Молодость ВанСяней

-Аа! Вэй Усянь пробудился ото сна и тут же вскрикнул от боли. С его спины словно оторвали кусок плоти. Хотя возможно удаление засохшей крови резкими движениями, можно было так и называть. Парень хотел повернуть голову назад и понять, что вообще происходит, но новая боль, которая ощущалась, как удары дисциплинарным кнутом по тем же ранам, не позволила двинуться хоть на цунь. Возобновившуюся кровь моментально прижигали, словно раскаленным тавром. Собственные крики и всхлипы заглушали звуки вокруг. Юноша инстинктивно попытался вырваться, но чьи то сильные руки усадили его на прежнее место.  В какой-то момент, после череды оторванных кусков густых застоев крови, моментами вместе с кожей, снова стало темно. Звуки, зрение, все возможные ощущения пропали. Потерял сознание.  Пробуждение далось, мягко сказать, тяжело. Голова раскалывалось, перед глазами всё еще была темнота. Спина отдавала ужасной болью, которая перетекала во все конечности. Внезапно, на тех же ранах почувствовалось прикосновение чего-то холодного. -Ш… шидзэ? - прошептал парень хриплым голосом, сорванным в прошлое бодрствование. -Твою шидзэ врятли пустят к тебе, а то она и дух испустить может от такой картины. - Сказал кто-то знакомый, только Вэй Ин не мог узнать эту девушку. «Чёрт, вроде не мадам Юй, с «глупыми отбросами» она не станет снова заводить беседы, а если не шидзэ, то… Б… Что-то на Б.» - думал Усянь, успокаиваясь от приятных прикосновений чего-то прохладного. -Баожэй, - напомнила девушка, словно умела читать чужие мысли, - если вдруг забыл. Услышав это имя, Вэй Усянь случайно дернулся, чем вызвал свою же боль.  -Эй, ты чего это? - девушка переместила охлаждающий предмет на другую рану, - Надеялся, что очнешься на руках у своего кого-то там, с которым тебя разлучили? -Хватит! - Вэй Усянь уткнулся лицом в подушку. - Не говори так, словно не пытаешься разведать побольше информации. Может, благодаря тебе меня выкинут из ордена, или чего похуже. -Ты так уверен, что я горю желанием издеваться над тобой? - шрамов коснулся еще один ледяной предмет, пока другой уже нагрелся. - Если бы кто-нибудь узнал, о том, что я помогаю тебе и возможно даже поддерживаю, меня бы посчитали за предательницу и убили. На несколько секунд повисла тишина. Вэй Усянь повернул голову на бок и уставился в стену. -Хочешь сказать, что тебе жалко меня? -Возможно и так. Отчасти с тобой поступили несправедливо, как минимум насчет того, что произошло утром. Не думаю, что это можно назвать действенным лечением… -Да ладно, не придуривайся, - Вэй Ин посмотрел в закрытое окно, - я уже понял, что ты здесь, для того, чтобы влюбить меня в себя, дабы избавить меня от судьбы обрезанного рукава и не навлекать на Юньмэн Цзян беду. -Мои травы ослабят твою боль, которая должна напоминать тебе о твоих провинностях. - Девушка проигнорировала обвинение. - Сам посуди, что со мной сделают, если узнают, что я пусть и не на много, но ослабляю твое наказание? -Пытаешься получить моё расположение? -Не хочу, чтобы человек с большим будущим потерял всё это. -Пф, - все таким же хрипым голосом фыркнул Вэй Усянь, и начав думать о чем-то своем, вновь уснул. Как известно, сон - это лучшее лекарство для больного. В этом мире грёз можно увидеть всевозможные мотивы, которые только придут на разум. Вот и Вэй Ин пока спал, много чего повидал. Сначала это была милая посиделка с Яньли и Чэном на пристани. Слов Усянь не расслышал, но атмосфера сама по себе была прекрасна: розовый закат на лотосовом озере, смеющиеся от чего-то брат и сестра, и собственный счастливый вид в отражении воды. К сожалению, всякая сказка когда-нибудь кончается, вот и эта картина сменятся на другую.  Главный зал пристани лотоса. Разъяренная мадам Юй с раскалённо-белым Цзыдянем в руке направлялась к юноше. Удар. Еще один. Больно. За пару секунд до того, как потерять сознание, сон снова изменился. Лань Чжань! Самый лучший и прекрасный парень смотрел на него, но двинуться не получалось, как бы не хотелось. Вокруг была темно и сыро, зато Вэй Ин ощущал, как лежит на коленях второго нефрита, а тот гладил Усяня по голове и слегка улыбался одними только уголками губ. Сознание играло с Вэй Ином злую шутку, показываю то хорошие моменты, то ужасные. Если считать по очереди, то сейчас время чего то плохого. Так и оказалось.  Вэй Усянь лежал на кровати в своей комнате. Парень открыл глаза, до этого закрытые, и осмотрелся. Рядом сидел незнакомый человек. Черты его лица, как и всё вокруг, были размыты, не давая опознать. Но кое что Вэй Ин увидел: несколько игл, торчащих из своей руки. Скорее всего человек был лекарем, а иглы лекарством. А от чего? Вэй Усянь вроде как уже несколько лет ничем не болел, да и не планировал. И тут да него дошло. Эта часть «сна» была совсем не сном. Парень проснулся, только вот этими играми ему затуманили сознание настолько, что это вызвало странные сны и отняло контроль почти над всем телом.  Еще через пару цзы, Вэй Усянь полностью потерял ориентацию в пространстве. Он видел размытые образы, непонятные звуки. В какой то момент парня повернули на живот и приставили к спине что то холодное. Чёрт, шрамы до сих пор обжигали, но тут поперек какого то из них вновь полоснули ножом маленькую полоску. Порез был неглубоким, да и боль ничтожной, но когда рядом с новым порезом появилось еще два, Вэй Ин очнулся от дурмана. Он громко вскрикнул, пытаясь дернуть рукой. Не получилось. Зато со стороны послышался холодный женский голос: -Хорошо, три дня. - Это мадам Юй… ЭТО ОНА. - В общем должно получится тридцать три, но если не подействует, как мы планируем, то увеличим до семидесяти восьми. «Что это всё значит?! Мадам Юй?…» - В мыслях Вэй Ин полыхал гневом, но в реальности сделать попросту ничего не мог.  Со временем кровь остановилась и парень погрузился в омут мыслей. Подсознание так и шептало: «Всё только начинается. Если хочешь сохранить то, что имеешь, придется потерпеть.»