gasoline

Сонхва успел испугаться, но постарался взять себя в руки. резко кинуло в жар, руки трясутся, но голос держит так, как вчера не получилось. — а.. я думал Уен, — Пак сжимает пальцы на ногах, паникует. вдруг Сан ему звонит потому что что-то случилось с кошкой и теперь он крайний и отвечать ему? хочется провалиться под землю, забыть своё имя, уехать из города и сменить номер, — что-то хотел? — еле-еле выдавил из себя и то через силу. — угу, хотел. тебя, — Чхве затихает, а после смеется, когда понял, что поставил парня в ступор, — пригласить хотел прогуляться завтра и может в бар заедем, отдохнем. не занят? как смотришь на это? "он хочет пригласить.... меня??? это что такое... ему что-то сказал Уен? или Есан может? но я не знаю, насколько они близки с ним да и... Уену я доверяю, он мой личный дневник и мои секреты уйдут с ним в могилу, так сказал он мне. у меня даже нет времени написать ему чтоб посоветоваться" Пак не знал, что по ту сторону телефона был не один Сан. с ним был и его неимоверный Чон Уен, который был готов огреть мотоциклиста чем-нибудь тяжёлым да так, чтоб на всю жизнь запомнил и больше не подходил к его окружению. — ну так что? молчишь? это значит, что ты согласен? — Чхве придерживает телефон плечом, пока руки сложены на груди. пытается демонстрировать стоящему в прихожей Уену, что его скромный и спокойный друг согласится на все просто потому что он это Сан. Чхве Сан. — можно было, я еще позвоню... ты не против если я позвоню тебе утром? или в обед? чтоб точно сказать. я еще не знаю, что у меня по планам, так что считай это спонтанно будет, а я так не привык, потому что.. — Пак оправдывается, говорит что угодно лишь бы не слышать этот дьявольский голос, который берёт до души. — хорошо, хорошо, — по ту сторону телефона смеется Сан, видя как и лицо Чона сразу становится багрово красным, — я сам позвоню. если не успеешь позвонить, но будешь не против сходить, то я подъеду к твоему дому где-то, м... в четыре вечера. сойдет? думаю сойдет. — а.. ага, договорились. — доброй ночи, Сонхва, — в телефоне слышатся гудки. прямо сейчас, в своей квартире, по своему чертовому телефону он говорил с тем, к кому боялся подойти год? полтора? с тем, на кого смотрел со стороны и мечтал быть рядом все это время. телефон бы полетел в стенку, если бы были деньги на новый. времени терять не хотелось - Пак сразу лег спать. а с утра, почти что с самого рассвета приводил себя в порядок после вчерашней работы в мастерской. снова весь пропах мятой, оставляя лёгкий шлейф запаха, пока ходил по своей квартире в суматохе. в конечном итоге он был уже готов к половине четвёртого вечера и решил не ждать пока приедет его "принц на белом байке", а сразу же вышел на улицу. " не посчитает ли он странным, что я вот так пораньше вышел? а не подумает что я влюбился в него или еще что-то? это был бы провал. пусть оно так и есть, но я не хочу сдавать себя так... " не успел он додумать, закончить мысль и тут уже приехал Сан. — садись. и держись крепко, пожалуйста. — боишься, что уронишь? — Пак садится сзади и пытается держаться аккуратно, чтоб не сковать движения младшего. выходит что-то не так и мотоциклист уже не выдерживает сам устраивает его руки, обвивая их вокруг своего торса. страшно. Сонхва готов слезть прямо сейчас и идти пешком, но борется с самим собой и все-таки сдается. поездка будет тяжёлой для него, ему уже тяжело. — конечно, вдруг придется замуж брать. ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------ за два часа они успели съездить в парк, успели выехать в лесополосу - повезло, что Пак жил около окраины и оттуда добраться до природы как рукой подать. на голове у старшего красовался венок из каких-то цветов и даже удалось впихнуть туда пару шишек, которые Сан соизволил сорвать с ели, а не поднял с пола. Сонхва пытался ему доказать, что именно в тех шишках, которые он сорвал - нет семечек или орешков. да, младший подавился шелухой, думая что добрался до заветного орешка, но от этого ситуация стала только смешнее. — ну что, домой? — Пак аккуратно спросил у своего, как он стал называть, личного водителя, пока тот на скорости возвращался в город и его пределы. — какой домой? мы в бар, посмотрим чем занимаются злой полицейский Есан и кокетка бармен Уен. — ну хорошо. правда я думаю, алкоголь будет мне не в тему, но я просто за компанию. ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------ уже в баре Пак быстро сбежал к своему другу, пока тот любезно переодевался в свою форму. по блату можно было пройти не только в гардероб или переодевалку, но ещё и в служебную комнату для отдыха. — все, отсюда я ни шагу... Уен, если я напьюсь, я сяду ему на шею и буду бубнить всякий бред, ты понимаешь это? — Сонхва свернулся калачиком на скамейке, пока младший переодевался. — я понимаю, успокойся. может это твой шанс? ну или вдруг что-то изменится после этого, я не знаю... — Чон старательно делает вид, что еще ночью не кричал на Сана и не угрожал ему, если тот что-то сделает плохое в сторону его "цветочка". — думаешь, это будет не так страшно как кажется? может и правда стоит... — ага. тебе покрепче че нибудь надо? могу забабахать что-то, что тебе напрочь мышление отобъет. хочешь? — хочу. и все-таки выйти Сонхва пришлось уже когда на телефоне было несколько пропущенных от его сегодняшнего "спутника". сделав виноватый вид и принесши тысячи извинений, он все-таки согласился на какой-нибудь напиток. бармен, он же Чон, понял что и для кого ему делать - значит покрепче. чтоб отшибло мозги, способность думать и размышлять. так будет легче. так будет спокойнее и свободнее. последнее, что Уен успел увидеть от Пака - белую макушку около выхода из бара. уходит? он уходил всегда позже да и думалось, что он дождется пересменки младшего. сам? вроде нет. точно ли с ним был Сан? хороший вопрос, потому что видно было просто, что его тянут из помещения. позвонить было решено минут через десять, может быть, за это время старший успел бы уже куда-то доехать. ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------ — ты где? — почти шепотом спрашивает в трубке Чон, — я потерял тебя из виду, все хорошо? — у него все хорошо, он со мной, — слышится голос Сана. радостный. будто бы вообще не пил, будто бы был трезвый как никто другой. — ублюдок. споил его, чтоб забрать к себе? а потом сделаешь его виноватым, что это он к тебе лип? я все ему расскажу, как все было. — он шипит на Сана, готовый зарычать и набирать номер Есана чтоб угомонил свою ручную псину, нацепил поводок и не выпускал из будки. — ну... он сам мне сказал, чтоб мы поехали домой. только вот, он не уточнил: к кому именно. гудок. сбросил. с губ Уена сорвалось что-то вроде "ублюдок". он пообещал надрать зад этому недоухажеру, но все-таки вышел дальше работать. иначе будет еще хуже. ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------ Пак смиренно сидит на диване, куда его любезно усадил Чхве, пока пытался заварить по-быстрому чай. может хотя бы так он раздуплиться и получится думать немного лучше, чем сейчас, под крепким алкоголем. он никогда не пытался кому-то помочь в таком опьянении, надеялся, что обычный чай поможет. — я принёс. поможет или нет, я не знаю, но может станет лучше? — чашку приходится поддерживать: руки Хва почти не держали, хватка была еле-еле. — может спать? — не-а, — блондин выпивает чай и почти что расплывается на диване, глаза почти сразу закрываются. была уже надежда, что уснет, но резко пробрало на умные речи, — я ведь... влюблен... — Чхве удивился, хотел уже было сказать ему, что эта информация сейчас не так уж и важна, но резко перещелкнуло: Пак не осознаёт где он и кто рядом с ним. можно узнать что-то и при этом остаться тем, кто ничего не знает? мотоциклист молчит, сохраняет внешнее спокойствие, хотя внутри ужа все сгорает от интереса, — ты же... знаешь его? ну Сан, высокий, красивый такой... я полтора года бегаю за этим дураком, почему он не видит меня? я даже в последние два месяца старался избегать его, ну может заметил бы? — язык заплетается, хотя мысль все еще остаётся понятной и ясной для осознания слушателя, — но я с ним даже не виделся раз на раз. он такой тормоз.. я даже другим отказывал сколько раз, я избегаю новых знакомств, а ради чего? ради того чтоб каждый вечер из мастерской видеть как он обхаживает какого-то смазливого мальчишку? — ощущение, будто Сонхва вообще не видит с кем говорит, хотя с его закрытыми глазами только этого и стоит ожидать. — Хён, я все еще тут вроде бы, — Чхве ласково, почти невесомо касается щеки старшего, что тот от испуга чуть ли не дергается, — все нормально? мне кажется, ты все-таки перебрал. — о боже... — Пак снова сворачивается в маленький комочек, прячется в своих же коленях, пытался закрыться от мира. именно в этот момент ему резко стало страшно, накатила паника и хотелось уйти от всего и всех. — я перепил.. пожалуйста, забудь все, что я тебе говорил. хорошо? можно я пойду домой? я хочу домой и спать, я слишком много сделал не то, слишком плохо для меня и недостаточно хорошо для тебя. мне лучше сидеть с самим собой.. — стой, стой, кто сказал? успокойся, я... — Сан хотел договорить, что не понимает как поступить в этой ситуации, но его максимум это сесть рядом и приобнять. хотя бы попытаться, — ложись у меня. я постелю тебе тут, оставлю все нужное на столике. ну или хочешь в моей комнате ляжешь? я тогда на диване посплю эту ночь, мне не тяжело, правда. Сонхва уснул буквально на руках, в объятиях младшего. ничего не говорил, сил уже не было, хотелось провалиться и он смог это хотя бы так. Чхве как и обещал: оставил на столике телефон, на всякий случай поставил бутылку минералки, оставил небольшую бутылочку просто холодной воды, поставил несколько пластинок с таблетками от головной боли, тошноты и низкого давления. на всякий случай. он же не знает, что может понадобиться. повезло, что хоть немного понимает в лекарствах, судьба подарила ему возможность разбираться в этом хотя бы наполовину. ᅠᅠ ᅠᅠ ------------------ "я уехал ещё в шесть утра, пожалуйста, не звони мне хотя бы в ближайшие три дня. я не знаю что я сделал и я не помню ничего из того, что было вчера." — примерно такое содержание было в сообщении, которое получил Сан от старшего с утра. проснулся он ближе к часу дня, тогда как сообщение висит с девяти утра. — нет, я ничего не помню, но я и не ощущаю ничего странного, я не знаю.. — Пак сидит на своей кровати, ухватившись руками за голову. — ну как с тобой ещё говорить... как тебе объяснять, если у тебя были отношения только с девушкой и то когда ты был шпингалетом пятнадцати лет... самое главное, ничего не болит? кроме головы. — Чон вообще не понимал как определить что вообще случилось ночью. стоит звонить во все колокола и угрожать смертью или уважительно отнестись к этому человеку. — нет... у меня болит вот голова и все. ну и рука, но я ударился ею пока уходил с его квартиры. я спешил очень сильно. — тогда все хорошо. только вот... почему он тебя не тронул? — в смысле? а должен был? он что, на всех кидается с кулаками? — как ты дожил до своих лет, Сонхва! — Уен почти плачет от разочарования, — я так не хотел тебе говорить, но по-моему придется. он часто спаивает парней и везёт сразу же к себе. вчера когда я звонил он вообще не был так добр и мил как ты рассказываешь. он использует этих бедолаг чтоб потешить своё эго и достоинство, показать что он тут главный хранитель мужского чуда и мы все под его милостью ходим. ты не знал? он не просто оказывает им внимание - он как дьявол искуситель. и знаешь, для всех парней которых ему удалось охомутать, для всех он первый, а вот они для него нет. смекаешь о чем я? ты мог стать очередной игрушкой, чтоб на следующий день забыть тебя. что ты ему сказал? почему он тебя не стал трогать? ты угрожал? — нет... я признался ему... я признался ему, что влюблен в него, — в комнате виснет тишина. мучительная, почти кусающая.