Мальчики Honkai: Star Rail

Думы обволакивали сознание воина, что искал успокоения в водах Амфореуса. Мидей наслаждался утренним одиночеством, когда посторонние не могли нарушить его уединение. Мысли его блуждали в лабиринте сознания, вырисовывая картины прошлого. Солнце светило ярко, соблазнительно омывая влажную кожу воина. Манящая картина, главным героем которой являлся Мидей, могла завлечь любого творца. Он — совершенное вдохновение для руки умелого скульптора, для пера писца, для кисти художника. Но подобная роль Мидеймоса не заботила, ибо сердце его горело жаждой покорения, установления своего несокрушимого господства. Лёгкие шаги босых ступней привели мужчину в чувства. Огладив взглядом обнажённое женское тело, Мидей остановил взор на лице гостьи. — Ты пришла, – хищная ухмылка разукрасила его уста. — Подойди ближе. Без лишних слов, девушка плывущей походкой оказалась подле Мидея. Ладони её огладили рельефные мускулы, проходясь ноготками по следам, кои были оставлены ей прошлой ночью. — Когда ты зовёшь, я не могу отказать тебе, – соблазнительный шёпот манил Мидеймоса. Блаженная улыбка растеклась на устах, а веки накрыли жаждущий взгляд. Бесцеремонно, мужчина обхватил точёную талию, утягивая девушку в воды. — Дразнишь меня, чертовка? — Всего лишь знаю, насколько хороша в твоих глазах, мой принц, – с нескрываемым удовольствием девушка заигрывала с объектом своей любви. Поведение избранницы заводило златиуса. Страсть в их отношениях горела ярче с каждым днём, и огонь этого пламени не мог затушить никто. Резким движением, Мидеймос усадил избранницу на собственные бёдра, вынуждая оседлать их. — Я только пришла, а ты уже возбудился? — Не болтай много лишнего, милейшая, – без резкости произнёс мужчина, прижимаясь губами к выступающей ключице. Ощущать возлюбленную в своей власти будоражило не только духовное, но и физическое. Мидей чувствовал, как собственное возбуждение упирается меж женских бёдер, потираясь о разгорячённое лоно. — Ты сводишь меня с ума, но это лишь доставляет мне удовольствие, – откровенно высказался златиус, оставляя укус на коже. — У меня всё тело в твоих следах. Девушку это не украшает. — Мои отметины могут лишь украшать, давая статус особенной женщины Амфореуса. Его уверенность не подлежала сомнению. Каждое произнесённое им слово горело не пустой заносчивостью, но знанием о собственном превосходстве. — И не поспорить с тобой, мой принц... Накрывая собственными губами губы любимого, девушка прижалась к нему грудью. Набухшие соски потирались о рельефные мышцы Мидеймоса, возбуждая обоих. Одна из ладоней мужчины опустилась на упругие ягодицы, сминая. Шаловливый язык проник глубоко в рот, устанавливая свою власть. Он — покоритель, что не терпит и малейшего неподчинения со стороны другого. Собственными силами он выхватывает власть, опуская на колени любого, кто не желает подчиниться добровольно. Томный вздох сорвался с девичьих уст от неожиданности происходящего. Силой Мидеймос насадил возлюбленную на возбуждённый орган, заполняя собой влагалище. — Готов повторять множество раз, что ты сводишь меня с ума... – прорычал мужчина сквозь зубы, упираясь головкой в стенки матки. Девушка не ответила, ибо сознание её заволок туман наслаждения. Впиваясь ногтями в спину возлюбленного, барышня в очередной раз разукрасила кожу ссадинами. Мидею это нравилось. Нравилось ощущать боль, рождённую страстью меж ними. Нравилось ощущать следы любимой женщины на себе. Любил он неистово, всецело отдавая сердце в её руки. Преданность его была несокрушима, подобно величественным горам. Первый толчок сорвал сладострастную мелодию с пленяющих Мидея уст. Полуприкрытый хищный взор с наслаждением упивался реакцией любимой. Наблюдать за ней во время слияния — блаженное удовольствие для Мидеймоса, сравниться которое не могло даже с принятием амброзии. Ладонями златиус обхватил ягодицы девушки, приподнимая и опуская податливое тело. — Неужели наша прошлая ночь высосала из тебя все жизненные соки, и ты не можешь скакать на моём члене, как делаешь это обычно? – с насмешкой пролепетал мужчина, желая распалить в любимой огонь страсти. На провокации девушка поддалась моментально. Соблазнительная поза взбудоражила сердце Мидеймоса. Плавно, она начала двигаться на члене любимого, сохраняя зрительный контакт. — От тебя невозможно отвести взгляд, – прохрипел златиус, ощущая, как мышцы обхватывают горящий половой орган. — Мои глаза всегда прикованы лишь к тебе, – ласковым шёпотом она опалила ухо возлюбленного, прикусывая мочку. Лёгкую власть над собой он дарил лишь в момент физической близости, когда сознание сковано цепями удовольствия. Противиться ей в этот момент Мидеймос был не в силах, а потому позволял ловким ручкам и губам изучать его тело. Шаловливый язычок проходился по шее Мидея, опускаясь ниже, к набухшему от возбуждения соску. Пальчиками девушка зажала твёрдую горошинку, натирая подушечкой. — Какого это, когда я ласкаю твоё чувствительное место? – ехидно проворковала девушка, упиваясь удовольствием от взгляда избранника. — Маленькая чертовка... – прошипел Мидеймос, с силой впиваясь в девичьи ягодицы. Рывок и девушка оказалась прижата к бетонной поверхности, в то время как Мидей расположился позади. Без лишних слов, златиус проник во горящее лоно, срывая желанный стон с уст любимой. — Я буду трахать тебя до тех пор, пока ты не сорвёшь голос, маленькая дрянь. Возбуждение достигло своего апогея. Разум Мидеймоса затуманил дурман страсти, сковывая цепями. Мужчина наслаждался сладострастными вздохами и вскриками, что срывались с чужих уст. Двигался он резко, полностью заполняя членом любимую. Заботился Мидей не только о собственном удовольствии. Лицезреть, как путы блаженства сковывают избранницу, — бесценный подарок. Ладонью он огладил мягкую кожу ягодиц, опускаясь по бёдрам ниже, — к лону девушки. Пальцы мужчины опустились на пульсирующий клитор, стимулируя. Он знал, как доставить ей удовольствие за считанные минуты, но спешить было некуда. Поддразнивать, растягивая столь дражайшее сердцем мгновение в компании возлюбленной, — один из показателей любви к ней. Он желал проводить подле неё как можно больше времени, а посему момент физической близости, когда соединяются не только тела, но и души, был бесценнейшим. Окутанная крупной дрожью, девушка извивалась в объятиях Мидеймоса. Движения свои он не останавливал, но ускорял. Головка члена вбивалась в матку, а ловкие пальцы дразнили пульсирующий клитор. — Должно быть, ты уже испытала ни один оргазм, – с хищной насмешкой произнёс златиус, проводя свободной ладонью по спине любимой. Наклон — мужчина подарил жаждущему ласки телу долгий поцелуй. Губы его проходились по выступающим лопаткам. Каждый миллиметр кожи любимой он старался одарить своими поцелуями. Тело её — произведение искусства, созданное для любви. И любовью её Мидеймос одаривал сполна. Последний толчок. Приглушённый мужской рык разнёс мурашки по женскому телу. Она смогла одарить наследного принца блаженством, от чего сердце трепетало птицей в клетке. Обессилено, девушка опустилась, ощущая, как горячая жидкость заполняет её влагалище. — Однажды ты станешь матерью моих детей, – со вздохом произнёс Мидеймос, восстанавливая дыхание после испытанного оргазма. — Ты самая достойная и моя любимая женщина. Опустившись подле избранницы, Мидей обхватил уставшее тело руками. Лёгким движением, он усадил возлюбленную на собственные бёдра, прижимая её к бьющемуся от всепоглощающей любви сердцу.