Волосы Сиф

Локи приподнялся на локте и взглянул на спящую в его объятиях женщину. Сиф - молодая женушка Тора, ее светлые толстые косы обрамляли хорошенькое личико и простирались ниже по соблазнительным изгибам тела. Белая нежная кожа благоухала полевыми цветами, пряными травами и ароматным медом. Он положил ладонь на ее обнажённую грудь и легонько сжал, сосок тут же затвердел и ее дыхание чуть участилось. Но она по прежнему оставалась неподвижна и с закрытыми глазами, измотанная его ласками, которые лишали ее покоя всю прошлую ночь и утро, и в итоге она попала в плен морока враждебной полуденницы, чьим обморочным чарам поддалась, утратив чувство времени из-за любовных утех с Локи. Когда наступил полдень, и летний зной и магия соперницы, с которой она предпочитала не пересекаться жарким днем на ее территории, повергли Сиф в сон прямо во время их соития посреди золотого поля хлебных колосьев, Локи будучи невосприимчивым к силам природных стихий, оставаясь в полном рассудке, соорудил над ними невидимое укрытие тени и прохлады, но Сиф уже не могла пробудиться не смотря на все его старания. Она в дремотной неге раскинулась на импровизированном ложе из пшеничных снопов, которое наколдовала сама же накануне, когда игриво убегала от Локи, уводя их подальше от любопытных глаз ее последователей, празднующих Лугнасад. Ему не составило труда соблазнить ее, хмельную от меда и восторженного поклонения паствы, прошлым вечером. К тому же Тор недавно как отбыл в очередной ратный поход, опрометчиво оставив молодую благоверную в одиночестве на ее же собственный праздник. Жажда разделить радость торжества, а потом и дополнить восторгом чувств от телесной близости вкупе с настойчивостью Локи толкнули ее на измену. Он немного поласкал ее грудь и потом сорвал колосок и провел по ее щеке и ниже по шее, груди и животу, наблюдая как тело покрывается мурашками. Он спустился ниже и поводил колоском по золотистым волоскам на любовном холме. Как было бы славно насладиться ею также и сегодня, проникнув в ее покои, когда она будет еще бодрствовать. Он представил как развалится на брачном ложе Тора и усадит чужую жену сначала себе на лицо и потом и на свой член, как она будет задорно прыгать на нем, выкрикивая его имя в экстазе. Хорошо бы было запечатлеть этот момент не только в памяти... Он посмотрел на шелковистые волосы на ее лобке и ухмыльнулся. В тот же миг в его руках появились острые серебристые ножницы, которыми он осторожно состриг всю растительность, обнажив ее пухлые нижние губки. Он крутанул пальцами и сотворил волшебство - остриженные волоски собрались в пушистый кончик, а пшеничные стебли с земли в ручку кисточки. Локи провел по своей щеке получившейся кистью, приятно ласкающей кожу. Теперь ему будет чем нарисовать ее портрет этим вечером. Он уже хотел осторожно перенести ее в Асгард, но замешкался, залюбовался. Он провел сложенными ножницами между ее ножек по внутренней стороне бедра, оставляя чуть воспаленный розовый след, а затем, отложив их, пальцами по нежным оголоенным плелестям, развинул губки, коснулся чувствительного секеля, который сразу же набух. Охваченный желанием он припал ртом к ее манящему женскому естеству, и с удовольствием отметил как ощутимая дрожь охватила ее тело. Хотя ее тело по прежнему было неподвижно, руки и ноги безвольно лежали, а лицо ничего не выражало, лоно сочилось любовным соком. Он встал на колени и раздвинул ей ноги, член его уже стоял колом и он вскользнул в нее, раздвигая влажные упругие стенки. Держа ее за бедра, он ритмично вминался в нее, то долго и томно ласкал внутри, то дразняще замедлялся на входе, то мощными рывками толкал в глубине. Он изнемогал, был уже несколько раз на грани, а она все истекала и часто дышала, иногда подрагивая. Он лег на нее, покрывая лицо и губы поцелуями, и приложил ладонь к ее виску, посылая зеленоватым светом импульс к ее разуму, укрепляющий связь с телом. Она вдруг сжала его внутри себя, и шумно выдохнула через приоткрытые его требовательным языком губы. Через несколько минут она уже была вся охвачена сладкими судорогами. Он подождал пока они чуть затихнут и извергся в нее. Когда она стала опять неподвижна, он вышел из нее, погладил головкой ее лоно снаружи, выдавил последние капли и втер их в нее. Он положил ладонь на ее живот и прислушался. Да, это был хороший момент для принятия ее благодатной утробой его семени. Она была проверенной плодородной женщиной, и уже разродилась сыном от Одина, который опасаясь гнева Фригг, спихнул любовницу с приплодом на попечение дурня Тора. Это была бы хорошая шутка обрюхатить ее вслед за побратимом, Тор бы даже не прознал, что прижил не своего первенца, тк отлучился лишь накануне. Но сперва Локи рассчитывал вкусить ее прелестей сполна, пользуясь отсутствием незадачливого мужа. Он осторожно одел ее, незаметно перенес в ее покои и удалился на окраину Идавелль от греха подальше - от шума и вездесущих придворных ушей и глаз до вечера, пока Гладсхейм не угомонится и не заснет. Еле дождавшись сумерек, он вернулся в чертог Радости, где его ждал неприятный сюрприз - в Асгард внезапно вернулся Тор Одинсон, да еще и со всеми своими воинами, что означало не короткую побывку, а визит неопределённой длительности. Все асы по этому поводу уже собрались в Валаскьялве. Когда Локи вошел чертог Одина все присутствующие обернулись в нему как он сразу понял - с укором. Тор был в гневе, его глаза сверкали молниями а над головой собрались грозовые тучи. Подле него сидела заплаканная Сиф и держала в руках свои обрезанные косы. Она злобно взглянула на Локи и обернулась к мужу: - Посмотри, это его рук дело - жалобно проскулила она, протягивая тому серп - тут стоят его знаки. Вот стервь! Локи узнал орудие для жатвы, это был серп одной из его мидгарских ведьм. На нем действительно были его отметки - его подарок... - Зачем ты сделал это брат? - спросил негромко Один, восседавший на своем Хлидскьяльфе. Локи посмотрел на побратима с вызовом, и ответил, равнодушно поведя плечами: - Подумал, что это будет смешная шутка. Тор схватил молот: "Мерзавец!", вскричал он и в ярости двинулся на Локи. - Стой, сын - прикрикнул на него всеотец, - волосы не зубы, отрастут. А бог шуток должен будет загладить свою вину. Как раз твой поход к цвергам не задался. А ты собирайся - приказал он Локи, - отправишься с поручением к Ивальди, попутно сможешь возместить нанесенный тобой ущерб. Локи покорно склонил голову и вышел. Сиф, успевшая покинуть зал после своих речей не дожидаясь мордобоя, поджидала его в коридоре: - Упроси искусных братьев сделать мои новые волосы из чистого золота и самыми прекрасными на свете - надменно бросила она ему. Локи тяжело посмотрел на нее: - Тот у кого ты отняла мой серп, еще жив? - Ты про одну из своих смертных шлюх? - хохотнула она - хотела я ее повесить на ближайшей сосне за то, что ты меня оставил голой овинной крысой между ног, чуть не опозорив перед мужем, да она сразу заорала и улепетала побросав свои травнические причиндалы. - А как тебе помогут срезанные косы? - спросил Локи - их же на лобок не пришьёшь... - Скажу что расстроена потерей красоты и не возлягу с ним пока там не отрастет - беззастенчиво ответила Сиф - ничего, перебьеться пару недель. Локи покачал головой, удивляясь женскому коварству. - Прости, Сиф, - сказал он миролюбиво - я не хотел опозорить тебя коль не знал, что Тор вернется так скоро. Я добуду тебе самые красивые волосы во всех 9 мирах. Он учтиво поклонился. Ему предстояло нелегкое испытание в добыче даров богам.