Чудо

Молодая девушка с чёрными волосами смотрела на раненого маленького мальчика, лежащего на больничной койке. Ей одновременно хотелось плакать, тошнить и нервничать, просто глядя на состояние ребёнка, которого ей пришлось оперировать... Внутреннее кровотечение, потеря веса, вследствие недоедание и множественные сотрясения мозга, а также несколько переломов. Это был... худший случай из всех, что она когда-либо видела... – «Такой маленький ребёнок... Что случилось?» Его родственники привезли его накануне, и её вызвали, чтобы она провела необходимую операцию и спасла жизнь бедному малышу. Это было похоже на чудо, что мальчик вообще выжил, она задумалась о том, КАК он получил эти травмы... в глубине души она знала, как он их получил. Она просто не хотела в это верить. – «Его избили...» Она не знала, кто это сделал. Но это явно был другой человек. От этого ей стало не по себе, мягко говоря. Но она собиралась вылечить его. Верно? Она отчаянно хотела помочь ему. Ей тоже причиняли боль в детстве. Она сочувствовала ему. Она убрала волосы с его глаз и сочувственно посмотрела на него. И начала говор – Я... Я знаю, что ты п-п-переживаешь... — Н-но всё в порядке... Я... я всё улажу... С этими словами она вызвала помощников и приступила к операции, которая заняла максимум десять часов. В конце концов, его подлатали, накормили соломой и накачали морфием, чтобы обезболить его тело.

***

Женщина сидела в его комнате, глядя на него сверху вниз с жалостью в глазах. – Бедняжка... – «Не могу поверить, что кто-то мог так поступить с маленьким мальчиком ... Я ... Если бы только я была сильнее... Я бы выяснила, кто это сделал, и устроила бы им взбучку...» Казалось, прошла целая вечность, но ребёнок медленно начал приходить в себя, не понимая, почему его тело ощущается как райское. Он огляделся и увидел белую комнату. Всё было белым, кроме чёрных волос слева от него. Он повернулся и увидел улыбающуюся женщину, которая смотрела на него сверху вниз. –О боже...Я... я не думала, что т-ты п-проснешься уже... Тихо сказала она, слегка опустив глаза. Мальчик был сбит с толку. – Я-я надеюсь, тебе с-стало лучше...Я сделала все, что могла Он робко кивнул, не зная, как ответить. Он больше ничего не сказал, вместо этого тупо уставившись на хорошенькую женщину. нахмурилась. Он был таким тихим... Совсем как она. – М-мальчик... Мне нужно, чтобы ты с-сказал мне, к-как ты живёшь... Ты можешь это сказать, пожалуйста? Ребёнок в ужасе переводил взгляд с одного на другого, не зная, что ответить. Однако боль, ужас и печаль в его глазах были для огромным намёком. У неё было сильное предчувствие, что она знает, что происходит в жизни этого бедного малыша... – М-малыш... У неё возникла неприятная догадка, но ей нужно было быстро получить ответ. – Твоя семья...они з-здесь, чтобы забрать тебя... Глаза ребёнка с повязкой расширились, и он начал плакать. Это было всё, что ей нужно было от малыша. – О... Эм... П-прости... ложная тревога. Я была н-неправа. – Прости! Ребёнок заметно успокоился, и она почувствовала, как странное чувство захлестнуло ее, когда она внезапно заключила его в объятия. – Мне... мне так жаль...Я... я с-собираюсь помочь тебе... Мальчик в замешательстве посмотрел на неё. – Ч-что?.. Сказал он, прежде чем закрыть рот рукой и стыдливо отвернуться, смущённый тем, что нагрубил красивой женщине своим голосом. Девушка улыбнулась ему. – О-о... у тебя такой милый голос... Прокомментировала она, покраснев и отвернувшись. Мальчик последовал её примеру. Несколько мгновений они сидели молча, слишком стесняясь, чтобы сказать друг другу хоть слово. прижалась к нему, чтобы хоть как-то утешить, в глубине души надеясь, что не делает ничего, что могло бы его расстроить. Она заметила, что он подсознательно прижимается к ней, и усмехнулась. – О... Она тут же забыла о своей застенчивости и начала тихонько покачивать его взад-вперёд, позволяя ему заснуть у неё на руках. Ей не хотелось выпускать его из своих объятий. Но ей пришлось. Были пациенты, которые нуждались в её заботе. Она уложила его и вышла из палаты, чтобы быстро выполнить поручение. Какое поручение она имела в виду? Она должна была вызвать полицию, чтобы та проверила условия жизни бедного ребенка.Она собиралась позвонить им. Сделав это, она счастливо вздохнула, на секунду остановившись, прежде чем отправиться на обход, а затем домой.

***

Тем временем полицейская машина подъехала к дому номер четыре, и к ней подошли два офицера, и они направлялись к указанному дому. – Значит, это то место, где жил парень? Бриггс кивнул. – Да, именно это сказала мисс Анетт. – Я удивлён, что ты вообще понял, что она говорила, из-за всего этого заикания и писка. — Да, но я рад, что нам об этом рассказали. Больных ублюдков, которые бьют детей, нужно быстро изолировать, от общества. Ответил он, подходя к двери. изо всех сил колотя в дверь. Послышалось шарканье, и дверь со скрипом открылась. Сольхейм выглядел так, будто был готов взорваться, но слегка побледнел, когда увидел полицейских, стоящих у его двери. – Сэр, мы здесь, чтобы провести расследование. – Э-э...что у вас, господа? Они подошли и протянули ему папку. [Офицер Аксель] – Мы подозреваем, что вы жестоко обращаетесь с Клаусом. Можно нам посмотреть его спальню? [Офицер Бриггс] – Советую с нами сотрудничать мистер Сольхейм У мужчины задергался глаз. – «Значит, этот сопляк кому-то рассказал, да?» – К-конечно, сэр... э-э-э... сюда, пожалуйста... Сольхейм провожал их в почти что пустую комнату и пытаясь выдать её за спальню Клауса. К сожалению для Сольхейма, офицеры полиции были недовольны его попыткой как-то отмазаться. – Подожди, почему комната выглядит как какой-то чулан? Офицер Аксель встал перед входом, тем самым лишая возможность сбежать, в тоже время. Офицер Бриггс, достает наручники – Мистер Сольхейм вы арестованы! Офицеры сурово посмотрели на него, и тут же надели на Сольхейма наручники и вытолкнул его во двор, зачитывая ему его права, пока Бриггс кипел от злости. – Тебе лучше начать говорить с нами начистоту, придурок. – Где спит ребёнок?! – В... в шкафу... Бриггс вошёл внутрь и открыл шкаф, его глаза расширились, а затем сузились от гнева. – «Вот же скотина» – ...Этот парень надолго сядет в тюрьму. Если я добьюсь своего, он сядет навсегда! Сердито сказал мужчина, схватив маленького плюшевого мишку, который, несомненно, принадлежал Клаусу. Аксель и Бриггс отвезли его в участок, прежде чем вернуться за медвежонком. Когда они приехали, доктор спала рядом с кроватью мальчика. Офицеры не могли не улыбнуться при виде этого. Бриггс молча положил маленького плюшевого мишку в крошечные ручки Клауса. – Хорошо... давайте вернёмся к работе.

***

Двое офицеров ушли, оставив записку для медсестры, которая проснулась и с радостью её прочла. Она повернулась к маленькому ребёнку и представила его счастливое лицо. –Больше тебя не будут бить. Эм... Ты пойдёшь в... приют... Она нахмурилась при этой мысли. – «Приют... Это кажется немного... жестоко.» Но она не знала, что ещё можно сделать. У неё был очень хороший дом и большой доход, но она не была в этом уверена. Поэтому, поцеловав малыша в макушку, она ушла из больницы после смены. И всё же что-то внутри неё заставляло её... делать больше, чтобы помочь ему. Она хотела что-то сделать. Она бы заботилась о нём больше, чем о других своих пациентах! Она бы оплачивала его питание! Она бы даже относилась к нему как к сыну, просто чтобы успокоить его. Легкомысленно улыбаясь про себя, она вернулась в палату Клауса, чтобы слегка улыбнуться ему перед уходом. – Я защищу тебя. На следующий день она пришла, чтобы увидеть, как Клаус бодрствует и играет со своим плюшевым мишкой. молча наблюдал за ними из дверного проёма. – Нет, Папочка-Медведь, мы в больнице... здесь хорошие люди. Они мне очень нравятся... милая докторша — моя любимая... Анетт прикрыла рот рукой и тихо хихикнула. Она сделала вид, что постучала и только что вошла, и с лёгкой улыбкой на лице вошла в комнату. – Привет, Клаус. – Как ты спал? Клаус удивлённо пискнул и спрятался за своего плюшевого мишку, чтобы посмотреть, кто это, и робко выглянул. – О... Эм... Привет... – Я... Я хорошо спал... Она опустилась на колени рядом с ним и помахала ему. – Это хорошо! Я доктор Анетт. Это я лечила тебя. Клаус улыбнулся. – Я...Я знаю...Ты та милая доктор, которая обнимала меня...Мне...мне понравилось...Очень... Анетт пришла в голову отличная идея, и она снова обняла его, прижав к своей груди. Клаус улыбнулся и растаял от такого внимания, прижавшись к ней ещё крепче. Держа этого ребёнка на руках, она чувствовала себя намного легче и счастливее Желание защитить его, показать ему свою любовь и привязанность. Это придавало сил. Она обняла его крепче и почувствовала странное желание поцеловать его в макушку. Так она и сделала. И Клаус хихикнул. Ему нравилось, что кто-то начал о нём заботиться. Анетт ухмыльнулась. Он так нуждался во внимании... Она всерьёз задумалась о том, чтобы просто усыновить его и забрать к себе домой, чтобы вырастить его в любви и заботе, которых он так отчаянно жаждал. Но... она была врачом и не могла постоянно находиться рядом. У неё внутри всё сжалось от волнения, пока Клаус не посмотрел на неё огромными щенячьими глазами. Она просто забыла о своих тревогах и ещё крепче обняла его, целуя в макушку. – Ладно, Клаус, я должна посмотреть, как твои раны. Клаус кивнул в знак согласия. – О! Кстати, милый... эм... ты слышал новости, да? О твоём законном представителе? Клаус заметно сдулся, снова обняв медведя вместо нее, так что она подскочила, чтобы исправить это. – Но! Тебе больше никогда не придется возвращаться к ним. Мистера Сольхейма сажают в тюрьму. Он вскинул голову, чтобы посмотреть на нее, и она улыбнулась ему в ответ. – Никогда не беспокойся о нем, ладно, милый? Нежно сказала она, ткнув пальцем в кончик его милого носа-пуговки. – Я-я-я... он... я... Клаус был потрясён и не знал, что ответить. Затем он начал плакать, к её ужасу. – О нет, о нет, о нет! Она запаниковала. – Прости, что я тебя расстроила, я всё исправлю, только, пожалуйста, перестань плакать! Пожалуйста, успокойся, ПОЖАЛУЙСТА! Клаус посмотрел на неё, и его улыбка померкла. Анетт растерялась. – Но он ушёл... он не может меня ... Глаза Анетт заблестели. – Это верно. – Теперь ты в безопасности. — Но...Как они узнали?... Я никому не говорил... Она хихикнула и погладила его по голове. Он выглядел растерянным. – Милый... Я сообщила полиции о твоём состоянии. – Мне тоже было больно в детстве... Я понимаю как тебе не легко сейчас... Поэтому я и решила позвонить полиции. Клаус посмотрел на неё с искренним сочувствием и крепко обнял. – Прости... Она заплакала и крепко обняла малыша. Клаус тоже заплакал и крепче обнял её в ответ. Они оба выплакивали свою душевную боль... Через некоторое время они отстранились и со слезами на глазах посмотрели друг на друга. – Всё хорошо? — Д-да... — Эм... Ты... Ты...? — Да, да, со мной всё хорошо. Спасибо. Теперь она поймала себя на том, что действительно хочет его усыновить! Может быть, она могла бы. Но что, если она не сможет? Ей нужно было с кем-то поговорить но она никогда ни с кем особо не сближалась. Она была так расстроена, что решила просто вернуться к осмотру его ран, чтобы проверить, как он. – «Пульс участился... это хорошо! И... о боже... Его раны почти зажили! Он уже почти исцелился!» — Ух ты, Клаус...Ты очень быстро поправляешься. – Ты скоро будешь готов отправиться... куда-нибудь. Клаус выглядел опечаленным. – Н-но куда мне идти? Анетт тоже выглядела грустной. И ей было больно это говорить. – Может быть, в... приюте... Она вздохнула. Она могла его усыновить! Взять отпуск, а потом вырастить его! Она улыбнулась. Она попытается поговорить с кем-нибудь из коллег, чтобы узнать, как ухаживать за ним, не теряя при этом работу. – Клаус, дорогой, мне нужно проверить других пациентов. Я вернусь, обещаю. Клаус был расстроен, но кивнул женщине. – Ты обещаешь вернуться? – Ничто в мире не удержит меня на расстоянии.

***

На следующий же день Клаус разрешили вернуться домой, и за ним пришли двое социальных работников, мужчина и женщина, с очень сладкими голосами. –Хорошо, мистер Клаус, вы готовы отправиться в приют? Клаус захныкал. Он не хотел идти в приют. Он хотел к своему доктору. – Ну что ты, малыш, всегда страшно отправляться в новое место. Пойдём, малыш! — сказал мужчина, потянув его за собой, усадив на заднее сиденье и отъезжая. Клаус было очень страшно... он хотел к доктору Анетт... он хотел её прямо сейчас... Он выглянул в окно, чтобы посмотреть на больницу... и у него перехватило дыхание, когда он увидел Анетт! Она стояла у входа в больницу! – О нет! О нет-нет-нет-нет! Анетт бросилась к стойке регистрации и стала оправдываться, что у неё обеденный перерыв, а потом поспешила к своей машине, чтобы последовать за ним. – «Я должна его поймать, я должна его поймать, я ДОЛЖНА!» К сожалению, когда она последовала за ним, загорелся красный свет, отрезав её от машины и не позволив ей увидеть её. Она подождала, пока загорится зелёный, и как можно быстрее последовала за машиной, почти не видя её. – «О-о-о, я иду за тобой, Клаус!» Затем, конечно, машина свернула за угол и умчалась прочь. Она развернулась и попыталась проследить, куда они поехали.

***

Тем временем другая машина остановилась у приюта. Клаус хотелось плакать...Но он чувствовал, что ему нужно, чтобы доктор разрешил ему это...Он хотел, чтобы Анетт вернулась! Они завели его внутрь, и там было довольно мило...но все дети были... крупнее, и они смотрели на него злобными глазами... Ему это не нравилось! Он в отчаянии смотрел на дверь, пока его уводили... – Пожалуйста... пожалуйста, не надо... – Ну что ты, приятель, всё в порядке! Это будет безопасно... Сказала ему работница. Он начал дрожать и плакать. – Я не хочу здесь быть! Я хочу к доктору Анетт! Отчаянно воскликнул он, умоляюще глядя на мужчину. – Ваш врач? Малыш, вам нужно успокоиться. Вы будете здесь, пока вас не усыновит хорошая семья. Клаус запаниковал ещё сильнее, напуганный до чёртиков. – Нет! Я не хочу! Я хочу… В этот момент дверь распахнулась, и запыхавшаяся Анетт вбежала в комнату так быстро, как только могла. — Я здесь, чтобы... Она огляделась, испугавшись всех этих людей, которые смотрели на неё. – Я-я пришла, чтобы усыновить К-лауса... Мальчик тут же подбежал к удивлённой работнице и обнял её за ногу. – АНЕТТ! Анетт счастливо вздохнула и опустилась на колени, крепко обнимая его и целуя в макушку снова и снова. – Привет, милый. Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти. Клаус заплакал, уткнувшись ей в плечо, грустный и растерянный. – «Она вернулась за мной?» Анетт улыбнулась и крепче обняла его. – Всё в порядке... я со всем разберусь. Она поцеловала его в щёку. Клаус посмотрел на неё с чудесным выражением лица. – П-правда...ты п-позволишь мне п-пожить с тобой?.. Девушка кивнула и прижалась лбом к его лбу. – Конечно, милый. Я люблю тебя и хочу защитить. Она тихо проворковала, поглаживая его по затылку. — Вы л-любите меня, доктор? Нервно спросил он, явно шокированный своим предположением... – Почему это происходит... Почему... Он посмотрел на работников приюта. – Я... я хочу усыновить Клауса... Потрясённые рабочие тут же бросились к ним, приглашая в кабинет. – Так... мисс Анетт, вы действительно доктор? — Д-да. – Что ж, у вас, похоже, есть опыт общения с детьми, вы живёте в хорошем районе и у вас достаточно высокий доход. Кажется, вы нравитесь ребёнку, а он нравится вам. Он полностью под вашей опекой. Просто подпишите здесь. Анетт радостно взвизгнула и подписала документ так быстро, как только могла. Он был ЕЁ ребёнком! ЕЁ! Клаус был потрясён, не зная, как реагировать, напуганный, но довольный. Он обнял её за руку, и она подняла его, радостно кружа. Уткнувшись носом в его крошечные щёчки. – И теперь ты в безопасности Клаус... Подхватывая на руки и вынося на улицу. Мальчик рассмеялся и крепко обнял её. Она тепло улыбнулась и поцеловала его в нос, наслаждаясь звуком его смеха. Она отнесла его к машине и посадила на заднее сиденье. Улыбаясь, она села на переднее сиденье и поехала домой. Она позвонила в больницу и сказала, что ей нужно взять отпуск. Она хотела провести с ним... со своим ребёнком столько времени, сколько сможет... Ей нужно было привыкнуть к этому... Что-то подсказывало ей, что это будет очень легко... Он радостно играл со своим плюшевым мишкой. Медсестра мягко улыбнулась. Она знала, что приняла правильное решение, пригласив его в свою жизнь...