идеальное свидание.

комаров уже несколько месяцев ухлёстывал за командиром. и ухлёстывал, нужно сказать, весьма успешно: шибанов охотно отвечал на знаки внимания, принимал подарки и даже завёл вазу для цветов, принесённых женей, иногда даже дарил комарову что-то в ответ за его старания. из-за острой нехватки времени у обоих они редко выползали на свидания: пару раз кино было, один раз ресторан, а один раз они даже купили шаурму и романтично провожали закат на крыше. это свидание для жени стало номером "один" в их топе. чаще всего эти встречи заканчивались поцелуями: сначала — почти невесомыми и нежными, от которых женя таял и оживали бабочки в его животе, а потом — страстными и кусачими, от которых комаров натурально плыл и бабочки в его животе, казалось, превращались в змей, ползущих гадким, появившемся не в том месте возбуждением по всему телу. однако до постели дело так ни разу и не доходило. шибанов ссылался то на срочно появившиеся дела, то на усталость, то на внезапную головную боль. комаров каждый раз перешагивал через себя, чтобы не давить, разочарованно вздыхал, а потом глядел в мишины виноватые глаза — и всё это как рукой снимало: он крепко обнимал командира, тычась носом то в шею, то в высокий ворот куртки, предлагал свою помощь, раз за разом получая благодарность и отказ, и, взяв мишино лицо в свои ладони, целомудренно целовал на прощание. но, понятное дело, терпение жени имело границы. вначале он несколько дней вынашивал план по совращению шибанова, потом около недели комаров уговаривал его на свидание у себя дома — по классике: ужин, вино, кино и, если миша пожелает, даже домино найдётся. шибанов понимал, к чему клонит комаров, а потому согласился ой как не сразу и с явной неуверенностью — в себе, жене он доверял на все сто как на службе, так и в личной жизни. началось всё весьма безобидно: — привет! — перед мишей открылась дверь, и он тут же оказался в жениных объятиях. — привет, привет, — миша улыбнулся и, отстранившись, скорее клюнул, чем поцеловал, женю в щёку. — это тебе, — шибанов протягивает букет пионов комарову, одновременно с этим пытаясь стянуть свои ботинки. — да не спеши, — комаров забрал букет и унёс его на кухню, чтобы поставить в вазу. — спасибо! — услышал миша из кухни, когда уже шёл мыть руки. да, в квартире комарова ему бывать уже приходилось, но в качестве начальника и исключительно по работе, а в статусе возлюбленного... всё было ново и непривычно. — всё в порядке? — женя заглянул в ванную. видимо, миша задумался и на некоторое время выпал из реальности, и комаров его потерял. — когда закончишь, приходи в спальню, — женя развернулся и ушёл прямо по коридору до поворота, а миша заворожённо смотрел ему вслед: возможность видеть женю таким домашним — в какой-то свободной футболке и широких клетчатых штанах, с взъерошенными волосами, — выпадала ему крайне редко. ровно через минуту миша появился на пороге спальни и теперь имел удовольствие видеть, как женя сосредоточенно листает ассортимент онлайн-кинотеатра. — жень, только я... — шибанов чуть нахмурился и провёл рукой вдоль тела. — открой вот эту половину шкафа, — женя показывает рукой, — и на третьей полке выбери, что тебе нравится. пока миша возился с одеждой и ходил переодеваться в ванную, женя принёс пиццу на кровать и разлил вино по бокалам. — а почему не шаурма тогда уже? — миша, смеясь, сел на край кровати. — и почему мы едим в спальне? я чувствую себя варваром. — во-первых, это было бы совсем кощунством — шаурма с вином, — женя выключил основной свет и оставил только прикроватную лампу со своей стороны, — а во-вторых, потому что в гостиной не такая атмосфера, — комаров сел на другую половину кровати и, положив руку на мишино колено, продолжил, — там я предпочитаю встречаться со своими немногочисленными друзьями. — а я тебе не друг уже? — миша выгнул бровь и подвинулся чуть ближе к середине кровати. — друг, конечно. самый лучший, — комаров отвёл взгляд, — но... — да я понял, — видя, как жене трудно подбирать слова, шибанов сам свернул эту тему. — так что за кино ты там выбрал? — и перевёл взгляд на экран. первые сорок минут фильма прошли мимо них. они наслаждались пиццей и разговорами друг с другом — о прошедшем дне, о последнем деле, о мерзкой слякоти за окном и, наконец, о планах на завтрашний выходной. когда разговор сошёл на нет, комаров унёс тарелку на кухню и спросил шибанова насчёт вина. но от добавки тот отказался, посчитав, что и так достаточно разморён вкусной едой и жениным нахождением рядом. сам женя, посчитав так же, отставил оба бокала на тумбочку. лёг на кровать и потянул мишу за футболку на себя, намекая, чтобы тот лёг рядом. шибанов, далеко не дурак, сразу же подлез жене под руку, бедром касаясь бедра, а голову укладывая на грудь. как только тот улёгся, женя сразу же обнял его, расположив ладонь на рёбрах. жени хватило ровно на пятнадцать минут. он честно пытался вникнуть в сюжет фильма, но когда под боком лежал миша, такой тёплый, уютный и домашний, в его вещах, мысли уползали далеко от сюжета фильма, прямиком в сторону кудрявой макушки. о, как бы женя хотел, чтобы миша повернулся на бок, обнял его, может быть, закинул на него ногу, и тогда было бы очень удобно ухватиться ладонью за крепкую ягодицу и сжать её, сам женя мог бы чуть потянуться и поцеловать в макушку... кажется, комаров задумался настолько сильно, что последняя мысль оказалась явственной. он действительно потянулся и чмокнул шибанова куда-то в кудри, чем вызвал у него замешательство, потому что тот поднял на комарова вопросительный взгляд. но женя не растерялся и, опомнившись, ткнул шибанова в плечо, разворачивая того и нависая сверху. первым потянулся миша, но бразды правления беспрекословно были отданы жене. тот, ликуя, не стал медлить и сразу же принялся изучать языком рот партнёра, чем вызвал первый шумный выдох шибанова. руки полковника так правильно легли на женину талию, а после и изучающе забрались под футболку, что заставило женю оторваться от губ и, вздрогнув, уткнуться носом в шибановскую шею, тут же начиная её мокро целовать и прихватывать зубами. шибанов увильнул от прикосновений, заставляя женю отстраниться и вопросительно посмотреть на себя. но миша тут же потянул футболку партнёра вверх, чем вызвал негромкий смешок и улыбку. комаров стянул вначале свою футболку, а затем расправился и с мишиной. и снова припал губами к лежащему под ним телу, целуя и покусывая вначале шею, потом грудь, а потом, на секунду замешкавшись, втянул в рот сосок: прошёлся языком по ореолу, а после совсем чуть-чуть прихватил зубами и оттянул, выбивая из миши первый стон — несмелый и негромкий, но комаров запомнит его на всю жизнь. женя восхищённо посмотрел на порозовевшего щеками мишу и продолжил своё дело: поцелуями перешёл на рёбра и живот, но когда он добрался до резинки штанов, шибанов резко сжал бёдрами его талию, не давая двинуться ни на миллиметр. — миш? что такое? — женины глаза с толикой волнения и чуть сошедшей пеленой возбуждения встретились с мишиными, полными ужаса и паники. — ж-жень... — не успел миша вымолвить и слова, как комаров его перебил: — если тебе неприятно, мы можем остановиться в любой момент, я не собираюсь... — жень... — как-либо давить на тебя и, тем более, принуждать тебя... — женя! — да? — женя всё-таки выбрался из мишиного захвата и сел у того в ногах, попутно выключая телевизор: уже точно не до кино. — мне очень хорошо с тобой, просто есть одна маленькая... — если ты переживаешь за размер члена, то не надо. я тебя не за него люблю, мне вообще всё равно: маленький, большой, кривой, косой... — женя! ты мне... подожди, что ты меня?... — шибанов сел напротив, недоверчиво глядя на женю. — люблю, — комаров пожал плечами, — давно и сильно. разве это не очевидно? — я, э... я тебя тоже люблю, — миша немного растерялся, и женя, воспользовавшись этим, повалил того на спину. — тогда предлагаю... — женя толкнулся бёдрами в пах миши, желая потереться своим членом о его, но... — получить... удовольствие... — комаров поражённо замер. — мгм, — миша начал стремительно краснеть, спрятав глаза в сгибе локтя. — миш, — женя снова толкнулся бёдрами, заставляя мишу издать новый стон. — а где... — предвкушая вопросы, — шибанов убрал руку с глаз и посмотрел на комарова, — я не транс, я таким родился, это называется интерсексуальность. естественно, прятал и скрывал. и если теперь ты не захочешь со мной... — миша! — женя снова оказался перед его лицом. — если честно, мне всё равно, с каким набором гениталий трахаться, главное — с кем комфортнее жить. а с тобой мне всё комфортно, — комаров припал к его губам, как бы доказывая действительность своих слов. — тем более, — женя опустился к его уху и зашептал: — кто, если не я, будет ублажать твою девочку? — женя, не... — комаров не видел, но чувствовал, как миша покраснел, — не называй это так... — почему? — женя сполз мише в ноги и, вопросительно заглянув ему в глаза и получив в ответ кивок, стянул с него пижамные штаны вместе с бельём. — ты ещё и прячешь её в мужское бельё? миш, ну... — комаров, ещё ни разу не опустивший взгляд вниз, теперь укоризненно смотрел мише в глаза и на его щёки, ставшие ярко-красными, — она же у тебя маленькая, аккуратная и... — на этих словах взгляд жени всё-таки сполз в то место, которое он расхваливал, — такая сочная! — комаров собственноручно раздвинул мишины колени, не отрывая взгляда. а мишу этот взгляд так смущал, но одновременно с этим так возбуждал, что мышцы не могли перестать сокращаться в поисках удовольствия и выпускали всё больше и больше смазки, уже немного пачкая постель. — миша, пожалуйста, можно я... — да, пожалуйста! женя улёгся так, чтобы лицо оказалось точно над промежностью, и широко мазнул языком по всей поверхности. шибанов натурально вскрикнул и дёрнулся в попытке уйти от столь большого количества удовольствия единовременно. однако комаров крепко вцепился в мишины бёдра, не давая сдвинуться ни на миллиметр. он снова коснулся миши языком, но на этот раз начал издалека: вначале приласкал губы по очереди, после собрал немного смазки и самым кончиком коснулся клитора, заставляя шибанова дёрнуться и запустить пальцы в короткий ёжик жениных волос, чтобы чуть сжать и оттянуть их. комаров немного отстранился, чтобы посмотреть на шибанова, который лежал, запрокинув голову, а потом оставил несколько поцелуев на внутренней стороне бёдра, потом — чуть выше, а потом — на паховой складке. — ж-жень... поняв намёк, комаров, чуть отстранившись, смазал пальцы своей слюной и, самыми кончиками коснувшись входа, снова накрыл языком клитор. активно стимулируя клитор, он понемногу проникал средним пальцем во влагалище: сначала на одну фалангу, затем на две, а затем и полностью, чуть сгибая палец и массируя нежную стеночку. за свои старания комаров щедро награждался мишиными стонами различной громкости и ёрзаниями различной интенсивности по постели. когда дёргаться шибанов стал чаще, а стоны стали громче, женя добавил второй палец, а клитор полностью накрыл ртом, языком подстраиваясь под темп пальцев. — ж-же... — миша не смог даже имя его до конца произнести: оргазм накрыл настолько ярко и мощно, что оставалось только громко вскрикнуть, сжать руками одеяло, а бёдрами женину голову. к слову, двигаться женя перестал только тогда, когда миша полностью расслабился, обессиленно опустив на кровать разъезжавшиеся сами собой ноги. а комаров чмокнул его в бедро, а потом поравнялся с его лицом и втянул в ленивый поцелуй со вкусом терпкой солоноватой смазки. — м, — шибанов чуть отстранился, — а ты? — что я? — вначале женя и правда не понял. — балбес! — миша усмехнулся и, встав с кровати и не потрудившись натянуть на себя хотя бы трусы, пингвиньей походкой на негнущихся ногах направился в сторону кухни. — ты куда? — женя привстал на локтях. — воды попить! ты будешь? — уже откуда-то с кухни крикнул шибанов. — да! — женя потянулся, ощущая всё ещё болезненно стоящий член, и поморщился. — чё лицо кривишь? — миша всё той же смешной походкой вошёл в спальню и, подойдя к кровати, протянул жене чашку. — ничё, — женя сделал два глотка и отставил чашку на пол, — подрочить было бы неплохо... — удачи, — кряхтя, миша улёгся на кровать. — в смысле? — комаров стянул штаны вместе с бельём и в очередной раз оказался над шибановым. — ты виноват, а расхлёбывать мне? — не понял, а почему это я виноват? — миша приподнялся на локтях и чмокнул мужчину в губы. — потому что лежишь тут передо мной такой весь... — комаров потянулся и поцеловал того в щёку, — голый, — следующий поцелуй пришёлся в ухо, — красивый, — в линию челюсти, — открытый, — в шею, — соблазнительный, — в плечо. — продолжай, — миша откинул голову в наслаждении. — чувственный, — в грудь, — отзывчивый, — в ребро, — любимый, — комаров поцеловал того в живот и снова поднялся к губам: — родной, — женя накрыл мишины губы своими, чувствуя, как тот обвивает его талию своими ногами. набравшись смелости, комаров опускается своим пахом к паху партнёра и начинает легко покачиваться, имитируя фрикции. — стой, — миша отрывается от его губ, а женя замирает, — у тебя смазка есть? — конечно, — женя тянется к тумбочке, — и през... — не надо. — так категорично? почему? — женя достаёт смазку и возвращается на место. — ты болеешь? — миша опускается спиной на постель, а руки удобно устраивает у жени на спине. — нет, есть справка, я... — я тоже не болею, у меня тоже есть справка. забеременеть я не могу, так что не вижу повода для презерватива. — как скаж... — а ещё я хочу, чтобы ты в меня кончил. — охуеть, — женя даже на секунду замирает, а потом улыбается, — я тоже хочу. — тогда вперёд. комаров смазывает член и для уверенности целует мишу, однако, как только член полностью входит в него, шибанов закусывает женину губу, шумно выдыхая через нос, и восхитительно сжимается вокруг члена, короткими ногтями оставляя царапины на подставленной ему спине. ослабляет хватку он только тогда, когда чувствует на языке металлический привкус. — извини, — отстранившись, говорит шибанов, — твой член, господи... восхитительный, просто идеальный. — правда? — женя плавно толкается в него и снова замирает. — да, да, двигайся, прошу, — миша запрокидывает голову, приподняв бёдра вверх. комаров делает то, о чём попросили. вначале двигается медленно, боясь причинить боль, но когда чувствует недовольный пинок бедром, начинает постепенно наращивать темп, уже натурально втрахивая мишу в кровать под аккомпанемент его стонов и пошлых шлепков кожи о кожу. жене хватает нескольких минут, чтобы бурно кончить, загнав член как можно глубже в партнёра. догнав последнюю волну удовольствия, женя вышел и, пока поражённо наблюдал, как из миши вытекает его сперма, понял, что миша так и не кончил. — языком? — женя усаживался между ног. — что? — не понял миша. — мне что сделать для тебя? отлизать ещё раз и пальцев хватит? — пальцы, пальцы, — миша достал подушку из-под головы и положил себе под бёдра, пока женя смазывал пальцы. смазав, он вошёл в мишу двумя, выбирая сразу довольно быстрый темп и не давая времени на раскачку. ускорив движения пальцев одной руки, большим пальцем другой он накрывает клитор, давая активную стимуляцию сразу в нескольких точках. миша натурально вскрикнул, когда женя подогнул пальцы, растагивая и лаская мышцы под другим углом. — ж-же... ах! — миша схватился руками за одеяло, а пятками упёрся в матрас, сжимаясь на жениных пальцах и выплёскивая из себя жидкость. комаров, словно заворожённый, наблюдал за этим, но движения пальцев не прекращал. только когда шибанов протестующе замахал головой, тот вышел и, обтерев пальцы о пододеяльник, лёг рядом с мишей. — охуеть! — ага, охуеть, — просипел миша. — ого, как ты кричал подо мной! аж голос сорвал! — всё, больше не приставай ко мне, ебака. — кто? — женя прыснул со смеху. — какая разница? просто отстань от меня! — ладно, береги голос, птичка, — женя повернулся на бок и стал поглаживать мишу. — я в душ, а ты постельное меняй. — так точно, товарищ полковник! — женя шутливо отдал честь. — не подлизывайся! — уже!