Потрясающее Снотворное/A Terrific Soporific

Джон едва не споткнулся о порог гостиницы, затаскивая две сумки внутрь и пытаясь не попасть под дождь. Позади него через дверь Шерлок видел темный, непроглядный ливень, накрывший Уэстклифф. На маленькую деревушку уже опустилась ночь, и им давно пора было найти место для ночлега. Шерлок потянулся, чтобы придержать дверь для Джона, который ответил усталым взглядом, выражающим признательность. Три дня, почти без перерыва, они искали зацепки по своему последнему делу. Подозреваемый, виновный в тройном убийстве в Лондоне, заманил их в гусиную погоню через семь разных городов, оставляя за собой трупы на каждом шагу. Предвидеть его передвижения было захватывающе интересно, но под конец даже Шерлоку захотелось поскорее закончить это дело. К счастью, все закончилось впечатляюще, когда Джон нагнал убийцу в ближайшем лесном заповеднике и провел эффектный скользящий захват, который выбил ноги преступника. Шерлок быстро догнал его и обнаружил, что Джон прижал его к земле с пистолетом в руке и торжествующе ухмыляется. Вскоре прибыла местная полиция и взяла подозреваемого под стражу. Однако адреналин давно выветрился, и Джон выглядел до крайности усталым. Стряхивая капли дождя со своего пальто, Шерлок не мог не оценить состояние Джона. Усталые морщинки подчеркивали тяжелый взгляд, контур плеч заметно обвисал, а его обычное, как у человека, терпение было измочалено до предела. Джон был измотан, в этом не было никаких сомнений. По правде говоря, Шерлок чувствовал себя таким же уставшим, как и Джон, хотя вряд ли это было чем-то новым. Большую часть жизни он страдал от периодических проблем со сном, но за последние несколько месяцев хроническая бессонница превратилась в постоянный недуг. С годами интенсивность этого состояния то обострялась, то ослабевала, но нынешний приступ был хуже всех, которые он когда-либо испытывал. Джон считал его устойчивым к усталости каким-то неопределенно сверхчеловеческим способом, не вполне осознавая, что ему приходится бороться, чтобы выглядеть «нормально». Так оно и шло, когда у него было дело, отвлекавшее его, и безграничный адреналин захлестывал его. В перерывах между работой Шерлок проводил ночи дома в тягостном оцепенении, параллельно пытаясь заснуть и все больше расстраиваясь, когда сон продолжал ускользать от него. В те редкие ночи, когда ему удавалось заснуть, сон оказывался непродолжительным. Волнение, вызванное делом, уже не помогало справиться с последствиями столь короткого сна. Его чувства, и без того значительно притупленные, с каждым днем становились все более слабыми. Он не был настолько невежественным, чтобы не замечать этого. Если он не найдет решение в ближайшее время, его когнитивные функции еще больше ослабнут и станут совершенно бесполезными. Это была мучительная проблема, не имеющая очевидного ответа. На что он вообще был годен без своего разума? Джон оставил сумки и подошел к низкому столу, за которым коренастый трактирщик перелистывал экземпляр вечерней газеты. — Здравствуйте, нам нужна комната, пожалуйста. Две кровати. — попросил Джон. Трактирщик поднял голову и весело рассмеялся. — Извините, ребята, но наши комнаты с отдельными кроватями уже заняты. — Он поднял газету и указал на заголовок. — Видите ли, из-за ежегодного фестиваля ячменя на этой неделе.  — Что, в такую погоду? — Шерлок насмешливо хмыкнул. Он окинул взглядом причудливую приемную, с презрением отметив, как плохо его глаза фокусируются на чем-либо, находящемся на расстоянии более десяти футов от него. Словно он смотрел на мир через неисправную линзу. Трактирщик пожал плечами. — Фестиваль проводится здесь уже триста лет. Небольшой дождь никого не испугает.  — Тогда две одноместные комнаты. — с досадой сказал Джон. — Их тоже почти не осталось, но я посмотрю, что у нас есть в наличии, — предложил трактирщик. Он подошел к регистрационной книге и начал просматривать заказы. Через мгновение он ткнул пальцем в бумагу и с надеждой посмотрел вверх. — Мистер и миссис Фартинг не регистрировались. Их комната свободна. Правда, там только одна кровать.  Джон оглянулся на Шерлока, затем посмотрел в окно на дождливую ночь. — Может, попробуем в другом месте? Шерлок безразлично пожал плечами. В любом случае, спать ему сегодня не придется. — Все остальные гостиницы тоже забиты туристами. — Поведал трактирщик. — Думаю, у них также всё занято.  — Ладно, мы возьмем комнату. — ответил Джон, протягивая свою карточку.

***

Совместное проживание не было для них в новинку, и, когда они вошли, никто даже не заикнулся про единственную в номере кровать. Это был уютный номер, явно оформленный и обустроенный так, чтобы понравиться семейным парам. Джон бросил их сумки на пол, снял пальто и бросил его на один из стоящих рядом стульев. Не говоря ни слова, он порылся в одной из сумок, пока не нашел пижаму и зубную щетку, после чего скрылся в ванной. Шерлок опустился на другой стул в комнате. Он устал почти до физической боли. Он потер глаза костяшками ладоней, беззвучно проклиная свою бессонницу. Между усталостью и облегчением стояла досадная невидимая стена, которую он еще не придумал, как преодолеть. Сегодня будет еще одна долгая ночь. Он знал, что лучше провести ее за чтением или исследованиями, чем впустую валяться в постели. Джон вышел из ванной в футболке и пижамных штанах, его рука была сжата в крепкий кулак. Он приблизился к сидящему Шерлоку, затем разжал пальцы и протянул две маленькие белые таблетки. — Я слышу, как ты ворочаешься по ночам. — заметил Джон. — В последнее время ты плохо спал. Скорее, вообще не спал. Шерлок закатил глаза от такого предложения. — Снотворное? Мне не нужно снотворное, Джон.  — Ты же не будешь сидеть всю ночь. Я вижу, как ты устал.  В последнее время Джон стал жутко наблюдательным в отношении намерений Шерлока. Чаще всего он ошибался в деталях, но, похоже, всегда знал, что что-то не так. — Я не буду принимать снотворное. Мой мозг и так нечеткий. Мне не нужно ухудшать свое состояние еще больше. — раздраженно ответил Шерлок. Джон мрачно нахмурился, а затем свободной рукой вынул одну из таблеток. — Ладно. Тогда одну.  По какой-то причине Джон был особенно упрям, когда дело касалось здоровья Шерлока. Споры с ним быстро перерастут в крики, если Шерлок не разрядил бы обстановку прямо сейчас. В знак компромисса он взял у Джона таблетку и демонстративно положил ее в рот. Это было достаточно просто — высыпать лекарство в ладонь и сделать вид, что он его проглотил. Джон коротко и удовлетворенно улыбнулся. — На кровати, а не на стуле. — предупредил он. Шерлок поднялся с места, собрал свои вещи и отправился в ванную. Закрыв за собой дверь, он тщательно растолок таблетки в мелкую пыль и высыпал остатки в мусорное ведро. Джон никогда не узнает.

***

Когда Шерлок вышел из ванной, свет в комнате был погашен, а Джон уже лежал в постели. Единственным источником света было слабое свечение, исходившее от окна, по которому по-прежнему беспрерывно стучал дождь. Он перебрался на свободную сторону кровати, откинув покрывало. Он остановился, глядя на затылок Джона, который вжался в подушку. Джон лежал на боку и был отвернут от Шерлока. Быстрое наблюдение за частотой дыхания показало, что Джон уже погрузился в глубокий сон. Неудивительно, если учесть, как он устал. Шерлок позавидовал тому, как легко Джон засыпает. Шерлок наконец забрался в кровать и натянул на себя одеяло. Гладкие простыни были уже согретыми благодаря Джону. Он потянулся, чтобы ощутить это в полной мере, а затем улегся и смирился с тем, что ему предстоит еще одна беспокойная ночь. Если уж ему пришлось лежать здесь, то, по крайней мере, в постели с ним был его личный источник тепла. Джон обычно спал спокойно, за исключением тех случаев, когда ему снились кошмары, которые Шерлок слышал снизу. Он повернулся на бок, наклонившись к Джону. С такого близкого расстояния он отчетливо ощущал запах, который, по его мнению, был характерен для Джона после окончания дела. Обычно он ощущал его только в такси, когда они возвращались домой, или когда Джон проносился мимо него, чтобы сдать машину после особенно изнурительного дня. В основном это была смесь ароматов всех мест, где они бывали вместе; в данном случае - сырость сельского ливня, приторная аура нескольких сортов низкорослых местных растений и отчетливый намек на грязные пастбища, заросшие осенней гнилью. Под ним скрывался уникальный земляной запах Джона, сильный и приземленный. Привкус блеклого адреналина свидетельствовал о его возбуждении от событий дня. Сегодня к этому добавился запах мыла и зубной пасты, придававший ему домашний уют. В совокупности это был идеальный обонятельный образ их совместной жизни и один из любимых ароматов Шерлока. Дыхание Джона было мягким, а грудь плавно поднималась и опускалась с каждым вдохом. Его ровный темп без труда вел Шерлока, и вскоре его собственное дыхание замедлилось в соответствии с дыханием Джона. Шерлок почувствовал, как на него накатывает сонливость, и отстраненно подумал, насколько теплой будет температура тела Джона по сравнению с простынями. Возможно, ему следует провести эксперимент, чтобы определить, насколько эффективно сохраняется тепло. Увлекательный эксперимент. Постепенно мысли и неясные размышления, которые обычно терзали Шерлока, улеглись, уступив место постоянному присутствию Джона. Он почти не заметил, как мир медленно погрузился во тьму.

***

В следующее мгновение Шерлока разбудило движение, когда он поднялся с кровати. Он согнул руки, ощутив под пальцами мягкие простыни теплого места, которое теперь пустовало. Он жалобно хмыкнул в подушку, желая, чтобы рядом с ним снова оказалась теплая масса. Дверь в ванную резко захлопнулась, и Шерлок открыл глаза. Потребовалось мгновение, чтобы его сознание зафиксировало утренний солнечный свет, проникающий в окно. Шерлок тут же подскочил в кровати, потрясенный. Он заснул. И спал.  Всю ночь. Одна рука все еще лежала в углублении, где лежал Джон. Шерлок отдернул ее, недоумевая, как ему удалось так легко избавиться от бессонницы. Но это была правда: прикроватные часы подтверждали, что он проспал почти восемь часов. Более того, впервые за несколько недель его разум был удивительно ясным. Он обвел взглядом комнату, проверяя свое недавно восстановленное зрение. Дверь в ванную со скрипом открылась, и в комнату вошел Джон. Несмотря на взъерошенные волосы, его глаза были внимательными и яркими. Увидев Шерлока в вертикальном положении, Джон приостановился и улыбнулся. — Видишь? Разве ты не рад, что принял снотворное? — спросил Джон. — Ты выглядишь гораздо более отдохнувшим.  Шерлок на мгновение уставился на него, затем неопределенно кивнул. Отдохнувшим? Он чувствовал себя заново родившимся. Недели и недели мучительных попыток, а он заснул, даже не попытавшись. В его голове роились теории, он пытался согласовать результат с данными. Единственным статистически значимым изменением было присутствие Джона. Следовательно, нужно допустить, что именно Джон стал решающим фактором. — И вот еще что, — сказал Джон, копаясь в сумке. — Мне плевать, как тебе скучно, Шерлок, но ты должен держать свои руки при себе, пока я пытаюсь заснуть. Я и так часто становлюсь невольным подопытным, когда не сплю, и мне не нужно больше поводов для сомнений, накачен ли я снова наркотиками.  — Не глупи, Джон, — ответил Шерлок. — Я накачиваю тебя наркотиками только тогда, когда это имеет отношение к делу. Мы только что закончили одно из них.  Джон сузил глаза, наблюдая за Шерлоком так, словно не совсем ему верил. Это была еще одна область, в которой инстинкты Джона обострились, и вполне обоснованно. Шерлок почти никогда не пичкал его наркотиками в перерывах между делами, но он наверняка проводил свои поведенческие и когнитивные тесты на забывчивом Джоне. В подтверждение этому у него хранились обширные записи, зарытые где-то в спальне. — Что ж, — сказал Джон, оторвавшись от обвинительного взгляда, и натянул джинсы. — Нам лучше поторопиться. Поезд на Лондон отправляется через два часа. Я готов вернуться домой на Бейкер-стрит.  Шерлок размышлял, сидя на месте и глядя на Джона. Идеи прорастали в его голове, как грибы после дождя. — Хм, да. В конце концов, у меня полно работы. 

***

Как известно любому ученому, истинная проверка правильности гипотезы заключается в надежном воспроизведении результатов. Шерлок яро подозревал, что Джон — источник его вновь обретенной способности спать, но он был полон решимости исключить все возможные посторонние переменные. Если причина действительно в Джоне, потребуется тщательное планирование, чтобы успешно интегрировать его в привычный режим сна Шерлока. Ночной сон в Уэстклиффе освежил его, но недели лишенные сна не могли быть решены так быстро. Вскоре после того, как они вернулись на Бейкер-стрит, Шерлок почувствовал, как на него снова наваливается знакомая усталость. Ему требовался еще один хороший ночной отдых, и как можно скорее, если он хотел сохранить работоспособность. Симптомы ослабли, но это был лишь вопрос времени, пока они не вернутся с новой силой. Первые несколько дней он старался как можно полнее воссоздать обстановку в гостинице в своей спальне. Отопление, освещение, влажность, посторонние шумы — все, что только можно было придумать. Шерлок достал идентичные простыни, приобрел наматрасник и подушки, которые в точности повторяли все, что было в ту ночь. В кои-то веки природа оказалась на его стороне: пошел непрекращающийся дождь, который в точности имитировал прежнюю погоду. Когда все было готово, Шерлок провел десятки тестов, чтобы убедиться, что созданная обстановка поможет ему уснуть. Однако что бы он ни пробовал, ничего не помогало. Он положил на кровать рядом с собой увесистую подушку, надеясь, что ее масса успешно послужит суррогатом Джона. Это не помогло, и Шерлок покопался в шкафу, пока не нашел один из трех джемперов, которые он стащил из комнаты Джона, и обернул его вокруг подушки. Когда это не помогло, он накрыл всё электрическим одеялом, чтобы повторить тепло тела Джона. Но заснуть все равно не удалось. Получившийся конгломерат был ужасной заменой Джону. Через четыре дня он был на грани отчаяния. Оставался только один путь, и это был сам Джон.

***

Главная проблема, которую необходимо было решить, — это неприкосновенность личной жизни Джона в его комнате и его вещей. Шерлок редко заходил в спальню наверху, когда Джон был дома, и если бы он вдруг начал заглядывать туда, это показалось бы очень подозрительным. Он не мог напрямую попросить Джона разрешить ему спать там, поскольку разделение постели по обоюдному согласию с другим мужчиной было практикой, которую Джон считал выходящей за рамки нормального поведения и, следовательно, неудобно табуированной. Опыт подсказывал Шерлоку, что Джон будет защищаться и отвергнет его, если он затронет эту тему так прямолинейно. Лучше всего было бы найти другой способ обмануть Джона и разрешить ему спать с ним в одной постели. Однако прежде чем приступать к столь деликатному заданию, Шерлок хотел испробовать последнюю стратегию. Такая возможность представилась ему уже следующим вечером. Он сидел за столом в гостиной в халате и лениво просматривал на ноутбуке возможные схемы, жертвой которых легко мог стать Джон. — Я к Наташе. — легкомысленно сообщил ему Джон, натягивая пальто возле двери. Он взглянул на Шерлока, чтобы убедиться, что тот его слушает. Шерлок нахмурил брови, не удосужившись поднять глаза. Наташа. Наташа? Ах, ну конечно. Так, должно быть, звали последнюю подружку Джона. В груди заклокотало раздражение. Почему Джон не может просто остаться здесь? Шерлок поднял на него глаза и издал двусмысленный звук. Джон, казалось, всегда интерпретировал этот звук так, как ему хотелось. — Ну всё. Тогда до встречи, — ответил Джон с легким раздражением. Он поднял с пола и перекинул через плечо сумку средних размеров. Это движение неожиданно привлекло внимание Шерлока. В сумке было достаточно места для одежды на один день и туалетных принадлежностей, которые могли понадобиться Джону к вечеру. Он собирался остаться на ночь у этой Наташи. Это означало, что завтра Джона не будет по крайней мере до середины дня, и его комната будет пуста. — До встречи. — сказал Шерлок, язвительно вскинув брови и горько усмехнувшись. Джон исказил выражение своего лица, на мгновение смутившись от того, что за этим высказыванием скрываются чувства. Тем не менее он просто вздохнул и спустился по лестнице. Шерлок наблюдал из окна, пока Джон не поймал и не сел в такси. Машина отъехала, и он закрыл шторку. Пришло время раз и навсегда покончить с его теорией. Взлетев по лестнице с впечатляющей скоростью, он резко остановился перед закрытой дверью спальни. Шерлок осторожно протянул руку, медленно повернул ручку и толкнул ее. Он с опаской заглянул в пустую комнату - на тот случай, если Джон предусмотрел какие-либо меры защиты от возможных злоумышленников. Как ни удивительно, их не было. Он же не Шерлок, в конце концов. Но проверка никогда не помешает. Шерлок прошмыгнул внутрь и бесшумно закрыл за собой дверь. В комнате, как обычно, было темно и до боли опрятно. У Джона было не так уж много личных вещей, но те, которые он считал самыми важными, бережно хранились в коробке в глубине шкафа. Сентиментальный человек, Джон. Когда он уезжал надолго, Шерлок часто проводил много времени, перебирая все подряд: фотографии и сувениры с его службы в Афганистане, открытки и письма от друзей и родственников, даже старые сертификаты и ценные курсовые работы со времен учебы в университете. Большинство из них были функционально бесполезны. Иногда Шерлок думал, что если он будет долго рассматривать памятные вещи Джона, то сможет полностью расшифровать, что же делало Джона таким... Джоном. Со временем в коробке стали появляться и другие вещи. Вырезки из газет о делах, над которыми они вместе работали. Брошюры и проспекты с достопримечательностями, которые они посещали в ходе своих расследований. Множество зернистых фотографий, сделанных, очевидно, телефоном Джона, с мест преступлений и других объектов. Шерлок обычно стоял где-то в кадре, вышагивая, приседая или осматривая тот или иной предмет. Похоже, Джону нравилось фотографировать его во время глубоких раздумий, хотя Шерлок не мог понять, почему.   В темной тишине комнаты Шерлок раздвинул аккуратно заправленное постельное белье и скользнул между простынями. Возможно, если ему повезет, бессонницу удастся победить просто запахом Джона и близостью вещей, которые ему принадлежали. Если так, то Шерлок сможет спать, пока Джона нет в квартире. Так будет гораздо легче справиться с ситуацией, не вызывая подозрений. В постели Джона было прохладно, а простыни были натянуты слишком плотно. Шерлок встряхивал их, пока они не ослабли, и ворчал от слабого тепла, выделяемого трением. Потянувшись за одеялом, он перевернулся на живот и обхватил его, как кокон. Положившись между подушкой и одеялами, он почувствовал, как его захлестывает запах Джона. Мышцы Шерлока медленно расслабились, и он практически влился в матрас. Шерлок пролежал так несколько часов, пытаясь уснуть. Он оставался в дремотной полудреме, его сознание беспорядочно скакало между несвязными и ненужными мыслями. Атомные номера и индивидуальные свойства благородных газов. Наиболее эффективные способы очистки шелка от пятен крови. Алфавитный указатель всех видов, относящихся к роду marmota. Невыносимо. Он протянул руку по поверхности простыней, касаясь той стороны кровати, где, очевидно, спал Джон. Беспорядочные мысли в его мозгу замедлились, а затем затихли, когда он сосредоточился на ощущениях под кончиками пальцев. Здесь Джон лежал каждую ночь, когда они были дома. Шерлок представил себе его, свернувшегося калачиком, выглядящего и чувствующего себя точно так же, как в том идеальном воспоминании, которое Шерлок сохранил о ночи в гостинице. Его голова на подушке, тепло, исходящее от его отдохнувшего тела. Как он дышал. То, как он просто... существовал. Как будто в этом не было ничего выдающегося. Как будто он не знал, с какой легкостью вселяется в чужие мысли. Мысли Шерлока внезапно оборвались, когда дверь с грохотом распахнулась. Верхний свет мгновенно вспыхнул с болезненной яркостью. Шерлок напрягся, как олень в свете фар. Он ничего не слышал снизу. Как он мог ничего не слышать? Джон ворвался в комнату, с досадой швырнув сумку о дверцу шкафа. Он положил руки на бедра и небрежно огляделся по сторонам. Заметив лежащего на кровати Шерлока, Джон физически вздрогнул. — Господи! — Что ты здесь делаешь? — резко спросил Шерлок. Джон удивленно моргнул, широко раскрыв глаза. Он то открывал, то закрывал рот, сбитый с толку вопросом. — Эм… это моя комната, Шерлок. Думаю, более уместным будет вопрос, что ты здесь делаешь? Несколько секунд они смотрели друг на друга. Этого времени Шерлоку хватило, чтобы понять, что произошло, по языку тела и одежде Джона. Очевидно, он приехал к Наташе, рассчитывая остаться на ночь. Поначалу Джон чувствовал себя немного неуютно, но после нескольких бокалов вина немного расслабился. В какой-то момент в течение следующих девяноста минут Наташа устроила грандиозную ссору. Поскольку они встречались меньше двух недель, это наверняка был традиционный девичий спор о работе и приоритетах Джона, а именно о времени, которое он проводит с Шерлоком. Должно быть, она была особенно злобной в своих комментариях, потому что Джон расстроился и прекратил отношения прямо там и тогда, забрав свои вещи и вернувшись домой. Джон по-прежнему наблюдал за ним, ожидая объяснений. Шерлок сразу же определил наиболее подходящую в данной ситуации защиту: хрупкость. Джон был сострадательным и всегда был готов помочь тем, кого считал слабым или ущербным. Шерлок постарался как можно лучше изобразить болезненное замешательство. Возможно, Джон подумает, что он болен. Не впечатлившись, Джон приподнял бровь и вздохнул. Он на это не купился. — Не нужно театральности, Шерлок. Если тебе что-то нужно, просто спроси.  Что-то нужно. Шерлок отбросил фальшивое выражение лица и нахмурился. Может быть, Джон капитулирует, если он просто скажет ему, что ему нужно? Нет, оставался значительный риск, что Джону станет не по себе и он в одностороннем порядке отвергнет эту идею. И где тогда окажется Шерлок? По-прежнему без сна и с разгневанным, оскорбленным блоггером. У которого есть пистолет. Нет, спасибо. Шерлок отвернулся. — Я не мог уснуть. - тихо заметил он. — Ты все еще не засыпаешь? — спросил Джон, в его тоне прозвучала нотка беспокойства. Его манера поведения изменилась, и он стал профессиональным врачом, критически осматривая Шерлока со своего места. — Сейчас посмотрю, может, найду какие-нибудь таблетки.  Джон вышел из комнаты, Шерлок опустился на кровать. Еще одно снотворное? Это может сработать. Да, все может быть идеально, если он все правильно разыграет. Он слушал, как Джон возится в ванной комнате рядом, тщательно продумывая свои следующие решающие шаги. Когда Джон вернулся, у него в руках была небольшая пластиковая бутылочка с рецептом. Он открыл крышку и высыпал в руку две таблетки. Они были голубого цвета и вытянутой формы. Шерлок взял их, ткнув в таблетки пальцем. Он взглянул на Джона. — У тебя нет тех, что были в прошлый раз? Они сработали.  Джон вздохнул, потом пробормотал что-то о том, что попробует их найти. Он снова вышел из комнаты.  Зажав таблетки в руке, Шерлок как можно тише сполз с кровати. Он прошелся по полу, обходя все запомнившиеся ему скрипучие места, затем нагнулся и бросил таблетки за радиатор. К тому времени, когда Джон вернулся, Шерлок лежал в кровати, изображая самый лучший сон, который ему когда-либо доводилось видеть в своей жизни. Рука, державшая таблетки, была слегка вытянута и открыта, что говорило о том, что он принял их и быстро поддался усыпляющему действию. Сейчас или никогда. Шерлок слушал, закрыв глаза, пока Джон слегка шевелился, явно не решаясь разбудить Шерлока и заставить его спуститься вниз. Шерлок ждал, ждал... потом услышал, как Джон скинул ботинки на пол. Джон пошарил в сумке, выключил потолочный светильник и ушел в ванную комнату.  Пятнадцать минут спустя, пока Шерлок поддерживал иллюзию сна, Джон вернулся и тихонько забрался в кровать, от него доносились знакомые ароматы мыла и зубной пасты. Шерлок услышал его тихий вздох, когда он опустился на подушку. Джон наконец успокоился, и Шерлок улыбнулся в темноте.

***

Он проснулся с небольшим усилием, сознание окутала пелена дремоты. Спектр света, проникающего через окно, в сочетании со временем года подсказывали Шерлоку, что сейчас все еще ночь. И, к счастью, ему снова удалось заснуть. В сознание пришло понимание своего тела, и тут же возникло странное ощущение. Шерлок опустил взгляд в полумрак, чтобы рассмотреть чужеродную, раскаленную массу между своими руками. То, что он увидел, однозначно подтвердило его склонность обнимать Джона, когда тот спал, что могло бы быть неудобным и пугающим признаком, если бы не было так невероятно удобно. Одна его рука лежала на груди Джона и на его боку, а другая непонятным образом была засунута под него. Потребовалось мгновение, чтобы понять, что давление на одно из его бедер было вызвано тем, что оно оказалось из-за ног Джона. Шерлок почти полностью заключил его в клетку из конечностей. Но, как ни странно, бессознательное "я" Джона не возражало. Джон лежал в основном на спине, наклонив голову к Шерлоку. В объятиях Шерлока он ощущался удивительно твердым и реальным, что было совершенно нелепым наблюдением, потому что, конечно же, Джон был реальным. Почему же это казалось таким неожиданным? Шерлок чувствовал каждый неглубокий вдох и выдох груди Джона и ощущал его сердце, которое отбивало ровный ритм о его бицепс. Обычные признаки жизни, не вызывающие никаких опасений. И все же разум Шерлока бесполезно кружился в петле растерянного благоговения перед этим подтверждением очевидного. Джон пошевелился во сне. Шерлок напрягся, когда он начал двигаться по собственной воле и повернулся на бок. Податливый и расслабленный, Джон прижался к нему так, словно это была самая естественная поза в мире. Его лицо оказалось на одном уровне с ключицей Шерлока. Он был таким теплым, и Шерлок не мог удержаться от того, чтобы тут же не записать свои наблюдения о его температуре, весе и тысяче других мельчайших деталей. Другие люди видели в Джоне стоическое существо, непоколебимую гору, противостоящую шторму Шерлока. Но если бы следовало провести символическое сравнение с состоянием материи, Шерлок назвал бы его водой. Крепче камня, поскольку вода почти не поддается разрушению. Она также была более стойкой и терпеливой, поскольку, как бы вы ее ни искажали и ни изменяли, вода всегда возвращалась в свое естественное жидкое состояние. Неважно, сколько лет это займет - полгода или пятьдесят, - она просто терпеливо восстановит себя, пока проступок не будет стерт. Это тоже было уместно - идеальное дополнение к сухой и зачастую хрупкой натуре Шерлока. Джон приспосабливался ко всем трещинам и текстурам, заполняя новые пробелы по мере их появления и оставляя Шерлоку ощущение целостности. Без каких-либо усилий со стороны Джона он всегда был именно таким, каким его хотел видеть Шерлок. Даже сейчас он бессознательно пристроился рядом с Шерлоком, прижимаясь к его телу. Джон сделал медленный, глубокий вдох и выдохнул теплый воздух на грудь Шерлока. Вдруг он тихонько засмеялся во сне, рот изогнулся в улыбке. Шерлок задумался, что ему снится. Рука Джона коротко дернулась, а затем медленно скользнула к нему. Он нежно провел рукой по изгибу ребер Шерлока, заключая его в ответные объятия. Джон подтолкнул его голову внутрь, прижавшись лбом к его плечу. В одно мгновение полезность Джона как средства для сна стала казаться не такой уж важной. В груди Шерлока появилось странное покалывание, и он с относительной уверенностью предположил, что уровень дофамина в крови повышается. По какой-то причине его телу доставляло огромное удовольствие держать Джона так близко. Он был безотчетно рад, что именно он, а не эта Наташа, получил возможность попробовать Джона таким образом сегодня вечером. Почему ему давно не пришло в голову сделать это с Джоном? А, точно. Потому что, как бы ни возбуждал его спящий Джон, бодрствующий Джон не отреагировал бы так благосклонно. Пора было направить все свои силы на то, чтобы каждую ночь ложиться в постель Джона. Неважно, что придется сделать, но регулярное переживание этого будет стоить того. Шерлок позволил себе снова погрузиться в беспробудный сон.

***

Утром, открыв глаза, Шерлок обнаружил, что находится в постели Джона один. Он все еще лежал на боку, раскинув руки, и зарылся под одеяло. Судя по тому, как сжалось постельное белье, Джон оставался прижатым к нему всю оставшуюся ночь. Это также указывало на то, что Джон проснулся в таком положении, а значит, теперь он был полностью осведомлен об их склонности обниматься, засыпая в одной постели. Несмотря на это, Шерлок чувствовал себя невероятно хорошо. Лучше, чем когда-либо за долгое время. Он перекатился на спину, разбирая впечатляющий каталог наблюдений. Их было поистине ошеломляющее количество, и почти все они касались Джона. Спустившись вниз, он обнаружил, что Джон молча стоит на кухне. В пижаме, с кружкой чая в руке, он прислонился к стойке со странным отрешенным выражением лица. Это было его типичное выражение легкого расстройства. Шерлоку оно было хорошо знакомо. Когда Джон наконец заметил присутствие Шерлока, его взгляд метнулся вверх, а затем быстро опустился обратно. Он поднял чай и сделал длинный глоток. Судя по языку его тела, Джон явно переживал внутренний конфликт из-за того, что произошло предыдущей ночью. — Доброе утро. — поприветствовал Шерлок. Он и сам чувствовал себя безмерно бодрым. На столе стояла вторая кружка чая, и он с удовольствием взял ее. Он окинул взглядом несколько культур на столе, которые он оставил расти на ночь. — Эм... утро. — отрывисто ответил Джон. Похоже, он не собирался быть очень разговорчивым этим утром. Шерлок сел на стул и поднес один из образцов к микроскопу. Он поставил кружку и стал возиться с циферблатами, приближая бактерию к фокусу.  Джон молчал, но периферийным зрением (довольно отличным) Шерлок заметил, что Джон наблюдает за ним. В течение нескольких минут он не двигался, даже не моргал. Шерлок почти буквально слышал, как в голове Джона вращаются ржавые шестеренки. Его охватило странное желание встать и прикоснуться к Джону, но он подавил его, почувствовав раздражение. Его несовершенное физическое "я" было готово на все, лишь бы вернуть себе ощущения прошедшей ночи. В голове Шерлока пронеслись призрачные воспоминания, пальцы покалывало от утраченного тепла Джона. Шерлок помнил, каким податливым и уступчивым он себя чувствовал, как легко Джон потянулся к нему. И вот теперь он стоял в пяти шагах от него, бесстрастно потягивая чай. Как могло случиться, что один человек может быть таким безумным? — Ты не мог бы перестать это делать?- резко спросил Шерлок, выпрямляясь и глядя прямо на него. — Что делать? — ответил Джон, снова поднимая кружку к лицу. По крайней мере, на этот раз он сохранил зрительный контакт. Казалось, он снова стал прежним. — Быть тобой, — почти без раздумий ответил он. Шерлок хотел сказать Джону, чтобы тот перестал отвлекаться, но, честно говоря, эффект не пропал бы, даже если бы Джон покинул комнату. Или квартиру. Или страну. Джон просто стоял, смотрел, ждал, был. Его брови медленно сошлись в любопытную линию. — Делать что, Шерлок? — повторил он. — Стоять там. — спокойно пояснил Шерлок, указывая на окно. — Ты загораживаешь свет. Джон закатил глаза и поставил пустую кружку в раковину. Он прошел мимо, выходя из комнаты, и Шерлок провел следующий час, делая вид, что краткая близость не вызвала у него мурашек по коже. После обеда Джон принес домой бутылочку снотворного по рецепту и протянул ее Шерлоку с нарочитым видом.

***

С этого момента поиск способа вернуться в постель Джона стал для Шерлока всепоглощающим проектом. Той же ночью он предпринял первую попытку. Пока Джона не было дома, он прокрался наверх и положил свой телефон под кровать. Шерлок терпеливо выждал час после того, как Джон отправился спать, а затем поднялся наверх. Он толкнул дверь Джона и вошел в кромешную тьму. Свет снаружи был достаточно ярким, чтобы он смог разглядеть суровый и неодобрительный взгляд Джона, который смотрел на него сверху. — Думаю, мой телефон где-то здесь. — объявил Шерлок. Джон вздохнул и сел, затем указал на выключатель верхнего света. Шерлок нажал на него, заливая комнату светом. Поморщившись от яркости, Джон заслонил глаза одной рукой. — Где ты видел его в последний раз? Шерлок пожал плечами, и они начали обыскивать комнату. Вернее, Джон обыскивал комнату. Шерлок намеренно обшаривал те места, где не было телефона, при этом старательно избегая смотреть на Джона в его пижаме и облегающей футболке. — О! — сказал Джон, приседая рядом с кроватью. Он вытащил телефон из-под нее и встал, протягивая устройство Шерлоку. — Спасибо. — ответил Шерлок, подойдя и взяв его. Он сел на край кровати, пролистывая экран и делая вид, что проверяет сообщения. — Пропустил что-нибудь важное? — спросил Джон. Шерлок неопределенно хмыкнул, погрузившись в свой телефон. Джон просидел так несколько минут, пока наконец не прочистил горло. — Мне нужно поспать, Шерлок. — напомнил он ему. — Ах, да. — рассеянно ответил Шерлок. — Тогда мне придется попросить тебя уйти. — уточнил он. Шерлок встал и повернулся лицом к Джону. Его волосы были взъерошены, и Шерлоку необъяснимо захотелось протянуть руку и пригладить их. Джон отвел глаза. Он чувствовал себя неловко. — Ну что ж. Спокойной ночи. — сказал он. Он не совсем ожидал просьбу уйти, но Шерлок надеялся, что Джон хотя бы покажется безразличным к тому, останется он или нет. Это разочаровало, но подтвердило, что Джон будет сопротивляться любым дальнейшим возможностям разделить постель.

***

Шерлок продолжает упорно посещать комнату Джона поздно ночью, надеясь найти какую-нибудь критически важную возможность, которую он сможет использовать в своих интересах. Сначала он пришел побеспокоить Джона, попросив еще снотворного. Джон сказал ему, что он уже принял максимальную дозу и больше не даст, хотя на следующий день оставил для Шерлока новую бутылочку на кухонном столе. Затем он предположил, что Джон, возможно, действительно страдает от апноэ во сне и, чтобы убедиться в этом, ему нужно, чтобы кто-то понаблюдал за ним в течение ночи. Джон попросил Шерлока прекратить попытки поставить диагноз врачу, потому что у него явно не было опыта в уходе за пациентами, и, кроме того, он демонстрировал ужасную манеру поведения у постели. После нескольких попыток стало ясно, что проникновение на вражескую территорию не принесет желаемого результата. Вместо этого Шерлок стал искать способы заставить Джона спать вне своей комнаты-крепости. Сначала он старался как можно дольше отвлекать Джона от выполнения ложных поручений и бесполезных экскурсий. Он надеялся утомить Джона до такой степени, чтобы он заснул внизу, но Шерлок быстро понял, что за время их совместной жизни Джон выработал неожиданный уровень выносливости, чтобы не спать. Теперь, когда запасы энергии Шерлока истощились, Джон мог легко сравниться с ним в выносливости. Он ненадолго задумался о том, чтобы напоить Джона, но быстро подсчитал, что допустимый уровень алкоголя Джона превышает тот, который среднестатистический посетитель паба считает обычным. Джон станет подозрительным, если Шерлок вдруг начнет поощрять пристрастие к крепким напиткам. Кроме того, пьянство сделало бы Джона непредсказуемым и потенциально более сложным для манипулирования. Ещё можно было симулировать болезнь, чтобы Джон почувствовал себя обязанным заботиться о нем, но медицинский опыт Джона и его знакомство со здоровьем Шерлока делали эту возможность маловероятной. Осознание того, что действенное лекарство от его проблемы находится так невероятно близко и в то же время невозможно далеко, негативно сказывалось на его бессоннице. Организм Шерлока, изголодавшийся по сну, стал регулярно подводить его. Каждый раз, когда он оказывался рядом с Джоном на диване или прислонялся к нему в Скотленд-Ярде, его тело автоматически пыталось отключиться и впасть в странную гипнотическую полудрему. После первых нескольких случаев Джон забеспокоился и предложил Шерлоку уменьшить дозу лекарств. Прошло три недели с тех пор, как он в последний раз полноценно спал, и Шерлок впал в отчаяние. Он перешел к самым безумным планам, все из которых были невероятно опасны и вряд ли удадутся более одного раза. Симулировать болезнь не получится, так, может быть, стоит специально заразить себя настоящей болезнью? Ничего разрушительного или уродующего, но эпизод фарингита или гастроэнтерита был бы не лишним. Однако, зная чрезмерную осторожность Джона, он наверняка попытается отправить Шерлока в больницу, где его накачают всевозможными отупляющими лекарствами. Другая возможная идея — снова начать употреблять кокаин. Шерлок не испытывал потребности в нем с тех пор, как появился Джон, но в случае необходимости он мог бы послужить полезной цели. Когда Джон обнаружит эту привычку, он, несомненно, обеспечит Шерлоку безопасную детоксикацию. Единственным минусом было то, что это полностью разрушит доверие между ними. Шерлок не был уверен, что хочет обменять его на краткосрочную выгоду. Кроме того, оставался вариант повредить квартиру и заставить их снова поселиться в отеле. Самым вероятным вариантом повреждения был бы "случайный" взрыв или нашествие вредителей, что заставило бы власти признать здание непригодным для проживания на какое-то время. Он мог бы заранее договориться обо всем в отеле, чтобы им снова пришлось делить постель. Идея казалась многообещающей, пока Шерлок не понял, что это приведет к излишнему финансовому стрессу для миссис Хадсон. Она этого не заслуживала, даже если это означало, что Шерлок не выспится. В конце концов, дело дошло до последней идеи Шерлока. Идея была проверенной и верной, хотя ее долгосрочность вызывала сомнения. Он решил обратить сострадание Джона против него самого и подсыпать ему большую дозу транквилизаторов, которые он раздобыл для лечения бессонницы Шерлока. Он очень нуждался в облегчении, а одурманивание Джона гарантированно принесет результат. Весь следующий день Шерлок внимательно наблюдал за Джоном, следя за тем, чтобы тот не употреблял алкоголь или другие вещества, которые могут вызвать опасную реакцию при смешивании с лекарствами. Вечером он растолок несколько таблеток и тщательно отмерил точное количество с учетом веса и обмена веществ Джона. Шерлок упаковал дозу и отнес ее на кухню, где его ждали две пустые кружки. Он высыпал порошок в одну из них и включил чайник. Шерлок готовил чай лишь изредка, но это было достаточно обыденным событием, чтобы Джон не задумывался, когда тот приносил ему кружку. По телевизору скучный актер бубнил что-то в банальной драматической передаче, Джон слушал лишь наполовину, листая газету на журнальном столике. Шерлок молча поставил кружку с наркотиком рядом с ним, а затем отошел к столу со своей кружкой, чтобы наблюдать за происходящим из-за экрана ноутбука. Джон выпил кружку за двенадцать минут - чуть меньше, чем в среднем за вечер. Он не любил, чтобы чай остывал.   Через пятнадцать минут затаенного дыхания Шерлок заметил первые признаки того, что успокоительное начало действовать. Джон моргал неестественное количество раз, напряженно всматриваясь в газету, так как его зрение затуманивалось. Спустя еще несколько минут он вздохнул, отложил газету и снова устроился на диване, чтобы посмотреть телевизор. После этого он почти не двигался. Шерлок не сводил с него глаз и почти час наблюдал за тем, как Джон периодически моргает, а его взгляд постепенно становится остекленевшим. Частота дыхания Джона заметно снизилась, и Шерлок был почти уверен, что он близок ко сну, когда его бровь вдруг слегка нахмурилась. Он поднял слабую руку перед лицом и несколько минут растерянно смотрел на нее. — Шер... Шерлок... — Джон сонно произнес, изо всех сил стараясь держать взгляд. — Ты... ты... накачал меня наркотиками? Проклятье, он все быстрее разбирался в этих вещах. Шерлок встал и небрежно подошел к дивану. — Да, Джон.  Мышечный релаксант, содержащийся в лекарстве, лишил Джона возможности физически реагировать на происходящее, но Шерлок заметил, как дрогнула его рука, откинувшаяся на бок. Глаза Джона были очень расфокусированы. — Что...? — спросил он медленно и густо. — Просто небольшой транквилизатор. С тобой все будет в порядке.  — Ты... чертов... — слабо прошептал Джон, закрывая глаза. Но было уже слишком поздно. Джон затих, превратившись в бессознательную массу на диване. Шерлок схватил пульт и выключил телевизор. Джон выглядел совсем иначе, чем когда он действительно спал. Не было ни едва заметных подергиваний, ни динамичного дыхания, а лицо было рыхлым и бледным. По сути, он был мертв для всего мира. Пришлось повозиться, чтобы переложить Джона так, чтобы он лежал горизонтально на диване. Совершенно бессознательный, он оказался гораздо тяжелее, чем Шерлок ожидал. Шерлок сразу же отметил, что ему не нравится, что Джон был вялым, как тряпичная кукла. Однако при приложении достаточной силы он легко двигался, и вскоре его положение удовлетворило Шерлока. Он повернул Джона на бок и скользнул между ним и спинкой дивана. Шерлок был более чем готов наконец уснуть, но, когда он устроился на подушке и обнял Джона, глубокое чувство тревоги превысило всякое облегчение. Джон был теплым, но что-то в этой ситуации было не так. Тем не менее Шерлок закрыл глаза и усилием воли заставил себя заснуть. Но сон не приходил, как в предыдущие ночи с Джоном. Время тянулось медленно, и, как он ни старался, привычная сонливость никак не могла навалиться на него. Все, на чем он мог сосредоточиться, — это на том, каким вялым и неживым казался Джон. Что с ним было не так? У него было именно то, чего он хотел. То, чего он ждал неделями, чтобы вернуть. Шерлок открыл глаза. Все было по-другому. Даже отдаленно не похоже. Джон был слишком неподвижен, единственное движение - неглубокое, анестезированное дыхание. В нем не было чуткости, и это очень беспокоило Шерлока. Он скучал по тому, как Джон реагировал на него, когда они по-настоящему проводили ночь вместе, как они естественно прижимались друг к другу. Джон не подходил ему, как сейчас. Он был реквизитом, и не более того. Это не срабатывало. Вздохнув с сожалением о поражении, Шерлок сел на диване. С его уходом Джон еще больше обмяк на подушке, лишившись напряжения. Он выглядел жалко, и Шерлок почувствовал внезапный укол ненависти к себе за то, что так с ним поступил. — Возможно, это было плохое решение - накачать тебя наркотиками. — сказал он бессознательному телу Джона. Он встал, оставив Джона на боку. Это было самое безопасное положение, чтобы он мог прийти в себя после лекарства. Шерлок удалился в свою комнату в вихре разочарования. Зайдя внутрь, он захлопнул дверь и принялся вышагивать с бешеным разочарованием. Все должно было получиться. На первый взгляд, сценарий был идеально продуман и соответствовал всем основным критериям, необходимым его организму для сна. Было почти обидно, что его тщательно продуманный план был сорван по такой коварной причине, как эмоциональное расстройство. Джон был в полном порядке и восстановился бы без проблем. Так почему же Шерлоку было так неприятно видеть его в таком состоянии? Возможно, потому, что он манипулировал Джоном по своим личным причинам, а не просто собирал данные для раскрытия дела. Но в этом не было никакого смысла: регулярный сон позволил бы ему работать эффективно, а значит, раскрытие больших дел и поимка больших преступников в долгосрочной перспективе. В теории уравнение было совершенно верным, но на практике, похоже, не хватало какого-то важного компонента. По правде говоря, даже если бы это сработало, он не мог по логике вещей продолжать постоянно пичкать Джона наркотиками. Должно было быть другое решение, но ничего не выходило. Шерлок провел остаток ночи в задумчивости, занимая себя сбором коллекции щелочноземельных металлов. Вскоре после рассвета из гостиной раздался громкий стук. Шерлок тут же вскочил и выбежал из комнаты. Возле дивана на полу лежал обмякший Джон. Очевидно, он упал с подушки, подтянувшись на руках, и медленно поднимался. Его способность двигаться, похоже, работала нормально. Шерлок протянул руки, чтобы помочь ему. Джон выглядел ошеломленным и совершенно растерянным, когда оказался в вертикальном положении и прислонился к дивану. — Аргх. — простонал он, потирая глаза. — С тобой все в порядке? — спросил Шерлок. Джон коротко моргнул, глядя в пол, затем поднял глаза на Шерлока. Его голова покачивалась, так как он изо всех сил старался держать ее ровно. — Я не знаю. Что произошло? Ретроградная амнезия. Это был обычный побочный эффект такого мощного транквилизатора. Шерлок не ответил, выжидая и наблюдая за реакцией Джона. Он выглядел физиологически стабильным и быстро восстанавливал свои когнитивные функции. В выражении лица Джона появилось подозрение. На целых две минуты быстрее, чем обычно в подобных случаях. — Ты опять мне что-то дал? — спросил он, сузив глаза. Шерлок отвел взгляд. — Ммм? — Я знаю, когда мне дают успокоительное, Шерлок. И тяжелое, раз уж я ничего не помню о прошлой ночи. — сделал вывод Джон. Несмотря на себя, Шерлок испытал легкое чувство гордости за проницательность Джона. — Это была важная возможность для исследования.  — Ты не можешь просто случайно накачать меня наркотиками, потому что тебе скучно. — ответил Джон, начиная злиться. — Это опасно и безответственно.  — Я достаточно опытен в расчете правильных доз для тебя, Джон.  Он фыркнул от презрительного смеха. — Что именно ты со мной сделал?  — Ничего экстраординарного. - успокаивал Шерлок нудным тоном. — Ты принял транквилизатор и довольно быстро потерял сознание. Я несколько раз записал твои жизненные показатели и дал тебе поспать. — А ты не мог меня предупредить? — недоверчиво спросил Джон. — Это испортило бы результат. Частью цели было проверить, заметит ли такой настороженный человек, как ты, если тебе что-то подсунут.  Скептицизм был написан на его лице. — Это не похоже на самое научное исследование.  Шерлок пожал плечами. — Это было очень познавательно.  Джон на мгновение уставился на Шерлока, затем ухватился за край дивана и приподнялся. — Не смейте давать мне еду или питье в течение некоторого времени. И вообще, не ходи на кухню. - пригрозил он. Все еще шатаясь, он поднялся на ноги и снова потер лицо. — Господи. Пойду-ка я спать.  Шерлок смотрел, как Джон поднимается по лестнице. Он остался один в гостиной, мучительно соображая, что же ему теперь делать.

***

Шерлок метался по своей спальне. Прошел месяц с тех пор, как он в последний раз был в постели Джона. Неудачный эксперимент с транквилизатором Джона оставил его обескураженным и справедливо удрученным. Он был страшно усталым, с расшатанными нервами, помутившимся рассудком и начинающим давать трещины здравым смыслом. Шерлок посмотрел на свою кровать, которая, судя по всему, не слишком отличалась от кровати Джона. Единственным существенным отличием было ее содержимое. Он взглянул на стоящий на тумбочке пузырек со снотворным. Наконец-то дошло до этого. Оставалось два варианта. Шерлок мог добровольно принять лекарство и надеяться, что его организм научится спать регулярно и, в конце концов, самостоятельно. Однако такой результат не был гарантирован, и он фактически искалечил бы самую важную часть себя. Он уже не раз испытывал на себе действие подобных снотворных, и всегда это приводило к помутнению рассудка и отсутствию наблюдательности. Он не мог работать. Он не смог бы делать ничего полезного. Но перед лицом безумия и принудительной госпитализации это могло оказаться предпочтительнее. Другой вариант — пойти и взять именно то, что он хотел. Если понадобится, он объяснит это Джону и рискнет услышать отказ. В любом случае ему было уже все равно. Пусть Джон делает что хочет, пусть он будет в ярости, оскорбленный и испытываемый все остальные чувства, которые сочтет нужным. Это не имело значения. Шерлок просто хотел, чтобы все это закончилось, чтобы он наконец уснул и отключился от боли мира бодрствования. К черту все это. Он вышел из своей комнаты и как можно тише зашагал вверх по лестнице. Было уже очень поздно, и Джон почти наверняка находился в разгаре цикла REM. На верхней площадке Шерлок осторожно толкнул дверь и проскользнул в темноту. Он обошел кровать с незанятой стороны, прекрасно избегая скрипучих мест, даже без возможности видеть. Шерлок остановился и прислушался. Он слышал дыхание Джона, медленное и спокойное. Он все еще спал. Шерлок осторожно натянул покрывало и забрался в кровать. Простыни нагрелись знакомым теплом Джона, и он улегся, чтобы насладиться им. Похоже, движение матраса разбудило Джона, потому что он внезапно вздрогнул. Через мгновение в темный воздух вырвался слабый вздох. — Шерлок, что ты делаешь? Он прижался головой к подушке, испытывая странную благодарность за то, что его ночное зрение не работает и он не видит Джона. Так было бы легче. — Мне нужно поспать здесь.  Матрас слегка прогнулся, и Шерлок предположил, что Джон приподнялся, чтобы посмотреть ему в лицо. — Ты принял снотворное? Я не помню, где... — Нет. — твердо сказал Шерлок. Его пальцы вцепились в ткань одеяла, словно оно могло приковать его к кровати. — Мне нужно спать здесь.  — Ты не будешь спать в моей постели. — холодно сообщил ему Джон. Он не выглядел довольным. — К сожалению для тебя, именно это и произойдет.  — Есть такая вещь, как обычная вежливость. — предупредил Джон. — Скажи мне, что происходит, или спускайся вниз.  — У меня бессонница.  Он почти слышал, как Джон закатывает глаза. — Да, я заметил. Вот для чего нужны были таблетки.  Шерлок тяжело вздохнул. — Я не принимал никаких таблеток. — кисло признался он. — Ну, тогда это твоя проблема.  — Нет, Джон, — сказал он, закрывая глаза. — Я не принимал их. Никогда. С тех пор как ты впервые дал мне их в Уэстклиффе. Ты же знаешь, я не принимаю лекарства, которые притупляют мои чувства.  — Что? Ты сказал, что они работают... — Дело не в таблетках, а в тебе. - сказал Шерлок, находя слова. Пора выложить все на стол. — Я проверил всеми известными мне способами и убедился, что только с тобой в одной постели я могу заснуть.  Наступило молчание, которое длилось так долго, что Шерлок начал сомневаться, действительно ли Джон собирается отвечать или просто останется немым до конца своих дней. — Как... как это работает? — наконец спросил Джон, тщательно выверяя свой тон. Хорошо, это было хорошо. Пока никаких признаков гнева. — Я не знаю, почему именно, но мне кажется, что твой естественный циркадный ритм как бы подстраивается под мой. Мне приятно, когда ты рядом, и я просто следую твоему дыханию.  — Так вот к чему была вся эта драма? И поэтому ты был в моей постели в тот последний раз? Шерлок поплотнее натянул на себя одеяло. — Нет. Ты меня удивил. Я думал, что мне будет достаточно той обстановки, которая напоминает мне о тебе. В конце концов, все получилось.  — И... и эти... - он запнулся. Шерлок легко представил себе румянец, который, несомненно, распространился по лицу Джона. — Я думаю, что мои прикосновения к тебе были бессознательными, автоматической реакцией. Я не делал этого намеренно. Думаю, и ты тоже.  Джон снова замолчал. Знал ли он вообще, что в свою очередь протянул руку? — Почему ты не сказал мне об этом с самого начала? — поинтересовался Джон. — Обычно тебе не составляет труда попросить именно то, чего ты хочешь.  — Я думал, что ты откажешься.  — Раньше тебя это никогда не останавливало.  Настал черед Шерлока замолчать, размышляя над этим. Джон был прав. Почему он так долго не решался спросить? Он постоянно делал вещи, которые расстраивали Джона. В том числе недавно подсыпал ему наркотики. Но почему-то эти поступки не имели такого веса и значения. Просить о чем-то подобном, о том, в чем он действительно нуждался и чего хотел, было куда более личным делом. Простыни сдвинулись, и Шерлок почувствовал, как под одеялом на него легла теплая рука. — Ты боялся отказа. - тихо заметил Джон. Он звучал ближе. — Интересно.  — Можно мне остаться? — спросил Шерлок, чувствуя себя неуютно и сыро. Это было незнакомое ощущение, и оно ему не очень-то нравилось. Джон нерешительно сдвинулся с места и вздохнул. — Тебе это тоже полезно. - предложил он. — Я знаю, что тебе до сих пор снятся кошмары. После того как я побывал здесь с тобой, ты несколько ночей спал лучше. Скажи мне, что я не ошибаюсь, Джон.  Рука обхватила его ладонь. — Хорошо. Сегодня ночью, хорошо. - сказал Джон. — Мы разберемся с этим утром.  Они снова улеглись в темноте: Джон сзади, Шерлок - спереди. Их руки оставались вместе, спрятанные под одеялом. Шерлок держал глаза открытыми, пока его ночное зрение не развилось настолько, что он смог различить очертания Джона рядом с собой. Любопытство росло, и он медленно провел пальцами по запястью Джона. Пульс был учащен. Джон был встревожен. Шерлок заснул, гадая, сколько времени прошло с тех пор, как Джон понял, что тоже хочет этого.

***

Он проснулся, почувствовав теплое дыхание на своей шее. Все было спокойно и приглушенно. Даже мирно. Солнце, должно быть, только-только приблизилось к горизонту, потому что свет из окна был слабым и окрашенным в насыщенный оранжевый цвет. Шерлок приподнялся на подушке, задевая короткие волосы, которые щекотали ему нос. Он медленно открыл глаза и увидел, что голова Джона почти полностью закрывает ему обзор. Шерлок придвинулся чуть ближе, а затем вдохнул его. От него исходил успокаивающий запах дома и удовольствия. Шерлок со спокойной ясностью осознал, что ему не нужна коробка, подобная той, что Джон хранил в глубине шкафа. Ему не нужны мелкие предметы и бумажки, напоминающие о счастье. У Шерлока было живое воплощение, которое было с ним каждый день, куда бы он ни пошел. Когда он смотрел на Джона, то видел все свои любимые воспоминания, заключенные в одном улыбающемся докторе. Шерлок напряг мускулы, ощущая свое тело. Он полуобернулся к Джону, который все еще лежал на спине. Их руки снова сплелись, хотя отчетливое тепло на спине Шерлока подсказало ему, что Джон запустил руку ему под рубашку. Шерлок почувствовал знакомый прилив дофамина, и понял, что это может стать его любимой частью любого дня. Он слегка приподнялся и посмотрел вниз на смятые одеяла. Да, он определенно душил Джона всю ночь. При свете дня это было странное зрелище. Джон потянулся во сне, недовольно хрюкнул и попытался заставить Шерлока снова лечь на него. Шерлок согласился, улегся и снова положил голову рядом с головой Джона. Джон удовлетворенно вздохнул - длинный выдох, который Шерлок почувствовал всем телом, - и наклонил голову, прижав ее ко лбу Шерлока. В этот момент Шерлок испытал поразительно сильное чувство тоски. Он хотел этого гораздо сильнее, чем когда-либо. Больше, чем хорошего серийного убийцы, больше, чем он хотел, чтобы Майкрофт испарялся каждый раз, когда он его видит. Он хотел прижиматься к Джону каждый день, каждую ночь, и чтобы ему позволяли делать это без вопросов и оговорок. Он хотел иметь Джона рядом и не отпускать его, продолжать прикасаться к нему, пока не узнает, есть ли какой-то конечный конец у этой мучительной, ненасытной потребности. Но он знал, что произойдет, когда Джон проснется. Он скажет Шерлоку, что это больше не повторится, что Шерлоку нужны соответствующие лекарства и он больше не может использовать его в качестве средства для сна. Джон теперь знал все, и Шерлоку больше не удастся его обмануть. Он дорого заплатил за эту ночь, но почему-то соотношение цены и результата не казалось ему таким уж несбалансированным. Он закрыл глаза и провел следующие десять минут, крепко впечатывая в свою память каждую деталь, каждое незначительное наблюдение и ощущение. Джон мирно продолжал дышать под ним, ни о чем не беспокоясь. При достаточном количестве сосредоточенных медитаций и гипнотических упражнений Шерлок, возможно, сможет вспомнить все достаточно реалистично, чтобы убедить себя, что он снова здесь, с Джоном, после того как его объявят навсегда изгнанным. Задание выполнено, и Шерлок знал, что нет смысла затягивать разговор. Тем не менее ему потребовалось еще несколько минут, чтобы заставить себя заговорить. — Джон, — тихо произнес он в волосы собеседника. Явно узнав его голос, Джон облегченно улыбнулся. — Проснись, Джон, — повторил Шерлок, положив руку ему на бок. Глаза открылись, и Джон переместился под ним. Он сонно вздохнул и разжал руки. Его тело постепенно наполнялось напряжением, и Шерлок понял, что он приходит в себя. Пальцы Джона медленно скользнули по коже его спины, а затем резко замерли. Осознав, что одна его рука зарыта под рубашкой Шерлока, Джон быстро вытащил ее. Однако Джон ничего не сказал. Шерлок оставался в той же позе, выжидая и наблюдая за его реакцией со стороны. Они были очень близки, прижаты друг к другу, головы соприкасались. Наконец напряжение покинуло Джона: он издал протяжный вздох и расслабился. Джон, казалось, поддался, целенаправленно придвигаясь ближе и прислоняясь к Шерлоку. Рука, лежащая на спине Шерлока, двигалась медленно, ласково. В такой близости можно было почувствовать, как участилось сердцебиение Джона. Джон закрыл глаза и положил руки на лопатки Шерлока. Шерлок оставался совершенно неподвижным, пытаясь осознать, насколько это немыслимо лучше, чем раньше. Чувствовать, как Джон добровольно прижимается к нему, было непостижимо, неисчислимо лучше. — Нам лучше положить этому конец, — тихо сказал Джон, - пока это не превратилось в дурную привычку.  В глазах Шерлока промелькнуло недоумение. Он наконец сдвинулся с места и приподнялся на предплечьях, чтобы лучше видеть Джона. Тот выглядел сонным, прижавшись к подушке, щеки были тронуты розовым. — В дурную привычку?  — Да, Шерлок. — Лицо Джона покраснело еще больше. Он чувствовал себя неловко из-за этого обстоятельства. Шерлок растерянно моргнул, оценивая их взаимное расположение. — Очевидно, нам обоим это нравится. Не вижу проблем.  — Но нам не следует этого делать. — ответил Джон, и на этот раз в его голосе прозвучала грусть. — Почему нет? — Потому что... потому что, Шерлок.  Он коротко рассмеялся. — Не самый убедительный аргумент, который я когда-либо слышал.  В глазах Джона не было юмора. — Большинство людей сочли бы это... слишком интимным. — с трудом выговорил он, сдвигаясь под весом Шерлока. — Интимным? Джон закатил глаза, как будто Шерлок не понимал элементарных вещей. — Друзья-мужчины обычно не занимаются друг с другом подобными вещами.  Шерлок пожал плечами. — Какая разница, что обычно делают люди? Как будто весь мир смотрит, Джон. Это только мы.  — Я... как я могу это объяснить? — Джон с мольбой посмотрел на потолок. Он снова перевел взгляд на Шерлока. — Я не делаю этого даже со своими девушками. Только если узнаю их поближе.  Какие бы аргументы Джон ни пытался привести, они оказались очень неудачными. — Ты знаешь меня дольше, чем любую из них. — рассуждает Шерлок. — Да, но... это просто... не... Джону с трудом удавалось связно изложить свою проблему. Шерлок покачал головой и решил вмешаться. По крайней мере, это ускорит процесс. — Кроме того, ты гораздо лучше знаком со мной, чем с любой из этих женщин. Может, мне перечислить тебе несколько примеров? — Нет, в этом нет необходимости... — Ты прикасаешься ко мне в среднем 4,6 раза в день. Ты регулярно хватаешь или держишь меня за руку, чтобы привлечь мое внимание, даже когда голосовое предупреждение является доступным вариантом. Ты не думаешь долго о том, чтобы разделить со мной постель в отеле. Ты стоишь примерно на 5 дюймов ближе ко мне, чем кто-либо другой, и отвечаешь на мои сообщения почти на две минуты быстрее других. Твое кровяное давление, дыхание и частота сердечных сокращений постепенно увеличиваются, когда я вхожу в комнату. Когда перед тобой встает выбор: сопровождать меня в расследовании или провести время с твоей недельной девушкой, ты всегда, всегда выбираешь меня. А тут еще и медицинская помощь. Ты выражаешь чрезмерную озабоченность даже самыми простыми травмами, доходя до того, что игнорируешь свои собственные, пока меня не осмотрят. Ты раздражаешься, когда не являешься моим основным сиделкой, и предпочитаешь сам проводить необходимые процедуры или принятие лекарств. И все это довольно публично, если ты помнишь. Так скажи мне, Джон, в чем разница? Джон замолчал, его лицо еще больше покраснело от смущения. Он отвернулся. Шерлок наклонился ближе, пытаясь добиться от него реального ответа. — Я не вижу никакой. А ты? Глаза Джона снова встретились с глазами Шерлока. Он был расстроен. Руки, лежащие на спине Шерлока, внезапно переместились к его голове, и Джон прижался к ней в крепком поцелуе. Он был быстрым и неожиданным, Шерлок был шокирован. Когда Джон отстранился, его глаза были мягкими и печальными. — Все по-другому, Шерлок. По-другому, потому что... потому что для меня это что-то значит. Это значит что-то большее, чем дружба, и я не хочу идти с тобой по этому пути. Только если ты не сможешь ничего вернуть. Или не захочешь. — Джон. — прошептал он. Тысяча мыслей пронеслась в его голове. Джон заставил себя улыбнуться. — Я не виню тебя за то, что ты... это ты. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми, и я старался придерживаться этой границы. Но в последнее время ты стучишь в неё довольно громко. — Он закрыл глаза, тяжело вздохнув, затем снова открыл их. — Пожалуйста, не искушай меня открыть эту дверь. Только если ты не хочешь этого, потому что мне будет очень трудно закрыть ее снова.  Шерлок критически наблюдал за ним, оценивая, что происходит на самом деле. Для Джона все это выглядело как вопрос "включить или выключить", "да" или "нет", черное и белое. Он мысленно представлял себе, что застрял между этими двумя состояниями, стоя на заборе и ждет подтверждения, что ему будут рады на другой стороне. Шерлок попытался осмыслить эту странную точку зрения, сравнив ее со своей собственной. Дело было не в "да" или "нет", как предполагал Джон. Речь шла о том, насколько. — Глупый, — пробормотал Шерлок, качая головой. — Что? спросил Джон, ошеломленный. — Ты. Разве это не очевидно? Доказательства налицо, все на виду. Я понимаю, что мы мыслим по-разному, но я искренне верил, что это очевидно.  Джон нахмурился, не понимая, к чему клонит Шерлок. Шерлок поднес руку к лицу Джона. Джон наклонил голову, глаза его расширились, поскольку он правильно истолковал этот жест как ласковый. — Я уже выбрал тебя, Джон. Я выбрал тебя давным-давно.  Выражение лица Джона стало светлее, но он выглядел еще более растерянным, чем прежде. — Что... это значит? — Я выбрал тебя надолго. Ты нужен мне, и всегда будешь со мной. Разве ты не заметил, как по-другому я к тебе отношусь? — поинтересовался Шерлок. Честно говоря, Джон иногда бывал таким удручающе тупым. — Ты говоришь, что не стал бы делить постель с любой новой женщиной. Так вот, я бы не стал делать этого ни с кем, кроме тебя, совершенно точно.  — Надолго? — спросил Джон, запнувшись на слове. — Я с самого начала предполагал, что мы останемся вместе до конца жизни, хотя мне потребовалось гораздо больше времени, чтобы понять, в каком качестве это будет. — пояснил он. Его взгляд переместился на руку возле уха Джона. Его пальцы запутались в мягких светлых волосах. — Теперь ты в моих мыслях. Все время. Везде, во всем, что я делаю. Я не могу тебя вытащить, и я не хотел бы вытаскивать тебя, даже если бы мог. Я хочу прикасаться к тебе каждый раз, когда вижу тебя. Это новая область для меня, и я нахожу внутренний анализ очень трудным. Может быть, ты сможешь растолковать это, Джон? — Ты детектив. Расскажи мне. — тихо сказал он, не сводя глаз с Шерлока. Шерлок задумался, отвлекаясь от своего описания и оценивая его так, как если бы это сказал кто-то другой. — Я проявляю признаки глубокой влюбленности. — заключил он. Джон улыбнулся, и к его чертам вернулось тепло. Он выглядел очень удивленным, но в то же время довольным и привлекательным. Не задумываясь, Шерлок неуверенно наклонил голову к Джону, и тот встретил его медленным поцелуем. Джон провел пальцами по бокам его головы, направляя его, пока они не оказались в идеальном положении. Трещины в шлюзе в мозгу Шерлока росли, пока не разлетелись вдребезги, и химические вещества хлынули в него волной положительного подкрепления. Шерлок тут же почувствовал, как список вещей, которые он хотел бы сделать с Джоном, расширяется с пугающей быстротой. Джон прервался, затаив дыхание. — Чего ты хочешь? — спросил Джон у него на ухо. — Тебя. - ответил Шерлок, и дыхание перехватило у него в горле. — Я возьму все, что ты готов мне дать, потому что все, что я получу от тебя, будет лучше, чем от кого-либо другого. Здесь нет конкуренции. Ты или никто, и если бы у меня был выбор, я бы предпочел тебя.  — Ты уже выбрал. — прошептал Джон. Но Джон не двинулся с места, чтобы поцеловать его снова. Наоборот, он мягко сдвинул и притянул Шерлока к себе так, что они оказались рядом, заключенные в тесное и интимное объятие. Когда Джон обхватил его руками, Шерлок на мгновение растерялся, но потом задумался над словами Джона. Для него это означало нечто чрезвычайно значительное. И теперь он делал это по собственной воле, по сознательному выбору. Как бы очевидны ни были физиологические подсказки Джона, осознание того, что он выбрал Шерлока в ответ, было просто ошеломляющим. Они просто держались друг за друга, разделяя смысл происходящего, пока солнечный свет, проникающий через окно, не стал ярким и сильным. Однако оставалось еще одно сомнение, которое требовало разрешения. Очевидно, Шерлоку было крайне важно убедиться, что в столь важной ситуации восприятие Джона совпадает с его собственным. — Мы теперь вместе? — осторожно спросил Шерлок, наклонив голову, чтобы посмотреть на него. Джон рассмеялся, искренне и успокаивающе. — Да, я так думаю  — И я могу спать здесь? — Мы можем спать где угодно и когда угодно. — подтвердил Джон, гладя защищающей рукой по спине Шерлока. — Я бы хотел вернуть тебя к регулярному режиму сна.  — Это не должно быть слишком сложно. Мы уже знаем, что ты прекрасно усыпляешь меня. — размышляет Шерлок. — Только не говори мне, что тебя интересует только мои лечебные свойства. — ответил он с дразнящей улыбкой. — Не будь смешным. — насмешливо ответил Шерлок. — Ты мне подходишь, Джон. Как мое дополнение. Когда я без тебя, я чувствую себя не в своей тарелке. Я не чувствую себя целым. — Он встретился взглядом с глазами Джона, подкрепляя неоспоримость своего вывода. — Значит, мы одно целое. — вздохнул Джон в ответ, мягко и так же уверенно.