DELETE MY PAST.

***

Напряжение витало в воздухе с того момента, как Бан сел в черную машину. Их места хоть и находились наискосок друг от друга, но легче от этого не становилось. Его аура портила абсолютно всё, даже с Ханом такого не было, когда они находились в ссоре. Впрочем, самому Бан Чану, кажется, было фиолетово, или он максимально это демонстрировал, а на деле его ощущения ничем не отличались от Хаын, потому что та, вальяжно распластавшись на удобном кресле, сидела в телефоне. Будто дразнился, козёл. Периодически его взгляд поднимался на девушку, но она успешно это игнорировала, глядя в окно и пытаясь мысленно настроиться на миссию. Обычно она делает это в разговоре с кем-то, ей важно говорить. Но тут всё было не так, как привыкла она. Целый день перед миссией у неё буквально стоял ком в горле, а дыхание изредка сбивалось буквально ни с чего. Что-то случится, это она ощущала на все сто процентов, ее весьма странная чуйка всегда работала. К сожалению... В голове уже который день проскакивал тот кошмар с Дэгуном. Хотя она изо всех сил старалась об этом не думать, все её попытки были тщетны. Единственное, что как-то помогало, — это как раз-таки разговор с кем-то или физическая активность. Стоило ей остаться одной — тревожные мысли атаковали, не давая продыху. Ей очень давно не снилось ничего, что хоть как-то было связано с ним. Возвращение этих снов пугало. Поистине пугало. Это не могло означать ничего хорошего. Совсем ничего. Девушка слегка трясёт головой, чтобы не навредить причёске, пытаясь прийти в себя. Перед заданием голову терять нельзя никак, это слишком опасно, особенно перед Кристофером. Сегодняшний её аутфит был более чем комфортным. Ей наконец дали что-то помимо платья, но тем не менее она выглядела действительно роскошно: велосипедки поверх кружевных колгот, корсетный топ, в качестве верхней одежды был пиджак, чтобы сделать образ менее открытым, ну и, конечно, её любимые каблуки… Нет, она серьёзно начинает их ненавидеть, слишком отвыкла от частой носки подобной обуви. Макияж на её лице, конечно же, присутствовал, но с учётом того что на голове была шляпка с чёрной вуалью спереди, его особо видно не было. Девушка быстро надевает её перед выходом из машины, чтобы не испортить аккуратный пучок, который ей любезно сделали гримёры-сотрудники компании Бана. Бан Чан при её выходе из машины осматривает её с ног до головы, на что Хаын фыркает и приподнимает одну бровь в недовольстве. Терпеть она не может такие оценивающие взгляды от людей. — Что? — усмехнулся мужчина, заметив очевидно неодобрительный взгляд младшей. — Не пялься на меня так, противно, — озвучила она колко, осматривая уже лидера и в очередной раз подмечая, насколько у мужчин скучный выбор для образов, — Мог бы как-то под стать мне одеться, сегодня я твоя кузина, как никак. — Вы слишком резко меняете мнение по поводу того, в чём пойдёте, извините, мисс, — подмигнул он, предлагая девушке взять его под руку. — Как же вам нравится показушно любезничать с Хан Джисоном, — усмехнулась Со, принимая такой его жест, всё же они на миссии. — Конечно, мы же не дома находимся. Было бы странно, если бы я не проявил манер для своей кузины, не думаешь? — слегка наклоняясь, прошептал на ухо брюнетке, что была в парике блондинки, он. — Не делай так, — процедила она, слегка встрепенувшись. Горячее дыхание старшего запустило неожиданную волну мурашек, что слегка смутило девушку. В этот раз они пришли на благотворительное мероприятие, где проходил аукцион по выкупу разных изделий, от продажи которых восемьдесят пять процентов пойдёт на лечение детей. Сам Бан Чан — завсегдатай таких мероприятий, вместе с Феликсом и Минхо они часто бывают в таких местах. Для них это действительно важно. Но увы, иногда там происходят очень нехорошие события за спиной организаторов, и они с парнями всегда тщательно следят за этим. Вот и в этот раз очень нехорошие люди покусились на одни из самых дорогих изделий, которые внесли бы огромный вклад в этот фонд, так что они просто обязаны были этому помешать. Этим займутся Минхо и Чонин, они окажутся в кабинете в тот момент, когда там будут те самые негодяи. Бан Чан и Со Хаын там в качестве отвлекающего манёвра, если так можно сказать, но и их роль в данном задании на этом не заканчивается. Пока Ли и Ян работают наверху, эти двое должны вычислить тех, кто этим промышляет внизу. Такие люди всегда, абсолютно всегда, именно среди обычных, на первый взгляд, людей. Перед самим выходом они изучали информацию о каждом человеке, что там будет, уже примерно прикидывая, кто из них может быть подставным, но всё запомнить, конечно, невозможно. Джисон на другом конце провода в наушнике будет передавать информацию о каждом, на кого падёт взгляд парочки, так как доступ к камерам у него тоже есть везде. Плохо лишь то, что за полчаса перед выходом к списку гостей прибавилось ещё два десятка, и некоторых изучить они не успели. В целом это обычное дело для любых мероприятий, но данный факт не давал покоя Хаын слишком сильно. Пара проходит так называемую верификацию перед входом, но не успевают пройти вглубь просторного помещения, как Со резко останавливается. Воздуха вдруг резко перестаёт хватать, а в горле пересохло. Чёрт… Вдалеке девушка увидела его. Того, кого она боялась встретить ненароком словно смерть пять гребаных лет. Того, кто её сломал когда-то. Того, кто по сей день иногда появляется в самых страшных её кошмарах, один из которых случился не так давно. В конце зала стоял Чон Дэгун и о чём-то разговаривал с двумя мужчинами среднего возраста. Только она развернулась, как перед ней выскочил Кристофер, пугая. Вроде логично, что он должен быть рядом, но паника слегка затуманила разум. — Блять, — проговорила она шёпотом. — Кристофер, я ухожу, туда точно не пойду. — Ты тут не для того, чтобы слинять в первые минуты, — с усмешкой проговорил он, подмечая странное беспокойство на лице младшей, которое ему было видно даже за вуалью. Такой эмоции он ещё никогда не видел у Со. — Я не хочу тут находиться, что неясного? Поменяюсь с Чонином, времени ещё предостаточно, — чуть повышая тон голоса, но всё же тихо сказала она. Нет, это неестественно резкая смена настроения. — Бред. Что за причина? — нет, Чану уже давно казалось, что он перестал понимать женщин, но чтобы вот так сильно… Девушка машинально перевела взгляд назад на группу мужчин, что вели какую-то беседу в углу зала, в числе которых был сам Чон Дэгун. Чану хватило и доли секунды, чтобы словить её заметно встревоженный взгляд и направить свой туда же. Теперь всё предельно ясно. Что ж, он тоже очень не рад видеть эту морду здесь, но младшую это беспокоило, кажется, в разы сильнее. — О, а вот и причина, — хмыкнул тот. Девушка закатила глаза и, развернувшись, уже хотела уйти, но голос старшего её остановил: — Стоять. Девушка прикрывает глаза, пытаясь восстановить дыхание и успокоить трясущиеся руки, но всё же останавливается. Развернувшись к Бану, она просто не знает, куда себя деть. Собраться сейчас просто необходимо, но как… Почему у неё такая реакция? Она же прожила, так почему? Ком подступает к горлу слишком стремительно, девушка будто бы отключилась, а в следующее мгновение уже оказалась в другом месте. Напротив неё стоял Кристофер, который слегка потряс её за плечи. — Со Хаын, — проговорил он тихо, пытаясь переключить её внимание на себя в пустом коридоре, — Чего расклеилась? Он тебя не узнает сейчас, нечего пугаться. Я… — старший было хотел сказать что-то вроде «я рядом», но очень вовремя, по своему мнению, осёкся, — я подожду тебя тут, иди, — кивнул он на дверь уборной. Затуманенный взгляд чёрных глаз вдруг начал проясняться. Девушка быстро хлопает ресницами, а затем жмурится. — Да-да, мне нужно в уборную, дай мне пару минут собраться, — почти что вторит его словам девушка, аккуратно потирая глаза пальцами. Зайдя в туалет, девушка мигом даёт себе установку: плакать сейчас нельзя. Поэтому единственное, что она сейчас может, — взять холодную мокрую салфетку и слегка протереть ею лицо. На самом деле, она бы вдобавок надавала бы себе лещей, но этого, увы, сейчас делать нельзя. Кожа к нее довольно чувствительная. Руки всё ещё трясутся, хотя дыхание пришло в норму. Ладно, всё равно наплевать. Пускай все подумают, что у неё болезнь Паркинсона или типа того, сейчас ей абсолютно плевать на это. Спустя пару минут, как и было заявлено, она выходит. Бан Чан стоит о чём-то задумавшись, но как только открывается дверь — тут же выходит из своих мыслей. И они направляются из коридора опять в свет. Ненароком старший подмечает всё ещё трясущиеся руки напарницы, но не концентрирует на этом внимания, сейчас основное дело — войти в игру так плавно, чтобы те, кто охотится за искусством, был замечен и позже пойман. Да, всё верно, сейчас их ловить никто не собирается. Они действуют более плавно. Дадут тем сбежать без украденных изделий, с полной уверенностью в том, что они избежали кары за свои прошлые деяния, только вот — нет. С такими ублюдками Чан любит играть дольше. Сначала давая им надежду на спасение, а затем в один момент её отбирая, точно так же, как воры делают это с детьми, в чьи фонды направляются средства. Пока Бана беспокоило это, Хаын всерьёз задумалась, зачем тут Дэгун. Он точно не знает, что она тут, и она уверена, что он тут не часть «воровской» тусовки, даже у такого мудака есть принципы. А ещё он никогда не был жаден до денег, на этом его плюсы как человека в целом заканчиваются. Но почему-то его присутствие именно тут и именно сейчас так смущает. Неужели из-за азарта? Или, может, в ценители искусства вписался? [Блять, прекрати о нём думать, Хаын!] — мысленно ругая себя, девушка следовала вслед за Кристофером. — Подойдёшь здороваться? — усмехнулся тот, стреляя взглядом на Чона. — Конечно, уже бегу и спотыкаюсь, — Со закатила глаза. — Как хочешь, пойдём. — Куда? — К организаторам вечера, — младшая недоверительно сощурилась, — Не бойся, твоя анонимность соблюдается, они просто знают, что ты не моя кузина, и на этом всё. — А ты не думал, что один из них может оказаться подставным лицом? — нахмурилась та. — Мы их проверили вдоль и поперёк, вместе с тобой, кстати, так что маловероятно, но не исключено, — пожал в ответ плечами Чан. В разговоре с организаторами не было ничего цепляющего, мало того, они оказались очень даже неплохими людьми, на первый взгляд. Женатая пара, которая сама ждала ребёнка. Как только Хаын узнала сей факт, улыбка сама поползла на лицо, было видно, как они любят друг друга — это чудесно. Чуть поговорив с ними и обсудив что-то далёкое от работы, они разошлись по местам: напарники — за свой столик, а молодожёны — на сцену. Всё проходило спокойно, как и полагается в рамках таких вечеров, однако Со спокойствием сейчас не отличалась, по левую сторону от них сидел Чон, от чего она порядком напрягалась. Ну ладно, это больше влияло на эмоциональный фон младшей. Ещё напряжение было от того, что им приходилось следить за остальными гостями. Претенденты нашлись, даже несколько, поэтому информация Джисону была передана стремительно, характеристики о данных лицах получены также быстро. На всякий случай Хаын попросила пробить Дэгуна и ещё парочку мужчин, что разговаривали вместе с ним, когда она его только-только заприметила. Чанбин же, сидящий рядом с Ханом, весьма забеспокоился, как только услышал имя недобывшего, на что младшая постаралась его успокоить. Успокоить брата, хотя на деле она очень сильно переживала — в её стиле. От её попыток Бан почти рассмеялся. Минхо и Чонин же уже давно сидели в так называемой «засаде». И у них всё было спокойно до третьего и последнего раунда аукциона. Как только они услышали скрежет замочной скважины и тихие маты, сразу переглянулись. Стало сразу понятно: человек, который пришёл воровать, — неопытный. Быстро доложив обстановку, они приступили к обезвреживанию врага. Нет, они, конечно, представляли, что это будет несложно, но чтобы настолько сильно… Воришка заходит в комнату, тихо, как он считал, но за ним сразу же захлопывается дверь. Спереди стоял Ли, позади Ян — ему просто некуда было деваться, в связи с чем пришлось драться. Признаться, это у него выходило куда лучше, нежели проникновение в закрытые комнаты, он почти смог вырваться и сбежать. Но «почти», как известно, — не считается. Стоило ему пропустить один удар, как он уже полулёжа распластался на полу кабинета, а в следующее мгновение его заломал Минхо. — От кого? — холодным тоном спросил он. — Не скажу, — пробормотал ему в ответ паренёк. — Ну конечно, — фыркнул старший, — Хочешь на свободу целым и невредимым выйти? — игнор. — Хён, бесполезно, связать да в органы отдать, нечего церемониться. — Наверное, ты прав, — кивнул Ли, доставая верёвку. Тут-то, видимо, что-то в голове у незнакомого парнишки щёлкнуло. Тот вдруг заёрзал, недовольно пыхтя, но всё же молвил: — Не надо в органы… обещаете, что отпустите? — Ага, назови своё имя и имя того, кто тебя послал, — связав руки младшего, Минхо усадил его так, чтобы тот спиной упирался о стол, снимая с того балаклаву, которая, к слову, на нём выглядела нелепо. — Своё имя? Чтобы вы меня потом нашли и всё равно посадили за решётку? — усмехнулся парень с разбитой губой, тут же поморщившись. — Тебя мы не тронем, — проговорил Чонин, — Да и у меня память на лица замечательная, мы и так, и так тебя найдём, только время займёт, а оно ценное. — Меня послал Чо Ю До, — проговорил тот на выдохе, а старшие стали ожидать подтверждения того, что такой человек действительно есть в списке гостей. Джисон нашёл его быстро. Так, уже успех. Данная персона покинула вечер около пятнадцати минут назад и, судя по всему, ожидала парнишку где-то неподалёку. Проверив все камеры, он в этом убедился. — Зовут тебя как, малец? — ещё раз повторил Минхо. — Ли Ю Хан, — сдался тот, поджимая тонкие губы. Чонин отошёл, дабы описать Джисону внешность. В скрытой базе сотрудников Чо действительно был он, а отличительная татуировка дракона на шее, что слегка проглядывалась из-под одежды, дала окончательно установить личность. — Тебе всего двадцать лет, Ю Хан, — констатировал Ян, глядя в испуганные глаза парня, что, видимо, был сильно удивлён тем, что его так быстро распознали, — Так нужны деньги? — Я не буду отвечать на это, — стушевался он. — Твоё право. Значит, слушай: мы тебя отпускаем, а ты говоришь своему «руководителю», что тут была облава и ты еле сбежал. — Меня убьют, если я без всего вернусь, — с отчаянием прошептал парень. По той информации, что успел найти Джисон, — это действительно так. Не от лучшей жизни он начал этим заниматься, договор на это дело дорогостоящий и буквально подписан на крови Ли… Старшие переглядываются. Чонин щурит глаза от того, насколько это душещипательная ситуация, они ведь не изверги, а ситуация действительно тяжёлая. Но ждёт решения, которое примет хён. Ли очень долго думает. В такой ситуации он второй раз в жизни и честно, он искренне ненавидит подобное. Принять решение нужно быстро, а ситуация сложная с точки зрения морали. Он жмурит глаза тяжело вздыхая. Сейчас бы покурить... Паренёк смотрит на него так... испуганно? Такие эмоции очень тяжело сыграть и если прямо сейчас Ли Ю Хан его обманывает - это будет просто удивительно... Решение в голову Минхо приходит не быстро, но все же прихолит. Чан, кажется, точно ему особо не обрадуется, его решение намного усложнит задачу. Ли отходит в сторону, чтобы связаться с наушником Чана и объяснить план, но тот на удивление кидает краткое «делай, как хочешь», и всё. Что ж, ладно... — Ю Хан, — обратился тот к младшему, у которого уже глаза были на мокром месте, — мы тебе отдадим то, что ты должен был украсть, но просто пообещай, что после того, как ты получишь за это деньги, — перестанешь заниматься этой деятельностью. Мы будем за тобой следить. — Н-но, — начал заикаться бедный Ли, дыхание сбилось, а весь пережитый стресс за этот день был налицо, да уж, такая работа очевидно не для этого паренька, — В-вы, как же вы? — Мы взрослые дяди, разберёмся. Уяснил свою часть? Когда мы говорим, что будем следить за твоей деятельностью, — не шутим, проблем с этим не возникнет, — договорил за хёна Ян. Паренёк закивал болванчиком. Страх и какое-то восхищение вперемешку с благодарностью ярко пылали в его глазах. Кого-то он Минхо всё же напоминал, конкретнее — Джисона в день его вызволения. Вылитая копия. Что ж, ладно, им всем пора убираться отсюда. Ю Хана они отпустили первым, после чего спустя полчаса ушли и сами. Да, они пошли против миссии, сделали по-своему, но вариантов того, как решить эту проблему, было достаточно. — Хён, и как ты собираешься это разгребать? — фыркнул устало Чонин, идя со старшим до мотоцикла. — Там находится Чон Дэгун, который точно захочет себе это, так что Чан точно его выкупит. На зло ему, — пожал плечами старший, передавая Яну шлем и усмехаясь, — Это очевидно…

…

— Внимание, сейчас будет разыгрываться данное изделие в виде сакуры, стартовая цена — два с половиной миллиона вон. Поскольку оно особенно ценное, только тот, кто его заберёт, увидит его вживую, — проговорил мужчина. — Три миллиона вон, — сделал ставку Чон Дэгун. — Три миллиона и одна вона, — улыбаясь, проговорил Бан Чан, даже не взглянув на противника, давая понять, что он вошёл в игру. Хаын посмотрела на лидера абсолютно непонимающим взглядом. Нет, он серьёзно? Будет играться? Они тут за этим собрались? Хотя, судя по всему, человек, который был замешан в воровстве, уже ушёл. — Три миллиона двести тысяч вон, — продолжил Чон. Ох, ему появление Бана в аукционе именно на эту вещь очень не понравилось. Слишком уж он хотел эту гребаную сакуру. — Три миллиона двести тысяч и одна вона, — всё продолжал лидер. По залу уже начинали проходить смешки, да уж, это была слишком открытая издёвка. Большинство, впрочем, были в курсе их не особо радушных отношений. — Три миллиона двести тысяч и одна вона раз, — начала отсчитывать женщина со сцены. — Три миллиона пятьсот тысяч, — проговорил Дэгун уже сквозь зубы, как же «ублюдок» Бан его выводит из себя. — Три миллиона пятьсот тысяч и одна вона, — абсолютно спокойно с холодной усмешкой проговорил Кристофер. Нет. Ещё чуть-чуть — и у бедного Чона начнёт дёргаться глаз, Хаын это точно знала, из-за чего её просто прорвало на смех, но приходилось сдерживаться. А вот люди в зале уже практически не сдерживали своего смеха. — Четыре миллиона вон, — сделал новую ставку тот. — Четыре миллиона вон раз, — пошёл первый счёт, — четыре миллиона вон два, — на лице Дэгуна появилась блаженная улыбка. — Десять миллионов вон, — проговорил Чан, заставив всех удивлённо вздохнуть. — Десять миллионов вон раз, десять миллионов вон два… — Двенадцать миллионов вон! — выкрикнул Чон, наблюдая за Баном. — Двенадцать миллионов вон раз… — Двадцать миллионов вон, — спокойно ответил тот, впервые посмотрев сопернику в глаза и улыбнувшись. — Двадцать миллионов вон раз, двадцать миллионов вон два, двадцать миллионов вон три. Сакура продана Бану Кристоферу Чану! Наши поздравления, господин Бан, — громко объявил мужчина, после чего раздались громкие аплодисменты. Вечер продолжался, однако Чан и Хаын дальше не остались. Миссия считай выполнена, сейчас нужно лишь сходить наверх проверить наличие вражеских технологий, и дело за малым — можно ехать домой. Никаких жучков или чего-то подобного обнаружено не было, как и изделия. На исследование кабинета со специальными приборами у них ушло полчаса. Чан отдал организаторам деньги за изделие, которое им придётся возвращать уже себе в законные руки, и они направились на улицу. На заднюю парковку, где и был припаркован их мотоцикл.

Мотоцикл. Блять.

Ещё один страх Со Хаын — езда на гребанных двухколёсных машинах. А тут ещё и с Баном… не жизнь, а сказка, получается. Хорошо хоть платье сегодня не надела… Старший протягивает ей шлем, на что Со уже сверлит его весьма недовольным взглядом. — Что не так, принцесса? — поднял брови старший, говоря это с такой сладко-издевательской интонацией, что младшей захотелось блевануть. — Фу, не называй меня так, — скривилась она, — Я не поеду на этом с тобой. — Кис, видимо, всё же поедешь, — растянул губы в усмешке старший. — Нет, я поеду с Минхо, и хватит, блять, меня называть тупыми прозвищами, — проговорила девушка, продолжая таранить старшего нелицеприятным взглядом. Тот лишь хмыкнул и нахмурился. Язык прошёлся по зубам и остановился на уголке губы. — Тебя, если что, никто не спрашивает, — проговорил Бан Чан. Его эта ситуация уже потихоньку выводила, точнее, её упорство там, где выбора у неё определённо нет, — Ты едешь со мной не по моей воле. Минхо специально за тобой не вернётся, как и никто другой, поэтому либо ты едешь сейчас со мной, либо остаёшься тут, вместе с Чон Дэгуном, — ледяной тон так и сочился из его уст. У Хаын пошли мурашки, но она не слабачка, на неё это давление не сработает. — Хорошо, — сказала она, и парень уже хотел было съязвить, но, как выяснилось, девушка не договорила, — значит, я останусь тут. Я найду способ добраться, и не из такой жопы выбиралась. Езжай, — беспечно говорила та. Чан ненавидит, когда ему перечат, особенно если это она. Боже, как же раздражает. Взгляд наполняется всё больше и больше злостью, но Со, наблюдая за этим, лишь смакует его и без капельки страха самодовольно ухмыляется. — Знаешь что, а хорошо. Ты же наверняка знаешь, куда идти, у тебя же есть связь, деньги, вода и еда, — проговорил Кристофер злостно. Конечно, ничего из этого у младшей и в помине не было. Она его вывела, он сейчас же сядет на мотоцикл и уедет, всё равно, что Чанбин скажет, — Я поехал, удачи, кис, — безразлично бросил тот, сел на мотик, надевая шлем и заводя механизм. Мужчина уже почти отъехал, тронулся, но девушка внезапно кое-что вспомнила. Блять. Гребаный просмотр аниме с Хваном, который они откладывали уже пять раз. Гордость внутри младшей просто изнывала от такого удара по ней, но, видимо, это её кара за что-то. — Стой, — крикнула та, прикрывая глаза. — О, неужели одумалась? — слегка истерично спросил старший, останавливаясь тут же. — Я обещала Хёнджину сегодня посмотреть вместе аниме, мы откладывали уже пять раз. Не могу его опять подвести. Не думай, что выиграл, — сказала Со недовольно, усаживаясь позади Бана и надевая шлем. — А я всё же подумаю, 1:0, — усмехнулся тот, очевидно оскалив зубы в улыбке, пока девушка закатила глаза. Да уж, вспомнила она про своё обещание другу очень вовремя. Он бы её действительно прикончил, если бы и в этот раз у них не вышло его посмотреть. — Ухватись за мой торс, Со, если улететь не хочешь, — проговорил старший. — Мне и так нормально держаться, Бан, — фыркнула девушка. — М, хорошо, — в следующую секунду парень вдруг резко газует, что заставило Хаын от страха, перемешанного с неожиданностью, вцепиться в него изо всех сил. — Придурок! — выдохнула младшая, ударив парня в спину, но всё же обхватив руками торс. С его стороны послышались довольные смешки. — Твои руки так хорошо смотрятся вокруг моей талии… — О боже, просто заткнись, ладно? На меня твой глупый флирт не распространяется, едь уже. — Правда что ли? — хмыкнул лидер, после чего получил болезненный тычок в бок, а затем ещё несколько, — Ай! Всё, понял я. Так они и поехали с горем пополам. По правде говоря, Хаын было весьма страшно, она слегка дрожала, но всё же дрожала именно от страха и адреналина, что заставляло её всё сильнее сжимать талию и утыкаться в спину старшего. Тот довольно подметил эту деталь, дураку понятно будет, что Со просто боится кататься на мотоциклах, её реакция говорит сама за себя. — Эй, мы приехали, можешь от меня отцепиться, домой хочу? — усмехнулся брюнет, на что девушка мигом слетела с мотоцикла. — Я больше никогда в жизни не сяду к тебе на мотоцикл, клянусь, это самая худшая моя поездка, — переводя дыхание, проговорила та. — А может, дело не во мне, а в том, что ты в принципе боишься на них ездить? — Отвянь, истеричка, — проговорила девушка, запихивая ему в руки шлем и первой заходя за ворота их территории. Бан Чан хмыкнул, глядя вслед удаляющейся девушке. Истеричка? Он? Та же очень поспешила дойти до дома, где её встретили первым делом Чанбин и Минхо, что оба будто выискивали что-то в её лице, только вот Ли это делал менее очевидно. — Что? — косясь на них, спросила девушка. — Всё в порядке? — вопросил Со старший. — Ну, если не считать того момента, что я ненавижу мотоциклы, а вы меня буквально вынудили прокатиться на нём ещё и с Баном, то в целом всё хорошо, — фыркнула та, — Хёнджин у себя? — Давно, он уже заждался тебя, — проговорил Хан, что-то делая в компьютере. Хаын ничего не отвечает, лишь кивает и, сняв обувь, поднимается наверх. После пяти минут её отсутствия в доме появляется и сам лидер, у которого настроение, по всей видимости, было просто потрясающее, что сильно давало контраст. — Чан-хён, какой-то ты счастливый больно, — подмечает с задором Чонин. — Ага, ещё бы, он сегодня выполнил свой ежедневный план по доведению людей до бешенства, — проговорила Со, что вернулась за снеками, которые забыл Хван. — Что-то когда ты прижималась ко мне и дрожала, я тебя не сильно бесил, — с насмешливым видом произнёс парень, ловя её злостный взгляд. Все переглянулись. Минхо прыснул в кулак от смеха, остальные же абсолютно не понимали, как им реагировать на такого рода информацию. Глаза у них были по пять копеек, а взгляд то и дело гулял от девушки к парню. — Идиот… — на выдохе растянула девушка, — то, что я боюсь ездить на ебаных мотоциклах, абсолютно не означает, что ты меня в тот момент не раздражал. Будь на твоём месте кто угодно из парней — моя реакция бы не изменилась, только поездка была бы приятнее, it's all. Хакерша ушла быстрее, чем остальные успели задать тупые вопросы или старший успел что-то кинуть ей в ответ. Хёнджин заметил, что подруга не в настроении, но расспрашивать не стал — если она злится, то ей просто надо выдохнуть, а потом сама расскажет, коль посчитает нужным. Расслабиться она сможет за просмотром нескольких серий аниме, поэтому он без вопросов тут же включил телевизор. Хвана хватило не надолго, он захрапел буквально спустя пять серий. Притом что время не такое позднее — весьма странно, видимо, его персональное задание сегодня умотало. Что ж, ладно. Глядеть аниме без друга — очевидно плохая идея, он ей не простит. Поэтому девушка потихоньку прибралась и так же тихо покинула комнату старшего. Старшие, включая самого Бана, куда-то уехали, она не вдавалась в подробности, просто краем уха услышала их разговор с Хваном. Что ж, видимо, сегодня она опять предоставлена самой себе и своим мыслям. Отвратительно. Такими темпами с ума она сойдёт быстро. Самая большая проблема Со — она слишком много думает. Слишком. А отвлечься сейчас ей не на что, хотя… Долго не думая, девушка решает переодеться в спортивную форму. Она очень давно не боксировала одна, ей необходимо выпустить пар, день сегодня, мягко говоря, был ужасный. Мысли о Чоне полностью заполонили её бедную голову, будто рой разъярённых пчёл, что так и норовят оставить свой яд в теле. У них это, надо заметить, очень хорошо получается, поэтому она наносит удар за ударом по груше. Агрессивно. Хаын чувствует, как с каждым ударом ей становится чуть легче, но проклятый ком в горле отходит лишь на время, хакерша это прекрасно понимает, от чего ей остаётся только тяжело вдохнуть спёртый, почему-то, воздух, перевести дух и продолжить. — Воу, Хаын-щи, кого это ты так мочишь? — усмехнулся Чонин, материализовавшийся вообще не пойми откуда. — Блять! — крикнула девушка, вновь пугаясь, — Ян Чонин! — Прости-прости, я думал, меня было слышно, — тут же извинился старший, ранняя смешок. — Я отрабатываю удары, чтобы пиздить тех, кто подкрадывается ко мне так же неожиданно, как и ты, — мило улыбнулась она. Ян не глупый, намёк понял, поэтому поднял руки вверх в знак капитуляции, — А ты зачем здесь? — Хотел тоже потренироваться, пытаюсь освоить новую технику, — ответил спокойно парень, доставая жезл. — О? Бо-дзюцу? — удивлённо спросила девушка, хлопая глазами. Она очень давно его не практиковала. — Типа того, только мой жезл не такой длинный, как классический. Всего сто семьдесят сантиметров, — стратег выпрямил жезл в полную длину. — Мне с большими тоже неудобно, хотя у меня средний рост для девушки. — Ты владеешь? — Чонин правда был в небольшом шоке. — Чуть-чуть, давно не практиковала, так что не могу быть сейчас уверена в своём уровне, — улыбнулась она, благодаря за жезл, предоставленный коллегой. Хаын попыталась вспомнить базовые движения, изначально не в полную руку, а как убедилась в том, что всё же она хорошо их помнит, начала показывать свои навыки. У Чонина челюсть отпала, почти буквально, он внимал каждому её чёткому, быстрому и резкому движению, всё больше очаровываясь. Брюнетка закончила спустя десять минут, а Ян так и продолжал молча смотреть на неё. — Есть хоть что-нибудь, что ты не умеешь? — скептически спросил тот, ещё не отойдя от увиденного. — Плавать, — хмыкнула она, протирая лоб тыльной стороной ладони. — Как давно ты этим не занималась и сколько вообще обучалась, если вот это ты считаешь слабым владением? — Уже года три не практиковала, а так до этого потратила на это пять лет. Когда была подростком, мне показалось это очень крутым и захотелось научиться. — Тебе не показалось, это охуеть как круто. Пять лет потратить на это дело — вовсе немало, уверен, что то, что я сейчас увидел, даже не половина твоих навыков в этом. Научишь? — С радостью. Покажи мне пока, что умеешь! Чонин занял первоначальную позицию, ожидая команды Со, и он её получил. Его движения были чёткими, быстрота была не на таком уровне, но это всё нарабатывается, техника была вполне хорошей, хоть Йен и знал лишь супер базовые движения. — Отлично! Как давно ты начал учиться этому? — Месяц назад? Но не так регулярно, поэтому прогресс небольшой. — За месяц нерегулярных тренировок это хороший результат. Единственное что — не хватает быстроты в движениях, но это наработается со временем. Девушка вслух пояснила Яну некоторые моменты и решила попробовать научить его новой фишке. Вышло у него недурно. Так они провели добрых полтора часа, что были очень весёлыми. Признаться, ни один из них не ожидал такого комфорта в общении. Хаын Чонин казался очень недоверчивым, расчётливым и не подпускающим чужих людей к себе слишком близко, девушка была уверена, что он был в рядах тех, кто против неё. Но она ошиблась. Сильно. Да, поначалу было слегка неловко, но потом они словили общую волну. — На сегодня всё, отлично поработали! — Со была протянута «пять», которую она звонко отбила, — Могу задать тебе вопрос, оппа? — Конечно. — Ответь честно, ты же изначально был в рядах тех, кто был против меня? — с хитрым прищуром спросила интересующий вопрос младшая. — М, не совсем. Я был скорее нейтрально настроен, однако, как человек со стратегическим мышлением, обдумал некоторые варианты того, куда это может привести и что в таком случае нам стоит сделать. Для тебя не секрет, что доверия к тебе не так много, это смущает, однако, я верю старшим, а именно: Хёнджину, Чанбину и Минхо хёнам. Они верят тебе и в тебя как в часть нашей команды, поэтому стараюсь понять ситуацию. — Так, но Чану же ты тоже доверяешь, не так ли? — с усмешкой спросила младшая, намекая на то, что как раз-таки Бан ей не доверяет совсем. — Доверяю, но с его стороны очень много непонятных моментов, которые он не берёт во внимание, в отличие от других. Мне они кажутся нелогичными, поэтому я придерживаюсь версии с твоей неполной виновностью, — разложил всё Чонин, отпивая воду из бутылки, — К тому же, ты изумительно выполняешь свои обязанности и даже перевыполняешь, это уважаемо с учётом того, как Чан-хён к тебе отнёсся. — Я стараюсь не для Бана, а для друга и брата, ну и надеюсь, будущих друзей, — кротко улыбнулась Хаын. Младшая кратко кивнула на его слова. Пусть она ничего и не сказала, но слова Яна тронули её весьма сильно. Он верит в неё… Так странно?

***

Девушка стоит в чёрной толстовке и таких же чёрных шортах, что мирно развиваются из-за ветра. Время, проведённое с Чонином, разрядило обстановку в её голове, по крайней мере, помогло забыть то, о чём она думала весь вечер. Скрывать свои мысли от себя же, увы, невозможно. Хотя она бы многое отдала, чтобы не думать о нём. Чон Дэгун ушёл из её жизни так громко и некрасиво, оставляя огромный след. Нет, не след. Дыру. Марианскую впадину. Да, именно. Пустота внутри Хаын после серьёзной подставы от мужчины, которого она любила больше жизни, к сожалению буквально, оставила в ней дыру размером с Марианскую впадину, не меньше.

Чон Дэгун. Дэгун. Дэгун. Дэгун. Дэгун. Чон Дэгун.

Все её мысли были так цикличны после того, как он её подставил. Забавно, что как только она увидела его вновь спустя гребанных пять лет ненависти, пусть и издалека, цикл мыслей из его имени вдруг вернулся. — Какого чёрта?! — истерично спрашивала она у себя, никак не находя ответа на свой же вопрос. В какой момент в её голове всё опять спуталось? С момента её заточения здесь или же с момента, когда она увидела вдалеке его? Она склоняется больше к первому варианту, второй — больше как добивающий фактор для неё.

Знакомо ли ей чувство разбитости? Чувство, когда тебя разбили на кусочки, а собрать некому и приходится всё делать самой? Вновь и вновь самой… В воспоминаниях Хаын навсегда запечатано то её состояние.

Всему виной красивое и до жути вгоняющее в ступор Со слово — «любовь».

Кто его вообще, блять, придумал?!

При одном только упоминании этого слова Хаын хочется развернуться и выйти. Желательно, конечно, в окно, но ладно, это всего лишь шутки, хоть и пару раз они заходили, пожалуй, слишком далеко… Она любила так сильно, что сгорела. Заживо. Сгорела, чтобы восстать из пепла словно птица Феникс, однако был нюанс… От этого слова в ней не осталось ничего. Ей больше не суждено. Она и не хочет любить. Каждый раз, когда она любила, — обжигалась, будь то смерть родителей и старшей сестры, предательство любимого человека и отторжение старшего брата и некогда друга. Любить — больно и плохо, так и зачем? Так она и думала продолжительное время. Пока в её жизнь с ноги не зашли трое прекрасных спасительниц. Она во многом им обязана, без них её бы просто уже не было. Хёнджин, конечно, тоже поддерживал с ней связь, но это было проблематично, как бы он не хотел. У Хаын не было отношений после ублюдка Чона. Как она и сказала Джисону — вполне уверена, что нужного ей человека не существует, или существует, но он на другом конце планеты или типа того. Не важно. Одиночество за эти пять лет стало для неё таким бустом для роста, что и представить сложно её в отношениях. С появлением девушек, конечно, она перестала так много проводить время один на один с собой, но любовь к одиночеству и желание оставаться совсем одной в некоторые моменты не ушло. Отношения — ответственность, а ей не сказать что она нужна, да и много сил это отнимает. Когда она была влюблена в Дэгуна, постоянно бегала за ним, лишь бы быть рядом, а тот с удовольствием пользовался. Её делало счастливой лишь его одобрение, она была зависима донельзя, он стал её личным наркотиком. И к чему это привело? Девушка прикрывает глаза, шумно выдыхая. Накопившиеся за ужасный вечер слёзы катятся из глаз сами, она не хотела плакать. Сигарета в зубы вставлена необычайно быстро, в этот раз ей повезло больше — зажигалка была с собой. Первая, вторая, третья, четвёртая затяжка… не помогает. Долгожданное расслабление не доходит до мозга даже с десятой тяги. Ущербно. Очень ущербно это осознавать. Ещё хуже становится тогда, когда она понимает, из-за чего она в таком состоянии. Блядство. Первый, жалкий по её мнению, всхлип раздаётся спустя минуту тщетных попыток успокоиться. Частота звуков рыдающей девушки лишь возрастает с каждой минутой, пока ветер набирает скорость и дует уже куда сильнее, нежели когда она пришла сюда десять минут назад. Сигарета тлеет в правой руке, пока левая прикрывает мокрые от слёз глаза. Слабачка. Неожиданно она слышит чьи-то шаги позади. Оборачиваться не будет, нельзя, чтобы её лицо увидел сейчас хоть кто-то. — Дашь прикурить? — спросил уже очень хорошо знакомый голос. — Конечно, господин Ли, — ответила с задором она, отворачивая от него лицо и протягивая зажигалку. — Я могу уйти, если ты себя некомфортно чувствуешь, — младшая замерла, на губах образовалась нервная улыбка. Значит, он всё же заметил. — Всё в порядке, — хмыкнула она, всё также не смотря на Минхо. — Да как же… — фыркнул в ответ он, — Это из-за ублюдка Чона? — в ответ лишь послышалось краткое мычание. Минхо чувствовал эту боль. Он не понимал почему, но к этой девушке лимит его доверия выше, чем обычно для малознакомых людей. С учётом того, что обычно он не так быстро входит в контакт с новыми и не очень людьми, — это слегка странно для него. Хаын влияет не только на Чана… В ней он чувствовал что-то очень похожее на него самого. Этого было достаточно много. Достаточно много, чтобы не оставаться равнодушным к хакерше. Достаточно много, чтобы начать доверять, но пока что по чуть-чуть. Но вместе со схожестями были и различия. Их тоже немало. Но сути не меняло. Из-за них ему также было интересно с ней общаться. Это поистине уникально. Сей факт заметили и парни. И из всех скептически и «хмуро» относится к этому лишь Чан, хотя неделю назад в его команде был ещё и Хан, но, видимо, до второго что-то начало доходить.

«Sometimes the most important conversations happen between cigarette drags, when words only get in the way.»

— Оппа, помнишь, ты как-то раз обмолвился о том, что «меня сломали»? — начала вдруг Со, смотря в даль. — Да, тогда ты сказала, что пока что не готова об этом подробнее говорить, — аккуратно напомнил ей старший. — Это, наверное, весьма странно прозвучит, но хочешь послушать о том, как меня ломали? — грустно хмыкнула она, всё же поворачиваясь к старшему. Тот кивнул, с явным интересом и сочувствием смотря на девушку. Минхо будет интересно узнать изнанку прошлого Хаын. В его глазах нет ни смеха, ни ехидства, в них есть неожиданно явная проницательность. Он смотрит очень внимательно на младшую, полностью готовый слушать. — Многое из того, что я скажу, не знает даже Хёнджин, потому попрошу не распространяться, а то помрёшь вместе со мной, — сощурила глаза младшая, ловя смешок Ли.

<…>

Шесть лет назад.

Благотворительное мероприятие в честь открытия ещё одной точки сети магазинов одежды. Полно людей, желающих поучаствовать в аукционе. Люди ставят новые и новые ставки, забирая выкупленные товары в единственном экземпляре. Чон Дэгун — именно тот человек, что забрал тогда самый драгоценный товар, они с Бан Чаном и ещё одним парнем боролись до последнего, но, видимо, ему очень нужны были эти кроссовки… Хаын, сидевшая с Чанбином, зачарованно смотрела на радостного от победы мужчину. Его улыбка была такой очаровательной, а очки с прозрачными стёклами, которые он поправил, прежде чем взять выигранную пару обуви, лишь дополняли его образ. Глаза Со буквально сердечками стрелять начали. Он сильно противоречил её типажу, но эта улыбка... Глядя на расстроенного Бан Чана, она хмыкнула, видимо, старший тоже хотел эти кроссовки. Что ж, бывает. — Оппа, а кто это был? Вы его знаете? — спросила она заинтересованно у брата. — Чон Дэгун. Знаем, — проговорил старший, поправляя часы на руке, — Только не говори, что он понравился тебе, Хаын, не лучший кандидат. Брат окинул вдруг воодушевлённую сестру странным взглядом. Этого ещё не хватает. На слова друга о симпатии Хаын к Чону Чан вдруг косо посмотрел на семейку Со. Серьёзно он? — Тебе он не нужен, мелкая, поверь, — фыркнул Кристофер, допивая шампанское в своём бокале. — Это с чего бы? Ревнуешь, оппа? — заиграла бровями хакерша, на губах её расцвела игривая улыбка. Чан на это лишь поднял брови и усмехнулся. — Что, если да? — нахально проговорил тот, на что девушка закатила глаза. — Йа! Хватит со своими приколами, — отмахнулся от них Чанбин, вызывая лёгкие смешки со стороны сестры и друга. И как он их терпит постоянно… — Если серьёзно — то у него не особо хорошая репутация. Во всех смыслах этого слова, — пожал плечами лидер, поднимаясь со стула. Вслед за ним встаёт и Чанбин. Им необходимо было отойти и пообщаться с кем-то по работе, поэтому девушка не вникала и просто продолжила сидеть за столом. Торжественная часть мероприятия закончилась уже полчаса как, старших всё ещё не было в поле зрения. Впрочем, её это мало волновало. Куда сильнее в тот момент её интересовал мужчина в дальнем углу зала. Девушка очень любит танцевать, поэтому как только началась вечеринка, ноги её тут же понесли на танцпол. На медленный танец она хотела присесть и отдохнуть, но увы и ах, её выцепил тот самый выигравший Бан Чана парень. Чон Дэгун. — Могу пригласить вас на танец? — вежливо спросил он, внимательно всматриваясь в нечитаемый взгляд девушки. — Ох, конечно, — улыбнулась кратко она, пытаясь не сдать себя с потрохами. У неё это недурно вышло, по правде говоря. Дэгун изначально думал, что у него не получилось её заинтересовать. Хаын неплохая актриса, особенно если ты и вовсе её не знаешь. Вводить людей в ступор всегда доставляет ей удовольствие. Так, танец за танцем и за неодобрительными взглядами старших они начали общаться. Было ли начало этого общения самой большой ошибкой в её жизни? Разумеется, да. Поменяла бы она свое решение, если бы изначально знала, к чему это приведёт? Точно нет. Всё не было настолько плохо поначалу. Главные приколы начали происходить после трёх месяцев их общения. Хаын влюбилась. По уши. И ей казалось, что чувства взаимны. Именно что казалось. За ней красиво ухаживали все эти три месяца: цветы, рестораны, свидания, катание на машине до утра и прочие милые моменты, что лишь укрепляло её чувства. Она чувствовала себя любимой, чувствовала себя желанной. Чувствовала себя счастливой рядом с ним. Если бы кто-то ей тогда сказал, что Дэгун её обманывает, — в жизни бы не поверила. Так, собственно, и было. Чанбин, Хёнджин, да и даже сам Бан не раз говорили ей о том, что не видят в нём искренности в её сторону, у всех троих было чёткое ощущение чего-то нехорошего. Но реакция на их слова была быстрой — она просто начала от них отдаляться. На третий месяц их общения случилась физическая близость. Они оба слегка выпили у него дома, и всё. На утро она услышит что-то, что постепенно начнёт процесс поломки где-то у неё в голове: — Ты только не думай, что у нас что-то серьёзное, хорошо? — проговорил парень, одеваясь в домашнюю одежду. — Что? — переспросила девушка, что сейчас была где-то не тут мысленно, она хлопала своими красивыми глазами, глядя на мужчину справа от неё. — Просто секс без обязательств, согласна? Я сейчас не готов к отношениям, это всё слишком сложно, — Чон лениво кинул взгляд на явно растерянную девушку, что медленно закивала. Его нежного взгляда будто и не было никогда… — Да, хорошо, — мягко улыбнулась она, поджимая губы. Конечно, он знал о её чувствах. Знал. Но его это не остановило. Остановило бы его это лишь в том случае, если бы Со знала бы себе цену, но увы. Они встречались каждую неделю по несколько раз, иногда она даже оставалась с ночёвкой у мужчины. Каждую ночь он говорил ей о том, как любит и дорожит ей, а когда младшая поднимала тему отношений, начинал проявлять такой сильный холод, что в какой-то момент Хаын перестала спрашивать. Мужчина играл с ней, будто с куклой. Он всегда делал то, что хотел. Всегда получал от неё то, что хотел. Зачастую даже тогда, когда она не сильно хотела этого. После раскрытия всех карт весь ужас происходившего с ней тогда нанёс самый сильный удар, потому что она позволяла… Тот минимум, что он делал первые три месяца общения, постепенно сошёл к двадцати процентам от ста первоначальных, а Хаын начинала бороться даже за эти чёртовы двадцать процентов. В какой-то момент парень начал пропадать всё чаще под предлогом большой занятости. Отчасти так и было, но не в такой большой степени, в какой он это преподнёс Со. Дело было больше в том, что он готовился к кульминации их истории, параллельно увлекаясь новыми девушками. Стоит ли говорить о том, что во время того, как хакерша была его любовницей, у него были ещё? Она была основной, да, но сути это не меняет. В один момент она это узнала. Узнала, что не единственная. Тогда впервые почувствовала себя преданной этим уёбком. Хотела всё бросить. Но… — Хаын-и, но мы же не встречаемся, я свободный человек ровно настолько же, насколько и ты, понимаешь? — парировал мужчина, — Не вижу смысла это обсуждать, — в его голосе царило такое холодное безразличие, что сердце младшей неприятно сжималось с каждым предложением. Если бы Хаын смотрела на это свежей головой, она бы поняла, что это чистой воды газлайтинг. Жестокий. Слишком жестокий. — Ебись с кем хочешь, Дэгун-щи, только в таком случае про меня забудь. А если ты вдруг подцепишь заразу таким образом и передашь её мне? Нет уж, спасибо, я хочу жить полноценной, здоровой жизнью, — говорила девушка, слегка повышая голос. Она не кричала, хотя в тот момент хотелось очень. Здоровье — очень важно для Хаын, но, конечно, это не единственная причина, жаль что тогда она думала лишь о физическом здоровье. Рядом с этой серьёзной причиной стоит ещё одна, называется «любовь». Узнать, что у человека, которого ты искренне и безоговорочно любишь, есть ещё кто-то кроме тебя, — оглушающий удар. Это была их первая серьёзная ссора, тогда Со просто ушла, хлопнув дверью. Ушла и не вернулась. Ночь она провела в своей квартире в городе, так как в дом ехать очень не хотелось. Единственный раз в их взаимоотношениях, когда она выбрала себя, только вот и смысла от этого не было. Неделю-другую Чон побегал за ней, осознавая, что по-другому его план покатится к чертям. Ему было необходимо получить её прощение, до момента истины оставалось совсем недолго потерпеть. И он это сделал. Спустя пару месяцев случилось то, что разрушило Хаын полностью. Он добился своего и ушёл, оставляя за собой полный крах личности.

<…>

Были ли у него чувства к ней? Никогда. Было лишь желание её тела и не более. Рефлексия их «отношений» дошла до Хаын лишь спустя три года. Она наконец начала понимать, что с ней происходило и что сделал этот человек. Тогда её накрыло вновь, умереть уже не хотелось, нет, но от воспоминаний липких и противных прикосновений ей хотелось приложиться об стену, да как можно сильнее. Ей лили в уши на протяжении практически года, а она на это так просто повелась… Глупая. Действительно глупая и наивна девчонка. С того момента она его больше не видела. Следила — да, но смотреть на человека, который убил в тебе все чувства на долгое время, оказалось куда труднее. Это как сильнейшая пощёчина, которая выбила её из колеи на добрые полчаса-час. Если бы не Бан рядом — скорее всего, она бы улетела в прострацию на добрые два часа. — Сегодня я увидела человека, который когда-то разрушил меня, впервые за пять лет, — всхлипывая, говорила девушка, — Я думала, что когда настанет этот момент, мне будет всё равно, что буду чувствовать лишь превосходство и отвращение, но нет. Думала, что пережила, но и тут не угадала, — сквозь слёзы улыбнулась Хаын, — В моменте я как будто разучилась дышать, Минхо, я успокоилась лишь тогда, когда Бан отвёл меня в коридор туалета и относительно привёл в чувства. Старший слушал всё это сочувствующе хмуря брови. Ему было так жаль… Хаын очень сильная. Жизнь очень постаралась, чтобы обеспечить ей «счастливую» молодость, вот о чём он подумал. А если говорить более открытым и доступным языком — в её жизни творился кромешный пиздец. Единственное, что Ли сейчас мог сделать, так это аккуратно поглаживать её по спине. Он плохо поддерживает людей, как он считает, лучше у него получается шутки шутить, потому это единственное, на что он способен. Слова совсем не нужны сейчас. Лишний раз упоминать о том, что ситуация нереально отвратительная, не стоит, она это и сама понимает. — Я безумно много делала для этого человека, отдавала всю себя, буквально. Мне могло что-то не нравиться, но я делала это, потому что он хотел. Я дышала этим человеком, — продолжила она. Минхо ни на секунду не переставал поглаживать младшую по спине. Закуривая сигарету. Это даже слушать эмоционально тяжело, а она в этом жила всё время, от этой мысли было очень не по себе. — А знаешь, что самое забавное, оппа? — спросила девушка, а уголок губ поднялся вверх в попытке ухмыльнуться наименее печально. — Что? — спросил парень, наблюдая за той. — Я ненавижу кофе. Просто терпеть не могу. Мне больше по душе чай, но он не знал даже этого, когда я знала о нём всё: его предпочтения в еде, напитках, отдыхе, сексе, стиле одежды, знала его размер обуви и любимое блюдо, любимый цвет, фильм и прочие мелочи, — уже почти без сил говорила девушка, с каждым разом делая затяжку почти полностью сгоревшей сигареты всё дольше, — Каждый раз он приносил нам утром кофе, хотя я говорила, что его не люблю, а потом влюбилась. Влюбилась в самый холодный кофе в своей жизни и даже о него смогла обжечься, представляешь? — истерически шептала Хаын, солёные дорожки текли всё медленнее, — Я пыталась подогреть его, но тот и не был тёплым… как оказалось — никогда. Поняв это, мои розовые очки разбились вдребезги, как и любые представления о любви, отношениях, да и в целом жизни. Только после этого осознание, как сильно меня подставили, дошло до меня, а потом я потеряла всё, ради чего жила. Ну ладно, только Хёнджин остался, но и он многого не знает… Я бы умерла, если бы в один из вечеров не позвонил он. — Что ты собиралась сделать? — вопрошал Минхо тихо, боясь задать такого рода вопрос. — Оба раза я хотела прыгать. Первый раз был спустя полгода после побега, после него я отрезала себе волосы. Я не знаю, мне очень повезло в тот день, если бы он позвонил хотя бы на двадцать секунд позже — я бы, вероятно, уже прыгнула. Но я не хотела. Это просто была безвыходность, по-настоящему хотела я лишь во второй раз, — рассказывала Со. — Ужасно, как же это ужасно… — Прости, я очень сожалею, что тебе приходится это выслушивать, — усмехнувшись, проговорила брюнетка, вытирая слёзы своим рукавом. — Никогда не извиняйся за это передо мной, — серьёзно проговорил Хо, глядя на девушку, — По правде говоря, я никогда в жизни не видел такого сильного человека, как ты, Со Хаын. И вряд ли встречу. — Брось, я очень слаба. Я только что ревела перед тобой час, если не больше, из-за мудака, что был в моей жизни пять лет назад. — Если бы ты была слаба, ты бы тут не оказалась, — поставил точку старший, щёлкнув той по носу, — А слёзы — это не слабость, всего лишь необходимая для жизни эмоция. Младшая кивнула его словам, прокручивая их в голове. Вдруг ей вспомнилось что-то с того же дня, когда она слегка нагрубила старшему, поэтому она хмыкнула, поворачиваясь в его сторону. — Что? — Чувствую себя неловко, я тебе всё рассказала, а твою историю почему-то всё ещё не знаю… — надулась Хаын, слегка хихикая с выражения лица старшего. — Перестань корчить такое лицо, молю, — фыркнул тот, — Уже поздно, я бы предпочёл сон, но не отказываюсь от рассказа своей истории, просто не сегодня, идёт? — Хорошо, но тогда с тебя компенсация за ожидание! — Компенсация за ожидание? Шутишь? — о нет, Со с таким не шутят, поэтому она отрицательно помотала головой, — Ох, ладно, что же ты хочешь, госпожа Со? — Хочу, чтобы в ближайшие несколько тренировок со мной стоял ты, а не Кристофер, сегодня он меня слишком выбесил… — А, это ты про тот момент, когда ты прижималась к нему и дрожала? — цитируя слова старшего, проговорил Минхо, а коварная улыбка озарила его лицо. — Айщ, оппа! — воскликнула хмурая девушка, — Я же сказала, что это из-за страха гребаных мотоциклов… — Да-да, оправдывайся, — Ли подмигивает ей и в ту же секунду получает неплохой удар в плечо. Через пять минут они уже разошлись по комнатам, за этот день они устали просто ужасно, а завтра им, вероятно, промоют мозги, точнее, не «им», а Минхо и, возможно, частично Чонину, пусть лидер и дал своё «благословение», тут уж как повезёт.

***

Утреннее солнце пробивалось сквозь закрытые шторы, попадая своим светом прямо в лицо девушки. Она невольно щурится от лучей, но понимает, что заснуть уже не выйдет. Уши начинают улавливать звуки за пределами её комнаты, что уже просто не оставляет шансов вновь погрузиться в сон. — Блять, и почему они такие шумные? — бормочет себе под нос Хаын, прежде чем встать. Ночью она, по правде говоря, боялась ложиться спать, всему виной гребанный Чон Дэгун. Хакерша просто ужасно боялась, что он опять ей приснится… Первым делом брюнетка идёт принимать душ, освежиться ей было просто необходимо. На улице опять пекло, хотя бы кондиционер в комнате спасает, но она уже это ощущает. Пока она мылась и делала необходимую утреннюю рутину, шум от парней так и не стих. Было даже интересно, чем они там занимаются, что так задорно хохочут. Спустившись, она обнаружила бегающих по первому этажу Феликса, Хёнджина, Джисона и Сынмина, что заставило её в непонимании слегка нахмурить брови. Как только парни её заметили, тут же остановились, пытаясь восстановить дыхание. — Мы тебя разбудили? — спросил Хван, переглядываясь с другими. — Как ты понял, Джинни? — с сарказмом вопросила в ответ младшая, усаживаясь на стул за барной стойкой. — Хэй, Хаын-щи, как ты? — подошёл к ней вдруг запыхавшийся Джисон, очевидно отсылаясь на вчерашнюю миссию. — Относительно в норме, — ответила она ему, прикусывая губу, — Ты полностью проверил его? Я не хочу внезапных сюрпризов… — Полностью, он чист, — пожал плечами тот, забирая воду из холодильника, — Ты же всё равно не успокоишься, пока сама не проверишь, да? Девушка лишь улыбнулась, её молчание было весьма многозначительным. Конечно, хакерша ещё раз перепроверит Чона… — Это не из-за того, что я тебе совсем не доверяю, окей? — поняв, что её «спалили», оправдалась младшая. — Да-да, сделаю вид, что верю тебе, — фыркнул наигранно Хан. Он сказал это с очевидным сарказмом в голосе, но Со поняла, что это шутка. Пока Хаын завтракала, болтая и болтая о тренировках с Чонином, пока Минхо и Сынмин сидели на диване в гостиной, скроля ленту инстаграма, прошло около сорока минут. На кухню зашёл Бан Чан, доставая какой-то напиток из холодильника, и всё бы ничего, но… — Твою ж мать, Бан, тебя прикрываться не учили?! — вопрошала младшая, что тут же проснулась от неожиданно практически голого мужчины. Она сразу подметила его тату во всю руку, которую полностью она видит впервые. Оказывается, она ещё и слегка на спину заходит… Красиво. Действительно красиво. Девушка слегка сглотнула, вовремя напомнив себе, кого она прямо сейчас рассматривает… — Я у себя дома, могу хоть голым ходить, — хмыкнул тот, не оборачиваясь на девушку. Он, блять, действительно забыл про её нахождение тут… Чёрт. Сейчас оставалось надеяться на то, что уши не покраснеют, иначе его смущение станет очевидным. Все свидетели данной драмы быстро переглянулись, глядя за тем, что будет дальше. Что ни день, то драма. — О, правда? Поскольку это теперь и мой дом тоже, потому что, напомню, вы так захотели, я тоже могу ходить голой, правильно? — Нет, ты не… — начал тот, уже развернувшись к девушке, но не успев договорить, его перебили. — Йа, нет? Что за двойные стандарты, м? Если у нас равные позиции — думаю, ты должен уважать мои глаза, которые очевидно с утра не хотят видеть это. Иначе, я не буду уважать твои, посмотрим, кто сдастся быстрее, спойлер, это буду не я, — улыбнулась девушка, чётко давая понять свою позицию на сей счёт. — Хён, она тебя уела, — задорно проговорил Сынмин с дивана, наблюдая за развернувшейся картиной. Глаза у троих очевидцев становились всё хитрее и хитрее. Ощущение, то они в одной из сцен нелепого ситкома, собственно, практически любое из их взаимодействий так и чувствуется. Были бы тут Джисон с Хёнджином, они бы сто процентов так бы это и прокомментировали… — Счёт уравнен, 1:1, Бан Чан-щи, — просила девушка, после чего встала и вышла с кухни. — Счёт? — спросил с интересом Чонин, обращая взор на хёна. — Чан-а, у вас какие-то ролевые игры, и мы не в курсе?! — разочарованно воскликнул Минхо, протягивая имя старшего. — Типа того, — фыркнул тот, выкидывая допитую банку фанты, — Скажите ей, что собрание по поводу вчерашней миссии в шесть, я в душ и поеду по делам, — проговорил тот, потирая свои красные уши. — Хён, у тебя уши красные! — коварно проговорил Ким, подмечая эту особенность старшего. Все знают, что когда он смущён — его уши моментально краснеют. — Так Со выиграла балл, как только подметила тебя полуголым, не так ли, Чан-хён? — Ли абсолютно по-кошачьи улыбается, заставляя старшего чувствовать себя ещё более неловко. — Отстаньте, — цокнул тот и поспешил уйти с одного пространства с этим дуэтом, пока они не сказали ещё какую-нибудь смущающую хрень. Одно дело было бы, если бы Чан сделал это специально, но он правда забыл о существовании в доме девушки…

***

«Ли Ю Хан. Родился в 2007 году 7 апреля. 20 лет.

В детстве жил в бедности, отец умер, когда ему было пятнадцать от рака, мать пыталась прокормить как могла, но вскоре у неё развилась опухоль, на удаление которой нужны были деньги. Пошёл работать, сначала это были безобидные подработки, но в один момент повернул не туда. Повёлся на большие деньги и стал участвовать в подпольных боях, навыки у него присутствовали, так как семь лет занимался тайским боксом, бросил из-за подработок, но тренировался самостоятельно. Завоевал большой авторитет в подпольных боях к восемнадцати годам, через год из-за травмы голени прекратил деятельность. Но его начали желать в ещё более преступном мире, нежели в котором он находился до. Так и стал участвовать в подобных «мероприятиях». Матери всё ещё не здоровится, хоть опухоль и извлечена, он покупает большое количество дорогих лекарств. Живёт в старом районе Сеула, далёком от центра. Грубо говоря — сводит концы с концами, хватаясь за любую грязную работу. В убийствах, нападениях, распространении запрещённых веществ и материалов не задействован.

Договор с Чо Ю До подписан только на это задание, если бы он не выполнил — грозила бы смерть.»

Глаза каждого человека, кроме Джисона, который и составлял своего рода рассказ о личности мальца, который частично успешно покусился на сакуру, хмурились с каждой строчкой всё сильнее. — Двадцать лет… — грустно проговорила Хаын, вспоминая свою жизнь в этом возрасте. Даже представить тяжело, как непросто приходится этому парню. — Айщ, это слишком грустно, — фыркнул Чанбин, протирая лицо ладонями. — Чо Ю До… — задумчиво вторил Бан, имя казалось очень ему знакомым, но откуда — вопрос, — Чанбин, тебе не кажется это имя знакомым? — Кажется, но я не могу вспомнить, откуда я его знаю. В моей голове слишком много всего, — на выходе Со облокотился на спинку стула, как оказалось — слишком резко, из-за чего он почти упал, но хороший рефлекс Минхо его буквально спас от столкновения с полом. — Джисон? — как только лидер обратился к Хану, тот тут же переключил слайд на доске.

«Чо Ю До. Родился в 1978 году 1 июня. 49 лет.

Рождён в достатке. У отца был свой бизнес по производству препаратов. Воспитывался в строгости, часто его избивали. Оба родителя были пристрастны к алкоголю. Помимо легального бизнеса, был ещё подпольный по производству запрещённых веществ. Отца с матерью застрелили, когда ему был двадцать один год, тогда он взял оба бизнеса под свой контроль, долго скрываясь. Встал на ноги не быстро — чтобы завоевать авторитет и своё место в криминальном мире, понадобилось пять лет. Было три брака, все из которых развивались, как только женщины начали понимать, с кем имеют дело. Детей нет, так как он является импотентом. Замешан во всех нелегальных делах. Нет сердца, как говорят многие. В сорок лет был инсульт, который перенёс почти без последствий.»

— Вспомнили? — спросила Хаын, оглядывая озадаченных старших, те лишь отрицательно помотали головой, — Мда, старость не радость… Старшие лишь фыркнули, закатывая глаза. — Нет, вы правда его не помните? — почти выкрикнула Со, разводя руками. — А ты что, помнишь? — В отличие от вас — видимо, да. Первый месяц моего обещания с Чоном, мы все были на закрытой вечеринке, и этот пьяный старый ублюдок катил ко мне свои обвисшие яйца. Чон его знал и вступился за меня, тот сразу отстал, как только увидел меня рядом с ним, и на этом всё закончилось бы, если бы тогда он не начал приставать уже к спутнице мистера «я уведу твою девушку», — проговорила хакерша, вспоминая тот день, а у старших картина вдруг начала проясняться. — Да, точно, когда он увидел меня, он тоже ушёл куда-то подальше с поля моего зрения, — вспомнил Кристофер, — Чон тогда о нём и рассказал пару словечек. — Интересно, конечно, почему он отстал от них… — хмыкнул Чанбин, — Он не выглядит как человек, которому есть дело до этого. — Более чем уверена, что у ублюдка Чона есть что-то на него, поэтому и отстал, — пожала плечами Хаын, кусая губу. — Тогда что насчёт меня? — А ты просто деловой хер, который плотно сотрудничает с правительством, — вкинула девушка, а старшие прыснули смехом, — С тобой мало кто хочет иметь дело из криминального мира, только самые отбитые готовы пойти на это, более умные не высовываются, да и из законопослушных людей тоже мало кто хочет. Я уже говорила, что у тебя негативная и пугающая аура, — абсолютно серьёзно заявила брюнетка. От её слов брови старшего полезли наверх. Что из этого было подъёбом, сказать сложно… — На какой стороне ты, Хаын-щи? — спросил Минхо, вклиниваясь в обсуждение. — Я? Я на стороне частично законопослушных людей, только его я не боюсь. — И почему же? У меня же, твоими словами, «негативная и пугающая аура». — Тут всё просто, я крутая. Как ты, только лучше, мои мозги и связи привлекают и ту, и другую сторону, — улыбнулась она невинно. Всех старших, сидящих за столом, распирало от смеха за исключением Бана. — Как скажешь, — лидер решил капитулировать, смысла в этом не было. Иногда по Хаын действительно сложно понять, говорит она что-то в шутку или же несёт подобную чушь всерьёз. В данном случае скорее больше шутка. Со никогда не поставит себя выше другого человека, поэтому тут это скорее чтобы побесить Кристофера. — Итак, возвращаясь к Чо, — проговорил Чан, напоминая, с чего они начали, — Тип «страшный» в контексте того, что он делал за эту жизнь, из-за чего всё становится немного сложнее. Думаю, нам будет нужна сторонняя помощь, — рассуждал вслух мужчина. — Имеешь в виду полицию? — уточнил Чонин, глядя на старшего. — Ага. Вы не связывались с Ли Ю Ханом? Может, он что-то знает? — Нет, но нам важно поставить его на наблюдение, вдруг обманул, — проговорил Минхо. — А ты допускаешь, что тебя провели, Хо-я? — усмехнулся старший. — Кто его знает, может, я что-то не распознал. Хотя взгляд у него был как у Джисона, когда ты его спас, — хмыкнул Ли, пожимая плечами. — Парень так-то перспективный, кажется. Сил у него хоть занимай, если бы он один удар от хёна не пропустил — сбежал бы, — пожал плечами Чонин. — А вы не допускаете варианта, что его в любом случае бы… ну, — вклинилась вновь Хаын, намекая на убийство. Старшие лишь хмуро поглядели на неё, — Что? Просто такие люди честно играть не любят. — Ты дорам пересмотрела? — усмехнулся Джисон. — А ты, чтобы высмеивать мою вполне возможную теорию, проверил, где он сейчас находится, куда поехал после и прочее? — Вообще, это действительно нужно сделать. Плохо будет, если с пареньком что-то случится, — задумчиво проговорил Чанбин. Они распределили примерные обязанности касаемо этой ситуации и разошлись. Стоило Чану зайти в кабинет для решения каких-то мелких вопросов, как к нему постучались. Он уже предположил, кто это мог быть, но не угадал. Удивительно. — С каких пор ты стучишься? — усмехнулся мужчина, осматривая вошедшую к нему девушку. — С тех самых, — проговорила она, усаживаясь за стул поближе к его месту. — Что тебе надо, кис? О нет. Боже, он сейчас так её бесил, а хакерша сказать ничего не может. Не может, потому что тогда ей точно не видать гаджетов. Ужасно. — Пришла поговорить, — тянула та, раздражённо выдыхая после его обращения. — По поводу? — По поводу моих гаджетов, — после этих слов до этого печатавший кому-то ответ Бан мигом метнул взгляд на девушку. — Что, я даже не получу мгновенного «нет»? — Ты получишь его позже, я слушаю. — Тянуть не буду. В нашем договоре нет чётких сроков по поводу их возвращения в мои руки, а их отсутствие очень дискомфортно для меня. Я буквально начинаю сходить с ума в тишине, а занять себя чем-то, когда я одна, не всегда есть возможность. Хотела попросить пойти мне навстречу и вернуть хотя бы телефон. — Нет. Брюнетка делает глубокий вдох, пытаясь сдержать порыв недовольства. Лучше сейчас он точно не сделает. — Почему? — Потому что доверия к тебе всё ещё особо нет, this is simple, — безразлично кинул лидер. — Серьёзно? Нет доверия, но при этом у меня есть доступ к вашей базе, при этом я помогаю на миссиях и при этом же я ещё ни разу не дала какое-то ложное показание или типа того? — Прошло слишком мало времени, без понятия, что другие вдруг увидели в тебе, но я этого не вижу вовсе. — Старость — не радость, кто же знал, что слепота накроет тебя так рано, Бан Чан-щи, — переставая сдерживаться, фыркнула девушка. — Не злись, кис. Объективно — с твоим телефоном ты очень быстро можешь шума наделать лишнего для нас, это всего лишь перестраховка. — Перестань меня так называть, — возмутилась та, во взгляде её не было ничего дружелюбного. Опять. — В следующей жизни. — Относиться ко мне как к нормальному человеку, а не как к заключённому без прав, тоже в следующей жизни будешь? Девушка встала с места и уже почти вышла за пределы кабинета, но Бан Чан неожиданно её окликнул. — Со, — та не стала оборачиваться, лишь остановилась, — я обещаю найти компромисс, удобный для тебя и безопасный для нас, ладно? Хаын улыбнулась не до конца верящей в сказанное старшим улыбкой, развернулась и вновь оказалась у стола. Без слов она достала у него листок и ручку, положив перед ним. — Пиши, — сказала наконец хакерша, кивнув на листок. Кристофер посмотрел на неё, хмыкнув, после чего взял в руки ручку и быстро написал подтверждение своих слов на бумаге, передавая младшей. — Довольна? — Довольна буду, когда слово своё сдержишь, — кинула она старшему, — Во сколько завтра тренировка? — В двенадцать утра. — Почему так рано? — Не слишком ли много возмущений за последние десять минут? — Отстань, — цокнула она, открывая дверь из кабинета. — За опоздание тридцать бёрпи, — вдогонку проговорил Бан, продолжая заниматься рабочими моментами. Спустя полчаса он закончит, кстати, и решение нехватки гаджетов младшей придёт ему весьма быстро для загруженно-сонной головы. Впрочем, оно простое. Остаётся только реализовать. Чан устало направился вниз, посмотреть, есть ли кто не спящий помимо Со, что очевидно пошла к себе или к Хвану. Внизу, сидящий за кухонным столом, действительно кто-то сидел. Минхо и Чанбин. Лидер слегка приподнял брови, глядя на младших, вместе их можно увидеть не так часто. — О, хён, ты тоже не спишь? — усмехнулся Чанбин, глядя на старшего. — Как видишь. Что обсуждаете? — Всё подряд, чай, сок? — спросил Со, помешивая чай ложкой. — У нас мёд остался? — Да, — кратко ответил тот же. — Значит, чай, — старший уселся рядом с Чанбином и напротив Минхо, что любезно протянул ему кружку с чаем и мёдом. Слегка кучерявый брюнет поблагодарил его, делая первый глоток. — Чан-а, — протянул Минхо, зовя старшего, когда тот повернулся на него, продолжил, — Завтра и ещё несколько тренировок хочу постоять с Хаын в паре. Мы давно вместе не боролись. — М, хорошо. Только в этом причина? Или она попросила? — Ли усмехнулся, попадание было молниеносным. — Скажем так, я ей чуть-чуть проспорил кое-где, да и плюсом мы действительно давно не боролись вместе, — утрированно произнёс тот, объясняя ситуацию. Вдаваться в подробности не хотелось бы, из-за чего он чуть поменял реальную ситуацию. — Ты? Проспорил? — хмыкнул Чан, насмешливо глядя на друга. — Сам не верю, — фыркнул он, — Ты очень её недооцениваешь иногда. — Ага, а иногда переоцениваешь, — вставил своё слово Чанбин, допивая свой чай. — Это она иногда себя переоценивает, а я лишь делаю выводы. Младшие синхронно закатили глаза, ответив что-то по типу «конечно-конечно». Лидер не стал им продолжать доказывать, ибо сейчас они точно останутся при своём мнении. — Чан-хён, ещё не думал поменять своё мнение о ней с помощью разговора? — спросил прямо Минхо, глядя на старшего, что очевидно не был доволен этим вопросом. — Отстаньте, — фыркнул лишь тот, тонко намекая, что он всё ещё бежит быстрее здравых мыслей. Жаль. Старшие впервые за долгое время сидели и разговаривали о чём-то кроме работы, что даже удивительно. — Чан-хён, когда на Чеджу? Ты обещал две недели назад! — фыркнул Чанбин, напоминая старшему. — Сейчас решим вопрос с украденной сакурой и поедем, я уже готовлю всех к нашему мини-отпуску на неделю. — Ага, как же, верим, — усмехнулся Минхо. — Что не так? — Каждый раз, когда ты так говоришь, мы уезжаем в лучшем случае через полтора месяца. Наблюдение всего лишь. — Трудоголизм — болезнь своего рода, особенно в твоём случае, — продолжил Со, хмыкая с Кристофера, что, как всегда, их передразнивал. — Вообще-то, последнее время вы часто меня отвлекаете от работы, да и я вот что-то засиживаюсь. — Ага, именно поэтому вчера я видел тебя в пять часов утра в кабинете, да? — Единичный случай! — Ну-ну, — усмехнулись младшие, переглядываясь. Так, подтрунивая над старшим, они просидели до часа ночи и затем разошлись по комнатам. Вставать завтра нужно будет рано, будет крайне смешно, если Чан сам опоздает на тренировку. Смешно будет, конечно, только Хаын, не Чану…

***

— Ким Сынмин и Хан Джисон делают тридцать бёрпи за опоздание! — крикнул Чан, глядя на парней, что вовсе не ожидали такой подставы. — Ну на пять минут всего! — проныл раздосадованный Хан. — Мы уже разогреться успели за это время, — проговорил Со, — Начали! Смотреть на опоздавших парней, которые лениво делают бёрпи, очень забавно, но ещё смешнее слышать комментарии в адрес их исполнения. — Боже, они выглядят очень помято… — смеялся Хёнджин. — Двигаются так же, — усмехнулась девушка. — До пяти утра в игры играть, конечно, — фыркнул Чонин, качая головой. — Хорошо, что я ушёл от них в два, — вздохнул Феликс, потирая глаза. Когда они закончили, тут же улеглись на мягкий пол. Но полежать им не дали. — Подключаемся к разминке, хватит отдыхать! — крикнул Бан. Ох, сегодня у него какой-то более активно-продуктивный настрой на тренировку, это могло означать лишь то, что им всем придётся несладко. Разминка заняла ещё десять минут, после чего они приступили к самой тренировке. Как и ожидалось, — Хаын стояла с Минхо. Сегодня у них вся тренировка посвящена боксу. Минхо в этом чрезвычайно хорош, но и Хаын не промах. Отработка ударов уже дала ощутить силу удара друг друга, и Минхо был приятно удивлён и даже обескуражен. — Хаын, у тебя довольно сильный удар, — прокомментировал тот, подставляя лапы. — Спасибо, оппа, — улыбнулась она, похвалу она очень любит. — Не хвали её, расслабится, — проговорил проходящий мимо их пары Бан, девушка приподняла брови, сверля того нелицеприятным взглядом, — Что опять? — Держи свои комментарии при себе, Бан Чан-щи, — едко выплюнула Хаын. — Ты хочешь дополнительные задания? — Ты мне рот этим не заткнёшь, могу хоть сто бёрпи сделать, но говорить то, что думаю, не перестану. Не мешай нам тренироваться, — фыркнула она. — Сто бёрпи говоришь? — ехидно улыбаясь, задумчиво произнёс Бан, — В конце тренировки сделаешь сто бёрпи за длинный язык. — Хорошо, только не мешай мне тренироваться с Минхо-оппой, — спокойно ответила та, хотя внутри уже постепенно закипала. С другой стороны, за язык её действительно никто не тянул, отчасти сама виновата… Прошёл уже час от тренировки, сейчас был перерыв, а затем спарринги на ринге. — Сто бёрпи? — усмехнулся Минхо, напоминая Со про её же слова. — Отстань, оппа, — нахмурилась та, — Он просто не оставил мне выбора! — Сколько раз за жизнь ты страдала от своей принципиальности? М? — Бесчисленное количество раз, но я правда не могу по-другому. — Иногда ты сильно переоцениваешь свои возможности, Хаын, эта проблема больше, чем тебе кажется, — подмечал Ли, попивая воду из бутылки. Пот стекал со лба по всему лицу. Девушка перевязала хвост, чтобы волосы не лезли в лицо. Да, она очевидно мазохистка. Страдать из-за принципов — её любимое занятие. Кроме того, старший прав — это действительно её большая проблема. В моменте просто невозможно удержаться. — Ты прав, как обычно, — усмехнулась она, кивая его словам. — Ты действительно будешь их делать? — изогнув бровь, спросил тот. — А какие у меня варианты? — хмыкнула хакерша, отпивая воду из бутылки. — Извиниться перед ним и попросить помиловать? — Вот ещё, — нахмурилась брюнетка. — Мазохистка, — покачал головой старший. Первая пара на спарринге была Чонин и Феликс. Все тщательно следили за их движениями, темпом и резкостью. Старшие периодически кричали о доработке каких-то движений и прочих деталей, что парни очень охотно слушали и выполняли. Минхо и Хаын были последние по указке Бана. Все были на ринге около пяти-семи минут без продыха, но этого хватало весьма сильно, чтобы вымотаться. Всем был интересен поединок Ли и Со-младшей, поэтому, несмотря на то, что для остальных тренировка была закончена, они остались посмотреть. Удивительно, но у Хаын к каждому свой «подход», даже в бою. Она редко действует идентично, прошлых ошибок почти никогда не совершает, и это действительно похвально. Спарринг начался. Поначалу вёл Минхо, понятное дело, что он боксировал не в полную силу, всё же уровень сил у них точно разный, какой бы физически подготовленной не была Со. За их спаррингом было действительно очень интересно наблюдать всем. Несмотря на то что вёл Ли, за брюнеткой наблюдать было весьма интригующе. Она далеко не слаба на фоне зрелого мужчины. В какой-то момент хакершу слегка перемкнуло. Мыслями она улетела в день, когда Чон Дэгун её подставил, и в день, когда она встретила его спустя пять гребаных лет. Её вдруг взбесило это, что сработало как триггер своего рода. Почему она вспомнила именно сейчас? Непонятно, хотя, вероятно, мозг решил, что нужно разгрузиться и сбросить весь груз ещё раз. Чёткие удары стали прилетать Минхо, у него хорошая реакция, поэтому он смог их отбивать, но не без труда. Старший за оставшееся время не смог нанести практически ни один удар, а когда оставалось тридцать секунд, и вовсе отвлёкся. Удар прилетел прямо в нос, а спустя пять секунд начала течь кровь. — Ох, оппа! Прости, пожалуйста, я не хотела, — тут же опомнилась Со, быстро извиняясь перед старшим. — Всё в порядке, ничего страшного, Хаын, — хмыкнул он. — Сильно больно? Прости-простииии, — протянула та, ей было так стыдно. Она слишком увлеклась. — В любой борьбе — это нормально, кровь — не страшно, — успокаивал всё её старший, — Тебе стало легче? — спросил он, смотря в её непонимающие глаза. — А? — нахмурилась она, быстро моргая, — А… да, да, — Минхо понял её смену настроения в моменте, ну конечно он понял, — Жаль, что ценой твоего носа… — Забей, а! Всё с ним хорошо, — цокнул на неё парень. После этого к ним на ринг зашёл Феликс с аптечкой, обрабатывая нос хёна, параллельно осматривая. — Ну, перелома нет, — хмыкнул Ёнббок, вынося вердикт. — Хён, как ты пропустил удар? — задорно крикнул Джисон, глядя на старшего. — Обычно. — Старый уже, реакция хуже стала, очевидно же, — ехидно улыбаясь, высказался Сынмин, глядя в недовольные глаза Ли. — Ким Сынмин, хочешь убедиться на себе в быстроте моей реакции? — хищно улыбнулся Минхо, на что младший спрятался за Чанбина. — Хаын, ты в моменте стала очень злой, мне не показалось? — спросил Феликс, закончив обработку носа старшего, девушка лишь отрицательно помотала головой, поджимая губы. — Я вспомнила кое-кого очень неприятного из своей жизни почему-то, поэтому разозлилась, — пояснила та, подтверждая теорию парней уже вслух. Парни переглянулись. Все поняли, про кого идёт речь, даже те, кто особо не был в курсе, а Бан Чан лишь хмыкнул со странным взглядом, смотря на младшую. Пока все расходились, Хаын думала слиться с толпой и под шумок уйти. Она настолько устала, что если она сделает сто бёрпи — помрёт точно. — Стоять, — раздалось позади неё, — Куда собралась, у тебя ещё сто бёрпи? — Точно… — проговорила она, почти взывая от тоски. Ну почему у него такая хорошая память, когда ей это больше всего не нужно…? На тридцатом она уже пожалела о сказанных ею словах, но не доделать — проиграть, а Хаын ненавидит проигрывать. На пятидесятом она думала уверовать в бога… Бан наблюдал за ней, считая количество. Он всё думал, на каком она сдастся. Сто бёрпи после плотной тренировки даже для него было бы очень тяжко. Он видел, как на восьмидесятом Со уже еле стояла. Чан был готов её ловить в случае чего. Последние десять дались сложнее всего. Они уже были очень вялыми, но она доделала. Доделала, походила пару минут, чтобы не было резкого спада активности, и свалилась от бессилия. — Стоило оно того? — хмыкнул тот, присаживаясь рядом с ней. — Отвали, — проговорила она, показывая ему фак. — Мне тебя отнести или сама дойдёшь? — Не трогай меня, сама дойду… — пробурчала Хаын, закрывая глаза. Хотелось спать безумно. — Как скажешь, — пожал плечами тот и пошёл в сторону выхода. Спустя полчаса её не было, а когда Чанбин пошёл проверять, обнаружил её спящую на месте тренировок. Усмехнувшись данной картине, он взял её на руки и понёс в комнату. — Она уснула прямо на матах, — улыбнулся тот, возвращаясь к компании парней. — Сама она дойдёт, как же, — фыркнул Чан, вспоминая слова младшей. — Думаю, она просто не захотела, чтобы её нёс именно ты, — подметил Минхо, на его комментарий все хихикнули. Каждый понимал, что именно так дела и обстоят. — Идите вы…

***

Время шло весьма быстро. Прошло уже целых два месяца с момента появления Хаын в их команде. За это время все успели с ней поладить за исключением Чана, ну оно, собственно, и логично. Они не общаются за исключением рабочих моментов, лишь конфликты иногда бывают, перекидываются язвительными фразами, но чтобы нормально поговорить — никогда. — Чай? Кофе? Меня? — усмехнулся Минхо, забавно заигрывая бровями с младшей. Большая часть команды поехала играть в боулинг, поэтому в доме осталась лишь пара самых старших, Хаын и Хёнджин, что в свой выходной предпочёл просто позалипать на дэйтинг-шоу в гордом одиночестве. — Ох, что за очевидный вопрос, оппа? — хмыкнула Хаын, растягивая губы в улыбке, поддерживая шуточный флирт, но после отвечая уже в обычной манере, — Тебя, разумеется. Ли кратко хмыкнул, вынимая кружки из шкафа вместе с пакетиком зелёного чая. Хаын часто себе делала именно зелёный, а Минхо это просто заметил. Девушке этого было достаточно для понимания возможного продолжения его фразы. Бан Чан выгнул бровь в абсолютном непонимании. И когда они успели так сблизиться? — Чан-хён, тебе тоже чай? — спросил Ли, обращая внимание старшего на себя. — А? Да, — вышел тот из своих мыслей. — Что там с обещанным мне компромиссом? — вспомнила вдруг Со, переводя прищур на Бана. — Завтра утром придёт доставка. — Доставка? — Ну да? Я купил новую технику, ты сможешь ей пользоваться свободно, но она будет проверяться, — пожал плечами тот, отпивая только что сваренный чай. — Так, окей, но что, если я захочу посмотреть что-то из разряда категории восемнадцать плюс? — усмехнулась она, чисто гипотетически предполагая такую ситуацию. Минхо хмыкнул, с интересом наблюдая за реакцией старшего. Кристофер усмехается от данного вопроса, облизывая пересохшие губы. — Смотри сколько хочешь, нам-то что? — улыбнулся лидер, не сводя ехидного взгляда с её глаз. — Йа, не хочу, чтобы о моих предпочтениях кто-то знал… — хмуро проговорила девушка, а старшие лишь рассмеялись. — Что же у тебя там за предпочтения? — весело хохотнул Минхо, попивая свой кофе. — Не ваше дело… — насупилась ещё больше девушка, уши её начали слегка краснеть. — Фут-фетиш? — предположил Ли, искренне забавляясь с реакции Со. — Фу, нет! — Ролевухи? — продолжил прикол младшего Чан. — Хватит… — зажмурилась девушка, потирая пальцами переносицу. — Ох, неужели что-то нетрадиционное? — открыв рот в наигранном шоке, молвил черноволосый. — Айщ, перестаньте об этом говорить… — эта тема всегда была слишком щепетильной для неё, поэтому такие приколы были равны пыткам. Подобные разговоры всегда чересчур смущали, уши уже просто горели, и от того, что она это чувствует, становится ещё хуже. — А что не так с этой темой? Ты сама начала, — ещё шире улыбнулся Бан Чан, глядя на полностью красные уши, — Ох, ты вся красная… — специально подметил он. — Просто замолчите, так сложно?! — не выдержала напряжения девушка. — Волшебное слово? — почти хищно молвил лидер. — Издеваешься? — Так-с, хён, на чём мы остановились? — задумчиво спросил Ли. — Ну, хватит уже… — проныла младшая не в силах больше терпеть такие подколы, — пожалуйста? — Блин, не помню уже, Хо-я, представляешь? — Да? Очень-очень жаль… — Катитесь к чёрту оба, — проговорила Хаын, пряча лицо в ладонях. Старшие лишь отбили друг другу звонкую «пять», наслаждаясь результатом. Смущённую Хаын они видят чуть ли не впервые, очень редкое зрелище. — Не дуйся, Хаын-и, — воркует Минхо, всё продолжая хихикать с реакции младшей. — Ухожу от вас, старики, — стремглав хакерша поднимается со стула, — Организм сигнализирует о нехватке никотина в крови, нужно срочно пополнить запасы, не вернусь, вы нудные. — Нудные? Да как же, — веселясь, отвечал ей Бан, но тот был успешно проигнорирован. — Ты серьёзно будешь сам проверять её новые гаджеты? — после того как ушла девушка, спросил с кошачьим прищуром младший. — Мне по-твоему заняться нечем? Джисон установит программу-тень туда, она будет отслеживать всё и сигнализировать, если вдруг будет что-то не то, — объяснил Чан другу, — Я даже удивлён, что Хаын не подумала об этом первым делом. — Возможно, и подумала, просто хотела тебя в угол загнать, а вышло наоборот, — усмехнулся тот, отвечая старшему.

Вечером того же дня.

Минхо и Хаын вновь на балконе. Размеренно покуривают сигареты, обсуждая что-то далёкое от работы. — Уже два месяца прошло с твоего появления, как оно? — хмыкнул Ли, поправляя толстовку. — Лучше, чем было в первый месяц. Мне нравятся все, кроме Бана. — Ого, даже Хан Джисон? — Даже Хан Джисон, — вторит ему младшая, — В последнее время мы даже ладим, на удивление. — Мы все заметили. — Должно быть — это странно? — улыбнулась девушка, смотря на мужчину. — Да, весьма. Но вы оба храните какой-то общий секрет, это очень интригует, правда. — Ты же расспрашивал его? — Айщ, ну конечно… — улыбнулся Минхо, — Иногда я очень любопытный, но он молчит как рыба, — с небольшой досадой фыркнул тот. Пара дымящих молчит. Докуривая первую сигарету. — Прошло уже два месяца, думаешь, всё же они появятся? — вдруг спросил старший, глядя на девушку. — Будет большой «бум», если всё же да, — ведёт бровью хакерша, туша окурок. — Кто «они»? — спросил вдруг кто-то за их спинами. Двое тут же переглянулись, поворачиваясь назад и со спокойствием выдыхая. Там стоял Хёнджин, ему можно рассказать. — Ты один пришёл? — спросила Со, глядя на друга. — Да, так что насчёт моего вопроса? — ожидая ответа, прищурился тот. Хаын пришлось всё рассказать. Она не боялась, что Хван расскажет кому-то, просто это опять груз на его плечах, он только-только помирился с братом, а тут опять тайна… — Что такого случится, если они вдруг объявятся? — спросил Джинни, слегка дёргая ногой. — Они наделают очень много шума, поверьте, — усмехнулась брюнетка, смотря на звёздный небосклон, вдыхая свежий воздух полной грудью. — Почему ты так переживаешь из-за их возможного появления? Тебе же лучше будет, если вы рядом будете, как и им, — задал вдруг вопрос Ли после десятиминутного молчания. — Как только они появятся, я буду разговаривать уже не как единоличник, Минхо… — проговорила задумчиво девушка, тупя взгляд уже о пол и тяжело выдыхая. — Что-то поменяется? — спросил Хёнджин, усмехаясь. — Вероятно, да, я буду разговаривать с ним, как лидер с лидером. Шуток не будет, я буду отстаивать их интересы, а когда дело касается близких, я становлюсь очень… эмоциональной, — хмыкнула девушка. — Лидер? — переспросил Минхо. — Я рассказывала, что у нас нет таких строгих ролей в плане лидерства, но тут очевидно незнакомая им территория и люди, поэтому я в любом случае возьму удар на себя. Бану это не понравится, точно. — Поставим ставки? — со смешком предложил Хван. — Касаемо? — Касаемо того, как быстро вы поссоритесь с хёном после их появления. — Пятнадцать минут, не больше, — усмехнулась девушка. — М, полчаса, — сделал свою ставку самый старший из троих. — Двадцать три минуты. На что спорим? На желание? — предложение снайпера все поддержали, на этом они и условились. От одной лишь мысли о команде у Хаын просыпается тревожность. Она терпеть не может подобные ситуации, когда даже предположить не можешь, что и когда может произойти… В ту ночь Со не сомкнула глаз. Мысли атаковали одна за другой, а когда она посмотрела, сколько времени, поняла, что ложиться уже поздно. Вечер следующего дня проходит со странным ощущением. Сердце бьётся как бешеное, похоже на паническую атаку, но это не она. Хаын сидит хмурая на диване, зависая в одну точку, пытаясь понять истоки тревоги. Весь день она буквально сама не своя, и парни это подмечают. — Госпожа Со, что с тобой? Ни одного подкола или шутки за целый день, — проговорил Джисон, усаживаясь рядом с девушкой. Хаын хмыкает, прежде чем отвести затуманенный взгляд от пола. Джисон заметил бурю внутри неё ещё утром, она действительно была очень… тихой. Настолько тихой, что это начинало пугать даже его. — Всё в порядке, просто сегодня не спала, поэтому такая… — прерывая поток из собственных мыслей, проговорила девушка. — Уверена, что дело исключительно в этом? — младшая открыла рот, чтобы что-то ответить, но в моменте вдруг передумала, просто кивнув. Джисон не поверил. Он видит, что дело далеко не только в отсутствии сна, но донимать хакершу не хочется, это кажется ему неуместным. На позднее чаепитие вниз к ним спустились некоторые из ребят. Они болтали, попивая разные напитки, всё было хорошо, но не для Хаын. Парни правда пытались её втянуть в диалог, однако девушка отвечала односложно, не мигая, тараня взглядом кружку с чаем. Свет гаснет резко, оставляя сплошной мрак по всему дому, только лунные лучи освещали комнаты сквозь окна. Тишина. Парни не понимая происходящего, переглянулись, а Хаын лишь тихо, почти не слышно, прошипела что-то по типу «блять». Хёнджин, сидевший рядом, кажется, моментально понял, в чём дело… Спустя несколько минут замешательства слышится чей-то до боли родной голос, кто это — понимает лишь Со. — Хаын-и, мы пришли за тобой, соскучилась? — послышался женский искажённый голос сквозь колонку, и кровь в жилах брюнетки застыла. Она не ошиблась, и это плохо. [Блять, блять, блять] — думает она, зажмурив глаза. Парни уже смотрят на неё весьма красноречиво. Не сказать что супер мило.

Сегодня, видимо, дата её смерти…