My Lamb

      В глубинах особняка Спенсера, в чреве подземной лаборатории, где сталь и бетон сходились в зловещем объятии, копошилась армия кошмаров. Зомби, некогда люди, теперь лишь оболочки, ведомые голодом и искалеченные вирусом, слонялись по коридорам. Среди них высились хантеры, огромные, мускулистые чудовища, чьи когти несли смерть одним касанием, похожие на человекоподобных земноводных.       Здесь, в этом склепе науки, нашли свой конец многие ученые, павшие жертвами собственных творений. Кто-то угас в агонии, растерзанный клыками мертвецов, другие же пополнили собой ряды ходячих, навеки обреченных на вечное скитание по лабиринтам лаборатории. Выхода не было, лишь отчаянная борьба за выживание и безумная надежда уничтожить это проклятое место.       Крис Редфилд, коп из S.T.A.R.S., охотник за тайнами, оказался в эпицентре этого кошмара. Он проник сюда, чтобы раскрыть правду, остановить безумие и найти своих товарищей, пропавших в этих проклятых стенах. Каждый шаг вглубь лаборатории становился погружением в ад. Мутировавшие зомби, уродливые твари, выпрыгивали из теней, стремясь разорвать его на куски. Крис отбивался, его пистолет изрыгал свинец, сдерживая натиск мертвецов. Он выживал чудом, каждое сражение оставляло на его теле новые шрамы, а в душе — новые сомнения.       Наконец, когда истина, казалось, была уже близка, когда он почти достиг лифта, ведущего в подземную лабораторию, произошло непоправимое. Из-за угла выскочил зомби, и прежде чем Крис успел среагировать, мертвые челюсти сомкнулись на его плече. Боль пронзила его, словно удар молнии. В ярости Крис вырвался из мертвой хватки, отправив пулю в голову твари. Но было уже поздно. Яд проник в его кровь.       Раненый, он продолжал идти, превозмогая боль и страх. Каждый шаг давался с трудом, тело слабело, сознание меркло. Он чувствовал, как вирус расползается по его венам, отравляя каждую клетку. Он знал, что превращается. Он станет одним из них.       В нескольких метрах от лифта силы оставили его. Крис упал на холодный бетонный пол, его тело била дрожь. Он задыхался, в голове пульсировала боль. Последним усилием воли он попытался подняться, но тщетно. Сознание ускользало, унося его в пучину тьмы.       В сумраке лаборатории, окутанной зловещим молчанием, Крис пришел в себя. Холодный пот пропитал его белую футболку с вышитой эмблемой S.T.A.R.S. на рукаве, а в голове пульсировала тупая боль. Вокруг высились гигантские вакуумные резервуары, наполненные зловещей, переливающейся жидкостью, из которой медленно вырывались пузыри. Отблески этого неземного света едва рассеивали тьму, заставляя тени танцевать на стенах, словно призраки. Плечо горело огнем, напоминая о недавней схватке. Память была словно разбитое зеркало, осколки воспоминаний не складывались в цельную картину. Он помнил лишь зубы, впивающиеся в плоть, и леденящий ужас, охвативший его.       — Проснулся, наконец, — раздался знакомый, но отчего-то чуждый голос.       Редфилд резко дернулся, и острая боль пронзила плечо. Он с трудом приподнялся, опираясь на здоровую руку, и огляделся. Высокий, подтянутый, с безупречно зачесанными назад светлыми волосами, лишь пара непослушных прядей выбивалась на лоб. Синяя рубашка STARS, черный бронежилет, облегающие черные брюки, заправленные в высокие сапоги — идеальный образ безупречного солдата. Темные, непроницаемые очки скрывали его взгляд, словно за непробиваемой стеной. Вескер смотрел на него, как на подопытного кролика, изучающе и отстраненно.       — Вескер?       — Крис, ты выжил, — произнес он, и в его голосе не было ни капли сочувствия, лишь констатация факта.       Крис попытался собраться с мыслями. Вспышка ярости пронеслась сквозь его оцепенение. Зомби… он помнил зомби, их жажду крови, их гнилостный запах. Он помнил боль, когда зубы пронзили его плоть. Но вместо того, чтобы превратиться в одного из них, он просто потерял сознание.       — Вескер… зомби… он укусил меня, — прохрипел Крис, пытаясь подняться на ноги. Слабость сковывала его, словно цепи. — Что с остальными? Джилл? Барри? Они живы?       Альберт молчал, его лицо оставалось непроницаемым. В этом молчании Крис почувствовал неладное, словно капитан что-то скрывал. Тревога, словно ледяная рука, сжала его сердце.       — Сколько их здесь? Сколько еще зомби в этом особняке? — настойчиво спросил Крис, пытаясь прогнать нарастающий страх.       — Особняк кишит ими, Крис. Мертвецов не остановить, — ответил Вескер, и в его голосе прозвучала ледяная отчужденность. — Джилл жива. Барри тоже. Они исследуют особняк.       Слова Альберта казались бессвязными, словно обрывки странного сна. Но в голове Криса начали всплывать обрывки разговоров, тени подозрений. Энрико, капитан группы «Браво», говорил о предателе, о крысе в их рядах. Но он не успел назвать имя, его застрелили прямо у Криса на глазах. И еще… тот слайд, фотография ученых из «Амбреллы», один из них в точно таких же очках, как у Вескера.       Сомнения, как ядовитые змеи, начали обвивать его разум. Неужели Вескер…? Неужели он и есть тот предатель? Но зачем? Что ему нужно? Ответы ускользали, словно дым, оставляя лишь терпкий привкус страха и предательства. В глазах Криса вспыхнул огонь решимости. Он должен узнать правду, чего бы это ни стоило. Он должен спасти своих товарищей, даже если ему придется столкнуться с самым страшным врагом — с тем, кому он когда-то доверял.       Тень предательства густо нависла над Редфилдом, словно саван, сотканный из смертей его товарищей. Каждый вздох, каждый взгляд теперь казался отравленным ядом сомнений. Он знал, что змея притаилась совсем рядом, и эта змея методично уничтожала все, что ему дорого. И вот, стоя лицом к лицу с Альбертом, человеком, которому он когда-то доверял как учителю и товарищу, Крис ощутил, как лед ужаса сковывает его сердце.       — Ты… ты причастен к смерти Энрико? — слова сорвались с губ Криса хриплым шепотом, полным боли и недоверия. В ответ — лишь зловещее молчание, словно в преддверии бури. Ярость вспыхнула в груди Криса, сжигая остатки надежды. — Сколько ты уже служишь «Амбрелле»? С самого начала?       Усмешка — холодная, змеиная — исказила лицо Вескера.       — О, Крис, ты недооцениваешь меня. Я служил «Амбрелле» задолго до вашего появления. И, должен признаться, без вашей наивной помощи я бы никогда не смог активировать проект «Тиран».       Слова Вескера обрушились на Криса, как тонны бетона.       — Тиран… — прошептал Редфилд, чувствуя, как мир вокруг него рушится. — Это ты… ты собираешься выпустить эту тварь на свободу? Поработить мир?       Вескер склонил голову в притворном поклоне.       — Именно так, Крис. И я благодарен тебе за неоценимую помощь в достижении моей цели.       Ярость захлестнула Криса, застилая разум. Он хотел выкрикнуть все, что накопилось в его душе, обрушить на Альберта всю свою боль и ненависть. Но едва он попытался сделать шаг вперед, мир поплыл у него перед глазами. Голова закружилась, тело словно налилось свинцом. Он потерял равновесие и, казалось, должен был рухнуть на пол.       Но падения не последовало. Сильные руки подхватили его, не давая упасть. Редфилд почувствовал знакомое тепло, исходящее от тела Вескера, его дыхание коснулось его уха, вызывая странную дрожь.       — Лекарство… действует, — прошептал Вескер, и слова эти эхом отозвались в сознании Криса.       — Лекарство? — переспросил он, пытаясь ухватиться за ускользающую нить реальности. — Ты… ты пытался меня отравить? За все, что произошло?       Рука Альберт сжала его плечо, точно в том месте, где остался укус. Острая боль пронзила тело парня, заставив его зашипеть. Вескер внимательно рассматривал его, словно изучал редкий экземпляр. Сильный, бесстрашный Крис Редфилд — теперь слабый, измученный. В глазах Альберта вспыхнул нечитаемый огонь.       — Тебе повезло, что ты вообще выжил, Крис. И за это ты должен благодарить меня. Ты дышишь, ходишь — и все благодаря мне.       — Это ничего не меняет, — прохрипел Крис, пытаясь вырваться из его хватки. — Ты предатель. Ты убил почти всю нашу команду. Ты убил Энрико грязными руками.       Вескер резко схватил его за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза.       — Твоя жизнь была обречена, Крис. Я просто… я хотел, чтобы ты пожил еще немного.       Редфилд оскалился, обнажая зубы в зверином оскале.       — Почему? Почему именно я?       В глазах Вескера мелькнула тень, словно он на мгновение потерял контроль над собой.       — Я знал, что ты страдаешь, Крис. Я хотел… хотел увидеть это своими глазами.       Ярости Криса не было предела. Неужели ему было недостаточно просто видеть его страдания? Он открыл рот, чтобы выплюнуть в лицо Вескеру все, что он о нем думает, но его слова так и не вырвались наружу. Голова Альберта стремительно опустилась к нему, не давая ему сомкнуть губы.       И внезапно их губы встретились в поцелуе, который был больше актом доминирования, чем страсти. Язык Вескера проник в рот Криса, заставляя его задыхаться. Крис попытался сопротивляться, но рука Альберта сжала его челюсть, не давая ему закрыть рот.       — Прекрати… — прохрипел Крис, но его голос был едва слышен.       Альберт не обращал внимания. Его свободная рука скользнула вниз, под штаны Редфилда. Прикосновение было холодным, как лезвие ножа, и одновременно обжигающим. Крис задрожал, его тело предательски реагировало, несмотря на ярость, переполнявшую его.       — Ты слаб, Крис. Нечего сопротивляться, — прошептал Вескер, его губы переместились к шее парня, оставляя влажные следы.       Редфилд попытался оттолкнуть его, но мужчина схватил его запястье и прижал к полу. Его рука упиралась в колено Криса, раздвигая его ноги.       — Я дал тебе шанс, — сказал Вескер, его голос был спокоен, как ледяной ветер. — И теперь ты будешь мне благодарен.       Крис лежал на холодном полу лаборатории, его запястья болезненно сдавлены железной хваткой Вескера. Каждый мускул его тела был напряжен, как тетива лука, готовый сорваться, но Альберт знал, как держать его в узде. Его глаза, холодные и расчетливые, сверкали в полумраке, словно лезвие ножа, готовое вонзиться в самое уязвимое место.       Боль смешалась с чем-то влажным, горячим, непривычным. Крис застонал, его тело извивалось, пытаясь вырваться, но Альберт был неумолим. Его глаза скользнули к чудовищу за стеклом, которое, казалось, наблюдало за ними с безмолвным любопытством. Редфилд сжал зубы, его глаза метались по комнате, пытаясь найти хоть какую-то опору, но там ничего не было, только холодные стены и пугающая тень чудовища, наблюдавшего за ними. Вескер, не обращая внимания на страх в глазах парня, продолжил свои действия. Его рука скользнула вниз, захватывая парня за талию, притягивая его ближе.       — Ты думаешь, я такой же, как они? — прошептал Вескер, его губы почти касались уха Криса, а голос, как бархатный яд, проникал в сознание. — Я мог бы убить тебя прямо сейчас. Но ты мне слишком интересен для этого. — Его свободная рука скользнула вниз, под ремень, туда, где пульсировало тело парня, сопротивляющееся, но уже податливое. — Ты даже понять не можешь, как сильно ты хочешь этого.       Влажные пальцы Вескера проникли в молодое тело парня, Крис сжал зубы, пытаясь сдержать стон, но Альберт был слишком умел. Его язык скользнул по соску парня, вырывая из него звук, который он отчаянно пытался подавить.       — Прекрати, — прошептал парень, но его голос дрожал.       Альберт проигнорировал его. Его пальцы двигались глубже, Крис чувствовал, как его тело предательски отзывается на прикосновения. Альберт убрал руку с его запястий и Крис попытался оттолкнуть его, но мужчина был слишком близко, слишком силен.       — Ты можешь кричать сколько угодно, Крис, — прошептал Вескер, его голос был низким и насыщенным. — Но это ничего не изменит.       Крис сжал глаза, пытаясь отвлечься от боли и неожиданного возбуждения, которое охватывало его. Вескер не сбавлял темп, его пальцы двигались в такт дыханию парня.       — Я мог бы убить тебя прямо сейчас, — продолжил Вескер, его голос был ледяным. — Но это было бы слишком просто.       Редфилд открыл глаза, встретив взгляд Альберта. В глубине его зрачков горел огонь, который Крис не мог понять. Но до того, как он успел что-то сказать, Вескер резко вошел в него, вырывая у Криса крик, эхом разнесшийся по лаборатории. Его голубые глаза, полные боли и отчаяния, встретились с холодным взглядом Альберта, который наслаждался каждой секундой.       — Ты не можешь сопротивляться, — шептал Вескер, его губы прижались к уху Криса, горячее дыхание заставляло мурашки бежать по коже. — Ты всегда был моим, с самого начала.       Крис закусил губу, пытаясь сдержать стоны, но каждый толчок Вескера выбивал из него очередной звук, смесь боли и чего-то еще, чего он не хотел признавать. Его руки, опиравшиеся на пол, дрожали, а Альберт, словно чувствуя его слабость, сжал бедра Криса сильнее, поднимая их выше, чтобы войти глубже.       — Смотри на меня, — приказал Вескер, его голос был жестким, но в нем слышала почти нежность.       Редфилд, не в силах сопротивляться, встретил его взгляд. Альберт улыбнулся, его пальцы сжали челюсть парня, притягивая его лицо ближе. Их губы встретились в поцелуе, жестком и властном, который лишал парня воздуха. Он застонал, пытаясь отстраниться, но Вескер не отпускал, его язык проникал глубже, словно хотел забрать каждую частичку сопротивления.       — Ты мой, — прошептал Вескер, прерывая поцелуй, его глаза горели чем-то, что Крис не мог понять.       Редфилд лишь ответно простонал, не сдерживая крики удовольствия, что горели внутри него. Разум сопротивлялся, а тело поддавалось, руки Альберта хватали бедра грубой хваткой, заставляя принять его без сопротивления. Крис не мог избежать манипуляции мужчины, он был обречен, он был охвачен дикой страстью его нового врага.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

      В полумраке лаборатории, под мерцающим светом аварийных ламп, фигура Альберта застыла над распростертым на полу Редфилдом. Его обычно непроницаемое лицо выдавало сложную борьбу эмоций. После столкновения, в пылу которого Крис потерял сознание, Вескер смотрел на него иначе.       Тишина нарушалась лишь гулким эхом работы генераторов и тяжелым дыханием самого Вескера. Он помнил каждый стон, сорвавшийся с губ Криса, видел искаженное возбуждением лицо. Эти воспоминания, словно ядовитый нектар, просачивались в его сознание, вызывая странное, незнакомое томление.       «Если я убью его сейчас… — думал он, — …этого больше не повторится. Я никогда больше не услышу его, не увижу этого выражения на его лице…»       Альберт опустился на одно колено, осторожно взял руку Криса и прикоснулся к ней губами. Этот жест, такой чуждый его расчетливой натуре, казался откровением. В голове роились мысли, противоречащие его плану, его цели. Жестокая решимость, всегда бывшая его главным оружием, дала трещину. Впервые за долгое время Альберт почувствовал колебание, сомнение. Слова сорвались с губ шепотом, почти неслышно в гуле лаборатории:       «Я не хочу этого делать… Я не хочу тебя убивать».       Признание, адресованное без сознания человеку, казалось безумием. Но Вескер больше не мог игнорировать то, что росло в его сердце — симпатию, граничащую с чем-то большим, к своему давнему противнику.       Тяжело поднявшись, Вескер окинул последний взгляд на Криса. Он знал, что рано или поздно тот придет в себя и уйдет. Его найдут Джилл или кто-то из выживших. И тогда они снова встретятся — как враги, по разные стороны баррикад.       С чувством странной пустоты Вескер покинул лабораторию, оставляя Криса лежать на холодном полу. Он не знал, что ждет его впереди, но одно было ясно — что-то сломалось внутри него, и мир уже никогда не будет прежним.