In capulus veritas

      Ночь закончилась, а квартира осталась целой, что Изуку с чистой совестью посчитал особо важным достижением. Сначала Кацуки и слышать ничего не хотел, но потом резко передумал, когда Изуку устало согласился, что такую опасность действительно нельзя игнорировать, добавив, что для сохранности их жалких жизней им следует запереться в бункере.       С тех пор Кацуки решил превратить их жилище в обитель священника-параноика. Но призраки больше не появлялись. И одной тоскливой ночью Изуку с грустью подумал, а не привиделось ли ему всё это?       О том, что это случилось взаправду, напоминал лишь обновлённый дизайн квартиры да раскиданные повсюду брошюры вроде «Как защитить свой дом от Зла» и «Как выжить, если твой друг — доверчивый идиот».       Кацуки это затишье тоже не пошло на пользу: он бледной тенью сновал по квартире, прислушиваясь к каждому шороху и совершенно растеряв сон. И Изуку сдался, сам предложив поменять место жительства. Уговорить Кацуки удалось с трудом.       Наступила ночь, и Изуку направился на кухню, решив в последний раз предаться ностальгии. А зайдя, едва смог сдержать восторженный возглас, заприметив на столе мерцающую чашку. Изуку тут же взял её в руки и отпил глоток серебристой жидкости.       Изуку, мой мальчик! Мы добрались! раздавшийся в сознании голос окутал теплом и продолжил вещать: Когда этого балбеса обработают, мы сможем увидеться вновь. Сердца людей переменчивы, как и их жилища, но знай: что бы ты ни решил, мы на твоей стороне. И мы придём куда угодно, если ты захочешь нас вызвать. Теперь ты знаешь, как.       Изуку улыбнулся, смахнув слёзы: они всегда будут рядом, какое счастье!       — Ну-у-у... — донёсся сзади угрожающий голос, и Изуку повернулся, даже не попытавшись скрыть широкую улыбку. А через мгновение уже со счастливым хохотом улепётывал от Кацуки, грезя о прекрасном будущем.       Скоро Кацуки узнает их получше и всё поймёт. Он же добрый. Всего лишь иногда, но если уж это случается, то доброта его щедрого сердца не знает границ.