"Падшие ангелы" саморазрушители или герои "неудачники" в литературе, фанфикшне и кино

Если человек тщеславен и нескромен, любит краснобайствовать и плоско шутить, всегда доволен собой и презирает окружающих, назойлив, чванлив, развращен душой, лишен порядочности, чести и здравого смысла и если вдобавок он красив собой и хорошо сложен, — у него есть все качества, чтобы кружить головы многим женщинам.

Жан де Лабрюйер

***

      Что вы знаете о героях, которые по ходу пьесы, то есть, по мере развития своей сюжетной линии, из условных прекрасных принцев на белых конях превращаются в опустившихся и потерявших какие-либо моральные ориентиры (а подчас и прекрасный внешний облик) подонков, бесславно оканчивающих свои дни, о которых никто не прольет и слезинки? Каково вам читать о таких персонажах или смотреть фильмы с их участием, когда после каждого сюжетного твиста хочется придушить героя (или втащить ему со всей дури тяжелой сковородкой) за его тупость, жадность, злокозненность, заносчивость и мразотность? Хотелось бы в реальной жизни столкнуться с подобными кадрами? Ладно, знаю, — вы ответите, что в реале таких не встречали. Поговорим немного о так называемых «падших ангелах» (это я их так изящно и ласково именую) или саморазрушителях-«неудачниках» в литературе, кино и ваших любимых фанфиках. Кто они такие и с чем их едят? Как я уже упомянула, эти герои не развиваются, поступательно эволюционируя, вместе с раскрытием фабулы, а деградируют, раскрываясь читателю и зрителю с самых неприглядных сторон своей личности и характера. Они не всегда являются заглавными героями, но чаще всего оказываются одними из центральных фигур в повествовании, чьи действия (бездействия, слова и поступки) толкают и пинают сюжет вперед. Иными словами, задачей такого персонажа в сюжетной конструкции является приведение всех её шестерней в действие и «закручивание» сюжета, а не некий «личностный рост», «самопознание» и прочие плюшки, прилагающиеся к делу спасения мира, как у большинства протагонистов. Другим характерным отличием этих персонажей от прочих архетипов является их изменчивость, неустойчивость, непостоянство с отрицательным вектором или «эволюция наоборот». То есть, в начале истории наш «саморазрушитель» кажется читателю или зрителю вполне себе благополучным как внешне (материально, социально, физически), так и внутренне (духовно, умственно) и характеризуется автором с нейтральной или даже с положительной стороны. Как правило, такой герой благороден, умен, полон здравых идей, не лишен совести, имеет хорошее воспитание, блестящее образование и такие же блестящие перспективы. Бонусом может идти приятная внешность, популярность у дам, круг полезных знакомств и связей. Зачастую это дворянин, аристократ, занимающий высокое положение в обществе, или же сын зажиточных торговцев, купцов, ремесленников. Словом, в начале повествования наш герой хорош и у него есть все шансы в будущем сделаться еще лучше. Но что же случается с ним далее? Почему внутри «неудачника» щелкает какой-то тумблер и включается программа саморазрушения (или «мортидо», как сказали бы доморощенные психологи)? Почему такие «саморазрушители» теряют все? Почему позволяют злому началу овладеть своей природой? Как правило, ответ кроется вовсе не в несчастной судьбе или преследующих героя обстоятельствах непреодолимой силы (злой рок), а в страстях, обуревающих «падшего ангела». Внутри него пробуждаются желания (с большой буквы «Ж») и сильнейшее сопротивление уже имеющимся обстоятельствам. Жажда власти и главенства любой ценой заставляет свернуть на косую дорожку, перестав выбирать средства и возомнив себя выше всех. Жажда обладания кем-то или чем-то (каким-нибудь макгаффином) также выворачивает наизнанку душу такого героя, заставляя идти от преступления к преступлению, отказываясь постепенно от всего, что было его «чистым и святым» светом. Зависть к чужому успеху или таланту может погубить даже праведника. Гордыня может превратить в грязное чудовище даже прекрасного принца. Есть и еще три немаловажных фактора, оказывающих влияние на мысли и поступки падших саморазрушителей: Они не ценят то, чем обладают от рождения. А следовательно, не в состоянии распорядится этим отличным стартом так, чтобы приумножить изначальный капитал. Что имеем не храним… а разбазариваем как будто это не ценный ресурс, а снег зимой или песок в пустыне. Они слепо верят в собственную исключительность/избранность. Нарциссизм, иногда в комбо с макиавеллизмом и психопатией (темная триада). Отсутствие эмпатии. Позиция «Человек здесь только я», восприятие других в качестве инструментов (для манипуляций) или препятствий к достижению желаемого. Они не умеют достойно проигрывать. Из-за внутренней неуверенности в себе, травмы, делающей хрупким эго, они боятся неудачи как черт ладана. Они и только они должны быть главными и первыми во всем. Никто не сказал им, что достоинство подразумевает умение держать лицо в любых, даже неприятных, ситуациях. Но более вероятно, что такие личности просто не обладают врожденным чувством собственного достоинства, не понимая даже, в чем оно заключается и зачем оно нужно. Примеры саморазрушителей в литературе и кино. Припоминаете кого-то? Нет? Тогда скажу пару слов о моем любимом «неудачнике», разрушившем себя, герое «Красное и черное» Стендаля, Жюльене Сореле. Сын плотника (пасхалка от автора), финансово благополучный, но не знатный, образованный, ангельски красивый и обаятельный, умеющий нравиться как женщинам, так и мужчинам, Жюльен разрывается между красным мундиром военного и черной сутаной священника. И чувствует при этом, что не создан ни для одного из этих поприщ. Ему представляется, что он был рожден для великих дел (налицо нарциссизм и вера в собственную исключительность) на государственном уровне. Амбиции, жажда признания, величия и славы приводят его в конце на эшафот. Доброе имя его разрушено, но добрые жертвенные женщины — госпожа де Реналь и Матильда, как и впечатлительные читательницы, продолжают любить этого ангелоподобного внешне, но циничного, холодного и беспринципного гордеца. У великого Шекспира в двух пьесах тоже есть впечатляющие «неудачники». Пьесы эти «Гамлет, принц датский» и «Макбет». В «Гамлете» «падшим ангелом» является Клавдий, дядя Гамлета, второй муж его мамы, Гертруды, и родной младший брат покойного отца и короля. Клавдий с рождения богат, знатен, наделен влиянием, имеет широчайшие возможности в карьере, обучении, социальных связях и так далее. Он мог бы сделаться ближайшим советником брата, оказывать влияние на короля, стать серым кардиналом или же просто наслаждаться управлением каким-нибудь гвардейским полком и жизнью с миловидной дворянской дочкой. Но нет, он безжалостно травит брата, отстраняет от трона законного наследника, своего племянника, прыгает в постель к невестке (снохе), тем самым подписывая себе и многим другим участникам истории смертный приговор. Вспомнила относительно недавно вышедший «Варяг» («Northman») с Аней Тейлор-Джой в роли «Офелии», снятый по мотивам «Гамлета». Там роль местного «Клавдия» по имени Фьёльнир исполнил датчанин Клас Банг. А что в «Макбет»? Доблестный и благородный военачальник, смелый и умелый воин, человек чести, совестливый, умный, дипломатичный, аристократичный и образованный, Макбет (или Мак Бетад мак Финдлайх) жаждет власти. Крышак ему срывает конкретно. Быть гламисским и кавдорским таном ему мало, он вдруг осознает, что его амбиции выше этого. Ему мало земель, мало сотен воинов в подчинении, мало огромного каменного замка, мало славы и почестей за победы. Нет, он любой ценой хочет корону Шотландии!.. А его супруга, леди Макбет, оказывается настоящей femme fatale. Кстати, о роковой женщине… Затрону по касательной данный архетип. Как выяснилось, кое-кому из вас он интересен. Как и в случае с роковым мужчиной, появление роковой женщины сулит героям, перед которыми она появляется, скорые и неминуемые неприятности. А перед «падшими ангелами» «роковуха», словно последнее перед окончательным фиаско испытание, обязана появиться — тут без вариантов. Она не всегда молода и прекрасна, не всегда злонамеренна по отношению к герою, но всегда приводит того к потерям различной степени тяжести, а зачастую и помогает произойти ужасной трагедии. Как это сделала леди Макбет. Кстати, у Шекспира что пьеса про то, как «все гнило в датском королевстве», что повествующая о гнильце королевства шотландского, обе справедливо именуются трагедиями. За дуэтом саморазрушителя-неудачника и роковой женщины (например, дуэт Хозе и Кармен у П. Мериме и Ж. Бизе) едва ли не интереснее наблюдать, чем за парой femme fatale vs. male fatale (Миледи и Атос у А.Дюма). В моем любимом «Сильмариллионе» самая роковая женщина во Вселенной Толкина и главная крашиха всея Белерианда, Лютиэн Тинувиэль, является перед главным саморазрушителем Мелькором, и приносит ему потерю одного сильмарила и многих ценных слуг. Мелькор, только зарожденный, был наделен Эру выдающейся силой и величайшей мудростью, а также имел самые блестящие перспективы. Он, до диссонанса, рассматривался Илуватаром как очевидный претендент на престол Арды и владычество над нею. Но жажда власти, гордыня и желание обладать заставили нашего героя потерять все: расположение Эру, внимание Варды, уважение других Валар, внешность, харизму, таланты, а в итоге и саму Арду. По сути, «Сильм» рассказывает историю медленного падения Мелькора и созданного с участием его искажения мира. Второй в легендариуме замечательный пример того, как можно «проиграть все ставки жизни» — Келегорм. Чтобы так виртуозно просрать данное тебе от рождения, нужен недюжинный талант! Келегорм (Тьелкормо Туркафинвэ) — принц Первого Дома, талантливый охотник, загонщик, стрелок из лука, друг Вала Оромэ, признанный в Амане первым красавцем, мечта всех девушек нолдор. Даже когда он, вместе с отцом и братьями, отправляется в Исход, Валар поддерживают его посредством духа майа в телесной оболочке огромного волкодава по кличке Хуан. Что делает Келегорм? Он злобится и ожесточается, отказывается от личной ответственности, действуя в паре с братом Куруфином. Не преуспев на военном поприще (потеряв вверенные им укрепления), он и Курво оказываются в построенном их двоюродным братом Финродом городе Нарготронде. Там охотник и красавец решает, что править городом должны они (Келегорм и Куруфин) и ждет удобного момента, чтобы устроить путч. Жажда власти руководит им. Далее Келегорм встречает роковую Лютиэн… Ему мерещится, будто бы он — идеальный муж для такой женщины. Он пытается силой принудить её к «отношениям» (при молчаливом пособничестве Куруфина). Благо, от насилия всех спасает Хуан. Затем следует полное моральное падение: нелепые потуги шантажировать отца Лютиэн, метания, стенания, сопли, слюни, неудачная попытка путча, позорное изгнание из Нарготронда, бесславный проигрыш в рукопашной смертному бомжу, стрельба в спину победителю. Фэйлы один эпичнее другого. Валар окончательно отворачиваются от Келегорма, роковая женщина исчезает в объятиях везучего бомжа, деловая репутация Тьелкормо, а также его честь и достоинство, уничтожаются. Гибнет он, уже давно мертвый внутри, совершенно бессмысленно, в очередной братоубийственной резне, устроенной феанорингами, от руки Диора, сына Лютиэн, в пещерах Менегрота. Никому, кроме оставшихся в живых братьев, его не жаль. А в кино никому не жаль таких отвратительных (и блестяще сыгранных) персонажей, как император Коммод (Хоакин Феникс) в легендарном «Гладиатор» Ридли Скотта. У него есть всё, о чём только может мечтать смертный, и перспектива возглавить самую могущественную империю мира. Молод, полон сил, красив, баснословно богат, не лишен обаяния и изящества, умен. И как Коммод распоряжается своими широкими возможностями? Правильно, просирает начисто. Жажда власти толкает на отцеубийство, предательство и лжесвидетельство. Жажда обладания — на инцест. Жажда удовольствий — на извращения и излишества. Он приговаривает к смерти, не задумываясь, он приносит женщин и детей в жертву, играючи. Умирает этот тип в пыли, крови и грязи от рук правосудия. Мотив свершившегося над нечестивым «падшим ангелом» правосудия часто фигурирует в сюжетах с участием таких персонажей. Их смерть, как правило, унизительная, некрасивая, бесславная, как, впрочем, и существование… «Саморазрушитель» может носить черты маверика или рокового мужчины, но он никогда в полной мере не является одним из них, потому что он не ведет к цели и не движим благородством духа. Напротив — его поступки продиктованы грязными помыслами и низостью. Если хорошенько напрячь память, то подобных персов можно насчитать и в литературе, и в кино, довольно много. Взять хотя бы героев романов Джорджа Мартина и сериала «Игра престолов». Там чуть не каждый второй «падший ангел», неудачник и саморазрушитель, причем, эти характеристики можно отнести не только к мужским персонажам. Падшие в фанфиках. Какова же у нас с вами ситуация в фанфикшне? Я не случайно выделяю этот вид литературного творчества, отделяя от прочей литературы: классической, современной и т.д. Ибо в фанфикшне происходят парадоксальные метаморфозы. Казалось бы, «падшие ангелы» должны отвращать читателей, вызывая брезгливость, недоумение, а где-то и гнев, и служить предостережением: «Гордыня ведет к распаду и тлену! Не будьте такими!» Но нет… Замечаю во многих фиках следующую тенденцию, которая, надо сказать, очень приветствуется определенным родом читателей: герой, который в каноне «эволюционировал наоборот», превратившись из прекрасного внешне, мудрого, интересного, приятного, восхищающего, в озлобленного, бесчувственного, алчного, безумного, бесчестного ублюдка поднимается фикрайтерами на щит. Его пороки, проявлявшиеся в оригинальном сюжете постепенно, по ходу развития событий, в фанфиках присваиваются ему изначально (иногда гиперболизируясь), и служат предметом любования и восхищения как автора фанфика, так и его читателей. Сюжет в таких работах «замирает», как бы «замораживаясь», предоставляя читателям практически бесконечно любоваться «харизматичным красавцем», которому «все по плечу», и которого обожают до усрачки все картонно-шаблонные ОМП и ОЖП и все встречные-поперечные NPC. И даже каноничные герои (переходящие в ранг ООСов), чья роль в сюжете канона чуть ли не виднее, чем у «саморазрушителя», служат лишь «подсвечниками», выгодно подсвечивая читателям всю невьебенность такого «падшего», а вернее сказать, опустившегося персонажа. То есть, вместо каноничного развития сюжета, автор дает нам «приключения удалого подонка», в которых этот недобрый молодец показывает себя читателям во всей красе. Закономерно, ведь задумай автор развивать сюжет согласно линии, прописанной в первоисточнике, подобный ущерб сдох бы значительно раньше, чем это происходит в каноне. Неудачники саморазрушители в фанфиках превращаются подчас в идол для обожания, образец для подражания и бесконечного облизывания их сомнительных «достоинств», таких как граничащее с безумием высокомерие, крайняя импульсивность, ничем не обоснованный гонор и т.п. Получается некий парадокс: авторы фиков любуются в своих «падших ангелах» всеми теми негативными качествами, которые и сгубили героев в каноне. Неоднократно попадались работы, где положительный в каноне персонаж с какого-то перепугу наделялся автором ООСными чертами вроде коварства, цинизма, стереотипного похабного мышления, неуместного «острословия» (в понимании автора фика)и т.д., превращаясь в крайне неприятную тварь. В других работах персонаж с горячим темпераментом, резкий на слова, быстро воспламеняющийся, но отходчивый, вдруг представлялся маниакально жестоким садистом, напрочь лишенным вообще каких-либо эмоций (такое вот своеобразное толкование «сурового и замкнутого» характера персонажа). Фикрайтер, таким образом, стремиться подогнать под свои кривые мерки «идеального» персонажа каноничных героев путем наделения их чуждыми им (но близкими автору) чертами, согласуясь со своим личным, фаноничным/хэдканоничным, видением канона, намеренно превращая таких персонажей в «падших ангелов». Здесь мы касаемся темы «романтизация зла в фанфикшне». Разумеется, это зло в «саморазрушителях» выдается авторами за «правду», за «реализм», за нашу действительность (хотя, причем тут наша действительность, если мы говорим о литературном произведении?). Типа, вот так читателю понятнее герой, так он ему ближе, вот в таком жестоком насильнике, психопате и цинике читатель легче узнает себя и начнет симпатизировать герою. И ведь работает! Зеркала человеческих слабостей и пороков, «саморазрушители» прекрасно отражают. Куча народу, от объявивших себя феминистками, борющимися за права женщин в интернете, и до закостенелых патриархалок, постящих на своих страницах в ВК цитаты иереев РПЦ, обожает, фанатеет и восхищается такими «художествами» в толковании образов персонажей. В редких кейсах доходит до того, что канон объявляется авторами таких фиков неправильным, косым и кривым, нереалистичным и неправдоподобным (кому и когда канон успел задолжать пресловутую «правдоподобность» и «всамделишность»?), а фанфик с вот таким падшим героем, или даже стайкой героев (бесконечный строй аморальных ублюдков), возводится его сочинителями и поклонниками в ранг «улучшенного канона», наиболее полно отражающего вселенную и персонажей. Начинается бесконечный, полный агрессии, холивар с «канонистами», то есть, с теми, кто не согласен ни с извращенной трактовкой характеров персонажей, ни с отсутствием у них развития, ни с «заморозкой» сюжета, в особо тяжких случаях растягивающейся на тысячи страниц… Подобное «творчество» для меня представляет очень прискорбное и разочаровывающее зрелище, скорее похожее на убогий мем, чем на самовыражение… Нет повести печальнее на свете, чем повесть о преклонении перед тщеславием, самодовольством, жестокостью и крайней развращенностью, обличенными в красивую с виду обертку и поданными под соусом «правдоподобия». Подводя итог. «Падшие ангелы» вводятся авторами канона в сюжет вовсе не для любования ими. Они — предостережение. Если роковые женщины, как правило, лишь приспосабливаются выживать в патриархальном мире, являясь, по сути, его жертвами и пытаясь ломать систему, то «саморазрушители-неудачники» ломаются сами. Они не кумиры, а красные флаги, сигнализирующие о том, что гордыня ведет к падению, ненависть разрушает того, кто ненавидит, никакие таланты, красота и власть не стоят ничего, без мудрости, совести и чести. Путать рокового мужчину, который может отчасти казаться романтичным, с саморазрушителем — опасно. Но не для героинь (те и так, и эдак умирают), а для читателей. Мелькор пал не потому, что был изначально плох (он не был), а потому, что хотел стать Эру. Также и все саморазрушители: они не хотят принимать себя такими, какие они есть, и расти, совершенствуясь, чтобы чего-то достичь. Они, благодаря гордыне, кажутся себе совершенными изначально. Это остальные недостойны положения, которое занимают, и столь досадную «несправедливость» срочно необходимо исправить. «Падших ангелов» можно и нужно исследовать, ведь в каждом из нас есть их тень. Однако важно не стирать грань между анализом таких персонажей и восхищением творимым ими злом.