Демон в обличии человеках

Юта задумался о том, что достаточно неловко думать после секса выгонят ли тебя из квартиры с минуты на минуту. Но тем не менее. Вечер был хорошим, но одно единственное "но" в виде Донхека заставляло затаиться в ожидании худшего. На байк пьяным садиться не вариант, автобусы уже не ходят, а телефон разряжен и провода подходящего тоже нет, такси только если просить вызвать. Просить что-то у Донхека.... Да, тоже не вариант. — Думаешь как съебаться побыстрее? — произносит демон в обличии человека, — Или я всё-таки тебе не настолько не нравлюсь и ты останешься? Кажется проблема решилась сама собой. Хотя если бы не она, то Юта возмутился манипулятивностью Донхека. И правда демон. Зато кровать у Донхёка мягкая. Донхёк -Донхёк-Донхёк... — Нравишься. Упс. Не подумал что сказал. — Ты это сейчас серьёзно? Если да — то ты долбаеб, а если нет — тоже долбаеб. Очень не подумал. Ну если логически поразмыслить, наверное и не нравится, ну так, симпатичный и все. А если не логически? — Тебе очень хочется знать? — было сказано тоном предвещающим какой-то пиздец. — Да, блять, Юта, мне очень хочется знать. — Донхек приподнимается на руки, чтоб ясно видеть бессовестное лицо напротив, — Ты, мразь, целовал меня тогда, а потом сказал забыть про это и начал в тупую от меня бегать. Мне очень хочется знать. Было. Почему? А кто Юта такой чтоб в себе копаться? Донхек чтоли? Нет. Донхек-Донхек-Донхек... Может всё-таки и нравится? Может он не такой дебил чтоб от своих чувств бегать? Как Юта. А на лице демона впервые для Ютиных глаз расцветает такая вселенская обида. Демон красив даже в своей печали, просто красивый, любой красивый. — Я тебя убью если ты будешь молчать, — слезы поблескивают на глазах. Ведь и правда убить может. — Просто с тобой так сложно, я не могу, я не готов, — хотел бы сказать Юта, но это все равно что сказать "я долбаёб который хочет прожить жизнь на отъебись без трудностей.", не маленький уже, поэтому не скажет, — Нравишься ты мне, серьёзно говорю. Получит пощёчину? Или сразу чем по тяжелее ебанет? Слёзы Донхёка падают на постель. "Какой же я еблан. " О Донхеке можно вечно. Вечно говорить, думать и что-то другое. Чем-то он тянет к себе постоянно. Чем-то, что даже на языке не вертится и в мыслях не пархает и близко, чем-то, что просто на ином уровне. Его как-то Джехен привёл тусоваться в компанию. Какой-то мальчик не особо разговорчивый (ну или разговорчивый только с Джехеном). Ничего особенного. Юта успел моргнуть раза два, как мальчик уже общается со всей компанией. И с самим Ютой. Рассказывает, как прошёл его день, присылает глупые гс, желает хорошего дня и спокойной ночи. В какой-то момент бо́льшая часть его экстравертности стала посвещаться Юте. А с поцелуем вообще глупо получилось. Донхек мало того, что липнет постоянно, это еще и растет пропорционально выпитым им алкоголем. А еще он смотрит. Постоянно пялится. Становится жгуче, как под лучем летнего солнца. Вроде бы и ничего прямо не говорит и не действует, но и двусмысленности не скрывает совсем. Это путает. Распутывать Юта, видимо, не умеет. Юта признает, что он тупица. „— У тебя все хорошо? — Донхек заходит в комнату и прикрывает дверь. — Наверное? — Юта сидит на полу, опершись на кровать и залипает в одну точку, — А ты чего пришёл? — Я беспокоюсь. Ты просто взял и ушел молча. — Хек сел рядом и положил голову на чужое плечо. Слова идти через речевой аппарат не собирались, сказать что-то хотелось, а что? Сам и не понял. Ком в горле давил больно. В голове ничего не нашлось кроме как... — Донхек. Поцеловать? Глупо, но Юта сначала делает, а потом уже потом.“