Разговоры на снегу

Проходя по притихшему на время особняку, мужчина остановился у двери со стеклами, выходящей во внутренний двор. Там, за бассейном и лодкой племянника, находился чудесный парк, усаженный великолепными деревьями, кустами роз и прочими декоративными растениями, которые в ближайшее время, к сожалению, не смогут порадовать своей красотой чей-либо глаз. Природа, отправляясь в спячку, забрала с собой все краски, оставляя людскому глазу лишь белый снег и морозные узоры. Наблюдая за легко скользящими по ветру снежинками, миллиардер разглядел там, в глубине снежного сада, знакомые розовато-фиолетовые мазки. Догадавшись, кто является владельцем красок на столь бледной палитре жизни, МакДак быстро сходил за теплым пальто и вышел на улицу. И действительно, углубившись в парк, Скрудж обнаружил внучку своей домработницы, Веббигейл. Девушка, обмотавшись шарфом настолько сильно, что из всего лица были видны лишь глаза, лежала на снегу. Раскинув руки и ноги, она изображала снежного ангела, устремив свой взгляд куда-то в серое небо. — Не лежи на снегу, дитя, заболеешь, — оперевшись на трость и наклонив голову, перекрывая Вандеркряк и без того не греющее солнце, попросил МакДак. — Не заболею, дядя Скрудж, слишком тепло одета, — прикрывая глаза, ответила девушка. — Что ж, возможно, но думаю, что ради своего здоровья стоит встать. — Дядя Скрудж, прошу, не надо. Бабушка уже прочитала мне лекцию о женском здоровье и прочей ерунде, — отмахнулась Вебби рукой, защищённой фиолетовой перчаткой. — Что же случилось, милая? Ты не весела, как обычно, и не ищешь новое приключение на свою голову. Кстати, где же мальчишки, разве уроки ещё не кончились? — Дьюи остался на репетиции в школьном театре, Луи решил подождать его, а у Хью очередной слёт юных сурков. — Что же ты не осталась с Луисом? — Дядя Скрудж, ты же любишь Голди? Не отпирайся, все видели тот поцелуй, а я ещё и ваше поведение, пока вы были помолодевшими, — игнорируя вопрос мужчины, девушка задала свой. — Ты права, врать смысла нет, тем более ты знаешь мою жизнь как свои пять пальцев. Да, я люблю Голди, но любить её непросто, ведь она не умеет проявлять свои чувства так же, как другие. — А она любит тебя? — Веббигейл наконец перестала блуждать взглядом по всему МакДаку и устремила его прямо в глаза собеседнику. — Полагаю, да, по-своему странно, но любит. А почему ты спрашиваешь? — Потому что тоже люблю... — совсем тихо начала «племянница» Скруджа. — Кого же, дитя? — с некоторым трепетом спросил миллиардер, он не имел никаких прав на этого подростка, но любил его как родную племянницу и сейчас, смотря в её потухший взгляд, ждал ответа. — Дьюи! — выпалила девушка, быстро отворачиваясь от мужчины и сворачиваясь в клубок, прижимаясь лбом к холодным коленкам. — Ох, девочка моя... — только и смог вымолвить Скрудж. Присев на снег рядом, он притянул внучку Клювдии к себе в объятия, шарф девушки сполз с лица, обнажая раскрасневшиеся от мороза щеки и катящиеся по ним слезинки. — Я думал, что вы как брат и сестра. — Я тоже так думала сначала, а потом поняла, что Хьюи и Луи мне действительно стали братьями, а вот Дьюфорд... Он как будто с самого начала был ближе. Да и мне было проще понять его, чем остальных, пока мы расследовали пропажу Деллы, пока я тренировала его, пока он учил танцевать меня вальс. Я поняла, что чувствую к нему что-то другое после вторжения лунян, пока мы летали в «поисках» помощников... И поначалу мне казалось, что и он что-то чувствует ко мне, но когда в начале учебного года он получил роль Ромео в школьном театре, а Джульетта досталось первой красавице школы, он так много говорил о ней, её таланте, красоте, их совместимости на сцене, стало понятно, что для него я просто друг. — И поэтому ты не осталась в школе с мальчишками, — подытожил самый богатый человек в мире. — И всё же это не повод морозить себя, пойдём в дом. Девушка, глубоко вздохнув морозный воздух, стёрла с лица остатки слёз и, встав, отряхнула одежду от снега. МакДак, последовав примеру Веббигейл, отряхнул пальто и, начав беззаботный рассказ о своём приключении в пустыне Гоби, увлёк племянницу за собой в особняк.

***

Утро следующего дня началось для МакДака как обычно, однако, спустившись на завтрак, он недосчитался одной белокурой головы за столом. — Мальчики, а где Вебби? — Мы не видели её сегодня, дядя Скрудж, — отозвался Хьюи, его братья махнули головами в знак согласия. Делла и Дональд ответили так же отрицательно, со вчерашнего дня никто не видел Вандеркряк. — Странно... — протянул мужчина, однако через секунды в трапезную вошла Клювдия с едой. — Миссис Клювдия, а где Веббигейл, она же обычно рано встаёт, — спросил первым Луи. — Она простудилась и ещё спит, поэтому я отнесу ей завтрак позже. Мальчики, пожалуйста, не ходите к ней, чтобы не заразиться. «Ох, бедная девочка, ведь говорил же не лежать на снегу!» — пронеслось в голове у Скруджа. После завтрака слегка расстроенные ребята побрели в свою комнату, сегодняшний выходной обещал быть скучнее остальных, ведь за прошедшие несколько лет они уже привыкли к участию Вебби почти во всех их авантюрах, и чтобы хоть как-то развлечься, Дьюи предложил зарубиться в приставку. Проходя мимо малой гостиной, где обычно зависали дети, миллиардер увидел старшего и младшего близняшек, активно играющих в видеоигру, средний же не особо принимал участие во всеобщем веселье и выглядел очень расстроенным. — Дьюи, мальчик мой, пойдём со мной, кажется, тебя искал Дональд, — позвал мужчина племянника. — Да, дядя, — парень подскочил с дивана и вышел из комнаты к Скруджу. — Пойдём со мной, — однако вместо выхода на улицу, где Дьюи полагал находился Дональд Дак, они направились в сторону жилых спален. — Разве меня не звал дядя Дональд? — удивился синий, когда они остановились у комнаты Веббигейл. — Нет. Я подумал, что ты захочешь проведать её, зная, как вы близки, будто брат и сестра не разлей вода. — Спасибо, дядя Скрудж, — ответил Дьюфорд, однако МакДак заметил, как изменился мальчик в лице при его словах «о брате и сестре». Мужчины зашли в комнату девушки. — Что ж, не буду вам мешать, — намереваясь навестить Веббигейл позже, сказал миллиардер и покинул спальню. Синий близнец присел на край кровати больной. — Ну привет, Вебби. Когда же ты успела заболеть, ведь ещё вчера после школы здорова была. — Уйди, Дью, заразишься, и Джульетта не переживет твоей ранней кончины, — бросила Вандеркряк. — Ну что ты, милая, ругаешься? Я вообще-то беспокоюсь о твоём состоянии, а Джульетта не моя, а шекспировская, и в любом случае переживёт, есть же второй состав, — поправляя одеяло девушке, ответил средний Дак. — Я не ругаюсь, а о тебе переживаю, ты же так хотел сыграть Ромео, я видела пару репетиций. У тебя отлично получается, не хочу, чтобы из-за меня что-то сорвалось. — Не помню, чтобы ты присутствовала хотя бы на одной, — удивился парень. — Ну у каждого свои связи, — сменив гнев на милость, Вебби слабо улыбнулась. — Допустим... Однако я очень расстроюсь, если через неделю ты не придёшь на премьеру. — Думаю, что мальчишки и дядя Скрудж оценят твои старания по заслугам, но постараюсь выздороветь. — Постарайся, милая, ведь я до ужаса хочу поцеловать тебя. — Чт...? — девушка замерла. Однако Дак ничего не ответил, быстро подскочив и выбежав за дверь. — Дьюфорд! Вернись немедленно! — кричала, что было сил Вандеркряк. — Или хотя бы позови Скруджа! — поняв, что парень не зайдет обратно, просила Веббигейл. Через четверть часа и стук в дверь пришёл Скрудж МакДак, присев на место, где ранее был Дьюи, он внимательно осмотрел девушку. — Итак, ты заболела, — начал мужчина. — Ну да, — протянула Вебби, отводя взгляд, будто нашкодившый ребёнок. — Но я просила тебя позвать по другой причине, ведь на эту тему лекцию мне уже прочитала бабушка. — Что же я всё время второй, прям обидно. Ну да ладно, что же ты хотела, дитя? — Прости за то, что отрываю от работы, но только ты сможешь меня понять. Перед тобой заходил Дьюи, мы поговорили, и он сказал, что хочет поцеловать меня, и я не пойму, он издевается надо мной или шутит неудачно? — Хм, что-то мне подсказывает, что он сам не до конца осознаёт, что делает, говорит и чувствует. Если ты хочешь, я мог бы поговорить с ним об этом? — Я не знаю! Порой он выдает гениальный идеи на ходу, порой до него доходит дольше, чем до Зигзага. Хочется, чтобы он сам всё понял, но так дело может затянуться до момента достижения мной возраста бальзаковской женщины. — Я что-нибудь придумаю, а ты отдыхай, милая, хочешь я проведу сюда Хьюи и Луи? — Не надо, не хочу, чтобы кто-то заразился, ты тоже лучше не ходи. — Не беспокойся, Вебби, в этом году я уже болел, — ответил мужчина, потрепав девчушку по голове. Факт того, что даже будучи в постели и с температурой Вандеркряк заботилась о своей семье, разливался в груди мужчины неким теплом.

***

Вечером того же дня вся семья, за исключением Скруджа, Дьюфорда, Клювдии и Веббигейл, нагуливая аппетит, резвилась на заднем дворе особняка, построив снежные крепости и отстреливаясь снежками. И если Вандеркряк спала в доме, а бывший агент 22 готовила ужин, то представители мужского пола не участвовали в зимней баталии по причине разговора. Выдыхая облачко пара, Скрудж осматривал своего племянника, мальчик вырос и за последние несколько лет воссоединения семьи даже возмужал. По мнению МакДака, он как никто подходил на роль пары для Веббигейл, которую мужчина знал с младенчества. — Что же, юноша, значит, Шекспир? — Да, «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте…», — процитировал средний Дак самую знаменитую фразу из трагедии Уильяма Шекспира. — Я погляжу, у тебя и своя трагедия намечается? — С чего ты взял? Я бодр, весел, чистолюбив, окрылён молодостью и возможностью творить на сцене. — То есть поделиться ничем не желаешь? А сердце лишь циркулирует кровь и никаких чувств не излучает. — Неужели всё видно? Что меня выдало: глаза, движения, интонация или слова?! — быстро изменившись в лице, воскликнул обеспокоенный Дьюфорд. — Тише, мальчик мой, успокойся! Не каждый смог бы заметить, но мой опытный глаз не проведёшь. Кто же это, очаровательная леди? — Это Вебби, знаю, ты скажешь, что мы как брат и сестра, но я полюбил её чуть ли не с первого взгляда, ты ответишь, что тогда я был юн. Ну да! Каких-то двенадцать лет! Но постепенно я укоренился в своём чувстве, а ты добавишь, что она видит во мне лишь друга и у меня нет шансов, и я скажу, что ты прав, но ничто не помешает мне любить её в тайне. Дьюи говорил много и долго, видимо, не единожды продумав подобный диалог. И МакДак и слова вставить не сумел, хотя и не пытался толком, знал: Дьюи Дак — личность творческая, эмоциональная, специфическая, ему нужно выговариваться. Однако, когда словесный поток племянника иссяк, миллиардер продолжил диалог. — Полагаю, спросить или признаться ты не пытался. — Нет, ещё нет. Я хотел быть уверен в своих чувствах и признаться после спектакля, но, видимо, стоит сделать это раньше... — Отчего же такие мысли? — Заметил, как Вебби закипает при любом упоминании моей партнёрши по сцене. Думаю, что ей не приятно, ведь я её близкий друг, а тут какая-то другая девчонка вечно ошивается, и, возможно, я через чур много говорю о ней. — Когда же ты собираешься воплотить свой план? — В понедельник, он день, конечно, тяжёлый, но пусть новый этап моей жизни начнется в первый день недели. — Символично! — А то! — улыбаясь, ответил Дьюи.

***

Постепенно суббота подошла к концу, воскресенье, посвященное домашнему заданию, также пролетело не заметно, наступил понедельник, началась новая рабочая неделя. Утром сонные мальчишки, позавтракав, уехали в школу, МакДак также отправился на работу, и особняк опустел. Проснувшаяся ближе к восьми утра Вебби поела, приняла принесённые бабушкой лекарства и взялась за книгу. Казалось, что до возвращения тройняшек Веббигейл не доживёт и просто умрёт от медленного течения времени. Однако девушка пережила и эти трудности, и к трем часам Зигзаг привез племянников Дональда Дака. Быстро пообедав, Хью и Луис сели за уроки, чтобы потом суметь поиграть на улице. Дьюи же быстро решал примеры по математике и делал упражнения по английскому, чтобы поскорей отправиться к Вандеркряк, ему повезло, что сегодня в школе отключили свет и их отпустили с репетиции. Прошмыгнув мимо Клювдии, Дьюфорд после стука вошёл в комнату к её внучке: — Привет! Я принес тебе конспекты, — учился синий близнец, может, и не лучше других, но классные лекции вёл исправно, успевая записывать каждое слово учителя, так ещё имея самый разборчивый почерк в классе. — Дью! Я так рада тебя видеть, хоть одна живая душа за прошедшие часы! — не смогла сдержать восторженного возгласа больная. — Приятно, что ты рада меня видеть. Что же, не буду тебе мешать, отдыхай, — кинул юноша, собираясь подняться с кровати, однако Вебби, схватив парня за руку, умоляюще взглянула на него. — Прошу, останься! Я умираю от скуки, расскажи, что сегодня происходило на уроках, почему ты не на репетиции? Дьюи, довольный, что ему не позволили уйти, поудобней уселся в ногах девушки, начиная свой рассказ о школьном дне. Когда парень закончил, то заметил, что за окном уже начинало темнеть. — Спасибо, что посидел со мной... — Спасибо, что не прогнала, знаешь, я хотел кое-что тебе сказать... — начал Дак. — Помнишь, я сказал, что хочу поцеловать тебя? Девушка молча кивнула, до сих пор не понимая, к чему Турбо ведёт. — Так вот, я сказал это не случайно. Уже на протяжении долгого времени я влюблен в тебя и хотел бы узнать, что ты думаешь об этом? — Дьюи, я тоже, тоже испытываю к тебе что-то подобное... Юноша завис несколько секунд показавшихся девушке вечностью. — Тогда, может, самое время начать встречаться? — Думаю мы можем попробовать, — лицо Веббигейл осветила лучезарная улыбка. — Тогда я наконец могу сделать так, — и не успела Вебби никак отреагировать, как Дьюфорд коснулся её губ своими. Медленно отстранившись, он посмотрел девушке в глаза. — Если ты заболеешь, я не виновата, — только и ответила Вандеркряк, притягивая парня за футболку, и целуя ещё раз.

***

Через несколько дней Дьюи смирно сидел в кресле, пока девчонки гримировали его перед началом спектакля. В зале в этот момент рассаживали зрителей, а на сцене за занавесом расставляли последние декорации. Свет погас, и трагедия началась. Семейство МакДак и Поночка внимательно наблюдали за событиями на сцене. Арии были прекрасно отрепетированы, хореография поставлена на ура, а декорации и костюмы дополняли магию, происходящую на сцене, зрелищностью и красочностью, вишенкой на торте, конечно, была игра ребят. Во время антракта Вебби смогла отделится от своей «семьи» и пробраться за кулисы, там благодаря Лине и Вайолет, которые отвечали за звук и свет, она оказалась в костюмерной, где именно сейчас и находился Дьюи. — Ты всё-таки пришла! — радостно воскликнул юноша, поднимаясь с дивана. — Конечно, я не могла пропустить твою премьеру, это восхитительно! — девушка не заметила, как оказалась в объятиях Дака. — Спасибо... — тихо протянул Дьюфорд куда-то в макушку Веббигейл. В комнату влетела девушка невысокого роста, с длинными золотистыми волосами и в алом платье. — Ромео, милый мой, Ромео! Оу! Я помешала? Простите, но тебя, Ромео, ищет режиссёр. — Да, конечно! Вебби, возвращайся к остальным, скоро начнется второй акт, не заплутаешь в коридорах? — Я провожу её, — вызвалась Джульетта. — Пойдем, заодно надо отыскать моего Меркуцио. Девушки скрылись за дверью и направились в сторону зрительного зала, а Дьюи, помолившись всем святым, дабы его партнёрша не сболтнула ничего лишнего, отправился к режиссёру.

***

— То есть девушка, что играла Джульетту, в реальности встречается с парнем, что был Меркуцио? — уточнил Хьюи. — Да, — спокойно ответил Дьюи, перебирая волосы уснувшей на коленях Вебби. — Что же, юноша, могу поздравить тебя! Ты был великолепен на сцене, прошу, не забрось это дело, как гольф, — обратился к среднему тройняшек миллиардер, когда Хьюстон и Луис отвлеклись на спор завязавшийся между Дональдом и Деллой. — Спасибо, дядя Скрудж! Вообще-то я как раз планировал предложить тебе сыграть в гольф на каникулах. — Обязательно. Но как дела с твоей личной трагедией? Прошло четыре дня с понедельника. — Как видишь, всё прекрасно. Однако мы не успели ещё никому рассказать. Думаю, если Клювдия узнает, что я был у Вебби во время болезни, мне несдобровать. — И ты совершенно прав, а в остальном я рад за вас. — Спасибо, дядя Скрудж, — поблагодарил Дьюфорд мужчину, любуясь Веббигейл.

***

На календаре двадцать пятое декабря, в поместье МакДак только что отгремел салют по этому случаю, и все отправились обратно в дом, дабы выпить горячего какао и открыть подарки. Ну или почти все. Дьюи и Вебби слегка отстали от своей семьи. — Что ты хочешь сделать? — не понимала Вандеркряк. Турбо ничего не отвечал, достав откуда-то серый плед и расстелив его на земле прямо посреди заснеженного сада. Упав на него, он пригласил девушку прилечь рядом, она же, опустив голову ему на живот, уместилась перпендикулярно парню. — Ты только недавно переболела, не хочу, чтобы это произошло снова. — О, Дью, ты такой милый! Пошёл мелкий и чарующий снег, круживший с ветром медленный танец. — Хочешь поговорить о чём-нибудь или помолчим? — Хочу! Расскажи, что вы будете ставить после «Ромео и Джульетты»? — Ещё не знаю, но что-то говорили про Оскара Уайльда и «Кентервильское проведение». — Ты читал его? — Ещё нет, но полагаю, ты читала? — Возможно. Если хочешь, я могу почитать тебе, — предложила девушка. — Если действительно этого хочешь, то я буду только рад, — радостно воскликнул юноша. — Тогда пойдём в дом и спрячемся в библиотеке, где тебя точно не будут искать. — Пошли скорее! Ведь там никто не помешает мне поцеловать тебя, — В подтверждение своих слов Дьюи извернулся и чмокнул девушку в нос. — Тебе и сейчас не особо кто мешает! — По-моему, твоя бабушка не в восторге от наших отношений, — поглядывая на женщину, стоявшую у стеклянной двери, ведущей из дома в сад, и наблюдавшую за подростками. — Придётся натравить на неё дядю Скруджа, а то нам не жить, — ответила девушка, увидев миссис Клювдию.