Помутнение

В комнате спертый воздух густел от запаха пороха и перегара. На столе громоздилась баррикада пустых бутылок виски, некоторые, словно подбитые солдаты, валялись на полу. В глазах все плясало, Дин мотнул головой, пытаясь унять звон в ушах. Рухнул лицом в подушку, жадно втягивая носом знакомый аромат. Озон, как после грозы, запах нежности и силы, запах Кастиэля. Резко сев, он потянулся за очередной бутылкой. Пара жадных глотков, и вот уже не чувствуется ни вкус, ни то как обжигает горло дешевое пойло. Этот запой тянулся нескончаемой чередой дней, с тех пор как они разругались с Касом. — Ты серьезно?! — Голос Кастиэля сорвался на крик, в нем звучала боль и отчаяние. — Да что я, черт возьми, сделал не так?! По-твоему, я должен был просто бросить их там?! — Дин пытался сдержаться, но ярость, клокотавшая внутри, прорывалась наружу, ощущалась в самом воздухе, наполняя комнату удушливым жаром. — Ты должен был думать головой, а не бросаться сломя голову в самое пекло! Сколько раз я просил тебя быть осторожнее, это непосильная задача для тебя?! Мои силы не безграничны, Дин, а если бы ты погиб?! — В гневе ангел смахнул со столика вазу, которая с оглушительным звоном разлетелась на мелкие осколки. — Как будто это в первый раз, — попытался отшутиться Дин, пряча под бравадой страх. После этого Кастиэль исчез, растворился в воздухе, оставив после себя лишь запах озона и горький привкус вины. Дин больше его не видел. Он попытался подняться с дивана, но ноги будто налились свинцом, предательски не слушались. Дин рухнул вниз, увлекая за собой со стола бутылки, которые с оглушительным звоном разлетелись по комнате. С трудом уперевшись руками в край стола, он предпринял новую, отчаянную попытку встать. Комната тут же превратилась в безумную карусель, вращаясь вокруг него с головокружительной скоростью. Жар, обжигающей волной, разлился по телу, заставив его судорожно расстегнуть пару пуговиц на рубашке. Медленными, шатающимися шагами, он добрался до окна. За окном бушевала гроза. Молнии пронзали темное небо, освещая на мгновение мокрые улицы. Он вспомнил, как любил смотреть на грозу вместе с Касом. Ангелу нравилось наблюдать за буйством стихии, чувствовать энергию, наполняющую воздух. Дин всегда находил это странным, ведь ангелы, по идее, должны были быть выше подобных земных явлений. Дин прижался лбом к холодному стеклу окна, ища в его безмолвной прохладе хоть какое-то утешение. Неожиданное, почти призрачное касание плеча пронзило тишину. В нос ударил резкий, электрический запах озона. — Дин? — прозвучал голос Кастиэля, полный тревоги. Альфа медленно повернул голову, но мир перед глазами расплывался в мутном мареве. Взгляд, застывший и стеклянный, не выражал ничего, кроме потерянности. — Неужели ты все это выпил один? — Кастиэль обвел взглядом захламленную комнату, в которой царил хаос. — Ты вообще меня слышишь? Дин подался вперед, заключая омегу в отчаянные объятия. Он зарылся лицом в его шею, жадно вдыхая терпкий, знакомый аромат, словно утопающий, ищущий спасения. Горячие губы скользнули по подбородку, настойчиво ища встречи с губами напротив. Но Кастиэль отвернул лицо, не позволяя увлечь себя в пучину поцелуя. — Дин, тебе нужно протрезветь… — прошептал он, пытаясь вырваться из цепких объятий. Что-то внутри Дина болезненно оборвалось. Ярость вспыхнула мгновенно. Он грубо схватил омегу за руки и впечатал его в стену, прижимая всем телом, лишая малейшей возможности сбежать. — Дин… — снова позвал его ангел, в голосе мольба. Но альфа уже не слышал ничего, кроме зова плоти. Он впился в его губы с дикой, обжигающей страстью, вкладывая в этот поцелуй всю боль, тоску и отчаяние. Кастиэль ощущал смятение Дина, проникающее сквозь терпкий запах пороха, которым дышала комната. Но вот – секунда, и напряжение отступает, растворяясь в долгожданном поцелуе. Дин отпускает его руку, чтобы тут же обхватить шею, сжимая пальцы, словно боясь, что Кас исчезнет. Легкий укус за нижнюю губу, дразнящий и властный, а затем – новый поцелуй, вырывающий из легких последний вздох. Сознание Каса затуманивается, мир вокруг теряет четкость, и ноги предательски подкашиваются. Он забыл о хаосе вокруг, о пропитанной алкоголем комнате, о собственном страхе и тревоге. Остался лишь Дин, его альфа, чьи губы требовательно и нежно терзали его собственные. Но сквозь пелену страсти Кастиэль почувствовал, как тело Дина дрожит. В его движениях, в каждом касании проскальзывала не только похоть, но и отчаянная потребность в близости, в утешении. И тогда Кастиэль понял, что Дин не просто пьян. Он сломлен. Собрав остатки воли, Кастиэль отстранился, заглядывая в мутные, полные боли глаза Дина. Альфа попытался снова притянуть его к себе, но Кастиэль удержал его на расстоянии вытянутой руки. — Дин, — произнес он тихо, но твердо. — Посмотри на меня. Что случилось? Дин молчал, словно слова застряли у него в горле. Он смотрел на Кастиэля с такой тоской, что ангелу стало больно. Он понял, что совершил ошибку, оставив его одного, на такое длительное время. Омега провел его за руку к продавленному дивану, усаживая. Дин послушно сел, а затем, отчаянно нуждаясь в прикосновении, притянул ангела к себе так, что тот упал на его колени, оказавшись в плену сильных рук. — Не уходи… — пробормотал охотник. — Я не уйду, обещаю, — тихо произнес Кас, медленно касаясь его губ. Руки ангела заскользили по груди альфы, расстегивая рубашку, пуговицы летели на пол, звеня в тишине. Он чувствовал, как в его ягодицы упирается что-то твердое и горячее сквозь грубую ткань джинсов, намекая на бушующий внутри Дина пожар. Кас запустил руку в непослушные волосы Дина, нежно поглаживая. Альфа вцепился руками в его бедра, сжимая их до боли, заставляя Каса издать томный вздох. Омега расстегнул свою рубашку, сбрасывая ее на пол. Дин тут же прильнул губами к его оголенной груди, жадно впиваясь, руки перешли с бедер на ширинку брюк, но дрожащие пальцы никак не могли справиться с упрямой маленькой молнией. Кастиэль перехватил его руку, и легкий трепет пробежал по коже Дина. — Я все сделаю… — прошептал Кас, и румянец мгновенно вспыхнул на его щеках. Он поднялся, сбрасывая с себя последние преграды ткани, являя взгляду Дина настойчивое возбуждение. Дин смотрел на него снизу вверх, глаза горели. Кастиэль опустился на колени и, медленно расстегнул молнию на джинсах. Ткань разошлась, освобождая вздыбленный член Дина. Альфа дернулся, когда губы Каса коснулись головки его члена, и в следующее мгновение ангел взял его в рот, лаская языком и губами, доводя Дина до грани безумия. Охотник хрипел, запрокидывая голову, вплетая пальцы в волосы Кастиэля, то притягивая его ближе, то отталкивая. Дин застонал, чувствуя, как волны удовольствия накатывают на него, смывая остатки разума. Он не мог сдержать себя, его тело отзывалось на каждое движение Кастиэля, каждый его вздох. Дин чувствовал, как напряжение нарастает внутри, как пружина, готовая вот-вот вырваться на свободу. Кас отстранился, его губы влажно блестели, а глаза горели тем же огнем желания, что и у Дина. Он поднялся, вставая между разведенных ног охотника. Дин, предчувствуя, судорожно сжал свой член. Кастиэль, неспешно опустившись на его колени, призывно раздвинул руками податливое, влажное от смазки отверстие. Дин положил одну руку на узкую талию Каса, заставляя того опуститься полностью, поддаваясь неумолимой силе желания. Его член, погрузился в горячую, влажную плоть ангела, заполняя его до краев, рождая всепоглощающую симфонию боли и неземного удовольствия. Их запахи сплелись в единый аккорд. Кастиэль издал тихий стон, запрокинув голову назад. Альфа сжал его талию, издавая сдавленный рык, и Кас начал медленно двигаться, раскачивая лодку их страсти. Ангел двигался плавно, с каждой секундой наращивая темп. Дин отвечал ему стонами, прикусывая губу, чтобы не закричать от удовольствия. Каждое движение ангела отдавалось приятным теплом в его теле, разжигая пламя страсти все сильнее. Он чувствовал, как Кас сжимает его внутри, словно стремясь вобрать в себя всю его сущность. Дин перевернул их, оказавшись сверху. Он смотрел в глаза Кастиэля, видя в них отражение своей собственной похоти. Он начал двигаться, толкаясь глубже, пока Кас не закричал, хватаясь за его плечи. Дин продолжал, не в силах остановиться, его тело горело, разум мутился. Внезапно волна оргазма накрыла его, выбивая остатки воздуха из легких. Он излился в Кастиэля, чувствуя, как его тело содрогается от невероятного удовольствия. Омега обвил его ногами, притягивая ближе, требуя продолжения, жаждая достигнуть вершины следом за ним. Дин ответил серией мощных, решающих толчков, и Кастиэль взорвался, его тело пронзила дрожь, взгляд затуманился, а губы беззвучно шептали его имя в последнем, истошном крике. Альфа обмяк на теле Кастиэля, пытаясь восстановить дыхание. Он чувствовал себя опустошенным и в то же время наполненным до краев. Он поднял голову и посмотрел в глаза Кастиэля, полные любви и нежности. Дин провел рукой по его волосам, убирая их с лица. — Я люблю тебя, Кас, — прошептал Дин, его голос дрожал от переполнявших его эмоций.