отец и сын ли они, на что Инсин в первый раз обиделся, а потом начал шутить над этим, иногда подкладывая Цзин Юаня, называя его «сынком», не обращая внимания на то, что второй старше его на несколько сотен лет. Юань же, напротив, никогда на это не обижался, а лишь смеялся и сам шутил с этого, готовясь подыграть Инсину. Но при этом, где-то внутри души Цзин Юаня что-то каждый раз гасло, ведь ему было крайне больно смотреть на то, как его близкий человек медленно чахнет, старея с каждым днём. Ещё несколько лет, в лучшем случае, десяток, и он опять останется без друга, или чего-то большего, что крайне его огорчало, мягко говоря, но это и одна из сути его проклятья. Почему же всё же проклятье, если плюсов так же много? Просто Цзин Юань никогда не считал это даром, хоть и изначально, пользовался этим, испытывая себя и других, но со временем и с возрастом, он начал понимать, что застрял с этим на веки, с кучей неизбежных последствий, которые он в любом случае переживет. Выйдя из театра, как только люди уже успели разойтись, чтобы не идти в шумной толпе, Инсин бурно высказывал свое мнение по поводу представления и главной мысли, приводя примеры из своего опыта, при это активно жестикулируя руками. Иногда его за это называли итальянцем, так как он без жестов был как немой. Это каждый раз смешило Цзин Юаня, и он с хитрой, легкой улыбкой, наблюдал за ним, наслаждаясь коротким мгновением, не перебивая, чтобы по максимуму запечатлить это в своей памяти. — …ну вот как-то так, а что ты думаешь, дорогой мой друг? — Сказал седовласый мужчина, пристально смотря на своего спутник своими тусклыми голубыми глазами, дабы запечатлить то, как Цзин Юань опять заслушался и через минуту тишины только переспросит вопрос, — Ну так? Они стояли на остановке дожидаясь нужного автобуса, пока моросил дождь. Чем больше времени приходило, тем больше Инсин начинал улыбаться, наслаждаясь искреннем лицом непонимания Юаня, когда тот понял, что резко наступила тишина между ними. И вот, наконец-то послышался бархатный голос мужчины с янтарными глазами. — Повтори ка, пожалуйста… И тут Инсин уже тихо рассмеялся. Его низкий, но мелодичный голос, достаточно красиво слышался, даже во время смеха, будто он какой-то аристократ. Он ждал каждый раз этот момент, так реакция Цзин Юаня действительно его умиляла, будто он смотрел на невинного ребёнка, который только познает мир, поэтому и несколько раз переспрашивает, чтобы точно убедиться в том, что он впервые видит. — Говорю, что ты думаешь, Юаша? — Седовласому очень нравилось так называть его, хоть тот и сильно смущается с этого в последнее время, но это и нравилось первому очень сильно. То, как Цзин Юань отводит глаза, сжимая губы, чтобы не улыбнуться, а так же хмуря брови, выглядело слишком умилительно! Только румянца не хватает, но так как он вампир, к сожалению, румянец невозможен на его бледной, мраморной коже. — Аа.. Ну что я могу сказать то.. Я полностью согласен с твоим мнением, Инсинушка, мне дополнить нечего, — Уклонился от вопроса Цзин Юань, ответив при этом на прозвище, — Единственное, сказка детская, но при этом со взрослым смыслом. Очень интересно, как это воспринимают дети, не учитывая то, что им навязывают в учебных заведениях. — Хм.. Я читал очень давно, лет в 5, и к сожалению, вряд ли вспомню что-нибудь кроме того, что она мне тогда не очень понравилась. Мне её читала мама, мол, обязательно этому нужно научиться, а я был маленьким глупцом, который хотел лишь изучать то, что ему было интересно, — Ответил Инсин, нахмурившись после упоминании своей матери. Его родители погибли, когда он ещё был ребенком, после чего он провёл свои годы до совершеннолетия в детском доме. Там его Юань и встретил, полностью худого, с замученными глазами без живого блеска, и вечно спрашивающего за каждое своё движение, боясь что-либо сделать не так. Вампиру еле удалось переучить его, и помог стать тем, кем он сейчас и является, проявив его характер наружу, — М-да уж.. Я начал слишком много забывать. Старость не радость. — Ты уверен, что хочешь обсудить это сейчас? Ты был очень доволен после представления, а тут тема.. крайне неприятная тебе, — Цзин Юань выразил своё переживание, явно беспокоясь за эмоциональное состояние своего друга. — Всё хорошо. Кстати наш автобус приехал, пошли. Мужчины сели в автобус, и всё же сменили тему разговора, так и продолжая говорить до их остановки. Цзин Юань продолжал любоваться Инсином, в миллиардный раз рассматривая все его черты, начиная от его общих, заканчивая более детальными, например, как, каждая его морщинка, или белые ресницы, обрамляющие его голубые глаза. Для вампира седовласый был идеален во всём. Его внешний вид, телосложение и черты, голос, характер, привычки, убеждения, преданность своему делу, взгляд, интонации во время речи, и его отношение к самому Цзин Юаню.. Он любил это всё, любил как никогда, любил полностью, игнорируя все минусы и ограничения. Он просто хотел его всего, он хотел его поглотить, завладеть, оставить его в своей бессмертной жизни, любить его до окончания веков, лелеять и подарить ему весь мир и себя. Цзин Юань был готов на всё, лишь бы его верный и единственный близкий друг был счастлив. Да, Инсин вызывал у него голод, но не такой, как остальные люди. Он не хотел его съесть, не хотел его истощить этим, оставив лишь от него оболочку. Нет, он желал его лишь попробовать, убедиться в том, что он и во вкусе идеальный, а не грязноватый, как другие люди. Цзин Юань бы хотел его пометить, показать всем, что Инсин его, и спрятать ото всех. Вампир никогда не думал, что сможет полюбить что-то смертное, так ещё и то, что оказался собственником, но его руки были связаны, и он мог лишь любоваться им своими янтарными глазами, поглощая его лишь взглядом. Цзин Юань знал, что Инсин откажет ему на любое его признание, поэтому он предпочел сохранить с ним лишь дружеские отношения, пытаясь подготовить себя к его уходу из своей жизни. Он очень надеялся, что седовласый покинет этот мир без мук, да и чтобы он сам это не осознал, чтобы не смотреть на его страдания, держа свои глубоко внутри себя. Пара друзей доехали до нужной им остановки. Выйдя из автобуса, они пошли к дому, где находилась квартира Инсина, которую ему давно выдали. Они шли медленно, дабы побольше обсудить всё на свежем воздухе. Пока седовласый активно рассказывая что-то со своей любимой работы, вампир решил покурить, зажигая сигарету, и как только Инсин это заметил, то сразу начал ворчать, что от Цзин Юаня будет сильно вонять, хоть сам Инсин запахи практически не чувствует. Дойдя до старого дома, ведь они находились в одном из старинных районов Санкт-Петербурга, недалеко от центра, мужчины зашли в парадную, поднимаясь на второй этаж. После нескольких щелчков замка, Инсин вынул ключ и открыл дверь, пропуская своего спутника зайти первым в квартиру. Квартира была однокомнатная, но уютная. Так как Инсин всю молодость и зрелость потратил на работу и карьерный рост, то он остался один, без семьи, не желая с кем-либо вступать в контакт. Да и из друзей у него только Юань и их пятёрка. Ну, как пятёрка.. Уже четвёрка, так как одна из участниц их компании давно покинула мир живых в неудачных обстоятельствах. Да и оставшиеся два участника, не считая Инсина и Цзин Юаня, не особо общаются с кем-либо, так как одна начала сходить с ума, а другой решил полностью отказаться от прошлой жизни, начав всё с чистого листа. Хорошая у них компания, была. Но что поделать, годы идут, ничего не стоит на месте, и всему свойственно меняться, а потом в следствии заканчиваться. Така я жизнь, ничего сделать с этим нельзя, да и зачем? Как только Цзин Юань снял обувь, Инсин зашёл в квартиру. Почему он сразу не зашёл? Крайне любит чистоту, да и привычка разуваться на коврике, поэтому легче подождать, угодив этим себе. Седовласый помог снять пиджак вампиру, повесив его на вешалку, после чего убрал шкаф, чтобы не помялось. Далее, он жестом пригласил Цзин Юаня на кухню, включая там свет. Когда Цзин Юань уселся за стол, Инсин молча достал хорошее красное вино, а так же бокалы, параллельно рассказывая о каких-то мелочах, доставая закуски. Мужчина аккуратно положил на стол, чтобы было красиво, уже наполненные тарталетки с икрой и маслом, а на круглой тарелке красиво уложенные сыры, оливки, ветчину и вяленое мясо. — Извини, крови нет. Свою предлагать стоит? — Отшутился Инсин, подмигнув Цзин Юаню, садясь рядом с ним, — Помню-помню, еда и алкоголь тебе ничего не даёт, но думаю, ты же не против со мной посидеть? Наконец-то выходной, так ещё и с моим прекрасным лучшим другом, поэтому я считаю, что нужно отметить! — Конечно, лучший друг.. Не против, только за, — Сказал Цзин Юань, пытаясь скрыть своё разочарование после словосочетания «лучшим другом». Ему крайне не нравилась эта френдзона, но что поделать. Он сделает всё, чтобы остаться с ним поближе хоть как-то, и сможет и такое перетерпеть, всего лишь, мелочь же. Как только Цзин Юань протянул руку к бутылке вина, Инсин аккуратно и не сильно стукнул по ней, после чего нежно взял её в свою, и отодвинул её. — Я сам, все же ты мой гость, — С улыбкой сказал тот, наливая вампиру и себе полный бокал, — Вот в Казахстане, полная чашка чая у гостя, обозначает то, что хозяин желает, чтобы гость поскорее ушёл. Но мы не в Казахстане, и это не чай, поэтому я наоборот, был бы рад, чтобы ты остался на подольше. У меня и завтра выходной поэтому могу себе позволить, — Улыбнулся Инсин, прикрывая глаза, из-за чего его морщины стали более выраженные. — Ахаха, ну спасибо, дорогой мой, — Ответил Цзин Юань, протягивая руку уже к своему бокалу. Когда он взял его в руку, он сделал небольшой глоток, смакуя вино. Мысленно он себе отметил, что опять убедился, что у Инсина шикарный вкус. Можно это было свалить на идеализацию его возлюбленного, но вино и вправду было прекрасным, и судя по всему, дорогущим, но зная Инсина, его цена не волновала, если товар был хорошим, поэтому Цзин Юань не удивился бы ничему, даже если бы он оставил в магазине целое состояние для него. — Ну и как тебе оно? Мне очень напоминает то, которое мы пили вместе с.. Неважно, вкус просто отправляет в ощущение ностальгии, одновременно приятно, но и одновременно отвратительно. Но это не мешает мне любить этот вкус, — Пояснил Инсин свой выбор, — Не знаю, в одиночестве его пить невозможно, уже пробовал. — И вправду очень хорошее.. Но, к сожалению, я не обратил внимание на вкус с твоей стороны. Для меня такие мелочи очень быстро забываются, слишком многое пережил, прости, — Вздохнул Цзин Юань, отпив вина. — Всё хорошо, я понимаю. Просто поделился. Мужчины продолжали разговаривать на разные темы, а если точнее, то в основном говорил Инсин, пока вампир внимательно и с удовольствием его слушал. Монолог был медленным, но с подробностями, переходящими на философские темы. Темы разжёвывались как только могли, добавляя интересные подробностями, с известными фактами для Инсина, но при этом темы быстро и плавно перетекали в другие, друг за другом, выводя интересную линию событий. Голос Инсина был бархатистый, низкий и приятный, но с сильной нотой усталости. От чего уже усталость? От бытия жизни? От работы? Да много от чего, включая эти варианты, но голубоглазый старался не показывать это, мол, слабость какая-то, поэтому предпочитал скрывать это. Но к его сожалению, Цзин Юань замечал каждую мелочь, деталь и изменение. Слишком много времени он провёл с ним, слишком хорошо изучил его, давно смог проникнуть в его душу, чтобы разобраться во всём, чтобы находить всё, что захочет. Уж слишком нравится Инсин вампиру, и будь возможность, второй бы давно поглотил его. Он бы спрятал Инсина от всего мира, запрятал бы далеко и глубоко, не позволяя даже солнечному свету попадать на него, сделал бы всё, чтобы он был в безопасности, а главное, был исключительно только его. Такое ему командовали его чувства, но его разум понимал, что это больше навредит, да и это является очень нездоровой вещью, поэтому он лишь позволял жить Инсину так, как он живёт, ведь он поступает как хотя бы любящий и хороший друг? Верно, же? На улице темно, но на кухне горел слабо холодный свет, исходящий от длинной лампы над раковиной. Освещало плохо всю небольшую кухню, но это создавало определенную атмосферу, почти романтичную. Из-за этого, а возможно из-за новой «диеты» Цзин Юаня, вампир чувствовал голод всё сильнее, пытаясь приглушить его чем угодно. Его зубы удлинились, а привычные янтарно-карие глаза становятся медленно красными, переходя сначала в тёмно-кровавый оттенок, а потом уже и в ярко-красный. Инсин не обращал на это внимание, еле сидя уже, после двух бутылок вина. Сильный румянец на щеках и ушах голубоглазого, очень легко выдавал его состояние, но это делало его очень умилительным.. и вкусным, во всех смы слах для Цзин Юаня.