Поездка за город

Тепло солнца протекало сквозь шторы, разливаясь по комнате, как мёд по горячим блинам. Нам Гю зажмурился, потянулся, громко выдохнул и, только потом, медленно приоткрыл один глаз. — О, заебись. Голова не трещит. — That’s my strong baby, — раздался голос сбоку. Он повернулся и увидел Таноса, лежащего на боку, с телефоном в руке. — Ты чё, не спал вообще? — спросил Нам Гю, приподнимаясь. — Спал. Но теперь не могу оторваться. Ты храпел как дед. I loved it. — Да иди ты нахуй, — буркнул он, но в голосе уже не было злости. — Хочешь кофе? Или... массаж? Или... кое-что другое? — Су Бон подмигнул. Нам Гю покосился на него. Он был в чёрной майке, волосы торчали в разные стороны, глаза немного припухшие — и всё это выглядело... чертовски возбуждающе. — Кофе потом. Сейчас... давай то, что было третьим. Танос ухмыльнулся — Yes, sir. — Он подполз ближе, взял лицо Нам Гю в ладони, поцеловал в уголок губ. Потом губы снова коснулись его шеи, немного выше ключицы. Там, где пульс. Нам Гю тихо застонал, запрокинул голову. Его пальцы вплелись в волосы Су Бона. — Потише... — шепнул он. — Вдруг эти психи уже вернулись. — Don’t care, baby. Let them hear how loved you are. Танос опустился ниже. Ткань покрывала сползала по телам. В комнате становилось жарче, несмотря на прохладу за окном. Воздух был густой от запаха кожи, солнечного тепла и чего-то ещё — электрического, почти первобытного. Нам Гю приподнялся на локтях, чтобы лучше видеть. Танос скользнул вниз, провёл языком по его животу, остановился и посмотрел снизу вверх — Скажи, если захочешь, чтобы я остановился. — Если ты сейчас остановишься — я тебя сам уебу. — Roger that. Дальше были только ощущения. Губы. Тепло. Лёгкое покусывание. Нам Гю прикусил губу, чтобы не застонать слишком громко. Пальцы Таноса цепко держали его за бёдра. Темп был неторопливый, почти ленивый. И от этого — ещё более безумный. В какой-то момент Гю не выдержал, резко потянул Таноса за волосы наверх и, задохнувшись, прижал к себе, поцеловал. — Ты мой наркотик, а я твой ебаный наркоман. Не могу отлипнуть. — That’s the most romantic shit you ever said to me, — выдохнул Танос и снова зарычал губами в его шею. Спустя некоторое время, уже лёжа рядом, оба тяжело дышали. На щеках Гю — румянец, на губах Таноса — лёгкая усмешка. — Надо поесть, — сказал Нам Гю, наконец. — Иначе у меня сил не будет на следующую. — We’re cooking more than just food today, huh? Они встали, кое-как привели себя в порядок и спустились вниз. Дом был пустой, но пахло грибами и свежими ягодами. — А чё, они все ещё в лесу? — удивился Гю. Танос пожал плечами — Probably. Maybe Сэ Ми начала фотосессию на пеньках. — Или на Гён Су. Он ж вообще её личный грибной ассистент. Нам Гю налил себе воды, сделал глоток и сел на подоконник. Тишина в доме казалась слишком плотной. — Слушай... — он замолчал, глядя на Таноса. — А если они узнают? — So what? — Танос подошёл ближе, встал между его ног. — Пусть знают. Хочешь — я ща в сторис закину: «вот мой парень, ревнивый, но пиздатый». Гю усмехнулся — Только попробуй. — Ладно, не буду. Хотя... — он наклонился ближе. — Ты правда мой? Нам Гю посмотрел на него несколько секунд и кивнул — Да. Танос поцеловал его. Долго, лениво, с наслаждением. В это время на улице раздались шаги и голоса. Они оба резко отскочили, как школьники. — Мы принесли грибов! — заорал с порога Гён Су. — И ягоды! И фоток! Смотрите, тут я как будто держу гриб на голове! — А у меня фотка пня, — гордо добавила Сэ Ми. — Он красивый, не ржите . Мин Су молча принёс корзинку и пошёл на кухню. Гю и Танос переглянулись. Гю шепнул — Кажется, всё-таки придётся рассказать. Рано или поздно. Танос пожал плечами — Главное — не фоткай нас на фоне грибов. — Почему? — Потому что потом скажут, что я тебя нашёл в лесу, как белку. Или кабана. — Сам ты кабан. Они оба рассмеялись. День только начинался, но между ними уже было больше, чем просто жара тела. Было то самое — настоящее.