Clarior stellis, profundior oceano. (Ярче звезд, глубже океана)

Гарри тошнило. Ему казалось, что все его внутренности услужливо перекрутили, а потом не слишком аккуратно вставили обратно. С минуту Гарри провёл, пытаясь сообразить, где он, и что произошло. Использование порт-ключа он, конечно, мысленно записал в середину списка того, что он предпочел больше никогда не ощущать в своей и без того не самой сладкой жизни. Но, несмотря на это, придя в себя, он ощутил чувство предвкушения, приятно разливающееся мёдом где-то в груди: как-никак, совсем скоро он своими глазами увидит чемпионат по Квиддичу! Встряхнув головой, тем самым превратив свое волосяное гнездышко в еще более невообразимое нечто, Поттер огляделся, и, быстро найдя, остальных, а именно семью Уизли, Гермиону, которая недовольно хмурилась, и семью Диггори, облегченно вздохнул. Гарри повертел головой, осмотрев место, в которое они приземлились. Как оказалось, старый сапог перенес их на пустырь. Он не выглядел ухоженным, наоборот, каким-то диковатым, заброшенным: трава доставала ему до колена. В целом, это место выглядело каким-то... одиноким? Отчужденной атмосферы добавляло то, что сейчас было ранее утро; легкий туман мягко разливался по всему полю. В воздухе Поттер чувствовал следы чужой магии: их было бесчисленное множество, но само заброшенное поле выглядело совершенно обычно. Мальчик усмехнулся себе под нос. Чуть приглядевшись, Гарри заметил, как сквозь эту призрачную дымку, где-то в дали виднеются небольшие холмы. —Гарри! - неожиданно прервал его от созерцания местности голос Гермионы, положившей ему свою ладонь на плечо. Гарри обернулся, слегка смутившись от близости лица подруги. Мягкие и пушистые волосы Гермионы растрепались от резкого скачка в пространстве, из-за чего она выглядела довольно забавно. Ее серьезные, но теплые карие глаза смотрели прямо зелёные напротив. Строгое выражение лица тут же смягчилось, на что Гарри виновато улыбнулся. —Прости, Гермиона, ты что-то говорила? - неловко переспросил тот, на что Грейнджер лишь закатила глаза, вздохнула и похлопала Гарри по плечу. Так ничего и не сказав, она взяла его за руку и повела к остальным, которые, как оказалось, уже начали идти в сторону стоянки, где дожидались матча остальные волшебники. —Гарри Джеймс Поттер, тебе стоит быть внимательнее! А если бы я не заметила, что ты не пошел за нами? Ты бы остался там, на пустыре! - снова начала отчитывать Гарри Гермиона. где-то рядом уже весело вышагивал Рон, который, по всей видимости, уже выслушал нотацию Гермионы о том, что не проследил за другом. —Ну хватит, Гермиона. Мне кажется, что Гарри уже понял, что даже его очки не спасают его от его же невнимательности. - буркнул Рон, повернув к ним свою рыжую голову. На его веснушчатом добром лице расплылась задорная улыбка, поддерживающая Гарри. Мальчики переглянулись, весело улыбнувшись, и, сдержав смех, подмигнули друг другу. —Да-да, Гермиона, мы тоже считаем, что Гарри уже понял: что с очками, что без, он потеряется в трех соснах и вообще его нужно примотать к тебе веревкой для надёжности передвижения. - весело подхватили близнецы Фред и Джордж. рыжие сорванцы тут же загоготали со своих же слов, поравнявшись с троицей. Гермиона же только раздраженно закатила глаза, но Гарри заметил, как ее губы расплылись в незаметной, но теплой улыбке. Ей однозначно тоже было весело, а значит, она окончательно сменила свой гнев на милость и Гарри Джеймсу Поттеру не придётся умирать трагичной смертью от бесконечного круговорота нотаций подруги по пути к стоянке. Продолжая весело болтать и шутить, Гарри Рон и Гермиона не заметили. как наконец-то дошли до стоянки. От неожиданного для Гарри прекращения движения, он, не заметив впереди идущего, хорошенько так врезался носом в спину Диггори. Как ошпаренный, Гарри, чуть шатаясь, чтоб не упасть, отскочил от Седрика. Тот, неловко улыбнувшись, повернулся к нему: — Все в порядке, Гарри? - Седрик вежливо улыбнулся. Он был чуть старше, чем Рон, Гарри и Гермиона, как оказалось, он был Пуффендуйцем, который на этот учебный год переходил на седьмой курс. Его русого цвета волосы, на солнечных лучах переливавшиеся теплым, пшеничным золотом, слегка растрепались от ветра. Добрые карие глаза так и сочились дружелюбием и спокойствием, от его улыбки на его правой щеке приветливо выглядывала ямочка. Седрик, в общем и целом, был весьма и весьма привлекательным, презентабельным молодым человеком. Гарри раньше не особо обращал на него внимания, ему и не до этого было: то учеба, то Воландеморт, а иногда, для полноты идеальной картины, любовно написанной маслом - все вместе, да отработками у любимейшего Северуса Снейпа заправлено. На протяжении того времени, как они шли до стоянки, Гарри лишь мельком бросал на высокую и стройную фигуру Диггори косые взгляды. Тот разговаривал со своим отцом и отцом Рона, Артуром Уизли. Он улыбался, увлеченно о чем-то говоря и внимательно слушая собеседников. Иногда Седрик мог посмеяться с очередной шутки близнецов. Он казался очень миролюбивым, вежливым и... —Гарри? - Гарри вынырнул из своих мыслей и широко распахнув глаза посмотрел на обеспокоенное лицо Седрика. — А, со мной все хорошо, не волнуйся. —протараторил Гарри, все еще слегка смущенный. Седрик же на это лишь кротко кивнул и отвернулся. —Ну, дорогие, мы пришли! - раздался весёлый и громкий голос Артура Уизли. он выглядел восторженно и, активно жестикулируя, подзывал к себе ребят. Гарри с Гермионой переглянулись, покосившись на Рона, который начал без остановки чихать. Подхватив друга за руки с двух сторон, Поттер и Грейнджер потащили его к остальным. когда они подошли ближе к семейству Уизли, двух Диггори больше не было рядом. *** Перед Гарри раскинулась невероятная поляна: она была большой, даже не так, гигантской! Окруженная высокими деревьями, по всей поляне взрывами краски по холсту были утыканы палатки. Каких только не было, красный, желтые, серо-буро-малиновые в крапинку, переливающиеся разными цветами... Огромное количество людей смеялись, плакали, наслаждались этим моментом. Толпа была неизмеримо велика , она гудела не хуже мандрагор в теплице профессора Спраут. Люди говорили на разных языках, их голоса были такими живыми, как будто далекими, но в тоже время невозможно близкими, а в воздухе витали ароматы невиданных блюд, забавных внешне, некоторые из них даже выглядели несколько пугающе, но были и те, от вида которых во рту невольно начали скапливаться слюнки. Где-то стояли палатки, в которых находилась куча разной дребедени, которую волшебники с удовольствием и смехом рассматривали и покупали. У Гарри зарябило в глазах от такого количества людей, красок и запахов. в его груди разлилась невиданная радость предвкушения и ощущения, что это место до странного родное. Он с глупой улыбкой на лице таращился на все это великолепие, в груди пели птицы свободы. В какой-то момент Гарри даже не заметил, как Джинни, младшая сестра Рона, успела утащить его внутрь их собственной палатки. —Земля вызывает Гарри Поттера! Прием! - весело и громко щебетала Джинни, щелкая пальцами у лица Гарри. Мальчик встряхнул голой и весело рассмеялся, убирая руку Джинни от своего лица. —Джинни, ну хватит, я все слышу. —Ага, как же! То-то же тебя пришлось оттаскивать с середины поляны, как козлика обратно в загон. Твоя челюсть там едва не поцеловала землю! —Джинни, прекрати, Гарри ведь впервые в таком месте! Для него вполне нормальна такая реакция. - чопорно прервал сестру Перси. Он, как ни странно, выглядел все так же аккуратно, в его цепкий взгляд по-доброму обволакивал Гарри. Хоть Перси и был тем еще душнилой, но Поттер понимал, за всеми этими слоями, был такой же Уизли. Такой же добрый и готовый на многое, почти на все, ради своей семьи. — Да ладно тебе, Перси, Джинни права. - благодарно улыбнулся и кивнул Поттер на поддержку Перси, на что Уизли снисходительно покачал головой и ушел в... другую комнату? только сейчас Гарри понял, насколько внутри палатки много места. Снаружи, как он заметил, она была небольшой, даже можно сказать, знатно потрепанной жизнью. Внутри же выяснилось, что это были настоящие хоромы, по мнению Гарри . Поттер, видимо, стоял в гостиной, а вся семья Уизли к этому времени уже разбежалась, занявшись своими делами. Помогавшие по словам Перси ставить палатку Билли и Чарли ушли прогуляться к речке, которая, как оказалось, была не так уж и далеко. Ну, по крайне мере так его заверил Артур Уизли - глава рыжего вечно гудящего семейства. Гермиона и Рон сидели на диване, разложив магически шахматы. Гермиона забавно хмурилась, пока Рон самодовольно задирал нос. Еще с первого курса Гарри понял, что пускай Гермиона и невероятно умная, начитанная девочка, Рон в волшебных шахматах - непревзойденный мастер и бог. —Ха! Я же говорил, что выиграю, Герми... — Ой, помолчи, Рональд! Ты мешаешь мне думать, - перебила его Гермиона. —О! Так я и знала! Шах, Рон. —Что?! Каким образом? - удивленно выпучив глаза воскликнул Рон. Он растерянно посмотрел на доску и тихо пробормотал себе под нос, как Гарри понял по реакции Гермионы, что-то не самое приличное. Ему тут же прилетел подзатыльник от Грейнджер. —следи за языком, а то... —Понял, понял, сдаюсь! - закрывши руками голову виновато сказал Рон, потирая ушиб, на что Гермиона довольно усмехнулась. Чуть посмаковав свою победу над Роном, она перевела взгляд в сторону Гарри и, аккуратно спрыгнув с дивана, совсем как кошка, подошла к нему, улыбаясь. —Гарри, где ты был? - Гарри уже открыл рот, чтоб из него вытекло очередное оправдание, как вдруг стоявшая рядом Джинни ловко прикрыла ему уста рукой, начав говорить вместо него. –Ворон он считал! Ты бы видела его, Герми, он как потерявший котенок стоял посередине поляны и во все глаза таращился... Ай! - Гарри слегка укусил Джинни, на что она резко отдернула руку от его рта и обиженно посмотрела на друга. — Ты! — Случайно получилось. Как же так? - ехидно улыбаясь повел плечами Гарри. Джинни на это лишь закатила глаза и, толкнув Гарри кулачком в плечо, ускакала куда-то в глубь палатки. Подоспевший к ним Рон захихикал, но, получив очередной подзатыльник от Гермионы, быстренько заткнулся. Теперь была очередь Гарри смеяться, однако не успел от и звука издать, как ему тоже прилетел подзатыльник. – Ай! А мне-то за что?! — За соучастие, Гарри. - кисло улыбнулась мальчику Грейнджер. – Это был дружеский жест! Никакого соучастия! - возмущенно нахохлился Поттер, потирая затылок. – Молчать! - рявкнула Гермиона, из-за чего Гарри и Рон встали как по стойке смирно. Появилось даже желание назвать Гермиону "мэм" но мальчики благополучно сдержались. Девушка, понаблюдав на ними с минуту, неожиданно громко захохотала, взъерошив обоим мальчикам волосы. — Ну Гермиона! - обиженными щеночками посмотрели Рон и Гарри на подругу. – Ты, Рон, еще причешешься, а у Гарри... - она бросила взгляд мельком на волосы Гарри, недовольно скривившись. –А у Гарри на голове пожизненное гнездо! - Гарри на это лишь театрально смахнул слезу с уголка глаза, шмыгнув носом, и улыбнулся во все 32 зуба. – Ой, заткнись, Гарри. - буркнул Рон. – Но я молчал! – Молчи тише. - с умным видом ткнул пальцем в потолок палатки Рон. Гарри на это лишь закатил глаза и цокнул языком, закапываясь рукой в итак взъерошенные до невозможности волосы. Почесав репу, Гарри переключил свое внимание на ворвавшихся в палатку Фреда и Джорджа. Оба пихались, шаловливо перебрасываясь многообещающими взглядами. Рон на это зрелище состроил невероятно трагичную гримасу, тихонько начав отступать вглубь палатки от греха подальше. —А ну, стоять. - Гарри, как настоящий друг, схватил Рона за шкирятник, любезно остановив. Как говорится, если и страдать, то только вместе. Рон покосился на Гарри, который лишь совершенно не сочувствующе кивнул ему, саркастично подняв бровь. – Если и страдать... – ... То только вместе... - вздохнул Рон, смирившись со своей судьбой. – Знаешь, Гарри, иногда я тебя ненавижу, но это только иногда. – Хэй, прихлопни свой приемник, мой мальчик. - скопировав манеру Дамблдора запричитал Гарри. Рон вымученно опустил голову. *** – Ребята! – Мы! -начали по очереди вещать близнецы. —Фред, Джордж, говорите нормально. - сказал Перси, зашедший вслед за ними в палатку. Гарри даже и не заметил, когда он успел покинуть помещение. — Близнецы хотели позвать вас на ярмарку. Из-за того, что мы приехали на день раньше, у нас еще есть время прогуляться. Уверяю, вам понравится. - улыбнулся ребятам Перси, проходя к столу и беря из вазочки яблоко. — Именно! -восхищенно воскликнул Фред. Все еще держа Рональда за шиворот, Гарри радостно кивнул головой, переведя взгляд на Рона, он так же подметил, что его настроение тоже стало лучше. Рон уже не был так скептично настроен и, видимо, тоже предвкушал маленькую, но захватывающую дух прогулку. Отпустив Уизли, Поттер двинулся к близнецам, пока Гермиона уже копалась в своей сумочке, видимо, ища что-то, чем можно было прикрыть кудахтанье близнецов. По ее лицу понятно, что это занятие, к сожалению, окончилось без результата. Тем не менее, пару минут спустя Гарри, Рон и Гермиона, после недолгих наставлений Перси Уизли о безопасности, уже веселые, полные любопытства разглядывала все великолепие волшебного сборища, которое дружно ожидало начало матча. Где-то рядом радостно крутилась у ларьков с сувенирами Джинни в сопровождении Фреда, а Джордж же вышагивал наравне с троицей, спокойно о чем-то шебурша с Роном, лишь иногда пускаясь в хохот, на что младший кисло корчил рожицу и пытался отвесить брату подзатыльник, но тот ловко уворачивался, показывал младшему брату язык и в ответ давал в лобешник Рону, но, в отличии от него, очень даже успешно. Гарри тепло усмехнулся, глядя на это зрелище и возвращаясь к их с Гермионой разговору. Гермиона, к слову, в это время уже успела переключить свое внимание на какую-то лавку с магическими безделушками. —Гарри, может сходим? Я хочу купить нам что-нибудь на память! – воскликнула Гермиона, смотря Гарри прямо в глаза. —Конечно, Гермиона. Думаю, это отличная идея. - без лишних пререканий согласился Поттер. Но он и вправду считал, что это прекрасная идея... И вот, полминуты спустя, он и Гермиона любопытно разглядывали ассортимент этой лавочки. Бесчисленное количество всякой всячины, от зачарованных сережек, чьи камни блистали как звезды, красивые аккуратные браслеты из серебра, зачарованные талисманы на удачу, любовь и прочую приятную чепуху, так и кричало: "купите нас!". Где-то в глубине прилавка, в красивой бархатной коробочке лежали различные перстни. От скромных, до, вполне возможно, чьих-то фамильных. Взгляд разбегался от такого огромного и красивого ассортимента. А после того, как Гермиона уточнила цену, Гарри захотелось и вовсе засмеяться. Гермиона внимательно рассматривала сначала браслеты, но спохватившись о том, что Гарри играет в Квиддичу и украшения на руках могут мешать ему, быстро переключился свое внимание на другие вещи. Подошедшие к ним Рон, Фред, Джордж и Джинни тоже начали заинтересованно рассматривать украшения. Цепкий и внимательный взгляд Гермионы остановился на трех подвесках. Они были аккуратными, цепочки были выполнены из серебра, а в кулончики на этих подвесках были инкрустированы цветные камни, в которых весело играл солнечный свет. Гермиона потянулась сначала к подвеске с сапфиром, что был глубокого, насыщенного синего цвета, напоминая бескрайнее бушующее море, которое пахнет солью и свободой. Единственное значение этого камня, которое помнила Гермиона - защита. Вторая подвеска была украшена каким-то ярким, насыщенно зеленым камнем и отдавал алмазным блеском, но как оказалось со слов владельца лавки, это был демантоид. Со слов этого добродушного старичка, это был очень ценный камень, который приносил владельцу изобилие, процветание, уверенность в себе и прочие почести. А в последней подвеске яркой звездной горит сфалерит. Гермиона знала этот камень, так как ее родители часто дарили украшения именно с ним, говоря, что он безумно напоминает им их маленькую любимую дочурку. Гермиона считала, что этот камень и вправду хорошо ей подходит. Он нес в себе символику интеллекта, знания, интуиции и проницательности, как говорил ее отец. Расплатившись за три товара, Гермиона, довольная покупкой, подошла к стоящим у лавочки с закусками рядом, Рону и Гарри, которые, словно два хомяка уже успели набить рты едой. Они пытались другу что-то сказать с растянутыми круглыми щеками, на что Гермиона мысленно поморщилась. Подойдя к ним, она прочистила горло чтоб оповестить ребят о своем присутствии, и сразу прервала их попытку что-то сказать. — Сначала дожуйте, а уж потом говорите. Ну ей-богу, вы как маленькие! Уже должны знать, что когда у вас рты до отказа набиты, то, то, что вылетит оттуда, очень трудно будет назвать словами. - отчитала их Гермиона. Слегка подождав, пока они прожуют, она наконец-то продолжила говорить. — Вот, возьмите. - протянула девочка Рону и Гарри по подвеске. Они, переглянувшись, благодарностью взяли у подруги подарки. Гарри вручили кулончик с демантоидом, а Рону - с сапфиром. Тот растерянно посмотрел на украшение, уже состроив щенячьи глазки и хотев начать возмущаться, что Гермионе не стало траться на это и что Рону служит подарком ее дружба, но Гермиона только подняла руку, заставляя Рона замолчать, не успев даже словом обмолвиться. —Рон, просто возьми. Это подарок от меня. И вообще, я лучше знаю, как я должна распорядиться деньгами, и я посчитала, что это подвески прекрасная идея. Так что надевай и носи с удовольствием. -успокоила Рона Гермиона. И Гарри, и Гермиона знали, что Рону тяжело принимать дорогие подарки из-за его ситуации в семье. Но даже эти повестки казались ему дорогими, хотя что для Гарри, что для Гермионы они не были такими уж и необычными в ценовом плане. Обычными. Но именно поэтому, они старались научить Рона принимать такие подарки от них, не оглядываясь на его финансовое состояние. Рон тоже прекрасно это понимал и был очень благодарен друзьям. Он всегда чувствовала себя неуверенным, забытым, на фоне своих братьев и сестры. Но с Гарри и Гермионой он был нужным, самым незаменимым и любимым. Мальчик благодарно кивнул Гермионе. Неловко попытавшись застегнуть застежку подвески на своей шее, но его мучения прервала тяжко вздохнувшая Гермиона, которая в считанные секунды уже застегнула подвеску, кулончик которой теперь весело переливался на солнце, подмигивая ребятам. За это время Гарри быстро справился со своей подвеской и на его груди гордо покачивался ярко-зеленый камень, так сильно напоминавший глаза Гарри. Они были такие же яркие, волшебные и ласковые, тоже переливались на солнце, дарили тепло. Оглядев мальчиков, Гермиона радостно улыбнулась. Тепло разлилось в ней сладкой патокой. Она, Гарри и Рональд всегда были вместе, с самого первого курса, всегда выручали друг друга, стали нечто большим, чем просто "друзья". Они стали самой настоящей семьей друг для друга, утешением, которого они не смогут получить ни от кого другого. Они избавляли себя от одиночества, заполняя свои детские сердца любовью. И эти подвески, по мнению Гермионы, стали их частью в тот момент, как она их увидела. В тот момент, как сапфир блеснул, прямо как глаза Рона, такие чистые, храбрые и готовые защищать. В тот момент, когда подвеска с зеленым камнем успокаивающе откликнулась на солнечный лучик, пробравшийся сквозь навес лавки с побрякушками. В тот момент, как ее глаза столкнулись со звездой, спрятанной в кулончике, который теперь мирно покоился на ее груди. Довольно улыбнувшись, ребята пошли обратно, в сторону палатки. Краем глаза, Рон заметил знакомую копну русых волос. К его великому сожалению, эта копна волос тоже его заметила. И она уже стремительным шагом шла в их сторону. –Мерлиновы панталоны, Гарри, давайте пойдем другим путем...-скорчив кислую улыбочку взмолился Рон. Ему хватило присутствия Диггори младшего еще по пути к стоянке. Не то что бы тот ему не нравился, но единственные люди, которые он с радостью терпел всю свою жизнь 24/7 были Гарри и Гермиона. Сейчас он хотел лишь завалиться в палатку и сладко захрапеть, желательно вплоть до начала Чемпионата по Квиддичу. –Рон, что-то не так? - слегка обеспокоенно спросила друга Гермиона, но проследив взгляд Рона, она лишь скептично подняла бровь, как получалось только у нее, ну, говоря об этом, только у Гермионы одним таким движением получалось намекнуть на скудность интеллектуальных способностей визави. –Рон? - удивленный сменой настроения, Гарри тоже проследил взгляд Рональда, но заметив, что тем, кто его вызвал был всего лишь Седрик Диггори, он тоже посмотрел на Рона, но уже более сочувствующим взглядом, так как после утреннего столкновения с Диггори он до сих пор чувствовал некоторую неловкость перед этим мягким юношей и тоже не особо хотел с ним пересекаться. —Ох, Седрик! Рада видеть тебя снова! – уже успела натянуть дружелюбную улыбку Гермиона, резко пихнув Рона локтем в бок, от чего бедняга еле сдержался, чтоб не согнуться пополам. Несмотря на свое миниатюрное телосложение, Гермиона была довольно сильной девушкой. По всей видимости, вместе со знаниями из книг, она впитала не только информацию, а от их вечных стараний выжить от бесконечно назойливого Воландеморта с его феноменально прекрасной идеей убить Гарри, она неплохо так прокачалась. Гарри мысленно поежился и посочувствовал другу, хоть сам он был искренне рад, что тем, кого пихнула Гермиона был не он сам. —Да…действительно, Гермиона. Я тоже рад видеть вас. Надеюсь, вы хорошо проводите здесь свое время? В этом году местная ярмарка перед Чемпионатом действительно получилась гораздо масштабнее, чем во время проведения последнего матча. – вежливо улыбнулся им троим Диггори. Гарри в голову уже закрадывалась мысль, не болят ли у Диггори щеки от того, насколько часто тот улыбается. Но по всей видимости, Седрика это вообще не беспокоило. Он продолжал улыбаться, общаясь с воодушевленной Гермионой, которой его компания, по всей видимости, была даже очень приятна. Ну, оно и понятно, ведь несмотря на то, что Гарри редко обращал внимание на других студентов, более того на ребят с других факультетов, то Седрик Диггори относится к тем людям, которых Поттер волей-неволей, а запомнил. Красивый, хорошо учится, староста своего факультета, так еще и в Квиддич неплохо играет. В общем, прекрасный и примерный ученик, которым гордится весь Хогвартс, даже несмотря на то, что Диггори пуффендуец. Не то что бы Гарри был против пуффендуя, даже наоборот, это был факультет, с которым гриффиндор был ближе всего, но то, что Седрик был из пуффендуя добавляло какой-то идеальной простоты и завершенности в его образа «Золотого Мальчика». Мягкий, внимательный, самоотверженный и безумно преданный, всегда окруженный толпой. Он собрал в себе все главные качества своего факультета. Спустя еще десять минут разговора между Диггори и Грейнджер, они, наконец-таки попрощавшись, разошлись. —Я пригласила Седрика сегодня вечером на костер.- небрежно бросила фразу Гермиона, аккуратно поправляя свои волосы. —Ты - что?! - взбеленился Рон. Он был не очень рад этой новости! —Рон, не будь антисоциальной обезьяной. Спустись со своей пальмы и познакомься с другими людьми. И вообще, общение с таким человеком, как Седрик, может хорошо на тебя повлиять. – отрезала все вещания друга Гермиона. В ее голосе звучала та самая непреклонность, против которой что Гарри, что Рон, да хоть даже сам Мерлин были бессильны. —Вообще, Рон, лично я думаю, что пригласить Диггори было правда очень даже неплохой идеей. – усмехнулся Гарри. —Гарри! И ты туда же! предатель… —Может я и предатель, мой мальчик, - на излюбленную манеру Дамблдора протянул ехидно Гарри, – но зато я - социализированный человек, а не пещерный житель и король одинокой пальмы, как некоторые. - Рон на эти слова лишь скорчил смешную оскорбленную рожицу, выражающую полное падение его нежной души в ад предательства лучших друзей. Кто бы мог подумать, что через каких-то часа три, именно Рон окажется тем, кто с горящими от энтузиазма и восторга глазами будет обсуждать с Диггори предстоящий Чемпионат Мира по Квиддичу, который должен был вот-вот наступить. Когда Седрик присоединился к семейству Уизли у костра, Гарри чувствовал себя слегка неловко, но чем дольше он находился в компании добродушного пуффендуйца, тем расслабленнее он становился. Седрик правда был таким, как о нем думал Гарри, поэтому уже спустя каких-то полчаса с пуговкой, Поттер весело смеялся в его компании. Троица рассказывала Диггори некоторые подробности их приключений, о которых в Хогвартсе никто кроме них не знал. Гарри с Роном наперебой вещали о том, как на втором курсе, из-за сломанной палочки Рона, угрожавший им профессор Локхарт сам по итогу стал идиотом, они рассказывали, как Гермиона втащила отпрыску Малфоев на третьем курсе, на что девочка отвесила мальчикам два мощных, как всегда, подзатылка. У обоих в голове от такого «польщения» их светлых умов, пронзительным сопрано запела Полная Дама, охраняющая общую гостиную Гриффиндора. Хотелось промыть уши и мозг с мылом, но увы, даже маги еще не придумали спасения от этого ангельского голосочка, который мог послужить отличным дополнением к страшным фильмам, афиши которых Поттер изредка видел притоптанными на грязном асфальте, когда отбывал своё летнее заключение у ненавистных ему Дурслей. Седрик на это лишь по-доброму посмеялся. В целом, вся атмосфера у костра для Гарри ощущалась как будто нереальной…Что-то теплое, что-то родное настолько, что в груди щемило до хруста, до невыносимой, но приятной боли. Щемило так, что ребра ломались, пронзая его душу насквозь. Маленький мальчик внутри Гарри Джеймса Поттера был счастлив. Он был счастлив настолько, что его детское, изможденное недоеданиями, вечными побоями и ненавистью со стороны тех, кем он мечтал был быть любимым, было мокрым от безнадёжных, едких, как кислота слез. Слез, которые жидким золотом стеками по мягким детским щекам и падали в черную бездну, туда, откуда если Гарри оступиться, он больше никогда не сможет выбраться. Но Гарри знал, что ни он, ни тот маленький, одинокой мальчик, который затаился внутри его большого, чистого и готового любить без остатка, сжигая все преграды на пути своим храбрым огнем сердца, никогда не попадут в те пучины отчаяния, которые тихим, боязливым шепотом между собой люди называли «полным одиночеством». Никогда. Потому что Гарри Поттер, «Мальчик, который выжил», никогда не будет один, пока рядом с ним Рон и Гермиона, пока семья Уизли принимает его как своего собственного сына, готовые порвать за него любого, пока в этом мире есть и живет его крестный отец Сириус…никогда. Гарри Поттер будет сильным, сильным настолько, что никакая магия на свете никогда не сможет отнять у него его мир. Его семью. Его большую, пусть неродную по крови, пусть странную, но самую крепкую семью. Вечер полнился смехом, радостью и предвкушением. Когда стало уже слишком поздно, Диггори одарил всех прощальной улыбкой, обещая пересечься со всеми во время Чемпионата. Каждому он пожал руку, а девчонок, Гермиону и Джинни, слегка приобнял за плечи. Когда Седрик пожимал Гарри руку, то в голове Поттера пронеслась лишь одна мысль. «Теплый» Тепло от руки Диггори еще надолго осталось на ладони , на что Гарри лишь весело усмехнулся и поспешил к друзьям, которые безудержно хохотали над очередными проделками близнецов, пока сидящие рядом Чарли, Биллом и Перси Уизли тихо что-то обсуждали. Гарри, случайно встретившийся взглядом с Чарли Уизли, дружелюбно улыбнулся ему. Тот лишь весело подмигнул. Брови Гарри до сих пор невольно дергались за компанию с глазом, когда в его памяти всплывали его приключения с Норбертом. Дракончиком, которого Хагрид непонятно у кого, но как потом оказалось, у его бывшего профессора по ЗОТИ, Защите от Темных Искусств, выиграл Хагрид. Ох и намучался Гарри после этого. В голову залезли неприятные воспоминания о крысеныше Малфое, который как самый верный стукач все рассказал профессору Макгонагалл. да и Гарри сам красавчик, забыл плащ-невидимку, так тот еще и любимому Снейпу попался в руки. В общем, прискорбная история, от абсурдности которой хотелось смеяться или рыдать. Среднего не дано. *** По телу приятно разливалась усталость. Она тыквенным соком текла по рукам и ногам, а в голове, было до оглушающего пусто. просто потому, что за сегодня Гарри слишком устал. Просто потому, что предвкушение завтрашнего дня затопило весь его разум, перемешиваясь с удовлетворением и счастьем. если бы Поттер мог, он бы сейчас заурчал от наслаждения, но не мог и поэтому, ему ничего не оставалось, кроме как уснуть. Во сне Гарри прокручивал свои самые счастливые в его жизни дни. То, как он жил в Норе. Ему снилось, как он, Рон и Гермиона снова читают книги, тесно прижавшись друг к другу у камина вечером, снилось, как он играет в Квиддич во дворе Норы, снится, как Артур Уизли рассказывает очередную историю из жизни, снится, как снова помогает Молли Уизли на кухне. Гарри снится счастье. И, хоть на утро он не узнаем об этом, но Билл Уизли, вставший ночью попить воды запомнит, как Гарри Поттер улыбается во сне, лежа на диване. *** — Гарри, пора вставать. Ты так весь Чемпионат проспишь! - бессовестно тыкала его в бок Гермиона. После фразы «Проспать чемпионат Мира по Квиддичу» Гарри вскочил и, приняв сидячее положение на кровати, протараторил: «Я не сплю». Гермиона на это снисходительно улыбнулась, погладив Гарри по голове. —Слюни вытри. – на что сонный мальчик неловким, резким движением попытался оттереть застывшие слюни, но поняв, что занятие это тщетное, Гарри, тяжело вздохнув, скинул с себя одеяло, взял из рук Гермионы свои очки-велосипеды и грустно почапал в ванную комнату. Смотря на себя в зеркало, опираясь руками о раковину, он видел свои ужасно растрепанные волосы, которые на подобии гнезда торчали все все стороны. Поттер даже попытался пригладить их рукой на спустя пару десятков тщетным попыток, он равнодушно пожал плечами и бросил это гиблое дело. Наскоро переодевшись, нацепив на себя первое, что попалось под руку, когда он рылся в свих немногочисленных вещах. Умывшись и почистив зубы, Гарри улыбнулся своему отражению. Встряхнув головой в последний раз, Поттер аккуратно поправил подаренный вчера Гермионой кулончик, невольно заглядевшись на небольшой, но безумно красивый драгоценный камешек. Отпирая дверь из ванной, Гарри чуть было не столкнулся лбами с заспанным Роном. Тот выглядел не лучше, чем сам Гарри после пробуждения. Тем не менее, Уизли на это событие отреагировал опоздавшим «Ой». —Гермиона на тебя уже хотела адских гончих выпустить. Подумала, что ты любезно решил пообсасывать раковину еще пятнадцать минуточек, прежде чем она из тебя душу выцарапает. - не прикрывая свой зевающий рот промямлил Рон, похлопывая Гарри по плечу. Из его рта уже доносился ядерный запах мяты, что означало, что не только Гарри помедитировал над раковиной за полированием зубищ. Оба мальчика в обнимку доковыляли до кухни, где уже вкусно пахло яичницей и фруктами. Наскоро закинув в себя, еду, даже не почувствовав, ребята выдвинулись к арене, где их уже ждали заранее пошедшие Перси и Билл. *** Придя на арену, Гарри готов был душу отдать. Он видел, как все те волшебники, еще вчера разместившиеся по цветастым палаткам, от которых в глазах рябило, собрались здесь. Все пестрело разыми цветами, но больше всех были видны цвета соревнующихся команд. Этот матч проводился между Ирландией и Болгарией. Болельщики Ирландии были одеты в ярко-зеленые мантии, некоторые были в тематических шляпах, шарфах, а лица могли быть символично расписаны трилистниками или соответствующим флагом. Совсем как у устроившихся через Рона от Гарри близнецов. Они были одеты в шляпы и шарфы цветов команды Ирландии, а в их руках были забавные палочки, с похожими на лепестки трилистника лопастями, которые крутились из-за ветра. Видимо, они купили эти безделушки на вчерашней ярмарке. Хотя что уж там, сам Гарри стоял в идиотской шляпе с элементами красного. Рон, стоящий рядом вообще был раскрашен как готовый броситься в самое пекло боя индеец, на его шее был кое-как обмотан красный шарф. С похожим, но в зеленом раскрасе образе, стояла и Джиневра. Гермиона же сдержанно ограничилась шарфом в цвета Ирландии. В глазах Фреда и Джорджа, Джинни и Рона читался детский, дикий восторг, который попросту было невозможно сдержать, они громко переговаривались между собой. Гарри посмотрел вниз, на ряд ниже. Его лицо тут же превратилось в лимон. Изумрудные глаза встретили холодные, напоминающие разгар беспощадной вьюги в самом сердце зимы, серые глаза, полные тошнотворной надменности и невообразимо огромного эго. Драко Малфой лишь криво усмехнулся Поттеру. Было в его усмешке что-то гнилое, неприятно сладковатое на языке. Гарри не захотел больше смотреть этому папенькиному сыночку в лицо и отвернулся к Рону, что опять ставил ставки с близнецами по поводу того, какая команда выиграет этот матч. Внутри Гарри был мерно утрамбован восторг, готовый вот-вот вырваться из него и затопить всю арену. Вдруг, Гарри неожиданно вздрогнул из-за того, что кто-то хлопнул его из-за спины по плечу. Резко обернувшись, мальчик обнаружил лишь широко улыбающегося… —Седрик! – весело воскликнул Гарри, и не сдержав свои бурлящие от волнения эмоции, крепко обнял появившегося парня. Из-за некоторой разницы в росте, Диггори наклонился, чтоб обнять Поттера в ответ, похлопав по спине. Гарри уж вообще не смущало ничего. Особенно после вчерашних веселых разговоров у костра. Похлопав пуффендуйца по плечу, Поттер, повысив голос, пытаясь перекричать рев толпы поприветствовал Седрика. —Я тоже тебе рад, Гарри! Ты не представляешь, насколько сложно было вас разглядеть в этой куче! - прикрыв уши руками наперебой отвечал парень. На их попытки поговорить обернулись и остальные. Они все радушно поприветствовали Седрика и слегка расступавшись, уступили ему место между Гарри и Роном. Их дружное гудение прервал громкий голос Альбуса Дамблдора, объявлявший матч открытым! Вся толпа дружно зааплодировала. Это было мощно, оглушающе, от этого душа пускалась в весёлый пляс. Первой на поле вышла команда Болгарии, как понял Гарри, взглянув на ярко красную спортивную форму игроков. —Это же Крам! Виктор Крам! - оживился Рон, тыкая пальцем на возглавляющего команду Болгарии юношу, лет двадцати навскидку. —Рональд, не тыкай пальцем! - начала отчитывать друга Гермиона, на что Седрик Диггори, стоящий от Гейнджер через Гарри, аккуратно наклонился вперед, чтоб видеть ее лицо и вежливо улыбнувшись девушке, успокоил ее. —Гермиона, дай Рону немного порадоваться, лучше не обращай на это внимания и сама наслаждайся матчем! Гермиона слегка неловко улыбнулась Седрику, и , перестав жучить Рона, обратила свое внимание на выходящих ирландцев, которые как и болгары устроили целое шоу из своего выхода на поле, только в отличии от болгар, чей талисман представляли прекрасные вейлы, ирландцы запустили целый фейрверк, который леприконами разлетелся по полю. Толпа взревела еще громче, хотя казалось бы, куда еще? Глаза девушки наполнились искренним восторгом и она тут же позабыла о некультурности Рона. Гарри, смотря то на поле, то на подругу, лишь весело ухмыльнулся и погладил ее по голове. Смотрящий со стороны на это очаровательно появление привязанности, Диггори лишь тепло улыбнулся, наблюдая за тем, как близка же эта троица, что вечно устраивает бесчинства в Хогвартсе, тем самым его спасая. Седрик был на три года старше, чем Грейнджер, Поттер и Рон Уизли. Его жизнь, первые три курса точнее, проходили размеренно, полные того самого обычного детсткого озорства и учебы, учёбы и еще раз учебы. Седрик не особо жаловался на это. Потому что понимал важность учебы, но тем не менее, он не стеснялся и отлынивать. В общем, он вел себя как обычным мальчишка. Но с самого детства, мальчик знал об “Избранном”, о мальчике, который выжил после нападения Воландеморта. Когда Гарри объявился в Хогвартсе, все стояли на ушах, да и он сам был удивлён. Почему-то, в какой-то момент Седрик начал считать существование этого мальчика обычным мифом, легендой, которая в свое время расселяла страхи о непобедимости Темного Лорда. Но оказалось, что Гарри Поттер действительно существует. Как только юный Седрик увидел маленького, тощего мальчика на стуле, с распределительной шляпой на голове, ему хотелось прыснуть себе в кулак. Как этот тощий мальчишка может быть легендарным чудом волшебного мира? Надеждой, которая заставляет волшебников верить в то, что Тот-Кого-Нельзя-Называть пал? Но этот Гарри Поттер начал удивлять уже со своего первого курса. Поступивший на факультет храбрых гриффиндорцев, Гарри будто вставил еще один кусочек пазла в свой пьедестал героя. И так, в течении всех этих лет, шаг за шагом мальчик выстраивал себя по кусочкам. Сначала стал самым молодым ловцом за всю историю Хогвартса, ошеломив всех своим мастерством, потом победил Темного Лорда, опять же на первом курсе! Да еще и уложил тролля, так, между делом. И с каждым годом было что-то новое: на втором курсе Поттер и его шайка опять спасла Хогвартс от Того-Кого-Нельзя-Называть, как будто это стало их любимым хобби! На третьем курсе тот и вовсе выжил, когда на тот момент сваливший из Азкабана Сириус Блек сбежал на гиппогрифе. Хоть сейчас и выяснилось, что Блэк был невиновен в смерти родителей мальчика, а вся вина была на считавшемся погибшим Питере Петтигрю, который примкнул к Темному Лорду. Думая об этом, у Седрика неприятно скрутило живот. Ни в чем неповинный человек отмучился двенадцать лет в Азкабане, так еще и без суда и следствия. Просто потому, что нужно было хотя бы на кого-то повесить вину. Просто потому, что всем было на самом деле плевать, кто виноват, а кто нет. А ведь Поттер мог вырасти вместе со своим крестным отцом, не в дали от магического мира. И вот, теперь Седрик стоит рядом с этим до ужаса необычным и сильным мальчиком и его семьей и восхищается им. Ну, а как иначе? Это ведь Гарри Поттер, "Золотой Мальчик Гриффиндора", "Избранный", "Мальчик-Который-Выжил", и "Самый Юный Ловец в Истории Хогвартса". Диггори хмыкнул себе под нос, переводя внимание на матч, который пока парень витал в облаках, был уже в самом разгаре. *** У Гарри отняло дыхание, когда он увидел, как игроки взмывают в небо. Казалось, что они срослить с метлами, которые стали продолжением их конечностей, новым, не зведанным ранее человечеству органом чувств, что громко назвался "Свободой". Поттер как привороженный наблюдал за игрой, как игроки то взмывали, то резко падали вниз, хитря и безжалостно, но при этом пределах правил, уничтожая соперников. А когда Виктор Крм поймал снитч, Гарри чуть было вообще не задохнулся. В его лёгкие поступило слишком много воздуха, как будто это он поймал снитч, как будто это он совершил поразительный трюк, ошибка при котором могла стоить Краму не то что карьеры, а его жизни. —Невероятно! Рон, Рон! Ты видел это?! - восхищённо тряс друга за плечи Гарри. Младший Уизли же лишь глупо ему улыбался, болтая головой как идиот. —Гарри, успокойся, у Рона сейчас голова отвалится от того, как ты его трясешь, а от этого, поверь нам, он умнее не станет! - весело гоготали близнецы, которые тоже были вне себя от радости, так как все из сбереженимя были поставлены на выигравшую Ирландию. Да, несмотря на радость ребят, Болгария проиграла, даже с тем фактором, что Виктор Крам был тем, кто поймал снитч. *** Попрощавшись с Седриком на выходе с арены, ребята направились обратно к палатке Уизли. Уже была глубокая ночь, когда веселы, шумный и чутка пьяные подростки разошлись. В палатке было тихо. Спокойно. Безопасно.