Противоречие

Мали не любит Майки. Она его презирает. О чём прямо говорит ему в бесстрастное лицо. Мали отвергает Майки. Кидая в него, подаренные им, красивые ярко-алые барбарисы, как и её губы, которые он старался выбирал специально для неё. Она вытирает об него ноги. Давая ему надежду, что она будет с ним, что он может стать выжнем для неё, а затем прилюдно зажимается с другим. Игнорируя полные ревности глаза. И с большим напором принимается целоваться с каким-то парнем, имя которого она даже не удосужилась запомнить. Лишь бы сделать больнее. Лишь бы Майки отстал от нее. Лишь бы перестал душить её своим вниманием, которое больше походило на слежку, заботу, переходящую за рамки приличного, подарки, наверняка купленные на грязные деньги. Ведь он по-другому не умеет. Только она на следующий день узнает, что собственными губами убила человека, того невинного паренька. Ведь Майки своим не делится. И она ненавидит Майки. Мали выворачивает от одного его вида. Стоит ему показать на горизонте, как она хочет сжаться до немыслимых размеров и исчезнуть, чтобы не заметил, прошёл мимо, не обратил внимание, но Майки до безумия внимателен к Мали. Поэтому он первым делом лезет к ней, как будто не замечая нежелание с ним разговаривать и слова, сочащиеся ядом. Он всегда улыбается Мали, пытается расположить к себе, давая возможность привыкнуть к нему. Только она ненавидит его блондинистые волосы, его бездонные глаза, вечно смотрящие с нежностью, с влюбленностью, с собачьей преданностью. Не замечающие никого, кроме неё. О, как она ненавидит его глаза, заставляющие коленки подгибаться, а дыхание сбиваться. Ненавидит его обворожительной улыбки, по которой, Мали знает, сохнут все девчонки из её класса. Мозолистые теплые пальцы рук, прикасающиеся к ней, в надежде найти тепло её тела. Она его НЕНАВИДИТ. Это понимают всё, но не сам Манжиро. Это раздражает. Неужели он не понимает, он ей не нужен. Он ей не нравится. Мали хорошо без Майки. Ей не нужен малолетний преступник, который в будущем наверняка станет отпетым якудза. Майки-янки, думающий только о драках и Мали. Он живёт этим. Он любит Мали. Нет, обожает всей душой. И Мали это знает. А ещё знает, что его любовь граничит с безумием. Ведь он опять же по-другому не может. Это же Мандиро Сано. А она ненавидит любовь Мандиро Сано. И самого Майки Мали тоже ненавидит. Но это не мешает ей целоваться с ним, в тайне от деспотичных родителей, зажиматься в школьной подсобке, до неумения губ, прижиматься всем хрупким девичьим телом к горячему телу напротив, стараясь вдавлять её в себя, запечатав в себе и нося везде и всегда с собой. Не мешает ей сбегать из дома, чтобы ходить везде вместе с Манжиро, знакомиться со всеми его друзьями-групповщиками, не мешает быть лучшей подругой Эммы. И это тоже не мешает ей поддакивать родителям, что все янки — уголовники и малолетние преступники. Её ненависть не мешает ей любить Майки. Нежно, светло, по-детски, по-своему, созидая. Целоваться до звёздочек перед глазами, обниматься до ломоты в костях, ведь он сжимает её так сильно, что, кажется, сломает кости. Запускать свои руки в пшеничные пушистые волосы и позволять запускать чужие под одежду, касаясь, исследуя, сжимая в собственническом порыве, оставляя на коже отпечатки горячих мозолистых рук. Только Майки так любить, как любит Мали, не умеет. Он любит грубо, как она относится к нему, до кровоподтёков, до ярко-красной крови на теле. Майки плохой. Майки преступник. Майки не даст Мали хорошего стабильного будущего. А ещё он не оставит её в покое. И она этого боится. Из-за этого его ненавидят родители Мали. И Мали ненавидит его. Но Мали зачем-то обнимает, утешает Майки, когда умирает Баджи, а затем Эмма. Она не отходит от него, выражая поддержку. Тем самым ещё сильнее привязывая этого монстра. Ведь у Майки никого кроме Мали нет. А значит, и у нее никого кроме него самого у нее быть не должно. Он хочет её всю. Всё, что она может ему дать — это его. И это становится началом конца. Всё, что было раньше — неважно, решает Манжиро, утыкаясь лицом в маленькую грудь, обхватывая руками хрупкий тонкий стан.

***

— Мали… — прошептал Майки, лежа сверху неё на своей кровати и уткнувшись носом в ключицы девушки. Он крепче вцепился в тонкую талию Мали, стараясь ещё сильнее ее прислонить к себе. Ему никогда не будет достаточно тепла её кожи, прикосновений руки, запаха волос, голоса. Всё кажется мало, недостаточным. Майки жадный. Майки ненасытный. Майки голодный. Майки нежный. Майки грубый. Майки влечет Мали. Майки подминает Мали под себя. А Мали дура. У неё в голове только он. И Мали страшно от этого. Страшно, что родители её не поймут, откажутся от неё, ведь не может дочь уважаемого человека быть с преступником. Если это произойдёт, то они выбросят и забудут её, как надоевшую игрушку. А Мали боится ею быть. Из-за этого она боится Майки. Майки жадно вдыхал воздух около Мали, надеясь запомнить её запах, запрятать его в своей памяти, потому что он может потерять её. — Никогда не уходи… — прошептал Майки, чуть приподняв голову. Он нежно провёл носом по шее Мали, задерживаясь около впадинки ключицы. Мали молчала, позволяя Майки быть настолько близким, насколько он хотел. Видя его влюблённые глаза, в которых горит целый костёр чувств к ней, Мали теряется. Такой Майки заставляет её чувствовать уязвлённо. Ей резко становится стыдно, ведь она понимает, что не чувствует того же, что и он. Он горит в всепоглощающем огне чувств к ней, а она ничего не чувствует, кроме ненависти и редкого безразличия. Она нежно запустила пальцы ему в волосы, перебирая пряди. — Не оставляй меня одного. Пожалуйста... — тихо добавил он с надеждой ребёнка, чуть сжимая руки. Майки уткнулся обратно лицом на грудь Мали, не желая больше ни на секунду расставаться с ней телами. Он не хотел от неё отцепляться. Ему просто нужно ещё немного времени, ещё немного её тепла, чтобы хотя бы ненадолго успокоить своё сердце. Он легкими губами провёл по тонкой коже девушки, стараясь запомнить каждый её миллиметр. Она его любит, но ненавидит. Она его ненавидят, но остается всегда рядом. Как иронично. Майки прикрыл глаза и ещё крепче прижался к Мали, слушая её сердцебиение. Она знает, это успокаивало его лучше любых слов. Сейчас он желал просто быть рядом с ней, слышать её тихое дыхание, чувствовать тепло её тела и запах волос. Всё остальное могло подождать. Всё в мире могло подождать. Сейчас для Майки существовал только маленький мир в объятьях Мали. И ей становилось страшно. Она чувствует, ее привязанность к нему её погубит. Или его любовь убьёт её быстрее. — Я не могу быть с тобой. — сказала она, на что Майки прикрыл глаза и ещё крепче прижался к Мали, слушая её сердцебиение. — Что ты говоришь? — замер Майки, медленно отстраняясь от неё, посмотрел неверящим взглядом. Мали покачала головой, отведя взгляд. Она прекрасно знала, как отреагирует Майки, и знала, что делает ему больно, но так было правильно. Мали не могла поступить иначе. Она не может быть вместе с ним. Мали тоже хочет жить. Мали отвела взгляд, избегая глаза Майки, и чуть отстранилась, выпутываясь из его рук. —Я... — начала Мали, и тут же прервала себя, не найдя в себе сил закончить фразу. Она тяжело вздохнула, пытаясь успокоить бесячее сердцебиение, чувствуя взгляд Майки на себе. — Майки... Мы не можем быть вместе. — тихо сказала Мали. — Мы слишком разные. Ты не дашь мне то, что мне нужно. Майки молчал, медленно осмысливая каждое её слово. Казалось, что реальность начала рушиться прямо у него на глазах. Маои чувствовала, что она сейчас сорвется, когда он ответил. — Да какая к черту разница? Разные или нет, я люблю тебя. Только тебя. Всю жизнь любил и буду любить. — Но я тебя не люблю. — сердито сощурилась Мали. Она рассчитывала, что она ударит ему прямо в сердце, как нож. Отдаляя от себя. Он пристально смотрел на Мали, не веря в то, что слышал. Отрицание от девушки, которую всю жизнь боготворил, которую любил сильнее всего на свете, было невозможно принимать. Он сжал кулаки до побеления костяшек. Мали надеялась, что разбила ему сердце. — Ты врёшь. — только и смог вымолвить Майки срывающимся от волнения голосом. — Это говоришь не ты, а то, что вбили в твою голову родители. Ты любишь меня. Мали сжала губы в тонкую линию. - Я говорю это сама. Никто не вбивал мне в голову ничего. Я знаю, кого люблю и кого нет. И тебя я не люблю. - ответила Мали, стараясь звучать уверенно. Ведь Мали Ивато ненавидит Манжиро Сано. Майки почувствовал, как в горле образовался ком, мешая вдохнуть. Эти слова были ударом под дых. Мали — самое дорогое и близкое, что у него есть, прямо сейчас отталкивала его, говорила, что не любит его. И Мали это знала и видела. Она просто лежала под ним и смотрела, как постепенно его мир рушится. Наконец-то он понял, что он для неё обычный. Не особенный. — Почему? — еле различимым от гнева и обиды голосом спросил Майки. — Неужели не ясно? — саркастически спросила Мали. — Я тебя ненавижу.