Крепость: Любовь (roleplay edition)

***

от лица Аддерли Нолана Нолан поднялся затемно. Собрался без лишних движений, тихо — чтобы не разбудить Джесс. Вышел наружу, побродил по пустым улочкам, глядя на мокрый камень. Прощался. С местом, где провёл последние дни — ещё будучи Ноланом Аддерли, обычным человеком без способностей, без магических связей. Усмехнулся собственным мыслям. Зачесал отросшую чёлку назад пятернёй — она лезла в глаза. Сердце билось глухо, ровно. Как перед прыжком в воду, когда не знаешь — мелко или камни на дне. На плацу уже собирались. Военные, исследователи, пара резонантов — их вытащили на миссию, судя по лицам, против воли. Тени под глазами, напряжённые взгляды. Один из них, худой парень с впалыми щеками, сутулился у повозки. Маг огня в десятом поколении. Используют как зажигалку. Нолан подавил усмешку. Чуть поодаль стояли двое в одинаковых серых плащах — специалисты по осколкам. Он видел их впервые. Они не разговаривали ни с кем, просто ждали. Один нервно поправлял ремешок на запястье — раз за разом, автоматически. Другой стоял неподвижно, как столб. Маркиз с усами вещал о зоне поражения, о радиусе осколка, о необходимости держать дистанцию. Будто отряд не знал этого наизусть. Нолан слушал вполуха, сжимая пальцами рукоять меча. Когда маркиз отошёл подальше, он окинул взглядом присутствующих. — Все слышали сэра Гавейна? — голос прозвучал громче, чем планировалось. — Дурью не маяться, хернёй не страдать. Он заметил Джесс сразу. Стояла с краю. Не окликнул. Хотел подойти, взять за руку, сказать не ходить никуда. Не подошёл. Отвёл взгляд. — Разошлись. Выдвигаемся через час. Галло, останься. Солдат подошёл, выслушал, благодарно кивнул и ушёл. Нолан проводил его взглядом — и больше не смотрел в сторону Джесс. Выдвинулись через час. Колонна небольшая: две повозки с припасами, верховая пара на мутировавших скакунах, четверо пеших охранников, трое исследователей, офицер. Специалисты в серых плащах шли позади. Нолан шагал рядом с головной повозкой. Пальцы сжимали рукоять меча — он не мог их разжать, даже когда хотел. За воротами дорога уходила в туман. Он не оглядывался. *** Осколок почувствовался за версту. Как чужое дыхание на затылке. Неприятно.. Воздух стал плотным, липким. Туман набухал, терял серость, наливался белизной. Нолан поднял руку — отряд замер. Исследователи засуетились у своих вещей. Джесс так же принялась за работу. Двое специалистов вышли вперёд, развернули оборудование на земле — тонкие металлические треноги, сферы, мерцающие тусклым светом. Тот, что нервно поправлял ремешок, теперь держал в руках длинную трубку с навершием, похожим на компас. Кивнул Нолану коротко, без слов. Маркиз подошёл сам, протянул сложенный листок. Нолан развернул: цифра «1», подпись: «Кандидат Аддерли. Приоритетный доступ». Сжал бумагу в кулаке, сунул в карман. Он обернулся на секунду. Хотел увидеть её лицо. Не нашёл — она стояла спиной. Шагнул вперёд и почти беззвучно выдохнул: — Прости. Туман сомкнулся за его спиной. *** Внутри было тихо. Совсем. Безветрие, беззвучие — даже собственных шагов не слышно. Белая земля, белое небо, ни тени, ни движения. Нолан сделал шаг — воздух стал вязким. Как будто не шёл, а продирался сквозь густую липкую жидкость. Словно начал задыхаться. Пальцы коснулись рукояти меча, но он не вытащил его — не знал, зачем. Где-то впереди мелькнула тень. Замер. Выдохнул — и понял, что задержал дыхание. Тень исчезла. Шагнул в сторону — и что-то коснулось его плеча. Лёгкое, почти невесомое, чужое. Дёрнулся, обернулся — никого. Он пошёл дальше. Казалось, прошло несколько часов — но чувствовалось, всего несколько минут. Время здесь либо текло иначе, либо не текло вовсе. Он не чувствовал голода, усталости, страха — только странное спокойствие, которое пугало больше любой тревоги. Он ждал. Знал, что должен почувствовать что-то. Готовился к этому всю жизнь. Ничего. Он стоял в белой пустоте и чувствовал, как поднимается паника. Ком в горле. Он был готов умереть, сгореть, превратиться в монстра. Он не был готов к тому, что его попросту не заметят. Потом осколок дрогнул. Белая пелена зашевелилась — как будто кто-то заглянул в туман с другой стороны. Нолан понял: это не из-за него. А потом — свет. Горячий, ослепительный, пульсирующий. Он ударил откуда-то из глубины, разрывая тишину. Нолан закричал. Свет залил его, сжал, вытолкнул наружу — как ненужный комок. Он упал на колени. Грудью в мокрую траву. Воздух — настоящий, холодный, пахнущий землёй. Он вдохнул, закашлялся, поднял голову. Он стоял на той же дороге, по которой вошёл — но на другом конце зоны. Осколок выбросил его в стороне от лагеря, за лесом. Он посмотрел на зону. Там, на границе тумана, стояла Джесс. Его жена. Она была на коленях. Свет шёл из неё — сквозь одежду, кожу, разрывая реальность на части. Тек по пальцам, расходился по земле, поднимался в небо. Он рванул к ней. Не помнил, как добежал. Только как упал на колени рядом, схватил за плечи, притянул к себе. Её тело дрожало, и свет вокруг неё пульсировал ровно — как дыхание. — Джесс! — голос сорвался, хриплый, чужой. — Что ты здесь делаешь?! Она не ответила. Глаза открыты, пусты — смотрели сквозь него, в никуда. Он сжал её сильнее — и почувствовал, как она начинает меняться. Что-то внутри неё двигалось, перестраивалось, росло — будто она становилась кем-то другим, прямо у него в руках. Он не знал, как это остановить. Ужас сковывал его, но он лишь сильнее прижимал её к себе. Голос срывался в отчаянный крик, и слёзы текли по лицу. Свет заливал всё вокруг. *** Он нёс её на руках обратно. Не чувствовал веса — только тепло. Не помнил, как бежал через лес. Ворвался в уже разбитый лагерь — его сразу окружили. Джесс отняли. Силой. Он не сопротивлялся — просто отступил, дал им пройти. Пожилой врач с сединой на висках. Молодой испуганный парень с носилками. Специалисты в серых плащах — один с той же трубкой, прижимает её к груди Джесс. Прибор засветился тусклым голубым светом. Нолан стоял и смотрел, как её уносят в палатку. Потом сел на бревно. Руки дрожали — он заметил это только когда попытался сжать их в кулаки. Глядел на закрытый полог и сжимал в ладони скомканный листок с цифрой «1». Он не стал резонантом. Она стала. Внутри что-то сломалось. Навсегда.

***

от лица Аддерли Джесс (рекомендованная музыка - IronClad Metal Music – Adrian von Ziegler Queen of Thorns 03 Oath) Дорога была тихой. Лес сгущался над головами; порой, свет даже не пробивался сквозь кроны. Под ногами всё скользило. Исследовательская группа обычно малочисленна. Сегодня больше – важный день. Только кто резонант? Джесс присматривалась к людям вокруг, к незнакомым спинам. Это было некой угадайкой. Мысленно поставила на одного из серых плащей. Крыса за пазухой уже не пищала. Только изредка шевелилась, щекоча. В сердцах она уже была проклята за испорченный перекус. Туман нарастал. И пока он не начал поглощать всё вокруг – группа остановилась. Джесс ещё раз кинула взгляд вокруг. Нолан был во главе. Потом переключилась на коллег. Они уже доставали экстренные чемоданы на случай непредвиденных ситуаций. Не стала мешкать; развернула складной стол. Всяко лучше – если придётся оказывать помощь, то точно не на земле. У Джесс была важная задача – вести запись. Вытянула жеребьёвку. «Удачный билет». Мано и Рот были расстроены и сейчас только грубо всучили ей в руки бумаги. Даже в них имя резонанта не раскрывалось, было скрыто под цифрой «1». Первый испытуемый. Уже 5 месяцев они изучают этот осколок. Прогресс есть – и как бы учёной не хотелось протестовать насчёт того, что они ещё не до конца изучили особенности участка, крепость не могла ждать. Всего 5 месяцев, вопрос «что это?» - ещё не раскрыт. Перьевая ручка царапает бумагу, выводя дату. Черновик, который позже следует привести в официальный вид. Джесс усиленно не упускает ни одной детали, чтобы потом не проколоться при составлении документа с отсутствующими данными. «165г. после п.о., 11 октября. 10:34. Прибытие на место аномалии. … 10:48. Инвентаризация. … 10:55. Установка сфер. Проверка показателей – в норме». Джесс пишет следующую запись со временем заранее. «10:58. «1» заходит...». Раздаётся громкий крик одного из специалистов. Действительно заходит. Она разворачивается. И вместо серого плаща видит до боли знакомый черный сюртук и скрывающую рыжеватость фуражку. Крыса пищит и летит в мешке на землю, больше не удерживаемая никем. Что-то гулко бьёт внутри, и каждый стук отдаётся во всё тело. В белом мареве всё удаляется и расплывается любимый образ. И ноги словно бьются обо все ветки. Или это чужие колени? Может, их тела, которые Джесс не заметила, пробираясь к опасности. Возможно, её хватали, оттаскивали, но всё это не более, чем фантомные касания. Ведь там – стоит протянуть руку, или пробежать еще метров двадцать, есть тот, кого ни за что нельзя упустить. К кому она должна попасть незамедлительно. Ни один звук, даже собственный крик, не слышен. Она одна. И чёрт знает сколько бежит вперёд. Когда опускает глаза – ноги не бегут. Словно приросшие к земле. А может, уже пустившие корни? Что-то горячее заполняет всё тело. Сначала кажется – что слёзы; потом – рвота. Нет. Явно не что-то обычное. С этим удушающим горячим чувством никак не справиться; что-то внутри перекраивает её. И всё, что остаётся – это мысли. Быстрые, беспорядочные. «Нолан. С ним всё в порядке?». Первые, непомутнённые. Потрясённый разум, впитавший в себя тысячи страниц историй, рисует страшные картины – он стал монстром. И в этом белом тумане она сама не увидела, как он её поглотил. Странно успокаивает – если это смерть, то сейчас эта жгучая боль пройдёт. А они навсегда останутся вместе. Даже если бы ему этого не хотелось. Из любви или ненависти – уже неважно. Даже если он всё же был с ней из жалости, в конце концов они будут вместе. Жар постепенно уходит, но на смену приходит давление, почти невыносимое. Даже если она сопит, издаёт крики или вопли, всё равно не слышит. Нос полностью заложен, чем – разобрать невозможно; она кашляет, вдыхает, а каждый жадный вдох вызывает ещё больше боли. Не смерть? Или она настолько долгая и страшная? Почему бы ей сейчас не вариться в желудочном соке монстра, бывшего её мужем? Или не быть разорванной на части? Почему бы просто не проснуться среди поля, или хотя бы этого густого холодного леса? Если не прийти к биологической смерти – простой и понятной, скрывающей небытие, то хотя бы очутиться в вечно спокойном месте без тревог, как это проповедуют церкви. Но когда слух возвращается, а зрение проясняется, она оказывается не в мирном саду, а в гомоне. Сзади кто-то кричит, снуёт. Листья копошатся от резких движений и вызывают шорох громче ветра на пустой местности. Зато перед глазами чёрное пятно. Сквозь ресницы пробиваются светлые пятна. Поправить очки. Машинальное действие не удаётся, рука где-то болтается и никак не отвечает на импульс. Только когда сзади кто-то перехватывает тело, Джесс может угадать в мутных пятнах его. С ним всё в порядке. Но он удаляется. «Это он уходит или меня утаскивают?». *** Вокруг мужчины в форме. Один – в таком же белом халате, что и Джесс, весь сморщенный старик, с благородной сединой. Двое специалистов, которых она видела по пути – в серых плащах. Один из них – тот что помоложе, постройнее, на кого она ставила, как на резонанта, -  смотрел с нескрываемой угрозой. Повозка, накрытая плотной тканью, тряслась на кочках – они выезжали из леса. Джесс смотрела на них, как на чужих. Люди, сотрудники той же крепости Астарта, считай коллеги, враз переменились. Вместо презрительного взгляда к сотруднику ниже по должности – подозрительные, обременённые, злостные взгляды. Джесс пытается встать, но не выходит. Руки привязаны к носилке, как и ноги. Крепко закреплены. Тот самый молодой плащ на её попытку приставляет лезвие. - Сэр Корбин, не смейте пугать её ещё сильнее, - строго сказал белый халат. Он был самым тёплым из окружающих, но всё также был отстранён. - Что происходит? – легко сорвалось с губ. Меч не стал отрезвляющим; даже смертельным ей не показался. Позади раздалось шарканье. Перекидывание ноги на ногу. Джесс запрокинула голову – маркиз потягивал папиросу и пускал дым в небольшую щель между тканями. Как бы у него усы не загорелись. - Что ж, - лениво потянул он, словно его долг всё равно выполнен, - похоже, рассудок сохранила. - Ваша светлость, это невероятная радость для всех нас, - доктор вмиг начал лебезить. Его сморщенные ладони тёрлись друг о друга, а лицо скривилось в противной улыбке. Какая ещё радость? Джесс недолго гадала, что же вышло из этой вылазки. Резонант подошёл осколку. И очень даже хорошо. Вот только это не заранее подготовленный человек, а обычный исследователь, учёный. Кто-то на задворках всего процесса. А её оставленный где-то муж, которого ей никак не дают увидеть, - всё же вышел живым из области осколка. Ещё и вытащил её. В отчаянных мольбах и жалких попытках выбраться из носилок, уложенных на пол повозки, она рыдала. Настороженные плащи недолго смотрели на неё как на монстра. Всего лишь истеричная девушка, которая совсем не готова быть солдатом. Которая даже не осознаёт, что уже отличается от остальных. И не может дать сдачи. Не стали даже держать. «Ошибка новичка», - тихо сказал доктор, когда носилка внезапно опустела. В марширующем по прежней тропе из леса конвое она очутилась перед ногами, которые чуть не затоптали её. Подняв голову – на секунду прекратила рыдания, чтобы удариться в них с новой силой, с коей сжимала колени Нолана. на этой доске собраны материалы по ролевой! https://pin.it/75A8b90bH