Три свидания

      Перемещение в кафе было внезапным. Сакура слегка пошатнулась, когда вихрь быстрого перемещения развеялся. Какаши придержал её за локоть ласково, и улыбнулся тёплой улыбкой. Сакура улыбнулась ему в ответ.       — Столик на двоих, — попросил он у встретившего их владельца, который повёл их в дальнюю часть кафе.       Сакура шла следом за Какаши, вертя головой по сторонам. Вокруг всё было в терракотовых тёплых тонах, как будто внутри кафе поселилась сама осень. За окном начал накрапывать редкий дождь, тем не менее сильно ударяясь в стеклышки окон. Отчего внутри становилось всё уютнее.       — Прошу, располагайтесь, — хозяин кафе предложил им место и растворился, чтобы не мешать гостям.       — А тут красиво… — сказала Сакура, когда они остались наедине.       Кафе больше напоминало ресторан по убранству, и Сакура пожалела, что не переоделась во что-то более красивое. На каждом столике стояли свечи в высоких стеклянных подсвечниках, и ей вдруг стало так тепло на душе, потому что это место растапливало забытое тепло общения в груди.       — Рад, что тебе нравится, — Какаши улыбнулся одними глазами, но Сакура заметила, как под маской его губы расползлись в улыбке. — Что закажем?       Он протянул ей меню и наконец-то расслабился сам. Ему хотелось как-то её порадовать, но вместо лёгкого общения, которое было обычно между ними Какаши чувствовал неловкость. Они с Сакурой были друзьями, но теперь, в свете свечей в полумраке кафе она виделась ему красивой девушкой, смущённой от его внимания.       Он поспешил отвести взгляд, рассматривая картинку с осьминогом на шпажке в меню.       — Я бы не отказалась от десерта, — радостно произнесла Сакура, казалось, очевидное. Такой дождливый вечер лучше было разбавить чем-то сладким вместе с горячим чаем.       — Десерт перед основным блюдом? — Какаши снова улыбнулся одними глазами, прикрывая их в знакомые полумесяцы. — Прямо как Наруто. Хотя он, пожалуй, начал бы и закончил им.       — Не перед, а вместо, — парировала Сакура, с облегчением отмечая, как шутка разрядила её собственное напряжение. Она отложила меню. — После рабочей недели в госпитале я заслужила немного нездоровой, но о-очень вкусной еды.       — Кто я такой, чтобы спорить с главным врачом? — Какаши сдался, поднимая ладони, и подозвал лёгким кивком официантку.       Пока они ждали заказ, между ними снова повисла тишина, но на этот раз её заполнила жизнь, кипящая в этот поздний вечер в кафе: где-то на кухне, скрытой от посторонних глаз звенела посуда, доносился сдержанный смех пары за соседним столиком. А за окном усиливалась гроза, превратившись из редких капель в сплошную пелену. Капли стекали по стеклу, собираясь в крохотные ручейки, и искажали огни фонарей на улице в причудливые блики.       Внутри кафе же было сухо, тепло, а пламя свечи на их столе отбрасывало танцующие тени на лицо Какаши, заставляя Сакуру гадать, что скрывает его маска на этот раз: всё ту же легкомысленную улыбку или что-то более серьёзное?       — Спасибо, что пришли ко мне и пригласили, — тихо сказала Сакура, поймав себя на том, что нервно крутит в пальцах край салфетки. — Я… я как раз думала, чем бы заняться вечером.       — Мне сообщили, что твои планы внезапно изменились, — его взгляд скользнул по её лицу, быстрый и оценивающий, какой Сакура привыкла видеть у него в бою, но сразу же смягчился.       Какаши откинулся на спинку стула, приняв свою обычную небрежную позу. — А я как раз вспомнил, что в этом месте готовят неплохую еду. И подумал, что кому-то, кто целый день заботится об остальных, возможно, тоже нужно немного… тёплого чая.       Он сделал паузу, подбирая последние слова и Сакура почувствовала, как по её щекам разливается лёгкий румянец. Он пришёл не просто из жалости. Он вспомнил о ней!       — Вы бывали здесь раньше? Одни? — спросила Сакура, пытаясь отвлечься от нахлынувших чувств.       — М-м? Бывал однажды, — он уклончиво мотнул головой, глядя в окно. — Тихий уголок. Хорошее место, чтобы почитать «Ича-ича» без лишних глаз.       Сакура фыркнула, не сдержав улыбки. Некоторые вещи никогда не менялись.       В это время официантка принесла их заказ. Горшочек с дымящимся морепродуктами в пикантном бульоне для него и изысканный парфе с ванильным мороженым, свежими ягодами и хрустящими вафлями для неё. Ароматы причудливо смешивались, отдавая сперва в пряный и насыщенный, и затем сменяясь на сладкий и воздушный.       — Вы уверены, что не хотите попробовать? — Сакура коварно пододвинула свою тарелочку к центру стола, зная слабость Какаши к сладкому. — Только ради поддержания компании, разумеется.       Какаши притворно вздохнул, но его глаза выдавали интерес.       — Ну, если только ради компании…       Он снял перчатку и ловким движением, каким метал кунаи, зачерпнул ложку мороженого с ягодами. Приподняв маску снизу, он аккуратно отправил десерт в рот. Сакура не сводила глаз с его подбородка и нижней губы. Почему-то это показалось ей куда более интимным, чем если бы он снял маску полностью.       — Неплохо, — помедлив, заключил он. В его голосе прозвучало искреннее одобрение, — но у меня всё же вкуснее.       — Да быть этого не может! — шуточно воскликнула Сакура из вредности, совсем развеселившись.       Они ели в спокойной, как будто домашней атмосфере. Сакура рассказывала ему о недавней сложной операции, Какаши о бюрократических проволочках, из которых состоит жизнь Хокаге и его помощников, от которых даже Шикамару терял последние крохи терпения. Разговор тёк так легко, совершенно без усилий, а Сакура ловила себя на мысли, что не вспоминала о Саске уже добрых полчаса. Мысли о нем иногда возвращались, как навязчивая мелодия, но теперь они не вызывали острой боли, а лишь отдаленную грусть, словно о том, что осталось далеко в прошлом.       — Знаешь… — сказал Какаши, отодвинув пустую тарелку и посматривая, как Сакура доедает последние кусочки вафли. — Иногда то, что мы считаем сорняком, на самом деле просто растение не на своем месте. Не обязательно выкорчёвывать его с корнем. Иногда достаточно просто его пересадить и дать ему новую почву.       Он не смотрел на неё, его взгляд был прикован к пламени свечи, но слова достигли цели. Сакура замерла.       — Новая почва… — тихо повторила Сакура глядя на него. В его глазах, обычно ленивых и насмешливых, плясали блики огня, и в них читалась глубокая, спокойная серьёзность. — Ну вы и философом стали, Какаши-сенсей, — Сакура рассмеялась, чтобы разбавить слишком серьёзную атмосферу, навалившуюся на них.       — Старею, — Какаши смущённо потёр затылок, поддерживая её лёгкий тон.       Внезапно за окном ослепительная молния озарила всё вокруг. Через секунду гром грохнул так, что задрожали подсвечники на столиках. Сакура непроизвольно вздрогнула. Инстинктивно, почти не думая, Какаши протянул руку через стол и на мгновение покрыл её ладонь своей. Это был защитный механизм, выученный за годы, что он провёл с командой семь.       Сакура посмотрела на их руки.       Пальцы Какаши были тёплыми, а прикосновение быстрым и лёгким.       — Извини, — сказал он, тут же убирая руку и снова становясь небрежным Какаши. — Просто гроза. Кажется, она все-таки началась.       Но в груди у Сакуры гремело громче, чем за окном. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами. Чувствовала, как жар от его мимолетного прикосновения прожигает кожу. В её душе, где всего пару часов назад сгущалась беспросветная тоска, теперь бушевала совсем иная буря. Стремительная и сбивающая с толку, но полная жизни.       Дождь за окном лил как из ведра, смывая пыль с улиц Конохи. А Сакура смотрела на Какаши, который сидел напротив и понимала, что её вечер, который должен был быть одиноким и печальным, внезапно стал самым интересным за долгое время. И ей уже не хотелось, чтобы он заканчивался.