По ту сторону зеркала

Адриан С тех пор как всё началось, город перестал быть прежним. Это чувствовалось в мелочах: люди говорили громче,чаще смотрели на небо,улыбались незнакомцам так, будто между ними появилась общая тайна. Герои. Слово ещё не успело стать привычным, но уже жило своей жизнью — в новостях, в разговорах, в взглядах прохожих. Адриан шёл по коридору колледжа и ловил себя на странном ощущении: он знал больше, чем должен был. И меньше, чем хотел. Иногда казалось, что на нём теперь лежит что-то невидимое — ответственность, вес, который нельзя ни снять, ни объяснить. Он привык, что после занятий люди обсуждают моду, экзамены, сплетни. Теперь обсуждали другое. — Ты видел видео? — Говорят, они спасли целый квартал. — Думаешь, они настоящие?.. Адриан улыбался, кивал, делал вид, что слышит всё это впервые. А потом увидел её. Хлоя. И улыбка исчезла. Она не обсуждала героев.Не смотрела ролики.Не стояла в группе, не жестикулировала, не спорила. Она шла по коридору, словно всё происходящее — не про неё. Словно город мог перевернуться, а она всё равно шла бы по прямой. Серое худи, наушники, взгляд — опущен. Шаги спокойные, но будто отстранённые от реальности. Как призрак Она не видит, — вдруг понял Адриан. Не «не замечает». А именно — не видит. Как человек, который смотрит сквозь стекло, но думает, что это просто воздух. Он поймал себя на том, что сравнивает её с остальными. С Маринетт, которая теперь часто замирала, прислушиваясь к сиренам. С Алией, у которой глаза горели от каждого нового слуха. А Хлоя… Хлоя была будто в другом измерении. На паре она сидела у окна. За стеклом — город, который учился верить в чудо. Внутри — девушка, которая не верила даже в себя. Адриан чувствовал странную вину. Он спасал людей, которых не знал. Но не знал, как помочь той, что сидела в двух метрах от него. Той кого думал что знает на все 100% Сообщение он написал уже вечером. «Сегодня все только и говорят о том, что происходит в городе. Ты выглядела так, будто тебя это не касается. Я просто… хотел спросить, ты в порядке, тебя никто не задел?» Он долго смотрел на экран после отправки. Герой. И всё равно — бессилен. Маринетт Маринетт ощущала изменения почти физически. Город словно стал громче. Сердце — настороженнее. Каждый звук сирены заставлял тело напрягаться. Каждый крик на улице — оборачиваться. Она знала, что теперь не может быть просто Маринетт. Не полностью. И именно поэтому её взгляд снова и снова возвращался к Хлое. Хлоя вела себя так, будто ничего не изменилось. Будто Париж не стоял на пороге чего-то нового. Будто страх, восторг и надежда не витали в воздухе. — Ты заметила? — тихо сказала Алия, наклоняясь к ней. — Она вообще никак не реагирует. Маринетт кивнула. Она действительно не реагировала. Когда кто-то показывал видео с героями — Хлоя не поднимала головы. Когда в классе спорили, настоящие они или нет — она рисовала в тетради. Когда кто-то шутил, что теперь «все под защитой» — Хлоя смотрела в окно. Это не равнодушие, — поняла Маринетт. Это отстранённость. Маринетт знала это состояние. Когда мир слишком громкий, а внутри — слишком много. Она смотрела на Хлою и думала о странной вещи:о том, что быть героем — значит смотреть наружу. А Хлоя — смотрит только внутрь. И, возможно, именно поэтому она ничего не видит. На перемене Маринетт заметила, как Сабрина осторожно идёт рядом с ней. Как будто боится сделать резкое движение. Это было… непривычно. — Она изменилась, — сказала Маринетт тихо. — Ага, — ответила Алия. — Но не так, как обычно меняются люди. Маринетт задержалась взглядом на Хлое ещё на секунду дольше. Мы защищаем город, — подумала она. Но кто защитит тех, кто теряется внутри себя? Вечером, уже дома, Маринетт смотрела новости. Снова герои. Снова кадры. Снова восторг. Она выключила экран. Почему-то образ Хлои не уходил из головы. Не язвительной. Не громкой. Той, что идёт по коридору, когда весь мир смотрит вверх, а она — вниз. И впервые Маринетт подумала: может, настоящая опасность не всегда приходит извне. Иногда она просто тихо растёт внутри человека. И её нельзя победить костюмом.