Случай в аптеке

— Мне, пожалуйста, Праксетинол, — Таня заглядывает в глаза фармацевту с такой учтивостью, словно её целью является не покупка таблеток, а завоевание симпатии. — Рецепт. — Это обязательно? — пародирует сухость, но скатывается в привычное: — Же..девушка, дело в том, что рецепт у меня дома, а живу я в соседнем районе. Если вам не составит труда — продайте без него. — Не положено. — Ну, хорошо, — оставляет свою услужливость, сменяя её быстрым поиском решения. — Фото пойдёт? — Скачанное из Интернета — нет. — Да моё, моё. Я вам паспорт могу показать. Сверите фамилии. — То есть рецепт вы забыли, а паспорт всюду с собой таскаете? — Вам что, жалко что ли? — взмаливает, оборачиваясь назад с целью проверить, сколько недовольных лиц ненавидят её за создание очереди, но сталкивается только с одним: к её сожалению — знакомым, и всё так же безразличным. — Здравствуй, Таня. — Здравствуйте. — Шея издаёт едва слышный хруст от того, как резко голова возвращается в прежнее положение. — Да, жалко, — продолжает фармацевт. — Вас. Это что должно было случиться, чтобы молодая девушка перешла на такие сильные препараты? — Какая вам разница? — Таня уже лезет в карман за телефоном, пытаясь схватить его дрожащими пальцами. — Просто продайте мне, и всё. — Вы ищите, ищите, — притворно подбадривает, недовольно косясь на неё. — Только посетителей мне не распугивайте своей медлительностью. Пропустите женщину. — Всё в порядке, — отнекивается Маша. — Я подожду. — Да ладно вам, — отвечает с несвойственной ей добротой. — Тем более вы, я так понимаю, знакомы. — Знакомы, — шепчет Таня, хотя к ней никто не обращался. Маша делает шаг вперёд, разглядывая прилавок и старательно игнорируя нервное постукивание ногтями по экрану, раздающееся сбоку. — Вам помочь? — фармацевт облокачивается на стойку, подпирая щеку ладонью и смотря на Машу с такой благодарностью, будто та одним своим видом заставила её расслабиться и отвлечься от мыслей о ненавистных клиентах. — Что-то конкретное ищите? — Мне… — Она переваливается с ноги на ногу, словно не может удержать в голове всю концентрацию напряжения. — Презервативы. — Презервативы? — повторяет без особой надобности. — Так это запросто. Вам какие? — Любые, — отвечает коротко, точно поменявшись с женщиной ролями. — Да ладно вам, что вы как в первый раз? — смеётся громко, будто проверяет реакцию Тани. Но та не подаёт виду: только судорожно листает галерею за октябрь; локации вверху фотографий гласят: Сочи, Сочи, Сочи, но надобности в этом нет — рецепт появился там позже, как следствие. — Если хотите порадовать мужа — возьмите с ароматизаторами. — Женщина, воодушевлённая своей клиентоориентированностью, начинает перечислять: — С клубникой, с бананом, с ванилью, можно с кокосом, чтобы почувствовать разнообразие. — Спасибо, не надо, — выпаливает, не в силах больше слышать рваное дыхание справа и поток бессознательного от человека, слишком серьёзно относящегося к своей работе. — Я как-нибудь в следующий раз, — добавляет уже на пороге, звеня колокольчиками двери. — Тьфу, дурдом какой-то! — бросает ей вслед и возвращается к Тане: — Я что-то не так сказала? У неё проблемы с мужем? — Её глаза округляются в смутной догадке. — Или… господи боже мой… может, у неё любовник, а я… Какая я дура! — Не бойтесь, — отшучивается Таня, но в голосе нет ни намёка на веселье. — Дура здесь только я. С мужем у них всё отлично. И любовниц..кам места в её жизни нет, — отвечает на каждую часть предложения, чувствуя, что это — единственная тема, на которую она готова разговаривать последний месяц. — Ладно, не моё дело, — отмахивается, зачем-то протирая кассу рукавом. — Фотографию нашли? — Нашла. — Она смотрит в телефон, но вместо бумаги с размашистой подписью врача видит только изумрудное платье, снятое со спины, и гостей, весело выпивающих на свадьбе. — Да ну вас, — обращается то ли к фармацевту, то ли к людям на фото. На преодоление пути от прилавка до крыльца аптеки у неё уходит ровно десять секунд. На одиннадцатой Таня уже кричит вслед уходящему силуэту «подождите!», заставляя фигуру на горизонте остановиться и обернуться на звук. — Опять убегаете? — дразнит, хотя бежит сейчас только она. — Вроде не маленькая, — говорит, подходя вплотную, — презервативы покупаете, ну… по крайней мере — пытаетесь. А меня боитесь? — Боюсь что? Купить? — выдаёт что-то несвязное, родившееся в уме как шутка, но произнесённое как приговор. — Сначала — поцеловать, потом — объясниться, в идеале — не делать вид, что вы верная жена, как будто не стонали мне в лицо ночью… продолжать? Маша молчит, не кивает даже — только окончательно сокращает расстояние между ними, улыбаясь тому, что всю дистанцию проделали за неё, и впивается в губы с таким отчаянием, словно хочет, чтобы последний из перечисленных грехов остался не только за ней. Но Таня держится — лишь дрожит всем телом, стойко вынося это то ли испытание, то ли наказание, а потом отстраняется первой, бросая вызов: — Дальше по списку пойдём или тебя только на это хватит? — Как ты хочешь, чтобы я объяснилась? — Любишь? — Да. — Мужа? — Нет. — Поедем ко мне? — Поедем. Таня берёт её под руку с такой торжественностью, словно сейчас поведёт под венец, а не в аптеку. Маша, удивляясь подобному направлению, возражает: — Подожди, куда ты… — Нам надо купить презервативы, — перебивает совершенно спокойно. — Что? Зачем? — Будем наполнять их водой и кидать с балкона. Ты забыла? Я всегда шучу.