***
Еувиас помнил прошлое... родители, тёплое гнездо в пещерке над озером, забота и любовь. Ложь, яд... какая любовь, если эти родители вышвырнули его на растерзание начинавшейся зиме в первый подходящий момент!? И кем их после этого называть?***
Светлое существо продолжало с трудом волочить лапы по снегу. Он огляделся, жмурять от летящего в глаза снега... ничего. Лишь метель, растворяющаяся в густой воющей тьме. Надо найти укрытие, что-то придумать... но как, когда разум отравляет от острых востоминаний и затуманивает от холода?..***
Этот миг никогда не выйдет у Еувиаса из головы. Закат. Полосатые рыжие каньёны Плато блестели в золоте вечернего солнца. Вдалеке слышались рёвы и плеск волн. Малышу пора в гнездо к родителям, но его крепчающие крылья вытягивали его на улицу, на воздух и свободу, они хотели чего-то нового. Полёта. Он стал почти на край огромной щели пещерки, как тут раздался дикий рёв. Этот душераздирающий крик разрезал тишину и спокойствие. Сзади зашуршали листья и ветки гнёзд, быстрые шаги, крики родителей... толчёк со спины. Не успел рогатый и моргнуть, как уже летит вниз со скалы на ягодный куст. Где-то сверху щёлкнула пасть, хотевшая ухватить его за хвост... и Еувиас провалился в куст. Очнулся он в ночь. Его чудом не учуял тот хищник... надо вернуться домой! Но как, если родители... его просто вышвырнули?.. он попытался взлететь, не вышло. Ещё попытка, и ещё... вскоре у него получился кривой взлёт, и он кое как долетел до своей пещеры. Но там никого не было.***
Разум пьянел от мороза и усталости. В глазах плыло, они пытались закрыться. Желание уснуть разливалось по телу, усталость наполнила Еувиаса до краёв. Он рухнул на землю. Веки сомкнулись. Разум очистился. "Нет, — мимолётнвя мысль пронзила светлое существо, — я должен попытаться взлететь". Он открыл глаза... крылья не слушались, он не чувствовал их, они были плотно прижаты к телу, пытаясь отогреться. Рогатый попытался встать. Лапы подкашивались. Он попытался опять оглядеться, но ничего не увид... БАМ! Огромная длиннопалая лапа упала возле него, слегка разбросав снег. Лапа тянулась вверх... не разглятеть её хозяина, тьма сгущалась ещё ниже колена гиганта. Еувиас не знал, что делать. Бежать нет сил... да и вдруг эо последняя надежда? Терять ему нечего. Он вытянулся, с хрустом льда на шерсти и заиндевелой шкуры он неловко раскинул крылья, жалостливо крикнул и безпорядочнь помахал крыльями, привлекая внимание исполина. Силы кончились... последний сдавленный возглас и он упал на спину в снег. В глазах мутилось и темнело, веки отяжелели и сомкнулись, и вскоре Еувиас стал проваливаться в сон.