Главное, сапоги!

Ло Бинхэ бесконечно восхищался мудростью своего Учителя. Ведь Шэнь Цинцю знал не только ответы на вопросы, которыми Ло Бинхэ задавался впервые, вроде «Почему солнце восходит на востоке и заходит на западе?», «Почему нельзя стоять под одинокой сосной во время грозы на вершине?», «Как убить зловредного домашнего демона, постоянно убирающего твои сандали с порога, где ты в беспорядке их побросал?», но и на те, что еще не приходили Ло Бинхэ в голову! Например, не успел Ло Бинхэ задуматься о том, что хорошо бы как-нибудь помочь учителю по ночам принимать… его могучее орудие, Учитель вручил ему волшебное зелье и наказал тщательно смазывать им свое могучее орудие, иначе ни в какой осажденный врагами город оно не войдет! Выглядел он при этом настолько грозно, что Ло Бинхэ его послушался. Ло Бинхэ раньше думал, что у Учителя есть таинственная книга, где записаны ответы на всевозможные вопросы, и задался целью ей завладеть — не чтобы властвовать над миром, а чтобы Учитель им гордился! — но никакой книги так и не нашел. Более того, когда Ло Бинхэ упомянул об этой теории неожиданно заглянувшему в гости Шан Цинхуа, тот хохотал настолько громко, что свалился под лавку и Мобэй-цзюню пришлось его оттуда доставать! «Книги нет, Ло Бинхэ! — заявил Шан Цинхуа и снова принялся хохотать. — Таблетка — синяя!» Ло Бинхэ пришел к выводу, что слухи о мудрости его Учителя разнеслись настолько далеко, что глава пика Аньдин смеялся над его сомнениями! Больше Ло Бинхэ не решался позорить звание ученика великого Шэнь Цинцю подобной ерундой. Ло Бинхэ благодарил Учителя за любую мудрость, которой Шэнь Цинцю делился со своим ничтожным учеником, и покорно принимал любые волшебные предметы, которыми тот его одаривал со словами «это, Ло Бинхэ, по сюжету дальше тебе точно пригодится!». Правда, иногда Ло Бинхэ начинал грызть червячок сомнения. Что, если это была не книга, а тайная пещера с сокровищами, которую охраняют сорок разбойников, как в сказке, которую в детстве рассказывал ему Учитель? Волшебная торба? Сундук? Но проверять он не решался! Шэнь Цинцю намертво вбил в его голову правило: «Никуда нельзя соваться, не подумав!». Или оно звучало как: «А ты подумал прежде, чем совать?!». Одно то, что Учитель давал ему наставления и дарил подарки, было огромной удачей! Правда, иногда эта удача принимала странные формы. Сегодня со словами «Это великий артефакт, который защитит тебя от гнева Небес», Шэнь Цинцю вручил ему зеленые сапоги из диковинного материала. Тонкие с виду, они не промокали, даже если шагаешь по горному ручью! И издавали при ходьбе смешной звук, из-за чего Ло Бинхэ, привыкший подкрадываться к врагам со спины бесшумно, чувствовал себя не в своей тарелке. Никто на пике не рискнул поднять его на смех, но все равно… Он был громким, как кот, которому на шею повязали колокольчик! Не настаивай Учитель, что только эти сапоги спасут его от Небесной кары, Ло Бинхэ давно бы их сбросил — в том углу, где обычно пропадали его сандали — и ходил босиком! — Учитель! — взмолился Ло Бинхэ. — Неужели ночью я недостаточно усердно тебя ублажал? — Ты немного переусердствовал, — согласился Шэнь Цинцю и, заметив, как на глаза Ло Бинхэ навернулись слезы, быстро добавил: — Ты старался сдерживаться! Молодец! Но в общем… не в этом дело. — Тебе не нравится? — всплеснул руками Ло Бинхэ. — Учитель, неужели я до сих пор недостаточно хорошо… — Очень хорошо! Можно было и поменьше стараться! Твоему учителю ведь не двадцать лет! — перебил его Шэнь Цинцю. — Но ты понимаешь, бывает, что человек… или демон… один раз допустил оплошность, и до конца жизни ему ее припоминают! В общем, именно это произошло с тобой, мой бедный ученик! — В чем я ошибся, Учитель? — Ло Бинхэ пригладил растрепавшиеся от волнения кудри. — Небесная кара преследует меня за то, что в прошлой жизни я замучил тебя до смерти? Однажды Учитель проговорился, что его преследуют кошмары из прошлой жизни, где Ло Бинхэ — не его любимый ученик, а злодей-тиран. — Не поверишь, но это никого не волнует, — Шэнь Цинцю рассмеялся. — Есть одно место, на Небесах, где проходит некий кворум… Прекрасные небожительницы собираются вместе и голосуют за… — О, Небеса наказывают меня за то, что я слишком красив? — воспрял духом Ло Бинхэ. — Или небожительницы завидуют моей красоте и потому гневаются? — Нет. Раз в год они голосуют за… самый ужасный первый раз. И раньше там всегда участвовал этот парень… как же его? О, вспомнил, Мо Жань! Он каждый раз с огромным отрывом выигрывал, и я за тебя не волновался, но недавно он переродился, взялся за ум и эти злопамятные Небожительницы вспомнили про тебя, мой бедный ученик! — Первый раз? Говорил ли Учитель про первый раз, когда Ло Бинхэ взял в руки меч? Выучил заклинание? Убил демона? Или же про тот… единственный раз, когда у Ло Бинхэ сходу что-то не получилось и он причинил любимому Учителю боль и разочарование? Ох, может, Ло Бинхэ заслуживал небесную кару? Раз где-то на Небесах до сих пор обсуждали его несмываемый позор! — Да, — кивнул Шэнь Цинцю. — Тот самый первый раз. — Учитель, я готов к самому строгому наказанию! Я… — Нет. Я не согласен смотреть на то, как в тебя бьют молнии. У меня слабое сердце! В юности Ло Бинхэ столько раз поражала Небесная кара, что он использовал ее для того, чтобы завивать волосы перед свиданиями. — Мы можем с ними договориться? — спросил Ло Бинхэ. — С небожительницами. — Я пробовал. Они непреклонны и уже вынесли свой вердикт в этом году. Даже Шан Цинхуа не смог нам помочь. — Я могу их соблазнить? — предложил Ло Бинхэ и, видя недовольство Шэнь Цинцю, добавил: — Поколотить? Переубивать всех и стать Владыкой Небесным? — Не сработает. Это другая новелла. И нарушит логику повествования! — Тогда, как мне лучше поступить, Учитель? — Временность является обусловленной вещью. С усердием добивайся достижения своей цели! — Я ничего не понял, — признался Ло Бинхэ. — Честно. — Ло Бинхэ, ты — протагонист. Тебе и не нужно ничего понимать. Походишь месяцок в резиновых сапогах! Авось к тому времени эти небожительницы опять про тебя позабудут.