— Ты будешь моим парнем, verdorbener junge?

Антон был в универе, посапывая на парте. Сейчас вообще не до пар. В это время Арсений Сергеевич рассказывал что-то об истории литературы ХХ века. На удивление, студенты были весьма заинтересованными в лекции, но Шастун позволял себе спать на паре куратора. Конечно, это не проблема Арсения, ведь если Антон не будет конкспектировать лекции — пойдёт на пересдачу. Тем не менее преподаватель начал громче рассказывать тему пары, чтобы разбудить ученика. Конечно же, ничего не получилось, поэтому куратор стал постепенно отходить от кафедры и подходить к Антону. А потом внезапно уронил лекции прямо на голову парня, чем и разбудил студента. — Ой, больно, — растерянно сказал юноша, раскрыв глаза от удивления. — Прошу прощения, может тебе в медпункт сходить? — с удовлетворением спросил преподаватель, после чего увидел ссадины и синяки на лице ученика. — Да нет, спасибо, — с презрением ответил студент, после чего потёр затылок рукой, — Пройдёт, я в порядке. — Хорошо, извини ещё раз, — ответил старший. Антон, к сожалению вслух, сказал: — Как же вы иногда меня раздражаете. — Что, прости? — Теперь уже Арсений удивился словам Антона. — Арсений Сергеевич, это не вам, я.. задумался! — Ой блять, что ж такое то в жизни Антона происходит? Все наперекосяк. — Шастун, останься после окончания пары. *** Пиздец, звонок прозвенел, а это значит, что надо объясниться перед куратором. И так взаимоотношения были, так сказать, не наилучшими, а сейчас, наверное, будут ещё хуже. Антон встал со своего стула, после чего подошёл к кафедре. — Арсений Сергеевич, простите, я.. случайно. И вообще, это не вам, — начал оправдываться младший, — честно-честно. — Антон, мне вообще без разницы, как ты относишься ко мне. Это университет, все же я преподаватель, к тому же не самый добрый. Мне вот что интересно. Что это у тебя на лице? — спросил мужчина, закатывая рукава рубашки, ведь в аудитории было достаточно жарко. — Это..., — Мальчик даже хотел рассказать о случившемся, но нет, не стоит, поэтому после недолгой паузы ответил, — я упал с лестницы, но я в порядке. — Ты же понимаешь, что я не поверю этому? Что у тебя произошло? — преподаватель грозно смотрел на ученика, который теребил свои браслеты. — Я в порядке, я упал. — Не ври, Антон, — ответил куратор, немного ?залипнув на внешность Антона?, после чего продолжил, — Я понимаю, что ты не должен рассказывать, но я правда хочу тебе помочь. — Я в порядке, досвидания. — Стой, меня.. волнуют твои синяки, неприятно осознавать, что кто-то тебя ударил. Скажи честно, это был Выграновский? — Нет конечно, Эдик не виноват. Все хорошо, я просто врезался в столб, — ответил Шастун, после чего развернулся, чтобы уйти. — Вот и попался, пару минут назад, ты сказал, что упал с лестницы, — Арсений поймал Антона на лжи, — А теперь расскажи, я тебе помогу. — Да заебал уже, отъебись от меня, что пристал то? — закричал студент, у которого немного сдали нервы, — Отчим меня избил, окей? А все из-за того, что я маму защитил! Хотя, наверное, не стоило. Ведь она уже простила этого урода. — Антон... Мальчишка упал на пол и заплакал. *** — Дим, ты представляешь? Я такое наговорил ему. Мне так стыдно, — рассказывал Антон после учёбы. — Антох, не волнуйся, распредели все по полочкам. А то я ничего не понимаю, — ответил друг. — Ну ты же знаешь, какая у меня ситуация в семье, ну и вот, мама с Ваней поссорились. Он почти ударил мать, а я решил вступиться за неё. Вот и отхватил. А мама все простила этому мудаку, опять, — сказал Антон с горечью в словах, — Когда Арсений Сергеевич начал спрашивать, я... психанул, поэтому рассказал ему во всех подробностях о ситуации. На удивление, он меня поддержал, успокоил. Даже насчёт матов ничего не сказал, хотя при преподавателях выражаться не стоит. — Тох.., — Дима не знал что сказать. Антон конечно рассказывал о семье в таком ключе, но чтобы опять это повторилось.. Да и маму друга Позов не понимал, как можно прощать такие вещи? — Да ладно, забей. Мама поймёт когда-нибудь, что Ваня плохой человек, просто не сейчас, — Сказал Шастун, хотя и сам в это не верил. *** Арсений сидел в своей квартире, раздумывая о случае, произошедшем сегодня. Нужно помочь Антону, но как? Хорошо, что студент уже не живёт вместе с родителями, хоть в этом есть плюс. Сегодня стало так жалко мальчишку. Арс сам не понимал почему. Хоть история и трогательная, но он никогда не отличался эмпатией к другим людям, помимо друзей. *** Прошел месяц с возвращения из Воронежа. Антон совсем перестал учиться, уже не боясь потерять бюджетное место. Мама отвернулась от него, заблокировала во всех социальных сетях, после того, как сын хотел помочь Майе понять, какой человек Иван. Антону было трудно жить, он начал регулярно пить и курить в ещё более большом количестве. К тому же, Шастун не мог устроиться на никакую работу. Где-то штат укомлектован, где-то требовался опыт работы, а где-то платили сущие копейки. Также Антон перестал понимать свои чувства к Арсению. Если быть честным, то Шаст появлялся в универе только ради куратора, с которым они начали поддерживать контакт как ?друзья?. *** Антон объявился в университете второй раз за неделю. Дима хотел помочь другу, но не понимал как, поэтому просто был рядом в любой ситуации. — Тох, пошли на пару, пять минут до начала осталось, — предложил Позов, когда друзья уже докурили третью сигарету. — Да, пойдём. А то гулять по коридорам будем, а я не для этого пришёл. Парни быстро дошли до аудитории, где уже были все однокурсники. Сели за свои места и мигом достали тетради из рюкзаков. Прозвенел звонок и вошёл куратор. Арсений сразу увидел бледного, с синяками под глазами Антона. Грустно осознавать, что парнишка стал таким в столь короткий промежуток времени. — Доброе утро, сразу же начнём с опроса по прочитанному произведению. Начнёт отвечать.., — Арсений бегал взглядом по фамилиям, которые уже выучил наизусть, — Антон Шастун, отвечай. — Я не готов, ставьте незачет, — ответил студент. — Ты же хоть что-то знаешь? Расскажи, что помнишь, — начал спасать ситуацию преподаватель. — Я ничего не читал. Я не готов. — Хорошо, останься после пары.