Three Essays on the Theory of Sexuality

— Сан, это уже четвертый раз за неделю, когда ты не ставишь на место блядскую щетку, — с громким вздохом предмет личной гигиены оказывается в наполовину заполненном другими принадлежностями пластиковом стаканчике (три скребка для языка, монопучковая щетка и еще пара штук для полости рта, о назначении которых можно было только догадываться). Его чистоплотный бойфренд с особой щепетильностью следил за своим внешним видом и здоровьем зубов, но это совершенно не распространялось на его отношение к обстановке вокруг. Если бы тот остался в их квартире на пару дней один, то та бы превратилась в склад уходовых средств и других странных девайсов для «красоты». — Принцесса, тебе кажется, что подобное положение вещей является беспорядком. Уровень энтропии у нас дома в пределах нормы, а в другой мультивселенной щетка в стаканчике может считаться полным хаосом, — голос, доносящийся из кухни, казался чрезмерно веселым для такого раннего утра. После этого невероятно интеллектуального изречения Уен только больше раздражился, пытаясь все это время привести себя в порядок и не думать о долгих парах, о том, что им поесть на ужин, об этой ебучей уборке, которую он чуть ли не каждый день устраивал по многим причинам, о поиске работы… Да, стресса было колоссально много. Они еще не до конца отошли от процесса сдачи экзаменов и поступления, а теперь происходит все э т о. От шквала мыслей отвлекают теплые руки, обнявшие его поперек живота. — Знаю, что тебе тяжело в таком большом городе, — Сан говорил тихо, касаясь губами его еще влажной щеки, — Если хочешь, то можем позвать к себе ребят на выходных или, например, поехать к моей маме. Уен не знал, чего хотел на самом деле. Просто, чтобы все переживания в голове затихли на пару минут и прекратили вскрывать черепную коробку. Тем временем хватка на его туловище усилилась, а давление сзади настолько увеличилось, что пришлось опереться руками о край раковины. — Да, мы можем подумать об этом позже, а еще… — резкий вдох мешает договорить, но он не сдается, — нужно успеть сделать задания, и ты от этого не отделаешься. Его игнорировали с завидным успехом, продолжая незамысловатые манипуляции ладонями, которые уже успели переместиться на бедра и развернули парня лицом к себе. Так начало происходить сразу после того, как Сан ему признался и получил разрешение на многое из того, что нельзя назвать даже на толику приличным. Они просто смотрят фильм или готовят вместе — через десять минут Уен заглушает стоны ладонью, потому что чужой рот делал все для того, чтобы не пустовать. Было ли это проблемой в их отношениях? Отнюдь нет. Пару раз они опаздывали, пока кое-кто не научился доводить дело до конца за пять минут (опять же, все что угодно, лишь бы не упускать эту возможность). — Блять, Сан, — обращение навряд ли было доставлено адресату, ибо тот был слишком занят, уже находясь между ног Уена и отодвигая ладонью крайнюю плоть, чтобы полностью взять в рот головку и промычать либо от удовольствия, либо для дополнительной стимуляции, — вчера ты отсасывал мне прямо на пороге, а сегодня я даже…не успел сходить в душ. Конечно же ему не собирались отвечать. Чужой кончик языка надавил на уретральное отверстие и пару раз провел по нему, чтобы после сомкнуть губы плотным кольцом и втянуть щеки. Это означало, что долго эта пытка вперемешку с наслажданием длиться не будет. На самом деле, Уена уже не держали ноги и руки, и ему хотелось дергаться из стороны в сторону от усиливающейся пульсации в самом низу живота. Даже он не знал так хорошо свое тело, как успел узнать его бойфренд за эти месяцы. — Клянусь, я напишу научную диссертацию о твоей оральной фиксации, и даже гребанный Фрейд восстанет из мертвых, чтобы посмотреть на такой удивительный экземпляр, — скоро и без особой внятности произносит парень, все-таки хватая Сана за волосы, — и он точно закурит-… Утренние оргазмы всегда были тяжелее для полусонного разума и ослабленного тела, поэтому приходится слегка согнуться, чтобы не потерять равновесие. Сан придерживает его за талию и не перестает облизывать губы, словно он съел что-то сладкое, продолжая пялиться на него снизу вверх и сводить с ума. А день ведь только начался…

***

***

***

В зеленом уголке университета было удивительно тихо сегодня, поэтому Уен решил с пользой провести эти тридцать минут перерыва, то есть, сидеть с закрытыми глазами и слушать Cecile Corbel, потому что ничего больше не могло успокоить его раскаленный мозг. В этом месте всегда поддерживалась одна температура, комфортная для огромного количества растений, и уровень влажности был идеальным (его ринит каждый раз бы говорил спасибо за посещение этого места, если бы мог). Позади него распростерлись монстеры и замиокулькасы, которые он случайно задевал затылком, когда пытался удобнее устроиться на скамейке. Постепенно сердцебиение пришло в норму и дыхание выравнялось, которое будто никак не могло восстановиться после выходки Чхве Сана. На самом деле, тяжело было понять свое состояние после каждого внезапного минета, ибо Уен любил все планировать (да, секс тоже входил в категорию «вещи, которые я обязательно должен проконтролировать»). С одной стороны, это раздражало, потому что Сан был непоследовательным и как гром среди ясного неба, а с другой — это было лучшее лекарство от этой сжирающей тревоги, которая его не отпускала после переезда. Может, его немного безрассудный бойфренд все знал и специально хватал своим ртом различные части тела Уена, доводя до исступления так, будто это какое-то новое ремесло, в котором тот решил достичь совершенства. В какой-то момент Уен даже задумался о том, мог бы Сан сместить Эроса с поста бога любви, пока его не отвлекло уведомление о сообщении. saNsebastian че дел??? я купил тебе поесть а тебя нет в столовке ((((или ты хочешь себе функциональную диспепсию в 19 лет woonjo я общаюсь с растениями. одно похоже на тебя потому что его зовут сансевиерия и оно означает «острый язык»))))) *фото* saNsebastian ты меня сейчас обоссал или похвалил я не понимаю woonjo обычно я делаю первое чтобы ты почувстовал второе мой славный перверт со страшной сексуальной конституцией saNsebastian : 0 хочешь, я займусь промискуитетом, чтобы не так сильно тебя доставать (((( saNsebastian че ты молчишь saNsebastian УЕННННН saNsebastian ты обиделся? давай я извинюсь как собака и подожму свой хвост между лап))))) saNsebastian ладно ну прости пожалуйста почему ты молчишь ТТ saNsebastian УЕННН Я СЕЙЧАС ПОЗВОНЮ МНЕ СТРАШНО КОГДА ТЫ ИГНОРИШЬ woonjo господи я просто разговаривал с одногруппником сейчас приду в столовую, угомонись saNsebastian хорошо, мой господин Шумно и жарко. Этих слов хватало, чтобы описать любое место, которое гипотетически могло не понравиться Уену, поэтому в столовую тот обычно заходил с недовольным лицом. — Уен-и! — это было сказано так громко, что люди за соседними столами повернулись. — Скажи честно, ты хотел, чтобы я пришел к тебе в тихое местечко и мы там пошалили? Нечто, вырвавшееся изо рта его парня было прервано ударом по плечу, после чего Сан только шире улыбнулся. — Почему вы на меня каждый раз смотрите так, будто это я его заставляю говорить все то, что он говорит? — Минги и Юнхо на секунду застыли, после чего сделали безучастный вид, сдерживая рвущийся наружу смех. Их общие друзья со школы каким-то чудом поступили с ними в один университет, пока остальных ребят разбросало либо по разным учебным заведениям, либо по другим городам. Наверно, это и к лучшему, учитывая то, что первый семестр — самый адовый, и его нужно пережить с минимальными потерями. То есть, не бухать все четыре месяца, а просто учиться и налаживать контакт с преподавателями. Когда Уен озвучил эту мысль вслух после первого дня в университете, то Юнхо его заброкировал на три дня, окрестив занудой, и общался с ним в общем чате как с незнакомцем, снова и снова спрашивая его имя и фамилию. — Есть желание сгонять на Ханган на выходных? — Юнхо продолжил есть свой бенто, в котором точно находился сбалансированный полузавтрак-полуобед и демонстрировал его как самого зацикленного на своем питании (возможно, все ему завидовали глубоко в душе). — Можно поехать в Ттуксом, как раз недалеко от Новонгу. В баскетбол поиграем, наконец, — предложение Минги заставило всех троих закивать в знак согласия, — и мой хен нас докинет. После этого ребята еще больше оживились, быстро заканчивая трапезу, чтобы после разойтись по разным частям здания в надежде, что последняя пара закончится как можно скорее.

***

***

***

saNsebastian угадай что woonjo что saNsebastian *фото* woonjo ты серьезно отпросился в уборную чтобы скинуть мне фотку где ты держишь пальцы во рту? угомони свой сосательный рефлекс и пиздуй на пару saNsebastian твой малыш очень голодный я все еще здесь *фото* и мне грустно и одиноко *фото* и если ты не придешь я откушу дома твой двадцать первый палец woonjo САН ЧТО ЗА ХУЙНЯ??? блятььььь я сейчас буду

***

***

***

Вылетев из аудитории, Уен через минуту оказался в мужском туалете, который чудом располагался неподалеку. Так вышло, что они оба были в одном крыле и даже на одном этаже (наверно, сам Бог велел им сегодня осквернить университетский толчок). Наспех вымыв руки в раковине, он прошмыгнул за последнюю дверцу и увидел перед собой нечто. Сан сидел на крышке унитаза с широко расставленными ногами, его лицо было розовым и буквально сверкающим от испарины, а рубашка с абстрактным принтом расстегнута и небрежно распахнута (благо, под ней была плотная серая майка). — Я просто вспомнил, что было утром, и меня немного развезло, — это было чистого рода оправдание, но шепот и частое дыхание парня все в корне меняли. В худшую сторону, конечно же. Что-то в голове перемкнуло, когда личная катастрофа Уена громко выдохнула и приоткрыла рот, чтобы что-то сказать. Жаль, ей не удалось это сделать. Большой палец оказался прижат к теплым влажным губам, надавливая так, чтобы показать нижний ряд зубов. Казалось, что становится все жарче и жарче, хотя здесь было очевидно прохладнее из-за вентиляции и отсуствия людей. — Сможешь быть тихим? — это был вопрос, чтобы поддержать уже установившуюся атмосферу. — Сведи ноги немного. Им стоило поторопиться настолько, насколько это возможно, учитывая все внешние и внутренние факторы, но для Уена это была настолько будоражащая и нервная ситуация, что сердце по ощущениям застряло где-то в глотке. Хотя развратный вид его бойфренда очень славно отвлекал. Младший занял чужие колени, надеясь, что они ничего не разломают, и торопливо расстегнул плотные брюки. Нижнее белье успело намокнуть, но Уен все равно заставил Сана смочить пальцы слюной и позволил тому поиграть языком с каждым из них. — Держи меня крепко, ладно? — тихо сказал Уен, после чего мягко надавил большим пальцем на место рядом с уздечкой, затем поднявшись к уретре, чтобы продолжить стимуляцию круговыми движениями. В итоге в него вцепились так сильно, что сдавили ребра, но и это было терпимо, пока парень под ним выглядел как боголепное произведение искусства. — Твои пальцы, пожалуйста, — жалобно промялил Сан и состроил щенячьи глазки, пока между его губ не оказались средний и указательный, которые он начал посасывать. Это было тяжело для младшего, но тот продолжил водить рукой по твердому члену, состредоточившись на головке, что стала горячей и мокрой. — Милый, я хочу поцеловать тебя, — слабость в голосе Уена была закономерной, и еще ему безумно хотелось пить, поэтому он буквально вцепился в Сана, заменив пальцы на свой язык. Теперь обе руки были влажными, но это не особо волновало, пока старший разрешал толкаться в свой теплый рот и цеплять зубами распухшуюю нижнюю губу. Под бедрами почувстовались легкие толчки, что означало совсем близкую разрядку. Это заставило Уена ускориться и довести парня до оргазма уже двумя руками, превратив их в итоге в один кошмарный беспорядок. — Принцесса, ты в порядке? — голос Сана быстро нормализовался, как и он сам. А вот Уена будто слегка контузило, но все равно нужно было как-то разобраться с их внешним видом и все-таки вернуться на пару. — Нет, милый, — чужая ладонь уже потянулась к его паху, но была перехвачена, — и я не про это. Им потребовалось пять минут, чтобы вернуться к нормальному состоянию во всех смыслах и выйти из уборной на негнущихся ногах.

***

***

***

— Давай больше не будем трахаться в таких местах, умоляю. Они были в паре сотен метров от дома, пока младший продолжал ворчать и вздыхать, придерживая Сана за плечо. — Ага, мы не будем. Все понимали, что это наглая ложь.