Ван Гог

Огромная гостиная была украшена блестящим серебряным дождиком, а наверху вращался диско-шар, заливая пространство сиянием. Только теперь Тэри заметила: на коже некоторых гостей переливалось что-то блестящее — словно рассыпанные по телу звездные искры, которые вспыхивали, попадая на свет. Чонгук, пробираясь сквозь толпу, попал под яркий луч, и его щеки вспыхнули серебром. В этот миг он выглядел как прекрасный эльфийский принц из её любимой игры. Только лучше. Потому что он был реальным. Тэри не поверила глазам и ущипнула себя за руку. Больно. — Вау, ты выглядишь… не как обычно! — Чонгук взял её руку и коснулся её губами. — При виде вас я теряю дар речи, миледи. О, Боги. Люди же смотрят. Она смущённо улыбнулась и сделала лёгкий реверанс, подыгрывая спутнику. — Кажется, кто-то пересмотрел исторических сериалов. — Сегодня я уснул под «Царство», — усмехнулся он и вытащил из кармана джинсов маленькую пластмассовую коробочку. Открыв её, намазал пальцы блестящей субстанцией. — У нас тут, похоже, новый дресс-код. Ты не против? Тэри кивнула. Чонгук сделал пару шагов к ней, нарушая её личное пространство. От него пахло свежестью, а его пальцы мягко коснулись её щеки. Несколько лёгких движений — и по коже разлился шиммер. — Тебе невероятно идёт высокий хвост, — Чонгук прикусил губу и заглянул ей прямо в глаза. — И эти джинсы тоже. Ты потрясающе красивая. Щёки Тэри запылали. Лишь бы не краснеть, как помидор. Музыка стала более клубной, и рядом с ними несколько человек уже зажигали на танцполе. Тэри решительно взяла его за руку и повела ближе к танцующей толпе. Отпустив, она позволила телу двигаться в ритм музыки. Её бёдра скользили в такт мелодии. Это было совсем не похоже на неё, но рядом с ним так хотелось быть другой. Раскованной. Она растворялась в толпе, ловила каждым вдохом ритм и чувствовала себя безумно счастливой. Внезапно её талию обвили сильные руки и прижали к крепкой груди. Чонгук двигался в такт, направляя её движения и подбадривая. Горячее дыхание коснулось её кожи, и, откинув голову ему на плечо, Тэри прикрыла глаза и сладко улыбнулась. Как же хорошо. — Ты не представляешь, что творишь со мной, — прошептал Чонгук ей на ухо, двигая бёдрами. — Какая же ты красивая. По её коже побежали мурашки, тело само сделало плавное движение, дразня его. В ответ она уловила едва слышный, сдержанный стон. — Ты уже говорил это, — Тэри повернулась к нему лицом и положила ладони на его крепкие плечи. Чонгук лишь очаровательно улыбнулся, прижал её ближе и склонился к губам. — Можно я тебя поцелую? Тэри ничего не ответила, но сердце от одного его хриплого голоса готово было выскочить из груди. Он ждал, облизывая губы, взглядом умоляя её. Она не выдержала и сама сократила расстояние, впечатываясь в его горячие губы. Через тонкую ткань футболки чувствовался рельефный пресс, и это только сводило её с ума. Чонгук не был нежен: стоило получить разрешение, как он поглотил её, окрасив всё в огненный оттенок страсти. Его ладонь легла на её тонкую шею, заставляя прижиматься ещё крепче, не давая отстраниться ни на миллиметр. Его язык жадно проник в её рот, а пальцы на талии сжимали так сильно, что грозили оставить следы. Может, для кого-то это было бы слишком, но Тэри горела в нём и не собиралась вырываться. Он будто боялся, что она сбежит. Но она и не думала. Её пальцы запутались в его чёрных волосах, а в животе разрасталось невыносимое ощущение — словно сотни бабочек устроили бурю. Они забыли о музыке, о людях и даже о парочке зевак, которые заметили их и сделали пару снимков. У стены Чимин с Юнги весь вечер были увлечены только друг другом, но это зрелище заставило их оторваться. — Ё-моё, — Чимин прищурился, будто сомневаясь в собственных глазах, и повернулся к Юнги, который обнял его со спины. — Тэри взяла быка за рога. — Ага, твоя подружка не промах, — усмехнулся бейсболист и, отпив пива, мотнул головой в сторону. — Главное, чтобы ей это боком не вышло. Чимин проследил за его взглядом и заметил Джису. Она стояла в углу, почти сливаясь с темнотой, но её глаза горели и метали молнии. Кулаки сжаты, тело дрожало от ярости. Девушка залпом осушила стопку алкоголя и, швырнув пластиковый стакан на пол, поспешила убраться с ненавистной вечеринки. Вот так дела.

***

Чонгук готов был поклясться — он сгорал дотла. Эта девушка сводила его с ума, рушила все привычные представления о желании и вожделении. С ней он снова чувствовал себя восемнадцатилетним, неопытным парнем, готовым потерять контроль от одного её взгляда. Вот что она делала с ним. И ему это безумно нравилось. Она была в его руках — ласковая и дерзкая одновременно, прижималась, забыв о стеснении и о толпе. Её поцелуи были сладки и жадны, она отдавалась целиком, и это лишь разжигало огонь внутри него. Так хотелось сжать её крепко, до хруста, но Чонгук заставлял себя помнить, что он человек, а не первобытный зверь. Ему хотелось украсть её, раствориться вместе в огнях ночного Сеула и никогда не отпускать. Музыка в доме зазвучала ещё громче, и Тэри, опьянённая атмосферой, слегка покачнулась и попросилась на воздух. Они вышли, держась за руки. За домом басы и голоса слышались уже приглушённо, а вокруг царила относительная тишина и уединение. Но едва они остановились, как Тэри толкнула его к каменной стене, сама схватила за шею и впилась в губы. Чонгук почувствовал, что больше не может скрывать своё возбуждение, и едва не провалился от смущения сквозь землю, боясь её напугать. Но она не отстранялась — напротив, требовательно отвечала. К чёрту всё. Сжав её упругие бёдра, он подхватил девушку, меняя их положение. Тэри обвила его ногами и вдавилась в него сильнее. — Если ты сейчас не остановишься, я сойду с ума, — выдохнул Чонгук, скользя губами по её влажной шее, умирая от её запаха. — Просто скажи — и я остановлюсь. Но Тэри в ответ лишь застонала, двигаясь в его ритме, закатывая глаза от наслаждения и новых ощущений и выглядела так, будто теряла рассудок. Он чувствовал то же самое. Трезвый — и при этом пьян от неё, словно от самого крепкого алкоголя. — Будь со мной, — его губы коснулись её груди сквозь тонкую ткань топа, стирая все границы. — Я сделаю тебя самой счастливой. Она тихо рассмеялась, и Чонгук отстранился лишь на секунду, чтобы взглянуть ей в глаза. Его взгляд был серьёзен и почти отчаян. — Ты сейчас предлагаешь встречаться или переспать? — Всё сразу, — без тени сомнения ответил он. — Я предлагаю тебе всё. И правда сошёл с ума. Если для неё он всего лишь партнёр на одну ночь, то ее ждет разочарование. Опустив девушку на землю, Чонгук взял её ладонь и прижал к своей груди. — Чувствуешь? — его голос дрожал. — Я серьёзно настроен. Взгляд Тэри стал внимательным, пронзительным. Будто она пыталась заглянуть ему в душу. Он не знал, что именно она сейчас думала, но молился, чтобы о том же, о чем и он. — Ты должен кое-что знать, — её голос дрогнул, и она на шаг отступила. Вдруг стало холодно — на улице было меньше двадцати градусов. — Я никогда не… Чонгук подозревал, но боялся задать откровенный вопрос. — Ну… ты понял, — пробормотала она, не решаясь произнести это вслух. На сердце стало тепло. Чонгук всегда презирал парней, для которых это было главным — он считал, что только девушка решает, когда и с кем быть. Но сам факт, что, возможно, именно он станет её первым, сводил с ума. Голова гудела от этой мысли. Он не был самоуверенным, но чувствовал: этот момент, этот раунд — останется за ним. — Ты убиваешь меня одними словами, — выдохнул он. — Я не настаиваю. Но если ты позволишь… обещаю, ты не пожалеешь. Чонгук взял её руку и поднёс к губам, целуя каждый палец поочерёдно, стараясь показать, что будет бережным, нежным. Ему хотелось, чтобы она поверила. — Но ты должна понимать, — добавил он серьёзно, глядя ей прямо в глаза, — после этого я тебя не отпущу. Ты станешь моей. Он не хотел её пугать, но и скрывать правду не собирался. У него не было ни малейших сомнений: делиться он не станет. Тэри смотрела на него внимательно, и тишина между ними тянулась бесконечно. В её глазах мелькнула тень сомнений, но тут же исчезла, уступив место решимости. — Я согласна, — сказала она наконец. У Чонгука внутри всё перевернулось. Эти два слова прозвучали громче, чем любая музыка, чем любые крики за стенами дома. Он достал телефон из заднего кармана джинс и вызвал такси.