Король Эддард, именуемый Первым

«Десять лет я служил в Королевской гвардии Эйриса. Сотни раз я испытывал желание убить его. Сотни раз я мог исполнить это желание. Но я этого не сделал. И боги проклянут меня сотни раз за мое малодушие. И я это заслужил». (Освелл Уэнт) *** — Вот и она, Королевская Гавань, милорд, — сказал ему Марк Рисвелл. — В каком состоянии город? — спросил Нед. — Все ворота заперты наглухо, гавань перекрыта цепью, никто не может ни войти, ни выйти из города. На стенах полно воинов. Вне сомнений, они готовы к осаде. С тяжелым вздохом Нед слез с коня. — Понятно. Начинайте разбивать лагерь, пока отдохнем после марша. А завтра начнем готовить осадные машины. Отправьте кто-нибудь гонца к Роберту, пусть расскажет ему все, чтобы он поспешил к столице и присоединился к осаде. А там… Я надеюсь, что Мейс Тирелл не совершит каких-нибудь глупостей, вроде попытки прорвать блокаду. Потому что в этом случае война затянется надолго. Окружавшие его воины тут же принялись расставлять шатры и палатки. Его, Неда, шатер, самый просторный и удобный, сшитый из тонкого мирийского полотна, естественно, был установлен самым первым. Кое-где на этом полотне еще виднелись гербы с трехглавыми драконами — да, шатер изначально не принадлежал лорду Старку. Еще совсем недавно им владел сам принц Рейгар, убитый Робертом на берегу Трезубца. И после битвы Нед забрал себе шатер в качестве своей доли трофеев. Стоило, конечно, поменять этих треклятых драконов на лютоволков с герба дома Старков… Но — потом. Устроившись за походным столом, он разложил несколько карт и стал разрабатывать стратегию осады, время от времени делая глоток из кружки с элем. Несмотря на то, что восставшие выиграли битву на Трезубце, победа далась им очень дорогой ценой. Войска Штормовых земель, принявшие на себя основной удар противника, были почти истреблены, а латная конница Долины потеряла чуть ли не половину всех людей и лошадей. Так что теперь основной костяк объединенных сил, противостоящих дому Таргариенов, составляли северяне, которыми командовал он, Нед Старк. Поэтому он и выдвинулся к столице самым первым, не дожидаясь союзников. Они могли присоединиться и потом. Вместе с картой столицы и ее окрестностей он рассматривал и карту Вестероса, прикидывая, кто как отреагирует на недавние события. Дорн — он, скорее всего, останется на стороне Таргариенов. Просто ради того, чтобы сохранить живой и невредимой принцессу Элию Мартелл и ее детей. Однако, с учетом огромных потерь, понесенных ими на Трезубце, с их стороны вряд ли стоило ожидать серьезной угрозы. С другой стороны, Тиреллы… От них можно было ждать серьезных проблем. У них еще оставалось войско в почти шестьдесят тысяч мечей, тогда как у восставших — у всех вместе взятых — кое-как набиралось тридцать тысяч. Несмотря на то, что принц Рейгар был мертв и его армия разбита, если Тиреллы и дальше будут поддерживать Дом дракона… Значит, им придется сражаться не просто за Таргариенов, но за Эйриса Безумного и его малолетнего сына. И среди просторцев найдется немало тех, кто не захочет этого делать. Значит, если они слегка поднажмут, не исключено, что многие знаменосцы Хайгардена решат сменить сторону. Но были еще и Западные земли. Как поступит дом Ланнистеров, чью сторону примет — этого Нед не знал. Но в то, что они поддержат Таргариенов, верилось все-таки слабо. Если бы только Западом по-прежнему правил лорд Тайвин… Увы, но накануне турнира в Харренхолле пришла страшная весть. Тайвин Ланнистер, Верховный лорд Западных земель и бывший десница короля, погиб в порту Ланниспорта, когда на него упала сломавшаяся мачта одного из кораблей. Все произошло так быстро, что ни он сам, ни кто-либо еще не успели ничего предпринять. Говорят, тяжелая мачта просто раскроила Тайвину череп и хоронить его пришлось в закрытом гробу. И пока все королевство внимало этой новости с замиранием сердца, Эйрис Безумный… Он возликовал. Когда Джейме Ланнистер явился на турнир в Харренхолле, король во всеуслышание объявил его новым Верховным лордом Западных земель — и во всех подробностях расписал «жалкую и смешную» смерть его отца. Нед сам все видел и слышал. Он видел и то, как новоиспеченный лорд Джейме кипел гневом и как сжимал кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони, оставив кровавые борозды… Но он сдержался. В тот же день новый лорд Утеса Кастерли покинул турнир вместе с подавляющим большинством рыцарей Запада. С тех пор они не покидали своих владений. Когда началось восстание, Роберт и Эддард надеялись, что глубоко оскорбленный лорд Джейме примкнет к ним если не сразу, то хотя бы потом. Но Джейме — скорее всего, прислушавшись к словам своего осторожного дяди Кивана — остался в стороне. На все призывы Железного трона и лидеров восстания Утес отвечал глухим молчанием. При этом разведка донесла о том, что не меньше двенадцати тысяч лучших воинов Западных земель собралось в окрестностях Золотого Зуба. Некоторые из поддержавших Роберта лордов не без оснований опасались того, что Ланнистеры готовятся ударить им в спину, но Нед в такое не верил. Если Джейме после пережитого унижения со стороны Таргариенов не просто поддержит их вопреки всему, но и сделает это таким бесчестным образом, нетрудно догадаться, как к его семье будут относиться после войны — вне зависимости от того, кто победит. Конечно, у противоположной точки зрения тоже были весомые доводы. Все знали, как сильно Джейме симпатизирует принцу Рейгару и сиру Эртуру Дейну, недавно посвятившему его в рыцари. Но было ли этой привязанности достаточно для поддержки всего дома Таргариенов? И если даже да, позволили бы молодому лорду сделать этот шаг братья покойного Тайвина? Уже после Трезубца они в очередной раз отправили посланника к лорду Ланнистеру. И вместе с ним — целую гору щедрых посулов. Западным землям было обещано множество преференций после скорой победы Восстания, а леди Серсее была предложена рука Бенджена Старка… Все понимали, что лорд Джейме вряд ли согласится отдать свою единственную сестру за младшего брата лорда Эддарда, но не сделать подобного предложения было еще хуже, а других подходящих членов семей Верховных лордов, не состоящих в браке и не помолвленных, увы, не нашлось. Нед очень надеялся на то, что Джейме, поняв, что исход войны уже предрешен, если не выступит на стороне Восстания, то хотя бы выразит устную поддержку… Даже это могло заставить Тиреллов усомниться… Его размышления прервал Бринден Талли, с которым Нед прошел всю войну и который стал для него незаменимым наставником и помощником. И мысли о будущей расстановке сил сами собой перешли в категорию «здесь и сейчас»: как лучше всего организовать осаду, как разместить людей, какие направления выбрать. Сейчас наиболее очевидной целью главного удара виделись Грязные ворота, а еще желательно было соорудить как можно больше лестниц и осадных башен к тому моменту, когда подтянутся союзники. Время терять было никак нельзя, армия Простора по-прежнему угрожала и Неду приходилось учитывать возможность удара с тыла. Они проговорили всю ночь — и к утру план осады был готов. Изможденный Эддард кое-как стянул с себя доспехи — и уснул, едва его голова коснулась подушки… *** — Нед! Нед, проснись! Он был готов поклясться, что услышал это сразу, едва сомкнулись его веки. «Даже поспать не дадут…» — с досадой подумал Эддард, поднимаясь с постели. — Хоуленд, я только что уснул… — попенял он старому другу. — И я очень надеюсь, что у тебя есть достойная причина меня разбудить… — Посмотри сам — и все поймешь, — Хоуленд Рид потащил Неда к выходу из шатра. — Кажется, войне конец… Он не стал говорить ничего больше. Лишь взял с походного столика чашу с холодной водой, отхлебнул, чтобы немного прийти в себя, и пошел следом за Хоулендом. Выйдя из шатра, он не смог сдержать изумления. Городские ворота была распахнуты настежь. И горящие на стене и под стенами факелы давали понять, что ему это не показалось. С такого расстояния трудно было разглядеть фигуры на стенах, но Нед, как ни вглядывался, не мог разглядеть ни одного силуэта защитников Королевской Гавани. Тем временем другие воины и военачальники из земель Севера и Трезубца тоже выходили из своих палаток — и видели то же, что и он. И реагировали примерно так же. — У всех остальных ворот сейчас происходит то же самое. Они открыты и не охраняются, — добавил Рид. По-прежнему растерянные люди принялись обсуждать случившееся между собой. Однако замешательство их было густо приправлено радостью. — Я так понимаю, Золотые плащи тоже отвернулись от Эйриса, — предположил Джонос Бракен. — Никто больше не готов сражаться за Безумного короля. И я прекрасно их понимаю. — Согласен, — кивнул Титос Блэквуд. — Думаю, надо занять город, раз уж подвернулся такой шанс. Возьмем Эйриса, осудим и казним — и все, конец войне. Даже в таком растерянном состоянии Эддард отметил про себя поразительное единодушие между Бракеном с Блэквудом. Интересно, чего еще он мог ожидать? Чтобы небо на землю рухнуло? — Если защитники столицы предали Эйриса, они должны были не только открыть ворота, но и отправить нам гонца, чтобы тот сообщил о сдаче. Но они этого не сделали, — несколько охладил их радость Русе Болтон. — Нет, милорды, все не так просто, как нам кажется. Думаю, стоит проявить определенную осторожность. Лорды оживленно заспорили между собой. Большая их часть настаивала на том, чтобы как можно скорее занять город, бросив туда все войска, тогда как меньшая соглашалась с тем, что это может быть какая-то ловушка. Чем дольше продолжался спор, тем громче становились голоса и в скором времени все могло перерасти в… — Довольно! — Старк ударил кулаком по столу. — Я решил. Дядя Ондрю, — обратился он к своему двоюродному деду Ондрю Локку, брату бабушки Марны и лорду Старого Замка. Возраст уже забрал большую часть его боевой стати, но он все равно оставался одним из опытнейших военачальников Севера. — Возьми с собой две тысячи человек и войди в Королевскую Гавань. Затем сразу же направляйся в Красный замок. По возможности, не ввязывайся в стычки. Там возьми принцессу Элию Мартелл с ее детьми — и как можно скорее вывези их в какое-нибудь безопасное место. Чтобы ни один волосок с их головы не упал. А Эйрис… — Нед стиснул зубы. — …Я хочу, чтобы это чудовище привели ко мне живьем. Я вынес ему приговор — и я же исполню его. Когда Красный замок будет взят, отправь к нам гонца с посланием. Ондрю Локк, который в споре выступал против того, чтобы вводить в город все войска, не стал возражать против отправки небольшого отряда с собой во главе. Он коротко кивнул и стал отдавать приказы. Нед очень надеялся, что все пройдет без происшествий — и его меры предосторожности окажутся излишними. И ему было немного стыдно за то, что он отправлял в возможную западню своего родича, но он доверял лорду Ондрю и его многолетнему опыту. Если кто и мог разгадать ловушку заранее, то только он. А если даже и нет… Лучше потерять две тысячи человек, чем всю армию. Прошло около часа, а от Локка все не было вестей. Сам Нед в это время не сидел сложа руки. Он готовил своих воинов к штурму и строго запретил всем им любые грабежи и насилия в отношении мирных людей. Но приказа он пока не отдавал — сначала нужно было дождаться вестей. И он дождался. Как только из ворот выехала группа всадников с гербами дома Локков, он сам выехал им навстречу. — Ваши приказания выполнены в точности, милорд, — доложил гонец, ехавший впереди. — Нам почти никто не сопротивлялся. Золотые плащи сложили оружие сразу, как только мы въехали в город. Элия Мартелл и ее дети заперты в своих покоях и к ним приставлена надежная охрана. Что до Эйриса… С ним остался всего один королевский гвардеец, сир Герольд Хайтауэр и мы… Мы вынуждены были его убить. Он до последнего защищал Безумного короля. Сейчас Эйрис сидит в тронном зале в цепях и ждет вашего суда. И он… По-моему, он окончательно потерял рассудок. Постоянно повторяет одни и те же слова: «Сжечь их всех!» — Хорошо. Очень хорошо. Похоже, что наши опасения были напрасны, — Нед почувствовал, как у него гора с плеч свалилась. — Мы были правы, думая, что никто больше не станет служить Безумному королю. Прикажите солдатам… Он так и не успел закончить свой приказ. Земля под их ногами резко вздрогнула, а со стороны Королевской Гавани раздался оглушительный гром. Тряхнуло так, что многие попадали наземь, включая самого Неда. — Да что это было? — крикнул Родрик Рисвелл, придавленный упавшей на него столешницей. Едва Нед поднялся на ноги, как землю снова тряхнуло, еще сильнее, чем в прошлый раз. Но в этот раз он не упал. — Вон из шатра! — заорал Бринден Талли, с усилием сталкивая тяжелую мебель с тела Рисвелла. — Бегите, пока вас всех не завалило. Лорд Старк тут же бросился наружу, успев прихватить свой Лед. Земля вздрогнула в третий раз. Он пробежал мимо упавшего на колени лорда Пайпера, который, кажется, молился. Выйдя из шатра, он увидел то, чего потом не мог забыть никогда. Над Королевской Гаванью вырос огромный зеленый гриб, изрезанный языками пламени и окруженный таким же зеленым туманом. И этот гриб продолжал расти, постепенно пожирая город квартал за кварталом, улицу за улицей. А растекавшийся повсюду зеленый дым казался им предвестником неминуемой гибели. Он представил, как кричат запертые в городских стенах люди, тщетно пытающиеся спастись. И как пламя настигает их везде и всюду. И он видел, как рушится внутрь себя хрустальный купол септы Бейлора — и как ее разрывает изнутри новым взрывом, из которого с новой силой начинает растекаться зеленый дым, подобный предсмертному крику. Зеленое пламя пожирало все живое — все души, все чаяния, все мечты. Взрыв Дикого огня возвестил о конце целой эпохи. Гибель Королевской Гавани ознаменовала конец Цивилизации и смерть Веры. Нед вздрогнул от очередного взрыва — и потом молча смотрел на то, как разлетаются на куски Львиные ворота. Затем в его голове промелькнула одна короткая мысль: «Миллион человек». Именно столько было жителей в этом городе. Миллион мужчин, женщин и детей сейчас умирали у Неда на глазах, сгорая заживо. На всем Севере жило… сколько? Миллионов пять? Около того. На глазах у лорда Севера в один момент умерла пятая часть его подданных. И он ничего не мог с этим сделать. Он просто стоял и смотрел, понимая, что никогда не забудет того, что сейчас видит. Вокруг него кто-то бегал, кто-то кричал, кто-то кому-то молился — а кто-то молча взирал на этот ужас, как и он. — Нед! Эддард! Лорд Старк! — кто-то тряс его за плечи, пока он не вышел из оцепенения. Ну как вышел… медленно перевел взгляд на Хоуленда Рида, который продолжал его трясти. — Этот дым… Зеленый дым… — Рид махнул рукой в сторону погибающего города. — Он ядовитый! И ветер несет его прямо на нас! Если мы останемся здесь, мы все умрем! Надо уходить! Немедленно! Осознание того, что промедление принесет смерть и ему самому, и его людям, Нед, наконец, очнулся и скомандовал общее отступление. И сам побежал к привязанному чуть поодаль коню. Его войско, еще вчера составлявшее основную силу Восстания, окончательно превратилась в бегущую толпу. Но кто их осудил бы — после такого? Воины бежали прочь, отталкивая друг друга — куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Неду повезло больше — как и всем, у кого были лошади. Отъехав на достаточное расстояние, он все же оглянулся. Отсюда город виднелся лишь на самом-самом горизонте — по крайней мере, раньше. Сейчас он светился, подобно восходящему зеленому солнцу. Королевская Гавань погибла в зеленом пламени и криках тех, кого оно пожирало. И Нед Старк понимал, что зеленый огонь поставил точку не в войне и не в династии Таргариенов. Он сжег целую эпоху.