Алиса. Безумное чаепитие

Жарким солнечным днем, Алиса дремала, раскинувшись в своем любимом гамаке на веранде, в кружевной тени старой раскидистой яблони, лениво отмахиваясь от жужжащего над ухом шмеля и поглаживая свой заметно округлившийся после сытного обеда животик. Старшая сестра недавно вышла замуж и проводила медовый месяц с мужем вдали от Англии. Поэтому из университета Алиса приехала на лето к родителям одна. Во время торжественного обеда родители видимо решили что надо бы как следует подкормить их любимую дочку к следующему учебному году. Они то и дело подкладывали ей все новые и новые вкусные кусочки, так что в конце обеда живот у Алисы раздулся так, что натянул прежде просторную блузку, а строгая плиссированная юбка стала в него врезаться. Поэтому, едва оказавшись на веранде, она сбросила с себя блузку, юбку и туфельки, а затем стянула и гольфины, оставшись в легкой голубой комбинации, которая выгодно подчеркивала ее красиво очерченную грудь, крепкую попку и стройную талию... хмм, ну почти стройную, но стесняться ей сейчас было некого. Их коттедж был окружен парой акров земли, вокруг дома росли плодовые деревья и кустарники. Мама смотрела в гостиной свой любимый сериал, между делом занимаясь вязанием, отец расположился в кабинете на втором этаже в старом кресле-качалке с газетой, с удовольствием попыхивая трубкой. Каждый по-своему наслаждался сиестой. Когда жара немного спала, а солнце начало понемногу клониться к закату, Алиса проснулась, сладко потянулась и выбралась из гамака. С некоторым усилием согнувшись, она натянула гольфины, покачала в руках блузку и юбку, но затем глянула на свой все еще круглый живот, вспомнила как еще недавно они на него давили и подумала «ну уж нет! могу я хотя бы дома немного расслабиться?» Алиса отбросила одежду в сторону, и, надев лишь туфельки, пошла прогуляться по саду, где сквозь яркую зелень листвы маняще краснели спелые вишни и малина. Вволю наевшись вишен, она подошла к малиннику. Тут Алиса пожалела, что не надела джинсов и ковбойки, чтобы не поцарапаться о колючки. Но подниматься наверх ей было лень, и она решила что просто будет очень осторожной. Поначалу все шло отлично, она уже очистила от ягод целый рядок, чувствуя как великолепный вкус спелой малины смешивается во рту с чуть терпким и вяжущим вкусом вишни, а ее полный живот просто мурлыкает от наслаждения. Она начала обходить малинник вдоль живой изгороди, когда ее нога вдруг провалилась в рыхлую землю, угодив в незамеченную ей ранее кроличью нору. Алиса от неожиданности вскрикнула, пытаясь сгруппироваться, но вместо падения на землю, кувыркнулась и полетела вниз, в какой-то очень, очень глубокий колодец. Едва оправившись от первого шока, Алиса попыталась сориентироваться, огляделась вокруг и увидела медленно проплывающие мимо шкафы и шкафчики, полки и полочки. «Где-то я уже видела все это…» И вдруг Алиса ясно вспомнила как в детстве один раз уже падала в эту нору и какие приключения ее там ждали, хотя впоследствии ей начало казаться что это был всего лишь яркий, красочный сон. Погрузившись в воспоминания, она не слишком внимательно смотрела вокруг и в какой-то момент ее неспешный полет неожиданно закончился падением на уже знакомую ей кучу хвороста и листьев. Алиса поднялась, ощупала себя, убеждаясь что ничего себе не сломала и все конечности на месте и подумала: «Фух, хорошо что она все еще тут! Таак, раз уж мне представилась такая возможность, пойду осмотрюсь, в прошлый раз я все-же была еще слишком мала чтобы оценить здешние чудеса!» Алиса прошла в зал с огромным количеством запертых дверей, мимо стеклянного столика с золотым ключиком и запомнившейся ей маленькой дверцы, за которой должен быть сад. Под столиком стояла стеклянная коробочка с пирожком, а вот памятной бутылочки нигде не было видно. «В любом случае, играть в странные игры со своими размерами мне что-то не хочется. Ну что-же, проверю другие двери…» Методично дергая за все ручки и пользуясь правилом левой руки, Алиса уже прошла наверное больше полумили и порядочно запыхалась, обследовав несколько ветвящихся коридоров, когда наконец одна из дверей гостеприимно распахнулась. Внутри ей предстала такая знакомая, хоть и подзабытая картина. За длинным столом, уставленным чайными чашками, чайниками, молочниками, блюдечками с маслом, розетками с джемами, вареньем, медом, печеньем и всевозможной выпечкой, сидели заметно поправившиеся Мартовский Заяц и Шляпник. Вот только Сурка нигде не было видно. Алиса слегка порозовела и постаралась втянуть живот. Она только сейчас сообразила во что одета, или вернее раздета. Из официального наряда на ней были только манжеты и воротничок, про которые она откровенно забыла когда завалилась спать. Сейчас она вспомнила как странно пошел их разговор в прошлый раз, начавшись с середины, поэтому вежливо поздоровалась: – Здравствуйте мистер Шляпник, мистер Мартовский Заяц, меня зовут Алиса! Мы с вами встречались однажды, хотя вы меня наверное не помните… Казалось ни Шляпник, ни Заяц не обратили на ее фривольный наряд ни малейшего внимания. – Здравствуй Алиса, вообще-то помним. Время немного сжалилось над нами, Сурок как-то раз умудрился его рассмешить своей историей и оно его отпустило. Да и нам вышло послабление – у нас теперь от пяти до шести, и если мы успеваем за это время сделать полный оборот вокруг стола, то меняется вся сервировка, так что мы получаем чистые чашки… А у тебя волосы стали еще длиннее, не помешало-бы их немного постричь – обронил Шляпник. – Хватит болтать! Давно пора пить чай! – Мартовский Заяц озабоченно достал из кармана хронометр, пытаясь сфокусировать на нем съехавшиеся вместе глаза. Глянул на него так и эдак, поднес его к уху, зачем-то потряс, и когда минутная стрелка свободно крутанулась, остановившись на 5:30, взволнованно ахнул: – Шляпник, мы опаздываем! Осталось всего пол-часа! Алиса, садись скорее, без тебя не справимся! Он вскочил, отодвинул для нее соседний стул, быстро налил ей в чашку ароматного чая и придвинул к ней поближе вазу с воздушной выпечкой. А сам в это время начал с огромной скоростью уничтожать коробку с печеньем, запивая его одной чашкой чая за другой. Алиса еще толком не проголодалась после торжественного обеда, да еще и вдоволь полакомилась вишней и малиной, но решила что ничего с ней не сделается от пары-тройки чашечек горячего чая с одуряюще пахнущей свежей выпечкой, тем более что в подземелье было слегка прохладно, особенно в ее наряде. Поэтому она непринужденно опустилась на стул, стараясь чтобы набитый живот не сильно выпирал. Разрезала еще теплую булочку, намазала ее мягким желтым маслом и полила жидким медом. От булочки так дразняще вкусно пахло, что она, больше не заботясь о приличиях, впилась в нее зубами, откусив чуть ли не половину за раз. Затем отхлебнула горячего чая и даже зажмурилась от удовольствия – это было просто великолепно. Янтарный напиток был в меру горячим, ароматным и с приятным послевкусием, сдоба сама таяла во рту. Алиса не заметила как одолела целую горку сдобы, запив ее 4 чашками чая. Едва она справилась с выпечкой и поставила на стол чашку, сыто отдуваясь, как Мартовский Заяц, уже в нетерпении притопывающий лапкой и то и дело смотрящий на часы, за руку выдернул ее из-за стола и пересадил в мягкое кресло, расположенное дальше по часовой стрелке. Что-то звякнуло и перед ней словно по волшебству появилась блюдо со здоровенным, покрытым румяной корочкой и сахарной крошкой, полупрозрачным янтарным яблочным штруделем, порезанным на аккуратные квадратики, а затем и новая чашка чая. «Алиса, это Штрудель, Штрудель, это Алиса» – всплыло смутное воспоминание в ее голове. Завороженно уставившись на это кондитерское великолепие, Алиса не заметила, что в спешке Мартовский Заяц блюдом со штруделем сбил с невысокой подставки пузырек с надписью «выпей меня». Закрывающая его пробка отскочила, и большая часть содержимого безвредно разлилась по столу, но пара капель попала в стоящую неподалеку чашку чая, которую Мартовский Заяц придвинул к Алисе. Сам же он спешно занялся уничтожением сладких корзиночек с медом и орехами. Алиса перевела взгляд на Шляпника, тот, тяжело отдуваясь, планомерно осаждал огромный трехэтажный масляный торт. Торт словно бастион Сен-Жерве держался и не сдавался. Мартовский Заяц, беззастенчиво пользуясь своим косоглазием, заметил что Алиса все еще ничего не ест и возмущенно замычал с набитым ртом. Алиса от греха подальше (кто знает чего можно ждать от сумасшедшего) решила последовать его примеру и впилась зубами в кусок яблочного штруделя. Тот обладал великолепным кисло-сладким вкусом, а слоеное тесто просто таяло на языке. После нескольких кусков штруделя во рту пересохло и она в несколько глотков осушила чашку чая. Вкус показался ей странно знакомым — он напомнил ей пирог с вишнями и ананас, а еще почему-то поджаренные тосты с маслом и жаренную индейку… Она нахмурилась, пытаясь припомнить где могла пробовать что-то подобное, когда ее взгляд остановился на валяющемся на столе пустом пузырьке с привязанной к нему бумажкой. Форма пузырька казалась такой знакомой… Она приподнялась из кресла и потянулась к пузырьку чтобы прочитать что-же написано на бумажке, когда неожиданно земля ушла у нее из-под ног, а стол ударил ее в раздутый живот, разом выбив из легких весь воздух. Ноги и задница Алисы повисли над пропастью, а руки заскользили по гладкой полированной поверхности стола. Толком не отдышавшись и перебирая скользящими руками, Алиса с трудом вскарабкалась на стол и со страхом посмотрела вниз. Она словно оказалась на крыше трехэтажного дома. «Повезло что я не сверзилась отсюда вниз…» Затем она все-же дошла по столу до лежащего на боку пузырька размером с вазу династии Цин… или все-же Мин… На мгновение эта мысль отвлекла ее, но прочитав на листе грубой бумаги «выпей меня» она впала в ярость: – Заааяяяц!!! Что ты со мной натворил!!! А ну немедленно верни все как было!!! Мартовский Заяц от неожиданности поперхнулся корзиночкой и страшно раскашлялся, недоуменно пуча на нее свои косые глаза. – А-кха-кха-кха! А-кха-кха-лиса? Но я же ничего не де-кха-кха-кхал! Кха-кха-кхак я могу что-то поправить? – А это тогда что?!! – и Алиса пнула в его сторону здоровенный пузырек, который с низким гулом медленно покатился по столу. Заяц все еще то и дело кашляя, пробовал собрать глаза в кучу чтобы прочитать надпись, но это ему не удавалось. В это время Шляпник все-же одолел торт, но от неожиданности или от пережора принялся икать. Сотрясаясь от икоты, он стал вливать в себя очередную чашку чая. Алиса лишь возмущенно тряхнула гривой своих роскошных волос, глядя на эту бестолковую парочку. – В центре большого зала с кучей дверей стоит стеклянный столик. Под ним маленькая стеклянная коробочка, принеси ее сюда и мы с тобой в расчете! Если выйти отсюда, это два поворота направо и один налево! Если поторопишься, за 5 минут обернешься! При одном лишь упоминании времени оба затряслись и принялись с новыми силами запихивать себе в рот новые порции выпечки, запивая ее чаем. – Мы не можем, мы не успеем! Время снова на нас обидится что мы его убиваем! – с набитым ртом пробубнил ей Мартовский Заяц – Если только… если только ты не подменишь меня пока я буду бегать! А то Шляпник один не справится… Ты не бойся, Алиса, я быстро бегаю - одна лапа здесь, другая там! – попытался уговорить ее Заяц. Алиса лишь издала возмущенное «Пфф», окидывая взглядом гигантские чашки, размером с бочонок и корзиночки с медом, размером с колесо, а руками, гордо сложенными под высокой грудью, незаметно пыталась прощупать насколько сильно у нее уже раздулся живот. «Вроде бы еще есть место… Уж на 5-то минут меня точно хватит.» – Ладно, договорились, но только быстро!!! Пошел!!! Заяц с пробуксовкой сорвался с места, а Алиса с некоторым трепетом подошла к огромной чашке. «А не погорячилась ли я, соглашаясь помочь Шляпнику? Да в такую чашку не меньше трех ведер войдет… Но раз уж я дала слово, надо его держать… Ну хотя бы попробую…» Наконец она набралась решимости, опустилась на колени перед чашкой размером с добрую бочку, обхватила ее противоположный край руками, прижалась к толстому ободу губами и стала медленно наклонять здоровенную посудину на себя. И тут-же в ее рот устремился широкий поток ароматного чая, показавшийся ей бесконечным. Приятная сытость быстро сменилась распиранием. Но она продолжала глотать без остановки, краем глаза завороженно наблюдая как ее живот раздувается все сильнее, постепенно опускаясь все ниже и округляясь в боках. Чаша опустела больше чем наполовину, когда Алиса почувствовала пока еще легкую тянущую боль внизу живота, от которой она постаралась отрешиться, полностью сосредоточившись на поглощении оставшегося чая. Спустя несколько минут, кое-как допив огромную чашу, покрасневшая от натуги и огромного количества горячего напитка, Алиса отвалилась от края с выпученными глазами, надутыми щеками и раздутым как барабан пузом. С усилием проглотив остатки чая во рту, она опустилась на стоящую неподалеку невысокую круглую подставку для торта, дыша как выброшенная на берег рыба и поглаживая свой круглый, словно пляжный мяч, упруго выпирающий вверх и почти горячий от переполнявшего его чая, живот. Если бы ей раньше сказали что после целого дня обжорства она сможет выпить еще и бочку чая, Алиса бы только посмеялась. Но теперь смеяться ей как-то не хотелось (боялась лопнуть), а Шляпник уже пододвигал к ней следующую чашку чая… – Уфф… не… могу… уфф… пузо щас лопнет… Однако Шляпник, который после сражения с огромным тортом и сам был не в лучшей форме, видимо решил что ей тоже еще рано отдыхать и бодро заявил: – Ничего-ничего, сейчас полегчает! – с этими словами он стал кончиками пальцев сначала гладить а потом и надавливать на ее круглое и тугое пузо, постепенно увеличивая нажим. Алиса от такого великанского массажа только и могла что пыхтеть, ахать да охать, пытаясь удержать в себе огромный объем всего съеденного и выпитого ей за сегодня. Как ни странно, вскоре ей и в самом деле заметно полегчало. Но как оказалось ненадолго – Шляпник непреклонно придвинул к ней вторую чашку чая а сам принялся целеустремленно уничтожать ватрушки… Алиса глянула на него почти со страхом, безнадежно вздохнула и приникла к краю громадной чашки губами, прикидывая сколько еще осталось до возвращения Мартовского Зайца. А Мартовский Заяц уже пару раз пробегал мимо нужного коридора – его косые глаза смотрели куда угодно, только не туда, куда ему хотелось, да и спешка не добавляла ему наблюдательности… Наконец ему «повезло» и он врезался в нужный косяк лбом. От сокрушительного удара он плюхнулся на пол, а глаза его разъехались в стороны. Заяц оглушено помотал головой. После дополнительного взбалтывания глаза неохотно собрались в кучку. Он вскочил и, слегка прихрамывая и потирая здоровенную шишку на лбу, вбежал в большой зал со множеством дверей. А в это время Алиса, то и дело подгоняемая Шляпником, которого ей все больше хотелось называть Болванщиком, допивала уже третью чашку, чувствуя что если он ее заставит выпить четвертую, то она точно лопнет… После второй чашки ее пузо раздулось настолько сильно, что дотянуться губами до края третьей чашки она смогла только когда улеглась пузом на стол, да и наклонить ее на себя стало той еще задачкой. А в конце третьего чайного заплыва, чашка просто лежала на ее огромном, блестящем от пота пузе, которое почти не проминалось под ее немалым весом. Кое как опустив чашку на стол, Алиса издала громоподобную отрыжку, едва удерживаясь от ругательств в адрес Зайца, который так ее подставил и теперь совсем не торопится. Этот звук послужил сигналом для Шляпника. Он посадил ее к себе на ладонь, и стал нажимать на ее переполненное каменно-твердое пузо, от чего у Алисы едва глаза не вылезали из орбит. Когда пузо стало упруго проминаться, он, поддерживая ее под мышки, стал вливать в нее очередную чашку чая. С огромным трудом половина чашки перекочевала в ее раздутое словно огромный шар пузо, когда Алиса начала мычать от боли, не в силах больше сделать ни глотка. Шляпник ненадолго прервался и вновь начал мять ей живот, не желая останавливаться на достигнутом. Алиса уже не знала что хуже – этот безжалостный массаж или принудительное накачивание чаем. Наконец, четвертая чашка закончилась, заполнив ее пузо чуть больше чем полностью. Алиса к этому времени была на грани взрыва и могла лишь лежать, держась за свое гигантское, залитое под самое горлышко пузо, стараясь не шевелиться и мелко дыша, так чтобы ненароком не лопнуть. Тут дверь с треском распахнулась и в зал вбежал запыхавшийся Мартовский Заяц с огромной шишкой на лбу. В лапках он держал стеклянную шкатулку с маленьким пирожком, на котором изюминками было выложено «съешь меня». Впрочем, маленьким он был только для Зайца со Шляпником. Для Алисы его размеры показались огромными — не меньше пары ладоней в длину и пол-ладони в ширину и высоту. Издав что-то вроде стона, Алиса взяла его в руки, упрямо свела вместе брови и принялась за его уничтожение. Несмотря на огромное количество выпитого чая, во рту быстро пересохло и «пирожок» никак не хотел пролезать внутрь. Алиса с огромным раздутым животом и ртом набитым сладким пирогом была похожа на хомячка, который проглотил детский мяч и теперь пытается съесть что-то еще, но оно в него просто не лезет. «Ну давай-же!» – уговаривала себя Алиса, одновременно пытаясь промять верхушку своего переполненного живота – «Всего один пирожок и мне должно стать полегче, все-же 4 чашки чая это не то-же самое что 4 бочки!» – Алиса с видимым усилием проглотила пережеванный пирог и, пока он медленно полз вниз по пищеводу, от волнения зажмурилась, опасаясь что сейчас пузо все-же лопнет, но изо всех сил надеясь, что она сама вернется к нормальному размеру, а пузо уменьшится… Прошло с пол-минуты, живот недовольно буркнул, но не лопнул, а Алиса, так и не почувствовав облегчения, разочарованно открыла глаза. Лежа на столе, она увидела перед собой все то-же горой возвышающееся пузо. Вот только в бока ей теперь упирались какие-то твердые предметы. Алиса приподняла голову и увидела, что ее тело увеличилось до нормального размера, а неудобства ей создает разнообразная посуда и вазы с выпечкой. Все получилось, если бы не пузо… Оно увеличилось пропорционально. Алиса завозилась, но оказалось что пузо потяжелело в несколько раз и прижало ее к столу... силы ее мускулов больше не хватало не только на то чтобы встать, но даже на то чтобы самостоятельно слезть со стола. Шляпник с Мартовским Зайцем о чем-то коротко пошептались, а затем галантно пришли к ней на помощь, подхватили под руки и помогли ей слезть, усадив в просторное кресло между собой. Вот только вместо того чтобы продолжить свое безумное чаепитие вдвоем, они принялись фаршировать ее словно праздничную индейку. К этому времени пузо Алисы раздулось настолько, что не давало ей дотянуться до стола, даже если бы у нее вдруг появилось такое желание, но безумная парочка сама подносила к ее губам чашки с чаем и скармливала ей плюшки и пирожные, которые по их словам ей ну просто совершенно необходимо попробовать. Чтобы не задохнуться, Алиса была вынуждена жевать и глотать, мрачно размышляя про себя: «Похоже что хоть они и не в себе, но живо смекнули, что так выйдет гораздо проще и быстрее - пока один наливает чай, второй скармливает мне выпечку и массирует пузо. Потом первый поит меня чаем, щекотно поглаживая мягкой лапкой по переполненному пузу и следя за тем чтобы я даже не пробовала отказаться от их угощения, а второй выбирает новую выпечку. А потом они волокут мое кресло дальше... А из-за раздутого до крайности пуза у меня просто не хватает дыхания на возражения и болтовню… Уж что-что, а поболтать они могут и сами…» Безумное чаепитие продолжалось, несмотря на ее робкие попытки что-то возразить сквозь плотно набитый рот. Шляпник и Мартовский Заяц неутомимо запихивали ей в рот разнообразную выпечку и накачивали ее чаем все больше, постепенно приближаясь к концу стола и обеспокоенно поглядывая на часы со сломанной стрелкой. Алиса же с тревогой смотрела на свое все больше раздувающееся громадное пузо, которое тяжеленным шаром разлеглось между ног и пыталось выдернуть ее из кресла, из-за чего она была вынуждена вцепиться руками в подлокотники и упереться ногами в пол, максимально откинувшись назад. Из-за мимолетных прикосновений, мягких поглаживаний, успокаивающих похлопываний и призванных высвободить еще немного свободного места сильных нажатий на ее ставшее просто огромным пузо, раздутое и твердое словно перекачанная автомобильная камера, по телу Алисы стали одна за другой прокатываться волны эйфории, зарождаясь внизу живота и жарким пенным прибоем поднимаясь вверх до самого темечка и откатываясь вниз до кончиков пальцев ног. Щечки Алисы разрумянились, а непроизвольно слетающие с ее губ стоны наполнились страстью. То ли атмосфера безумного чаепития так на нее повлияла и она заразилась окружающим безумием, то ли в чае были какие-то стимулирующие травки, а может и вправду что-то было не так со временем в этом доме или с восприятием действительности в Стране Чудес, но ощущая свою запредельную наполненность и испытывая трепет от того, что оказалась в полной власти Безумного Шляпника с Мартовским Зайцем, Алиса вдруг осознала что получает все большее наслаждение от процесса, и это было абсолютно неправильно и не логично, но от этого не менее восхитительно. Да еще и проснувшийся чертик азарта и возбуждения все сильнее будоражил ей кровь, настойчиво требуя продолжения этого сладкого безумия: «Ну неужели тебе самой не хочется как следует испытать себя и узнать: хватит ли у тебя внутри места на все эти великолепные яства, оставшиеся на столе и насколько сильно ты после этого сможешь раздуться? Ну не лопнешь же ты, пытаясь впихнуть их все в свой и без того раздутый до предела, размером с огромный пляжный мяч, идеально круглый живот? Или лопнешь... Или все-же попробовать? Ведь если не попробуешь – не узнаешь...»