Возле чудовища

      Утро. Обычно это самая ненавистная часть суток. Особенно холодное утро субботы… Особенно когда у тебя практика.       Проснувшись от холода, девушка застонала. В попытках найти второй угол пледа, она громко вздохнула. В этот момент ты не понимаешь: то ли ты глупая, то ли плед треугольный? Лениво встав с кровати, она направилась в ванную комнату. Улыбнувшись своему «шикарному» отражению в зеркале, девушка тяжело вздохнула. — Я уже ненавижу этот день, — произнесла она, потирая глаза. — ладно, Хару, сегодня нужно постараться и дожить до вечера.       Она почистила зубы, приняла душ и с довольным вздохом вышла из ванной комнаты. Выполнив всё своё утреннее рутинное расписание, девушка снова облегчённо вздохнула. Даже когда она ходила на тренировки, её руки так сильно не болели. Высушить волосы, выпрямить их плойкой, сделать лёгкий макияж — всё это убивало её по утрам. Открыв шкаф, она остановилась и задумалась. — Может, лучше остаться дома… — вздохнув, она надела тёплые серые брюки-клёш и красный свитер с высоким горлом. Взглянув на обувь, а затем на снег за окном, выбор сразу пал на чёрные берцы. А из верхней одежды она однозначно выбрала бежевое пальто. Закинув на плечо свою любимую большую чёрную сумку, в которую помещались: медицинский костюм, сменная обувь, стетоскоп, медицинские перчатки, маски, бейдж, блокнот с ручкой, антисептик и салфетки, ланч-бокс и бутылка воды, телефон, наушники и пауэрбанк. Иногда у неё дёргался глаз от количества работы, но, спокойно усмехнувшись себе, она вышла из дома. Взглянув на часы, Хару представила, что могла бы быть в тёплой кроватке… 6:45… В 8:00 нужно было уже быть в больнице, а лучше в 7:40 — чтобы успеть переодеться и, как говорила сама Хару, подготовиться к вливанию в социум. Что ж, мы и направляемся в больницу.

***

      Утром в больнице, как всегда, было холодно. Заглянув в очередную комнату, она вздохнула — делать утренний обход было хуже всего. Единственное, что ей нравилось, — это ходить в удобной форме и бегать по палатам в кроксах. Закончив обход, девушка сдала отчёт в регистратуру.       Дальше по расписанию у неё было куча амбулаторных приёмов и ассистирование на одной операции… Ну как ассистирование — подготовка операционного поля. Она ненавидела своего наставника всей душой, но успокаивала себя мыслями, что остался всего один год стажировки. Мечта сбежать в другую больницу была незабываемой. Была лишь одна радость — наставник не слишком следил за ней, и большую часть времени она проводила одна или с другими практикантами.       Потягивая кофе в кабинете, она смотрела в окно и надеялась на лучшее. Вздохнув, девушка поднялась и проверила список пациентов. Ладно, не так уж ужасно — всего 32 пациента. Подойдя к стеллажу, она проверила медицинские карты пациентов, записанных на сегодня. Подготовив рабочее место, Хару снова вздохнула. За гипсовые бинты пришлось бороться ещё вчера, но она справилась. Первый пациент был назначен на 9:00. В кабинет зашла старенькая бабушка. — Доброе утро, я врач-стажёр Курама, буду помогать вам сегодня, — она улыбнулась, не желая портить настроение старушке. — Проходите, пожалуйста, садитесь. Рассказывайте, на что жалуетесь? — Здравствуйте, доктор, — пациентка медленно села, держась за колено. — В последнее время очень болит колено… — Что ж, когда появилась боль в колене? И было ли раньше что-то подобное? — Боль появилась неделю назад, теперь тяжело ходить даже дома, — бабушка вздохнула. — Раньше колено «ныло на погоду», но теперь болит почти постоянно. — Хорошо, я попрошу вас сесть на кушетку. — Она присела на корточки перед пациенткой. Надев очки и одноразовые перчатки, девушка приподняла юбку бабушки, чтобы осмотреть колено. Кожа слегка отёкла, без синяков. Осторожно надавливая по краям сустава, она подняла взгляд. — Болит? Где именно? — Да… внутренняя сторона… — старушка нахмурилась.       Медленно сгибая и разгибая колено, девушка заметила, что сгибание ограничено, а разгибание неполное из-за боли. Она поднялась и вздохнула. Ей всегда было жаль старых людей. — Чтобы точно понять причину боли, я направлю вас на рентген. Возможно, увижу изменения в суставе или повреждение костей.       Она села за стол и, включив компьютер, оформила электронное направление. Нажав кнопку вызова, они вместе ждали медсестру. — Не волнуйтесь, я обязательно вам помогу, — улыбнулась она. — Будете бегать, будто вам пятнадцать. Тем временем пришла медсестра, узнав номер электронного направления, и вместе со старушкой ушла в рентген-кабинет.

***

      За это время Харука успела принять троих пациентов. В 9:20 у неё было «окно», и, потягивая кофе, она смотрела результат рентгена обоих коленей. Медсестра снова привела бабушку и ушла. Девушка вывела изображение на экран монитора. — Вот ваш сустав. Здесь видно, что хрящ стал тоньше, и кости немного ближе друг к другу — это называется артроз. Из-за этого возникает боль. — С этим что-то можно сделать?.. — Конечно! Я назначу вам курс противовоспалительных препаратов и дам специальный эластичный наколенник. — она улыбнулась, выписывая на бумаге рецепт на противовоспалительную мазь. — могу предложить курс физиотерапии: тепловые процедуры, упражнения для укрепления мышц. — Да, пожалуйста, — старушка улыбнулась, беря рецепт и направление на курс физиотерапии. — а если у меня будет сильная боль… например, дома? — Я дам вам свой номер. Позвоните мне — я сообщу врачу. Тогда или я, или он приедем к вам и сделаем внутрисуставную инъекцию гиалуроновой кислоты или стероида. — Когда будет следующий приём? Она взяла медицинскую карту старушки и зафиксировала там диагноз, назначения и дату следующего визита. — В следующем месяце. Примерно 13 апреля, в 10:30 (сейчас 30 марта). — Поняла. — Нам важно, чтобы вы избегали резких движений и перегрузки колена. Ходите с тростью, делайте упражнения, которые вам покажут на физиотерапии, и приходите на контроль через две недели. — Спасибо вам, вы станете замечательным врачом, — она улыбнулась и вышла.       Приняв ещё несколько пациентов, она пошла в операционную, готовя поле к операции. Единственное, чему девушка радовалась — на этой операции ассистировать будет не она. Поэтому, подготовив место, она спокойно ушла в ординаторскую. Заварив себе чай, девушка села за стол. Попивая напиток и заполняя документацию по сегодняшним пациентам, она мечтала скорее попасть домой. Взглянула на часы — 17:20. Отлично, рабочий день почти закончился.       За окном падал снег — это было довольно странно, ведь сейчас был конец марта, а это центральная Япония.       Переодевшись в свою одежду, Хару вышла на улицу. Там был небольшой мороз. Она выдохнула, наблюдая за белыми узорами из дыхания. — Не хочу… — вздохнула она. — но ради братиков… придётся идти. Спустившись в метро и дождавшись электрички, она доехала до конечной станции и вышла. Единственное, что спасало от скуки по дороге к родительскому дому, — это белоснежный лес. Вдали виднелись светлые окна домов. Подойдя к одному из них, девушка постучала в дверь.       Её открыла мрачная женщина, которая улыбнулась, встретив её взгляд. — Привет, мама. Впустишь? — Заходи, милая. Зайдя в тёплый дом и сняв пальто, она зевнула и протёрла глаза, но вдруг задумалась. — М-м… чем так пахнет? — обернулась она к матери. — Пицца и запечённая скумбрия с рисом, — улыбнулась та. — мальчишки наверху.       Достав из сумки две шоколадки и две кремовые булочки, Харука поднялась на второй этаж. Открыв дверь комнаты, она увидела две мордашки, которые пили энергетики и смотрели фильм. — И не стыдно вам? — рассмеялась она. — мама это не оценит. — Харука! — крикнули двое в унисон. Вручив им сладости, девушка села между ними и погладила обоих по голове. Шун и Рен — младшие братья. Один русоволосый (Шун), другой чёрноволосый (Рен). — Хината передавала вам привет, — улыбнулась она. — она скучает. — Даже не вспоминай о ней, — отрезал Рен. Шун кивнул, вздохнув. Их старшая сестра сбежала отсюда при первой возможности и оборвала все связи. — Как ваши успехи в тайском боксе? — поднявшись, она открыла окно и закурила сигарету. — папа даже хвалил вас. — Скоро соревнования, — вздохнул Рен. — Меня хотят выгнать… — признался Шун. — Что ты успел натворить? Опять подрался? — выдыхая белый дым, девушка взглянула на брата. — Ага, вроде того… — Долго не сидите, ужин почти готов.       Закрыв дверь и спустившись на кухню, Хару увидела там маму и папу. Они, как всегда, ворковали друг с другом. Папа обожал свою жену. Целовал, уделял внимание, дарил подарки и каждый день говорил, как сильно он её любит.       Даже четверо детей никогда не мешали ему проявлять заботу. Харука всегда мечтала о карьере, но повзрослев, стала мечтать о настоящей любви. — Вижу, вы сами справились с ужином, — рассмеялась она. — или мне есть чем помочь? — Язык у тебя острый, — улыбнулся отец, сидя за столом. — как дела в больнице? — Всё как всегда… куча людей, все постоянно кричат, наставник даже не смотрит на меня, — вздохнула она. — огромное спасибо, что он это делает, потому что я не могу смотреть на его лицо. Бесит. — Вернись в спорт — выбьешь всю злость. — Папа, прошу, не начинай. — Что значит «не начинай»? Ты шла на КМС! — он поднялся и повысил голос. — и что дальше? Перед последним боем просто уйти из спорта?! — Хватит уже! Я любила спорт! Правда любила! Но я всегда хотела стать врачом! — вскрикнула она. — Не кричи на отца, — строго сказала мать. — С удовольствием! — девушка вышла в коридор. Надев пальто и обувь, она взяла сумку и ушла.       Идти пешком было бы убийством, поэтому Хару села в такси, которое отвезло её домой. Прибыв туда, она тяжело вздохнула, сняла обувь и верхнюю одежду и пошла на кухню включить чайник. Тем временем девушка переоделась и расчесала волосы.       Голова раскалывалась от мыслей, успокаивала лишь мягкая пижама. Завтра снова практика, снова больница, снова ужасное существование.