Летний свет в твоих глазах

***

Нам Гю ужасно опаздывает. Опять проспал. И ладно бы в любой другой день – он бы просто махнул рукой и остался дома. Но нет! Сегодня первым уроком ненавистный английский, который уже въелся ему по самую печёнку. С радостью бы прогулял, да вот незадачка: конец года, да ещё и контрольная. Учёбой он никогда не блистал, но сейчас двойка в дневнике явно лишняя. Потом допы, отработки.. А летом, под палящим солнцем, таскаться в школу? Нет уж, спасибо.  ‎ ‎Парень наспех натягивает первую попавшуюся мятую рубашку, брюки, кое-как расчёской приводит в относительно приемлемый вид  спутанные волосы. Давно пора было отстричь эти чёртовы патлы. Затем мчится на кухню, распахивает холодильник – пусто. Сука!   ‎ ‎— Ма-аам!  Где мой контейнер с едой? Я же просил вчера что-нибудь приготовить!  ‎ ‎Тишина. Нам Гю нервно дёргает головой, хлопает дверцей и врывается в комнату матери, распахивая её с размаху. Женщина средних лет сидит за ноутбуком, уткнувшись в экран. Замечает сына не сразу – только когда чувствует на спине его прожигающий  взгляд. Поправляет очки, устало вздыхает:  ‎ ‎— Да? Что такое, Нам Гю?  ‎ ‎— Где. Мой. Обед.   ‎ ‎Она раздражённо цокает языком, отворачивается — будто это её вообще не касается:  ‎ ‎— Ты слепой? Я работаю. Неужели не можешь хоть раз сам собраться? Ах да, совсем забыла! Ты ведь только на шее сидишь и…  ‎ ‎— Заткнись, стерва!  — старшеклассник бросает это сквозь зубы, впиваясь ногтями в ладони. Как же она его заебала.  Каждый день — одно и то же. Как заезженная пластинка: упрёки на пустом месте, обвинения в безделье. А он старался!  Вёл себя прилично, не связывался с подозрительными компаниями, даже уроки пытался делать – хоть и без толку. Не всем даются точные науки или языки, ну и что? Разве это повод унижать?  ‎ ‎Мать думала иначе. Вечно твердила: «Без образования – ты никто», сравнивала с детьми подруги, намекала, что кончит он под забором, как бомж. И это болело. Да, его никогда не били – но порой он ловил себя на мысли, что даже родная мать его не любит. Возможно, потому, что он — вылитый отец, даже внешне. Тот самый козёл, который сбежал к другой, едва узнал о беременности.  ‎ ‎— Как ты меня назвал? –  её голос ледяной, взгляд всё ещё прикован к документам. — Может, тебя в детдом сдать, пока не поздно?  ‎ ‎Слова ранят, как лезвие. Нам Гю не отвечает. Молча хватает рюкзак и выходит, хлопнув дверью. Дом?  Сомнительное название. Погода была на удивление сносной, хоть что-то хорошее за сегодня, и на том спасибо. Маленькая победа. Добрался до школы впритык – за пять минут до звонка. Учитель английского уже сидел за своим столом и буровя  парня колючим  взглядом. Видимо, жаждал устроить очередной скандал, на фоне его опоздания. Но не в этот раз.   ‎ ‎— Пусть выкусит, – мысленно усмехнулся Нам Гю, с трудом переводя дыхание. Эта ситуация даже растопила  его раздражение.  ‎ ‎Он уселся за парту, швырнул  рюкзак на пол и начал шумно выуживать нужные принадлежности, демонстративно игнорируя недовольную гримасу преподавателя. Главное – контрольную не завалить. А там.. Посмотрим. ‎ ‎И он ведь реально сдал!  Худо-бедно, вытянул на четверку. Препод конечно, скрипя сердцем буркнул что-то вроде: «Видишь, а ведь можешь, когда захочешь». У Нам Гю аж искры из глаз посыпались, впервые за долгое время он почувствовал гордость за себя. Не зря же просидел все выходые, вцепившись в учебники, пока голова не начала раскалываться, а под глазами не появились синяки от продолжительного недосыпа. Плевать! Теперь он свободен… Ну, почти. Осталась всего неделя учебы, долгов нет –  значит, можно полноценно расслабиться. Правда, одна мысль грызла  его: делать-то нечего. Единственный кореш, Мин Су, сваливает к родне на всё лето, а сидеть дома  – тоска смертная . Даже если мать почти не появляется, вечно пропадает на работе, каждый её приход неминуемо превращается в поток нескончаемой ругани и истерик. ‎ ‎В квартиру возвращается сразу после школы. Свет не горит, абсолютная тишина, наверное женщина ушла по делам. Гю вздыхает, снимает обувь, проходит в свою комнату, плюхается на кровать, даже не переодевшись, и утыкается  в телефон. Проходит минут десять, прежде чем раздается едва глухой стук в дверь, парень вздрагивает, но тут же понимает — она дома. Почему тогда не встретила? А точно.. Они ведь  поругались утром. Из-за ерунды, конечно. Как всегда. Дверь приоткрывается. Мать заходит неуверенно, глаза опущены, пальцы нервно теребят край кофты. Такую он её ещё не видел. Нам Гю насторожился. Наконец она робко подходит, садиться на край кровати, протягивая какой-то буклет. Яркий, глянцевый, с улыбающимися подростками на обложке. Он берёт его в руки, начиная вчичитыватся. ‎ ‎« Дорогой друг! Лето – время приключений, новых друзей и незабываемых эмоций! Приглашаем тебя в лагерь "Счастье", где каждый день наполнен радостью, творчеством и весельем! » ‎ ‎Гю скептично выгинает бровь, всматриваясь в яркую бумажку. М-да уж, действительно "счастье" — мысленно усмехается он. Для неё-то точно, счастье, сбагрить своё "неудачное чадо" на три месяца куда подальше, лишь бы глаза не мазолил. Хотя.. Может это действительно хорошая идея?  Там хотя бы не придётся задыхаться  в этой душной квартире под её вечное ворчание. Да и шанс  есть – новые люди, может, даже друзья. Если, конечно, не нарвётся на таких же "счастливчиков", как он сам. Он хмыкает, бросает взгляд на мать:  ‎ ‎— Спасибо.   ‎ ‎Коротко, сухо. Но она уже улыбается  — впервые за долгое время. Пожалуй, это было даже лучше любых слов раскаивания и извинений. Ведь мальчишка знал, это не на долго. Как только вернется домой, всё вернется в прежние русло. Неделя пролетела незаметно , наполненная суетой последних сборов. Нам Гю аккуратно складывал вещи в сумку, проверяя список снова и снова, буд-то боялся забыть что-то важное. Он сообщил Мин Су о предстоящей поездке при их последней встрече. Друг лишь тяжело вздохнул, представив, как сам будет проводить лето в бесконечных огородных работах, пока Гю наслаждается свободой. Но в этом вздохе читалось не столько зависть, сколько тихая радость за товарища — наконец-то тому выпал шанс выбраться из привычной рутины. ‎Сам Нам Гю пока не решался вслух признаться даже себе, что ждёт этой поездки с трепетом. Где-то в глубине души теплилась надежда, что эти три месяца станут для него чем-то большим, чем просто побегом от проблем. Возможно, там, среди незнакомых лиц и новых мест, он наконец сможет вздохнуть спокойно. ‎ ‎Последний вечер дома прошёл в привычной тишине — мать помогала с упаковкой, избегая встречных взглядов. В воздухе висело нечто неуловимое: облегчение, вина? Не суть, хотя-бы не скандал. Он благодарил её и на этом. ‎ ‎Рассвет. Юноша уже на ногах – сумка перекинута через плечо, лицо ещё сонное, но собранное. На кухне, неожиданный сюрприз: блинчики, дымящийся чай. Мать хлопочет у плиты, и от этой неестественной, почти театральной идиллии в груди сжимается странный комок. ‎ ‎Перед автобусом она вдруг хватает его в объятия – так резко, что кости хрустят. Дыхание перехватывает, в ушах звенит. Чей-то смешок со стороны: «Мамкин сынок!» Гю отстраняется, морщится – не маленький, чтоб при всех обниматься. ‎ ‎Но потом видит её глаза. Стеклянные, влажные. И этот взгляд будто пробирает глубже, чем все упрёки за год. Щемит под рёбрами – будто тело уже знает то, что разум отказывается понять. ‎ ‎«Да что может случиться за пару месяцев?» – глушит он тревогу, закидывая сумку в багажник. Автобус захлопывает двери. ‎

‎***

‎Транспорт остановился у здания уже под самый вечер. Гю потянулся на месте, наконец освободившись из тесного сидения. Чувсто, как будто от этой поездки всё тело будет ломить ещё как минимум неделю. Он забирает свой багаж, неспешно направляясь в сторону лагеря. Сумка тянула плечо вниз, но он лишь перехватил ремень покрепче и направился к гигантским железным воротам. Те самые, с кричащей надписью "Счастье", выглядели так, будто их скопировали с тюремных декораций из плохого фильма. ‎ ‎— Fuck, are you serious? – раздался рядом резкий, раздраженный, голос. — Мы что, в зону заехали? ‎ ‎Гю прикусил губу, чтобы не рассмеяться вслух. «Точно подметил». Повернув голову к незнакомому парню, он внезапно застыл. Что-то в последнее время Нам Гю часто вгоняют в располох. Перед ним оказался ходячий арт–объект, не иначе. Фиолетовые волосы, неестественно голубые глаза. Кислотно-желтая майка с каким-то глупым принтом, широкие штаны с потертостями. Ногти, выкрашенные в пять разных цветов. И наконец, массивный крест на цепи, болтающийся поверх всей этой несусветной "красоты". Гю моргнул, сглотнул и резко перевёл взгляд на администратора, который как раз махал ему рукой. Подошла его очень на заселение. ‎ ‎Неужели ему так не везёт? Кажется, на лбу у Нам Гю светилась невидимая надпись: "Притягиваю неприятности, как черный кот". Два соседа по комнате вместо одного — вот же чёртова удача. Он мысленно послал администратора куда подальше, заранее готовясь к худшему. Но, к его удивлению, стоило переступить порог домика, как его встретили чуть ли не с распростертыми объятиями. ‎ ‎— Меня зовут Кан Дэ Хо, — представился парень с такой же пышной шевелюрой, как у Гю, но с маленьким хвостиком на макушке, собранным в небрежный пучок. — А этот, Пак Гён Су. ‎ ‎— Рю Нам Гю, – кивнул он, оглядывая новых соседей. Ну хоть не быдло, мелькнуло в голове. — Давно здесь? ‎ ‎— Неа, всего на день раньше, – пожал плечами Гён Су. — Но уже насмотрелись на всякое. ‎ ‎— Например? ‎ ‎— Мён Ги и Сэ Ми, – тут же включился Дэ Хо. — Те ещё кадры. Чуть не подрались из-за какой-то Чжун Хи. ‎ ‎— Серьёзно? — Гю разинул рот. Неужели нельзя просто поговорить? ‎ ‎— Да ладно, Ки Хун их быстро разнял, – махнул рукой Гëн Су. — Мён Ги отчитали за агрессию, а Сэ Ми за истерику. ‎ ‎— Так, ну а вы хоть... нормальные? – спросил он осторожно, на что Дэ Хо сразу схватился за грудь, изображая вселенскую обиду. ‎ ‎— Ой, нам уже на первой минуте намекают, что мы странные! Гён Су, ты слышишь? Нас разоблачили! ‎ ‎Гён Су вздохнул, доставая из-под кровати гигантскую упаковку лапши быстрого приготовления. ‎ ‎— Ладно, новичок, вот тебя точно ждёт интересное лето. Особенно если узнаешь, что вчера в столовой кто-то умудрился поджечь тостер... и это был Дэ Хо. ‎Гю зажмурился. Боже, за что? Настало время ужина, парни между делом посвятили его в ежедневное расписание. Видимо, вожатым надоело каждый раз объяснять одно и то же, а так — проще и быстрее. В итоге Дэ Хо и Гён Су остались в комнате, сославшись на то, что уже сыты. Вряд ли пара бичей и пачка чипсов могли всерьёз утолить голод, но спорить не имело смысла. В столовой царил хаос, кто-то уже умудрился  разлить компот, превратив пол в липкий каток, а на дальнем столе шла ожесточенная битва  за последнюю котлету.  ‎— Так вот почему они остались в комнате... – пробормотал  Гю, осторожно переступая через лужу.  ‎ ‎И вот он стоит с подносом, заваленным едой, на вид не слишком аппетитной. Хотелось верить, что хотя бы на вкус она ничего, а ещё лучше, не отправит его потом на несколько часов в объятия унитаза. Погружённый в размышления, он вдруг услышал крик, до боли знакомый – будто уже сталкивался с ним сегодня.  ‎ ‎— Bitch, don’t mess with my brain! И так тошнит от твоей тупой рожи. Зачем нас вообще в одну комнату засунули?!  ‎ ‎— Мне то по чëм знать? Да и кто тут кому мозги ебёт, я бы поспорил!  ‎ ‎Нам Гю резко развернулся, решив разглядеть, кто так громко выясняет отношения. Но в пылу любопытства забыл, что прямо за ним стоит девушка с коротким каре и пирсингом в носу. Неловкий поворот и поднос с грохотом шлёпается на её одежду, щедро украшая её пятнами.  ‎ ‎— Ёб… Прости, я не, — начал Гю, нервно прикусив губу.  ‎ ‎— Ага, конечно. Больно мне твои извинения нужны! – она скривилась, окидывая его презрительным взглядом. — Ты что под чем-то? Даже поднос удержать не можешь. ‎ ‎Гю нахмурился. Как она вообще посмела, разговаривать с ним подобным образом? Вот дерзкая сука. Да он же не специально!  ‎ ‎— Слушай, рот свой закрыла, –  голос его стал резче. — Сама виновата, что под рукой вертелась. Ещё и нюни распустила, как маленькая. Ну давай, заплачь. ‎ ‎На секунду в столовой воцарилась тишина — все замерли, уставившись на разгорающийся конфликт. Даже те самые парни, что только что орали друг на друга, теперь разинули рты, словно зрители в ожидании кровавой развязки. Нам Гю это бесило. Что он, цирковой клоун, чтобы на него пялились? Пусть лучше своими делами занимаются!  ‎ ‎Девушка уже открыла рот, чтобы врезать ему очередной колкостью, но тут её резко дёрнула за руку подруга.  ‎ ‎— Сэ Ми, хватит! — прошептала  та, уводя её в сторону. — Давай я помогу оттереть, ладно? ‎ ‎Нам Гю лишь усмехнулся. Пронесло. Наконец-то можно спокойно поесть. Заводить знакомства в столовой ему явно не хотелось - особенно сейчас, после этого конфуза. На сегодня хватило и косых взглядов той стервы под всеобщим вниманием. ‎ ‎Увы, даже этим скромным планам не суждено было сбыться. Едва Гю поднёс вилку ко рту, как его окликнули, и кто-то шумно приземлился рядом. Ими оказались тот самый парень с вызывающей внешностью и, кажется, его сосед, с которым они препирались буквально пять минут назад. ‎ ‎— Wow boy, that was amazing! –  начал фиолетоволосый, сверкая белоснежной улыбкой. — Круто ты её сделал! I am Choi Soo Bong, well... or the legend Thanos! And you? ‎ ‎Нам Гю кривится, переводя недоумённый взгляд на его спутника. ‎ ‎— Чë он вообще несёт? Мне нужен переводчик с эльфийского. ‎ ‎— Самому бы знать, – вздыхает тот, протягивая руку. — Ли Мён Ги. Можешь не обращать внимания на этого придурка, он у нас немного... с приветом. ‎ ‎— Ничего, бывает. – Гю пожимает плечами с видом человека, которого уже ничем не удивишь, что впрочем, было недалеко от истины. — Рю Нам Гю. Уже о тебе наслышан кстати. ‎ ‎— Неужели? – Мён Ги лениво потягивал яблочный сок через трубочку, прищурившись. — Спорим, это из-за той перепалки с Сэ Ми? Она уже всех здесь достала, честно. Не понимаю, почему Чжун Хи с ней вечно возится. ‎ ‎— Чжун Хи это? – переспросил Гю, поднимая бровь. ‎ ‎— Его девушка! – не удержался Су Бон, тут же получив локтем в бок от Мён Ги. ‎ ‎— Она не моя девушка! – вспыхнул тот, уши моментально покраснели. — Мы просто... друзья детства. Вот и всё. ‎ ‎— Ой, да? –  усмехнулся Танос, покачивая головой. —  Оправдывайся дальше, у тебя вся морда кричит обратное. Особенно эти пылающие ушки. ‎ ‎ — Помолчал бы лучше, – огрызнулся парнь, резко вскакивая со стула. Столовые приборы звякнули в протесте. — Я хотя бы не путаю парней с девушками и не ныл весь вечер про какую-то "симпатичную брюнетку" у ворот! ‎ ‎С этими словами он загадочно ухмыльнулся и быстрым шагом направился к выходу, явно стараясь успеть скрыться до того, как Су Бон опомнится и бросится вдогонку. Гю несколько раз моргнул, переваривая эту сцену, затем крикнул вдогонку: ‎ ‎— Эй! О чём это он?! ‎ ‎— Без понятия! – донёсся из коридора голос Су Бона, уже почти скрывшегося за дверью. ‎ ‎Нам Гю остался сидеть с глупейшим выражением лица, медленно осознавая, что только что стал свидетелем... чего? Ссоры? Или у них такой странный способ дружеского общения. На часах 23:30. Комната общежития. Гю тихо прикрыл за собой дверь, остановившись у порога. В темноте слышалось только размеренное дыхание соседей - они спали мёртвым сном, даже не дожидаясь его возвращения. Взгляд скользнул по нераспакованному чемодану у стены. "Завтра", - мысленно пообещал он себе, потирая переносицу. ‎Экран телефона вспыхнул в темноте. Ни звонков, ни сообщений. Ничего. Даже формального "как устроился?" от матери. Видимо, её действительно обрадовала эта разлука. Тогда зачем было разыгрывать  жалкую сцену у автобуса? Для галочки? Голову сдавила тупая боль, но в этот момент телефон пискнул - единственный звук в этой гнетущей тишине. ‎ ‎23:33 | Мышонок Су   ‎Гюша, как ты? Как первый день в лагере? ‎ ‎Неожиданная улыбка сама растеклась по лицу. Хотя бы один человек по-настоящемупо о нём печется. ‎

‎23:34 | Нам Гю  

‎Норм. Соседи вроде адекватные.  

‎Если не считать стерву из столовки.  

‎Но я её быстро поставил на место.

‎ ‎23:34 | Мышонок Су   ‎Рад, что всё ок!   ‎Кстати, моя подруга тоже там.   ‎Может, подружитесь - вы ж похожи! ‎

‎23:35 | Нам Гю  

‎Ну, если твоя знакомая..

‎Как зовут-то?

‎ ‎23:35 | Мышонок Су   ‎Хан Сэ Ми. Она с пирсой и каре ходит.   ‎Не спутаешь. ‎ ‎Тефон с глухим стуком упал на одеяло. Гю застыл, ощущая, как по спине ползёт ледяная мурашка. Это... не могло быть правдой. Его Мин Су, его единственный нормальный друг, связан с этой истеричной стервой? И они... ПОХОЖИ?! ‎ ‎— В каком, блять, измерении?! –  прошипел он в подушку, судорожно сжимая кулаки. Где вообще точки соприкосновения между ним и этой взбалмошной? ‎ ‎Гю резко вскочил с кровати, с хрустом разминая шею. В темноте нащупал первую попавшуюся кофту - старую, растянутую, с вылезшими катышками. По привычке натянул рукава аж до костяшек пальцев. Дверь захлопнулась с таким грохотом, что кто-то из соседей недовольно заворочался. "Идите нахуй " – мысленно бросил им парень, шаркая кроссовками по промерзшему грунту. ‎ ‎Скамейка скрипнула под его весом. Дрожащими пальцами достал смятую пачку - остались две сигареты, одна уже погнулась. Зажигалка чиркнула с третьей попытки. Первую затяжку втянул так жадно, что закружилась голова. ‎ ‎— Главное, чтобы не спалили, – мелькнула автоматическая мысль. Но тут же плечами дёрнул: — Да пофигу. Не убьют же. Дым выдыхал медленно, наблюдая, как он растворяется в лунном свете. ‎ ‎Где-то вдалеке завыла собака. Нам Гю вздрогнул, неожиданно осознав, как чертовски одиноко выглядит со стороны: паренёк в огромной кофте, курящий в двенадцать часов ночи посреди богом забытого лагеря. Пепел упал на кроссовок. Он даже не потрудился его стряхнуть. ‎ ‎Резко замер, услышав шаги. Вот блять... именно сейчас?  Юноша быстро придавил сигарету о скамейку, уже собираясь смыться, но чья-то рука вцепилась в его запястье с такой силой, что аж кольнуло под кожей.  ‎ ‎Он обернулся, криво ухмыляясь. Господи, ну хоть бы маньяк.. Хоть бы психопат с топором. Но нет. Перед ним стояла Сэ Ми, её лицо подсвечено холодным лунным светом, а в глазах — то самое раздражение, которое он уже успел запомнить.  ‎ ‎— Ты что, решила меня подкараулить и прикончить? – выдавил он первое, что пришло в голову, нарочито развязно. — Или может, в любви признаться собралась?  ‎ ‎Она скривила губы, будто только что лизнула лимон.  ‎ ‎— Фу! Даже в кошмарах такое не приснится. Меня фембои-наркоманы не интересуют.  ‎ ‎Гю резко дёрнулся вперёд, лицо исказила ярость.  ‎ ‎— Чё блять вякнула?! А ну-ка повтори!  ‎ ‎Сэ Ми даже не отпрянула, только скрестила руки.  ‎ ‎— Ой, тише, тише, – девушка фальшиво сюсюкает, будто успокаивает ребёнка. — Я просто поговорить хотела. Но если ты и дальше будешь орать, как обезьяна, то прощай.  ‎ ‎Гю стиснул зубы. Чёрт она будто  специально это делает.  Но любопытство перевешивало.  ‎ ‎— Говори. Но если это опять какая-то херня.. ‎ ‎— О, так ты ещё и трусливый, — она усмехнулась. — Ладно. Ты знаком с Мин Су?  ‎ ‎Глаза Гю сузились. Вот как... ‎ ‎— А тебе-то какое дело?  ‎ ‎Сэ Ми наклонилась ближе, и в её голосе вдруг появились нотки чего-то... неожиданного.  ‎ ‎— Потому что он мой друг. И я не хочу, чтобы его втягивали в свои грязные делишки.  ‎ ‎Парень медленно моргнул, будто его мозг завис на пару секунд. Она что, серьёзно считает, что Нам Гю какой-то гопник-вымогатель?!  Внутренне он даже немного обиделся — ну ладно, внешность у него не самая дружелюбная, однако до криминальных наклонностей явно не дотягивает.  ‎ ‎— Ты совсем с катушек слетела? – он фыркнул, скрестив руки, зеркально повторяя позу девушки. — Мин Су мой друг. Друг детства, если уж на то пошло. И если ты этого не знала, то это твои личные проблемы.  ‎ ‎Сэ Ми задрала подбородок, глаза сверкнули недоверием.  ‎ ‎— Ой, да? А где доказательства? Ты его, наверное запугал, а теперь деньги вымогаешь!  ‎ ‎Рю громко цокнул языком, доставая телефон. Ну держись, принцесса! ‎ ‎Несколько минут он листал галерею под недовольное сопение девушки. Наконец сунул ей в лицо экран:  ‎ ‎— Держи. Полюбуйся.   ‎ ‎Одна за другой — фотографии.  ‎ ‎Первая: два пацана лет пяти в песочнице, довольные, с торчащими в разные стороны волосами, строят замок из песка. На заднем плане – улыбающаяся женщина, редкий кадр, где мать Гю смотрит на него без раздражения. Вторая: подростки с перепачканными грязью лицами после велопохода. Мин Су корчит рожицу, а Гю, хоть и делает вид, что не в восторге, всё равно стоит плечом к плечу. Третья: прошлогоднее фото. Два идиота в зелёных глиняных масках, кривляются перед зеркалом в ванной. Мин Су показывает язык, а Гю... Гю улыбается. Искренне.  ‎ ‎И таких фото – дестки. Сэ Ми молчала.  ‎ ‎Гю забрал телефон, насмешливо приподняв бровь:  ‎ ‎— Ну что, наркоман-вымогатель  обычно так и поступает? Или тебе ещё пару сотен свадебных фото его родственников показать? Я кстати, там шафером был.  ‎ ‎Её щёки слегка порозовели, то ли от злости, то ли от стыда.  ‎ ‎— Ладно, – она наконец пробормотала. — Возможно, я ошиблась.  ‎ ‎— Возможно?  Да ты просто сделала выводы, даже не спросив.  ‎ ‎Девушка вздохнула:  ‎ ‎— Просто он последнее время странный. Деньги просил, но не объяснял зачем. Я подумала.. ‎ ‎Гю почувствовал, как в висках застучало. "Деньги? У Мин Су?"  Он сжал телефон так, что экран чуть не треснул.  ‎ ‎— Какие ещё деньги?  – его голос прозвучал резче, чем он планировал.  ‎ ‎Сэ Ми замерла, изучая его лицо. Видимо, искала признаки вранья.  ‎ ‎— Ты... правда не знаешь? – её тон смягчился, но в глазах всё ещё плавало недоверие.  ‎ ‎Гю резко провёл рукой по волосам, сбивая капюшон.  ‎ ‎— Если бы знал, разве стал бы тут с тобой препираться? Мин Су мне ни слова не говорил.  ‎ ‎Она медленно выдохнула, скрестив руки.  ‎ ‎— Последние две недели он одалживал у всех, кого знал. Говорил, что "срочно нужно", но не объяснял зачем. – Девушка прикусила губу. — Я думала может, его шантажируют.  ‎ ‎Нам Гю почувствовал, как по спине пробежал холодок. "Почему он молчал?"  Они же всегда делились всем — даже в десять лет Мин Су первым рассказал ему про влюблённость в одноклассницу, а Гю, в свою очередь, доверился ему после первого серьёзного скандала с матерью.  ‎ ‎— Сколько ему нужно? – спросил он глухо.  ‎ ‎Сэ Ми пожала плечами.  ‎ ‎— Не знаю. Но вчера он написал, что ещё немного — и всё решится.  ‎Гю резко поднялся со скамейки.  ‎ ‎Он застыл, ощущая, как мысли разрывают его на части. Как он мог не заметить? Листал в голове последние недели, их разговоры, встречи. Мин Су смеялся, шутил, жаловался на учёбу... Всё как обычно. Или нет?   ‎ ‎Теперь, оглядываясь назад, он ловил мелочи:  ‎ ‎Паузы  в голосе друга, когда тот думал, что Гю не видит его лица. Лишние вопросы:  А ты бы одолжил крупную сумму, если очень нужно было? – брошенные якобы случайно. Внезапные отмены  встреч под сомнительными предлогами. Губы Гю сжались в тонкую нитку. Я должен был догадаться. Должен был.. ‎ ‎Пальцы сами потянулись к телефону – написать? Позвонить? Но что это изменит? Если Мин Су хотел скрыть, то он найдёт тысячу способов отмахнуться. Гю резко вдохнул и набрал номер. Гудок. Ещё один. Сброс. Сброс нахуй! ‎ ‎Приехали. Теперь что? Домой его не пустят, это факт. Сбежать? Не вариант: лагерь затерялся где-то за тысячи километров от Мин Су. Если тот вообще ещё там, где Нам Гю думает.  ‎ ‎— Вы что тут забыли? Час ночи!  – раздался хриплый голос вожатого, вынырнувшего из темноты — Быстро по койкам!   ‎ ‎— Блять! –  мысленно выругался брюнет, чувствуя, как адреналин подкатывает к горлу. Сэ Ми дёрнула его за рукав, оттаскивая в тень.  ‎ ‎— Завтра после обеда встретимся. Разберёмся.   ‎ ‎Гю молча кивнул, даже не пытаясь выдавить из себя слова. Его взгляд провожал девушку, пока она не пропала из вида окончательно. Спать?  Ха. Этой ночью сон точно не придёт. ‎ ‎