Слухом земля полнится

— Сегодня Вас выписывают. Подойдите ко мне после завтрака. Врач похлопал Стэна по плечу и вышел из палаты, прикрывая за собой дверь. Юноша остался один, радуясь, что наконец-то вернётся домой и больше не будет видеть этих надоедливый белых стен. Он посмотрел в окно, наблюдая за тем, как проясняется еле заметная радуга после ливня, длившегося всю ночь. Сегодня из-за дождя и сопровождающей его грозы Стэн не мог уснуть полночи, но за всю неделю в больнице он успел выспаться вдоволь. Даже по лицу это заметно: кожа теперь не такая бледная, синяки под уже не красными глазами постепенно сходят. Было хорошо, но Стэн не мог смириться с мыслью, что его лучший друг, хоть и бывший, ни разу не пришел навестить его. Как никак, даже во время сильных ссор, если с одним что-то случалось, другой забывал об обидах и шёл проверять, все ли в порядке. Естественно, потом они обговаривали всё, мирились и снова становились не разлей вода. Неужели Кайла реально настолько оскорбили чувства Стэна? Любовь никогда не появляется просто так. Стэн понял это ещё давно, когда только начал встречаться с Венди. Впервые увидев Венди в 1 классе, то, как она всегда могла постоять за себя, юноша искренне восхитился. Она общалась со всеми одноклассниками, а Стэн никак не мог начать диалог хоть с кем-то. Он наблюдал за ней на уроках — Тестабургер знала ответы на все вопросы, всегда поднимала руку и отвечала правильно — и хотел быть таким же. Но параграфы забывались сразу же после чтения, сложение казалось невозможным, а буквы в алфавите постоянно путались. Учиться — явно не его дело. Это же очень сложно! Стэн думал: ничего не получается, потому что пытаться понять изученные темы труднее в одиночку. Но друзей у него в школе не было. На переменах он всегда сидел один во дворе, надеясь, что кто-то захочет с ним заговорить — сам он подойти боялся. Поэтому Стэн никогда не забудет тот самый день, когда впервые подружился с Кайлом. Катаясь на качелях, он рассматривал одноклассников, гуляющих рядом. Марш даже не заметил, как к нему подошёл какой-то рыжий мальчик. Сев рядом, он повернулся лицом к Стэну и, улыбнувшись во все зубы, сказал: «Давай дружить?». Стэн радостно закивал, и они вместе начали трясти ногами, чтобы раскачивать качели сильнее и сильнее, и громко смеялись, не обращая внимания на других. Если кто-то спросит, какое воспоминание Марш считает своим самым лучшим, он без сомнений ответит именно это. Познакомившись с Кайлом, он не только нашел себе друга, но и напарника в изучении школьных предметов. Только Кайл оказался куда умнее: ему даже не надо было повторно разбирать темы, чтобы понимать их. Изредка он вместе со Стэном просил помощь у родителей, а в основном ему это не надо было. Кайл, начав получать более высокие оценки, всегда пытался объяснить Стэну то, что у него не получается. Обычно он и правда рассказывал лучше, чем учителя. В средней школе Стэн начал встречаться с Венди, из-за чего стал меньше времени проводить с друзьями (к тому моменту он уже успел подружиться и с Кенни, и с Эриком). Он хотел казаться перед ней крутым и интересным, из-за чего пришлось жертвовать учёбой. Кайлу не нравилось, что из-за какой-то девочки Стэн перестал заниматься, а Стэн никогда не понимал, почему Кайлу вообще не всё равно, и не понимал, почему сердце так сжимается, когда он выглядит грустным или расстроенным. Зато ухудшение успеваемости было ещё одной причиной провести с Венди чуть дольше времени, разбирая непонятные школьные предметы. И все вокруг видели, что Стэн встречаемся с самой умной девушкой в школе — это, наверное, и есть причина, по которой его вдруг начали замечать остальные — до сих пор юноша пользуется огромной популярностью у девушек. Только после того, как стало известно, что Твик и Крейг находятся в отношениях, Марш понял, что можно любить не только противоположный пол. И тогда он понял, что необъяснимый трепет сердца при виде Кайла на самом деле объясним, а желание поцеловать лучшего друга не является беспричинным. К тому моменту, как Стэн расстался с Венди, он полностью осознал свои чувства — он по уши влюблен в Кайла. И только сейчас, вспоминая об этом в больнице, Стэн думает о том, что на самом деле никогда и не любил Венди романтически. Она была кем-то между "лучшая подруга" и "будто член семьи", но никак не "любовь всей жизни". Но это значит, что он врал Венди и мучил её ложными надеждами. Надо будет как нибудь извинится перед ней. Из мыслей вывела зашедшая в палату медсестра — молодая девушка с кудрявыми тёмными волосами в белом платье с круглым воротником и в полосатый фартук. В руках она держала чёрный поднос, на котором лежала тарелка с кашей и чай в кружке. — Доброе утро. Сегодня домой, да? — она мило улыбнулась, ставя еду на прикроватную тумбочку. — Эм... Да, — Стэн неловко почесал затылок. — Рада слышать. Поздравляю с выпиской. — Спасибо. — Скучаешь по дому? — Не знаю. Тут зато можно нормально отдохнуть, — раздался смешок. — Многие говорят так. А по друзьям скучаешь? — Наверное. Ну я давно их не видел. — Там кстати какие-то мальчики приходили. К тебе хотели, но я их не пропустили, потому что нельзя гостям приходить в день выписки. Правила такие. Стэн напрягся. — А вы не знаете, как они выглядели? Девушка приложила палец к губе и отвела взгляд, задумавшись. — Помню, — она снова посмотрела на Марша. — Один шатен, а другой, пониже, рыжий. Юноша обрадовался, поняв, что Кайл всё же пришел навестить его. И был он с кем-то. Стэн не помнит, с кем из шатенов общался Брофловски, потому что в основном все их общие знакомые блондины или брюнеты. Ну это мог быть конечно Картман, но медсестра наверняка бы упомянула, что этот шатен ещё и жиртрест. Да и к тому же Эрик из их компании самый низкий. С Джими и Клайдом Кайл не так близок, чтобы идти с кем-то из них в больницу. Хотя может за эту неделю он сдружился с ними. А какой вообще шанс, что этот рыжий — вовсе не Кайл? Стэн надеется, что он если и не равен нулю, то близок к нему. — А они ещё там? — Нет, — она нахмурились. — Я сказала им, что они могут подождать тебя в зале ожидания, но они начали отнекиваться и ушли. Прости конечно, но у тебя немного странные друзья. Стэн свёл брови к переносице. Кайл не хочет его видеть? Тогда зачем он приходил? — Есть такое. Проследив, чтобы пациент полностью доел завтрак, медсестра взяла поднос и направилась к выходу из палаты. — И да, — сказала она на прощание, — пожалуйста, больше столько не пей, — дверь за ней закрылась.

***

Придя в зал ожидания, из всей семьи Стэн увидел только Шелли. Она выглядела разозлённой и яростно тыкала пальцами в экран телефона. Наверняка, мама попросила её встретить брата, мешая девушке общаться со своим парнем, с которым у нее вообще-то "есть шансы на что-то большее" — по крайней мере она всем это доказывала. Первая мысль, пришедшая Стэну в голову была о том, что его очень бесит сестра. Вторая — он давно не выводил её из себя. А третья — сейчас самое лучшее время, чтобы это исправить. Шелли сейчас слишком занята телефоном, не обращая ровно никакого внимания на вернувшиеся из палаты Стэна, поэтому воспользоваться таким идеальным шансом было бы практически грехом. Он, тихо подойдя на носочках ближе, убедившись, что ничего вокруг девушку не волнует, быстро выхватил у нее телефон, поднимая руку вверх. Шелли сразу же подняла голову и, увидев, что это сделал брат, встала и попыталась забрать обратно. — Верни, пока хуже не стало! — кричала она, подпрыгивая. За последние несколько лет Стэн довольно сильно вырос и успел даже обогнать сестру. Шелли злилась из-за этого, ведь раньше она могла насмехаться над ним за то, что тот такой низкий (хотя он никогда и не был низким, просто Шелли была слишком высокой для своего возраста). — А ты попробуй достать, — смеялся юноша. Он не переставал держать руку наверху. Стэну вдруг показалось, что просто стоять — скучно, да и тем более Шелли, кажется, скоро всё же сможет забрать телефон, поэтому он побежал к выходу, надеясь, что девушка не успеет так быстро среагировать. Но Шелли не отставала — когда брат был уже у двери, она мигом пошла к нему, сжимая руки в кулаки. Из-за длинных ногтей на ладонях наверняка останутся следы, боль от соприкосновения должна была быть сильной, но ей было все равно, потому что этот чертов Стэн сейчас забрал телефон прямо в разгар переписки с её парнем. Он ведь может подумать, что она его игнорирует или, что ещё хуже, изменяет с кем-то! Нельзя этого допустить. Они начали встречаться только недавно и их отношения лучшие во всем белом свете. Вывело из себя  Шелли ещё больше то, что Стэн поднес руку с гаджетом к мусорному ведру, явно намереваясь выкинуть его. Подлый мелкий засранец! — Не смей, малявка, — Шелли остановилась в нескольких шагах от брата, сама не понимая, почему не пошла дальше. — Я помогаю тебе получить новый телефон, — он медленно отпускал пальцы. — Ты должна меня благодарить! Стэн посмотрел прямо в мусорное ведро, намереваясь узнать, в какое именно дерьмо упадет любимая вещь сестры. Он представлял какие-нибудь отходы из столовой, грязные бахилы или даже рвоту (мало ли не успел добежать до туалета) — будет совсем смешно наблюдать за тем, как Шелли яростно вытирает экран, сдерживая тошнотворные позывы от грязи и прочего. Он уже начал раздумывать план побега на улицу — хорошо, что ведро находится как раз возле входной двери, — но внезапно застыл: внутри, помятая и немного раздавленная, валялась зелёная упаковка сока какой-то малоизвестной компании. Стэн бы сам о ней не знал, да и вряд ли обратил хоть какое-то внимание, если бы не Кайл: Кайл всегда пил именно этот, когда нужно было повысить сахар в крови. В сердце стало тепло от подтверждения мысли о том, что тот всё таки решил навестить его, наверняка обеспокоенный здоровьем лучшего друга. Только вот почему ушёл, не дождавшись выписки? Это странно и не похоже на Брофловски. Ведь Стэна Кайл мог ждать сколько угодно! Так что же сейчас вдруг изменилось? Наверное, он все же ещё немного обижен. — Ты был на грани смерти, придурок. Стэн даже не заметил, как Шелли забрала телефон обратно. — Зачем ты на мусор пялишься. У тебя фетиш что ли? — Думаю о том, как лучше будет скинуть весь мусор с нашей кровати на тебя, пока ты спишь. — Угрозами ты круче не становишься кстати. Шелли направилась к выходу, даже не оборачиваясь, чтобы поверить, что брат идёт за ней — и так знает, что пойдет. Вообще-то, именно этим он и собирался заняться, но звук пришедшего уведомления заставил его остановиться. Стэн, знал, что сейчас должно быть примерно 10 утра и знал, что до сих пор следит за этим аккаунтом. Он не знает, почему до сих пор не отписался, почему не забил, как сделал бы раньше и почему его вообще настолько сильно волнует то, что там напишут. И это раздражало. Стэн ненавидит что-то не знать.

«Аарон Хаген»

Долго вспоминать, кто такой этот Аарон не пришлось — Марш частенько видел его, когда приходил в гости к Кайлу. Кажется, он один из друзей Айка, и, судя по тому, что других мальчиков Айк домой больше приводит, они довольно близки.

«Мало кто знает об этом, но в прошлом году те полгода, что он провел на отдыхе с семьёй вовсе не были отдыхом с семьёй. Это была психушка!»

Так вот, почему Айк был такой расстроенный...

«Если вы думаете, что Аарон псих, то... вы абсолютно правы! А знаете, из-за чего? У него БАР. Я не разбираюсь в психиатрии, и не помню точно, какого именно типа, но вроде первого.

Оу, нет, он не алкоголик. БАР — это не бар, а биполярное аффективное расстройство. Он биполярник!»

Стэн особо не вчитывался, скорее просто пробегал глазами, но, заметив собственное имя, чуть не поперхнулся и несколько раз перечитал, надеясь на то, что ему просто кажется.

«Кстати говоря о алкоголиках, Стэна сегодня выписывают».

Потому что при чем тут вообще он сам? — Господи, ты вообще собираешься идти нет? Услышав голос вернувшейся сестры, Стэн с горем пополам убрал телефон в карман. Он поправил неудобно надетую лямку рюкзака и косо посмотрел на Шелли. Нет, ну а что она себе так много позволяет то! — Нет. — Да и пожалуйста. Оставайся в больнице, мне не жалко, — и она снова вышла на улицу, громко хлопнув за собой дверью. — Стой, подожди — Стэн пошёл за ней, зная, что походка Шелли далеко не медленная, несмотря на более низкий рост, по сравнению с братом. — Я пошутил, стой. Удивительно, как она успела оказаться уже так далеко — была практически на конце улицы. Стэн не мог бежать, сколько бы не хотел: воздух сегодня особенно холодный, а чувствовать сужение дыхательных путей — последнее, о чем он мог бы пожелать сейчас. Да и в принципе в любое время приступ астмы не вызывает радость. Как вообще удушье может вызвать радость? Ингалятор был глубоко в рюкзаке, и быстро взять его точно не получится. Стэн вновь поднял глаза на то место, где только что была Шелли и понял, что никого там больше нет — вернее есть, но просто прохожие, а самой Шелли не было. Саус Парк — город не особо большой, скорее маленький городишко. Стэн провёл в нем всю свою жизнь, не считая того года на ферме (и слава богу, что только год — больше он явно там бы не выдержал). Но вот в районе, в котором находилась больница Марш был только в детстве, и то, когда ещё даже не ходил в школу. Как вернуться домой он не знал. Стэн и сам не заметил, как в груди начало появляться это мерзкое чувство стеснения и заложенности. Воздух выдыхался с трудом, сопровождаемый едва слышимым хрипом. ингаляторврюкзакепростовозьмиего Руки дрожали, перед глазами плыло, а Стэн не понимал, почему это снова началось. Он ведь специально не бежал, даже шагал медленнее обычного. Если причиной была не физическая активность, то скорее всего паника. Так почему же он вообще сейчас паникует, если ничего ещё не успело произойти? ингаляторврюкзаке Пожалуйста, только не это. Только не страх, паника или что-то ещё — пережить это снова просто будет невозможно. Стоит состоянию начать улучшаться — всё снова пойдет наперекосяк. Наверное, перестать принимать антидепрессанты было не лучшей идеей. возьмиэтотчёртовингалятор — Выдохни. Стэн не открыл глаза, чтобы узнать кто это был — уши заложило, и распознать, кому принадлежал голос было тяжело. Он попытался выдохнуть максимально несколько может, но воздух будто застрял в лёгких. — Вдыхай, — подошедший поднёс что-то ко рту Марша. Стэн сразу понял, что это мундштук. Через несколько вдохов стало лучше. Открыв глаза, юноша осознал, что его рюкзак лежит на земле, открытый, а перед ним стоит Шелли, сжимая в руках ингалятор. — Ты реально идиот.